Куда ведёт нас дорога

Проезжая мимо знакомого участка дороги, Стив невольно улыбнулся. Вроде и ничем не примечательное место, а ему казалось — всю жизнь помнить будет. И капризный подъём в горку, и россыпь камней в стороне, и блестящую вдалеке ленту маленькой речушки. Именно здесь он три года назад — уже даже чуть больше — встретил Локи. Тот сидел рядом, сосредоточенно набирая что-то на планшете. Он явно поймал вдохновение, и Стив не смел его тревожить. Четвёртая книга цикла близилась к финалу. Вот Локи ненадолго замер, глядя сквозь бегущую навстречу дорогу и напряжённо думая о чём-то, потом тяжко вздохнул. — Нет, — сообщил он, качая головой, — в пять всё-таки не уложусь. — И на сколько же книг тогда растянутся "Змеиные дороги"? — Я бы сказал, что дорога по сути своей есть бесконечность, но если отбросить в сторону философию… Шесть, я думаю. Ну, может, семь. Но я надеюсь, что всё же шесть. Ты сам знаешь, сколько ещё у меня разных идей! И вообще… О, дерево! — отвлёкся он. — Звони Наташе, проси картошечки. Мне можно даже двойную порцию. — Точно двойную? — Не знаю. Вот вроде и кажется, что слона бы съел… А потом опять пойму, что многовато будет. Хотя отказываться от Наташиной картошечки в любом случае преступление. — Да, она не поймёт. И никогда больше не пустит нас на порог. Ладно, если что, я помогу тебе расправиться с этим картофельным слоном, — засмеялся Стив и набрал номер Наташи. Та была рада его слышать. Стив попросил картошки и поинтересовался, свободна ли та угловая комната, что возле лестницы на крышу. Он не знал, насколько они задержатся, но если получится, то… эта комната у обоих была любимой. Хотя в последнее время Стив и Локи заезжали в "Черную вдову" куда реже, но всё же этот мотель стал для обоих знаковым и особенным местом. Местом, где они сошлись. Тогда никто из двоих не знал, что фраза "Будь моим героем" положит начало чему-то большему, чем мимолётное знакомство. Что они не разойдутся в разные стороны через пару месяцев, а останутся вместе до сегодняшнего дня… — Иногда я думаю, — тихо вздохнул Стив, — что будет, когда ты закончишь "Змеиные дороги"? Оставишь меня и пойдёшь искать кого-то другого на роль героя для очередного цикла? — Вот сейчас возьму и обижусь! — Локи закатил глаза. — То есть, я согласился стать твоим мужем, потом год ездил тебе по мозгам, уговаривая бросить всё и поступить в художку, и теперь большую часть времени мы сидим в городе, выбираясь куда-то, только когда у тебя каникулы, и вообще, как будто со всеми, с кого я писал своих героев, я хотя бы трахался! Нет, ты серьёзно?! Ты больше, чем прототип для Саймона, больше, чем любовник, чем даже муж… Будто сам не видишь, как я давно прикипел к тебе настолько, что это тебе придется меня прогнать, если надоем! — Ладно-ладно, прости, — примирительно сказал Стив. — На самом деле я всё вижу. Просто количество желающих меня подвинуть как-то неприятно поражает и раздражает. Известный писатель — и вдруг с самым обычным парнем, которого встретил где-то на дороге. Иногда само в голову лезет, что вдруг найдёшь кого-то другого… — Во-первых, с будущим известным художником, я уверен, — твёрдо произнес Локи. — Во-вторых, даже если бы и нет — какое это имеет значение, если я тебя люблю? И, на минутку, раньше я ни с кем дольше полугода не уживался. — Я тоже тебя люблю, — улыбнулся Стив. — Хотя порой ты то ещё несносное чудище, ну так и я не идеал. — Знаешь… — Локи захихикал. — Некоторые критики утверждают, что я местами идеализирую собственного персонажа. А я на каждом интервью старательно молчу, что вообще-то Саймон не такой идеальный, как ты. И местами вредный. Ну, это в меня, наверное. Зря, что ли, говорят, что каждый автор добавляет своим персонажам частичку себя… — Прозвучало так, будто мы не о персонаже, а об общем ребёнке говорим, — Стиву эта мысль казалась забавной. — Ну, боюсь, других детей у нас всё равно не будет. Кроме Маргерта разве что. Хотя кот, пусть даже любимый и избалованный, всё равно совсем не то же самое, что и человеческий ребёнок. — Можем взять приёмного, — невозмутимо предложил Стив. Локи долго и задумчиво смотрел на него, потом вздохнул: — Ну какой нам ребенок? Не при нашем образе жизни, я думаю. Тем более, у тебя большую часть времени отнимает учеба, а у меня — мои книги. И, если честно, прямо сейчас я не чувствую готовности брать на себя такую ответственность. Может, вернёмся к этому несколько позже? — Лет через пять? — с невинной улыбкой уточнил Стив. Он ещё вчера не планировал ничего подобного, совсем нет. Просто сказал, больше ради шутки, потому что к слову пришлось. И совсем не ожидал, что разговор получится почти всерьёз. Процентов… кажется, на девяносто девять. — Хорошо, давай через пять. Если ты от меня не сбежишь на все четыре стороны, — кивнул Локи. А потом нахмурился и резко мотнул головой, будто всё отрицая. — Чёрт, я и подумать не мог, что мы вообще когда-нибудь станем обсуждать подобное! — Как видишь, — философски заметил Стив, — жизнь полна сюрпризов. Так, за разговорами они доехали до мотеля. Наташа показываться не спешила, зато их встретила Ванда, радостно обняла обоих по очереди. Стив в очередной раз ощутил себя так, словно в гости к любимым