Охота на дракона

      Рыцарь подъехал к небольшой деревушке, когда было уже далеко за полдень. Жара потихоньку начинала спадать, но пока не желала уступать место милостивой прохладе. От тракта до поселения, в котором по слухам поселился ужасный дракон, вела едва заметная калия. Трава, обступавшая единственный вход в деревню, была необычайно буйной для столь засушливого лета, она сильно бросалась в глаза, ведь окружавшие тракт поля были рыжеватыми от высушенной под адским солнцем травы.       Ещё при въезде милостивый рыцарь, желавший спасти деревню от свалившейся на них напасти, заметил, что людей не было.       «Видимо засели по домам, не желая попасть под удар богомерзкой рептилии» — подумалось рыцарю, когда он, спешившись с коня, пошёл по дороге, которая, по его мнению, должна была привести его к главной площади.       Так оно и вышло. Когда мужчина вышел на главную площадь деревни, пред ним предстала по истине впечатляющая картина: дракон, с иссиня-чёрной чешуёй, больше любого, какого когда-либо видел драконоборец, восседал в центре, рядом с ним виднелись различные подношения. Подле этого монстра стоял юноша и аккуратно длинным шестом кормил рептилию. Зрелище это повергло в шок опытного рыцаря. Стало ясно, что дракон заставил людей служить ему.       Мерзкая рептилия заметила мужчину и зашлась кашлем, от которого содрогались дома. Юноша, до этого кормивший чудовище, побледнел и стал, что есть силы кричать.       — Братцы! Она подавилась, скорее несите дубины! — от этого крика люди, до того сидевшие по домам с ужасом повыскакивали из своих деревянных укрытий. Мужчины бежали к площади с огромными оглоблями и, добежав, что есть мочи ударяли о грудь монстра орудиями, а женщины ахая и охая несли вёдра, до краёв наполненные водой.       Вскоре из пасти дракона вылетел внушительный кусок мяса, который плюхнулся аккурат у ног рыцаря. Жители, до того в панике спасавшие дракона наконец заметили приезжего. Они с неприкрытым омерзением смотрели то на рыцаря, то на его лошадь от чего драконоборцу стало не по себе. Впервые он ощущал, что измученные зверем жители не рады спасителю.       — Ах ты мерзавец! — Сказала на вид вполне милая пожилая женщина. — Ишь чего удумал! Нашу Этамин решил убить?! Иди отсюда, пока мы тебя сами не прикончили!       Жители загалдели и закивали головой. Несколько женщин, у которых в руках были вёдра, отвернулись от него и, судя по всему, просили о чём-то у диавольского змия. Тот в свою очередь лёг и открыл пасть, а женщины стали потихоньку вливать в неё воду.       — Но… — Рыцарь недоуменно смотрел на жителей. — А как же терроризирующая вас тварь? Неужели вы не хотите избавиться от её гнёта и жить спокойно, как и все остальные сёла.       Дракон, услышав, что о нём говорят, вновь поперхнулся и жители вновь устремились ему на выручку. Лишь, когда дракон перестал задыхаться, деревенские вновь обратили на пришлого взгляд, исполненный испепеляющей ненависти. «Убирайся!», «Пошёл прочь!», «Вон из нашей деревни» — наперебой кричали взбешённые жители. Из толпы выделился юноша, который до этого кормил ужасную дракониху. Он приблизился к истребителю монстров и лишь тогда знаком приказал сельчанам молчать.       — Полагаю, я должен объяснить Вам, что здесь происходит. — Тихо, но властно сказал парень. — Видите ли, мы не желаем убивать её. Этамин весьма милый и дружелюбный дракон, к тому же, Вы и сами видите, она не может выжить в одиночестве. Я был ещё совсем мальчишкой, да-да не смейтесь я намного старше, чем выгляжу. Так вот, я был совсем мальчишкой, когда нашёл её в одной из пещер близлежащих гор, её мать умирала, а Эти, так мы её называем, жалась к родительнице, безуспешно пытаясь ей помочь. От чего-то в тот день я совершенно не испытывал страх перед двумя могущественными существами, наоборот, мне было грустно от того, что я увидел. Я, как и любой ребёнок, разрыдался, тогда-то ко мне и обратилась мать-дракон. Она сказала, нет, не так, она попросила забрать её дочь, помочь Этамин выжить, ведь она, мать-дракон, умирает. Я, собственно, так и сделал.       Мужчина остановился, видимо переводя дух и собираясь с мыслями. Только сейчас рыцарь заметил, что глаза человека, по виду которому нельзя было дать и шестнадцати, подёрнуты пеленой времени и выглядели скорее глазами древнего старца, нежели молодого человека. Старик в теле юноши заметил замешательство рыцаря и, чуть улыбнувшись, продолжил свой рассказ.       — Да, господин рыцарь, Вы мыслите в верном направлении. Перед тем, как я ушёл из пещеры, ведя за собой поникшую малышку Эти, её мать, великий дракон Тубан, наделила меня проклятьем дракона. — Старец глубоко вздохнул, решая что-то у себя в голове. — Я вынужден проживать жизнь, столь же мучительно долгую, как и вольные драконы. Тубан сказала, что сделала это ради того, чтобы рядом с её дитя всегда был кто-то близкий и родной, пусть даже это будет человек. Но я отдалился от темы. Когда я пришёл в деревню, жители хотели было убить Этамин, но я упросил их этого не делать. По началу, она, конечно, пыталась оспорить царствование людей, даже пакостничала, ну там животину жрала, правда каждый раз давилась и жителям, чей дом она посетила, приходилось спасать её. Потом, она смирилась, что с её удачей оспаривать чьё-либо положение весьма затруднительно, если не сказать самоубийственно. — Юный старец слегка хохотнул, видимо припоминая забавные моменты из детства драконихи. — Да и жители стали к ней относиться скорее, как к безобразящему ребёнку, нежели как к ужасной твари, с тех пор так и живём.       Мужчина подытожил рассказ, а жители, почему-то столпились у места, где раньше восседал неудачливый дракон. От них доносились наставительные речи, уши рыцаря уловили фразы вроде «Ну сколько тебе раз повторять» и «На, одень это». Через некоторое время к мужчинам подошла юная дева копна её пшеничных волос спускалась до самого таза, нежно-голубое платье подчёркивало прелести молодого тела и лишь яркие зелёные глаза выдавали её магическое происхождение. Она подошла к юноше, поджарому и рыжеволосому. Глаза юноши загорелись золотым.       — Прошу любить и жаловать, Этамин. — молодой старец, в котором теперь тоже угадывалась магическая сущность, приобнял девушку за плечи. Та, едва заметно порозовев, поклонилась и в этом поклоне угадывалось что-то от манер старых аристократических домов.       — Мне очень жаль, что вам пришлось лицезреть мой истинный облик, да ещё и во время кормления. — ланиты девушки покрылись пунцом и она опустила голову, стараясь скрыть своё смущение.       — Будет тебе, Эточка, — сказала подошедшая неожиданно тихо старушка, которая до этого приказывала рыцарю уходить. — Доколе мы не остановили этот ирод тебя погубить собирался! Ты лучше Агнию спасибо скажи, что он этого душегуба вразумил.       Девушка-дракон с обожанием посмотрела на своего заступника и как-то уж совсем по-детски ткнулась носом в щёку рыжеволосого. Имя Агний как нельзя лучше отражало его внешность. Рыжий, но при этом смуглый, глаза его с каждой минутой нахождения рядом с девушкой всё больше и больше разгорались золотом. Мужчина начал отступать в центр площади, он менялся. Руки его постепенно становились похожи на драконьи лапы, лицо удлинялось, превращаясь в маску ужасного зверя. Из его пасти, теперь это было сложно назвать даже подобием рта, вырвался рёв.       Девушка, которая до этого спокойно наблюдала за преображением, без всякого стыда скинула платьице и перекинувшись в дракона побежала, не обращая внимание на людей к своему спасителю. Однако, горе-дракон вскоре запнулась за свою же лапу и только чудом не раздавила старуху, которая невзлюбила рыцаря с первых минут его пребывания в деревне. До драконоборца донеслось.       — Этамин! Не гоняйся по деревне драконом! — крикнула ей в след старуха и тут же обратилась к рыцарю. — А ты чего стоишь? Видишь же, что один из наших драконов взбесился, иди помогай, будь хоть в чём-то полезен.       Слова старой карги задели струны души драконоборца, и он побежал вслед за скрывающимися драконами. Догнал их рыцарь уже у кромки леса Красный дракон, ещё несколько минут назад бывший вполне рассудительным юношей, сейчас не справлялся со своей сущностью. Он вырывал деревья с корнями, огромные комья земли летели под его мощные лапы, а после он кидал их дальше в лес. Девушка-дракон мелкими порыкиваниями старалась успокоить своего друга. Вспомнив историю про то, как рыжеволосый нашёл Этамин, мужчина удивлялся, ведь сейчас драконы не использовали речь для общения, а просто перерыкивались.       «Возможно, это деградация двух беспризорных драконов, у которых не было учителя, объяснившего бы, как общаться с людьми, находясь в драконьем обличии» — рассуждал рыцарь, доставая один из эликсиров, которые ему любезно отдал знакомый волшебник, и магическую сеть.       — Эй, златоглазка! — Окрикнул драконоборец, как только необходимое оказалось у него в руках. — Этамин, отойдите, мужчинам нужно поговорить!       Как только дракон, обращавшийся прекрасной девушкой, отошёл в сторону, Рыцарь кинул склянку с зельем ужасной рептилии в морду. Попал! Болотно-зелёного цвета жижа растеклась по пугающей роже дракона, сковывая пасть и залепляя ноздри. Дракон метался пытался содрать с себя магическую удушливую смесь, но это оказалось ему не по зубам. Этамин, завидев как страдает её друг страшно закричала       — Стой! Ты же убьёшь его! Остановись мерзавец! — Драконоборцу пришлось кинуть склянкой и в её мордочку. Девушка-дракон упала навзничь, вскоре повалился и дракон, в теле которого сейчас был заточён мудрый Агний.       На ранее бесновавшегося дракона была накинута магическая сеть, а зелье, душащее величественное создание, было обезврежено. Этамин вскоре пришла в себя и, завидев, что её друг мерно дышит, превратилась в нагую девушку. Рыцарь, смущённый откровенностью оборотня, снял с себя плащ и отдал девушке.       — Накиньте, срамно женщине представать нагой пред кем-то, кроме мужа.       Девушка накинула плащ, прикрывая упругие прелести молодого тела, при этом ничуть не смущаясь.       — Сэр… Простите, я не знаю Вашего имени. Что вы с ним сделали? — Девушка оглаживала мерно вздымающиеся бока дракона через магическую сеть.       — Слегка придушил, чтобы он сознание потерял, а потом накинул магическую сеть, чтобы не выбрался. Как проснётся ты с ним поговоришь, успокоишь, потом и в деревню возвращаться можно будет. — Резюмировал драконоборец. — Слушай, а что это с ним произошло? Чего это он так ополоумел от одной твоей благодарности?       Девушка смущенно отвела глаза. Стало понятно, что чтобы там ни было дело являлось весьма интимным и для неё в том числе. Рыцарь уже хотел было перевести тему в менее смущающее девушку русло, но та вдруг заговорила с нескрываемой дрожью в голосе.       — С-сейчас просто брачный период, а я д-дурочка, забыла, что мама вместе с долгой жизнью подарила ему возможность в дракона обращаться. Зверь… он вырвался из-за того, что почувствовал касание самки… И вот… — Она развела руками как бы указывая на поверженного дракона.       Дракон проснулся не скоро, однако теперь он мыслил намного лучше, было заметно, что Агний взял верх над зверем. Он долго сокрушался и извинялся, спрашивал не натворил ли он чего в деревне. Так как разум парня прояснился рыцарь уже хотел снять магическую сеть, но Агний его опередил, предупредив, что он пока не стабилен и ему лучше пока что посидеть в сети и обдумать своё поведение и поведение внутреннего зверя.       Этамин на отрез отказывалась покидать друга и лишь когда Агний с рыком приказал ей ступать в деревню девушка не охотно поплелась за рыцарем. Однако, её, видимо, врождённая невезучесть показалась как только девушка и драконоборец вышли из поля зрения дракона. Споткнувшись о едва выпирающий сук, и полетела носом аккурат на камень, так неудачно лежавший на земле, и только выставленные вперёд руки спасли её от столь неприятной встречи. Рыцарь лишь хмыкнул. Он не собирался помогать этой неуклюжей барышне, ведь ей нужно было научиться самостоятельно справляться со своей излишней неуклюжестью.       — Слушайте, барышня, это, конечно, не моё дело, однако же, я не мог не заметить, что Ваша неуклюжесть причиняет Вам слишком много хлопот, это усугубляет то, что за вами постоянно бегают нянечки-сельчане, которые через чур за Вас волнуются. Ну вот тот кусок мяса, например, неужели Вы думаете будто взрослый дракон не в состоянии откашлять кусочек мяса? Да этот кусочек для Вас в обличии дракона, всё равно что для человека подавиться косточкой от вишни. Вас излишне опекают! Вот скажите сколько вам лет?       — С-сто девяносто… — промямлила Этамин.       — Вот, об этом-то я и говорю, Вы — вполне взрослая самка дракона, а за вами как за пятидесятилетним дракончиком ухаживают, ну разве ж это дело? А если на деревню другой дракон нападёт? Да Вы же с такой ловкостью погибните быстрее, чем ему удар нанести, при том погибните по своей же неосторожности. Вам, барышня, надобно уже самой о себе заботиться, а не приёмных маменек да папенек гонять.       С этими словами драконоборец пошёл в деревню в надежде, что слова про дракона окажутся голословными и это дитя не умрёт в самом цвете лет. Когда мужчина дошёл до деревни Этамин была уже там и помогала старой карге по огороду, а та лишь ахала да причитала о том, что ей не нужна помощь и что она слишком волнуется, чтобы оставлять девушку наедине с острыми предметами. Рыцарь лишь хмыкнул и прошёл дальше в поисках затерявшейся неведомо где лошади.       Животное нашлось не скоро. К этому времени успело стемнеть, а мужчина придумал, что сказать на вопросы об очередном драконе. Он опять прослывёт героем, а остальные рыцари-драконоборцы более не будут наведываться в эту деревушку и Этамин с Агни смогут жить спокойно.