родственникам приехал. Когда он, ещё работая водителем, заехал сюда в самый первый раз, чтобы перекусить, то даже не думал, что всё так сложится. Пока Ванда жизнерадостно болтала, рассказывая о последних событиях из жизни мотеля, а Локи и Стив усаживались в беседке, решив поесть в тишине и уединении, их отыскала Наташа. — Привет, парни! — она помахала рукой. — А где Маргерт? — Изволит сладко дрыхнуть после плотного обеда, — ответил Локи. — И совершенно не торопится куда-то выходить. В общем, потискать кота я тебе дам позже, идёт? — Да. Слушайте, вопрос есть. Я тут надумала затеять ремонт в мотеле. Если я переделаю вашу любимую комнату, вы же не перестанете приезжать? Хотя вас и так в последнее время не видно… — Ты нас как-то слишком любишь, — засмеялся Стив. — А что поделать, — пожала плечами та. — Здесь вообще-то не так уж мало народу бывает, но именно вы попали в узкий круг моих друзей. Кроме вас такой только Клинт, а это говорит о многом. Ну так что? Если честно, я думала сделать так, чтобы после ремонта ваша любимая комната осталась похожа на прежнюю версию себя, и даже хотела поискать такие же обои… — Лучше белые, — предложил Стив, — А я их тебе разрисую. — Ты в курсе, сколько стоит такая работа? У меня не то чтоб большой бюджет… — Если я скажу, что делаю это в большей степени для нас с Локи, ты согласишься позволить мне это? Ну, если настаиваешь, можешь немного помочь с материалами. — Ладно, убедил, — Наташа засмеялась. — Ты ещё скажи, что уже и роспись придумал! — Ты не поверишь, но да. Хотя мне это пришло в голову вот только сейчас, и я пока обдумываю детали. Хочу что-то из символики "Змеиных дорог". Всё же для нас с Локи это действительно знаковое место, и сами "Змеиные дороги" появились, когда я согласился стать прототипом для Саймона. — Ну, если честно, они бы появились всё равно, — заметил Локи. — Просто были бы совсем другими. И, Нат, когда Стив всё придумает и нарисует, я сфотографирую это дело и похвастаюсь во всех соцсетях. Думаю, постояльцев у тебя станет ещё больше. — Ну, после того, как вы решили сыграть здесь свадьбу, их и так стало больше некуда. Я уже всерьёз думаю заняться той унылой юридической волокитой, которая позволит мне расширить участок и построить ещё один корпус. А вам придётся бронировать любимую комнату этак за пару месяцев. Или жить в трейлере и ходить ко мне за картошечкой. В конце концов, раз уж вы обзавелись целой квартирой на колесах… — Из которой нас выгоняет собственный кот! — с возмущением поведал Локи. — Мы, понимаешь ли, шумим частенько и мешаем гордому зверю спать по двадцать часов в сутки, возлежа при этом на всех поверхностях по очереди. Поэтому, стоит нам уснуть — и он вероломно кусает нас за пятки, совершенно забыв, что это мы его кормим, представляешь?! — Вот предатель! — захохотала Наташа. — Ладно, пойду принесу вам картошки, она как раз должна быть готова. После еды Локи выловил-таки Маргерта и вручил Наташе. Кот легко воспринимал новые места и, кажется, любил путешествовать больше своих хозяев, а с Наташей был уже знаком, так что сейчас нежился у нее на руках и довольно мурчал. Позже наверняка пойдет исследовать окрестности, но Стив знал, что Маргерт не имеет привычки убегать далеко, так что не беспокоился. Вместе с Локи поднявшись в комнату, Стив улыбнулся, оглядывая её. Запоминая неяркий полосатый рисунок обоев, плотное грубоватое полотно льняных занавесок, добротную кровать из некрашеного дерева… Всему этому предстояло вскоре измениться. Врочем, зная практичность Наташи, Стив был уверен, что кровать останется на своём месте. Да, пожалуй, стоило обговорить с Наташей все детали, прежде чем окончательно продумывать рисунок для стен. Конечно, допускал, что итоговый результат может получиться слегка эклектичным, но вдруг она не одобрит… Пока он размышлял, Локи успел сходить освежиться и как раз вышел из душа в одном полотенце вокруг бёдер. — Сходи тоже, — предложил он. — Весь день такая жара и духота… — Гроза будет. Вон, тучи уже, — Стив кивнул на потемневшее небо за окном. — Скоро польётся. — Думаю, нам это не помешает. Стив кивнул и ушёл в душевую. Помылся он быстро и вернулся в комнату, где Локи успел опять с головой нырнуть в текст. Так и сидел на краю кровати с планшетом в руках, не замечая, что полотенце сползло, и быстро-быстро печатал. И Стив, который сперва думал поприставать, тихо устроился рядом. Полежал некоторое время, думая о том, как извилисты порой бывают дороги и к каким интересным событиям в жизни могут привести, потом достал из сумки скетчбук и карандаши. Перебрался в кресло в углу комнаты — с этого ракурса Локи выглядел особенно интересно. Красиво — в этой своей небрежности, в не слишком удобной позе, с широко раскрытыми глазами, с губами, которые он то облизывал, то прикусывал, то чуть приоткрывал, с пальцами, порхающими быстро, как крылья колибри… Стив часто рисовал его. И неизменно любовался. Вот Локи замер, напряжённо обдумывая что-то, нахмурился. Но, кажется, мысль не шла. Потому что возвращаться к тексту он не спешил, даже глянул на Стива растерянно. — Я тебе говорил, что почти всегда возбуждаюсь, когда рисую тебя? — тот поднялся, кладя скетчбук в кресло, и шагнул вперёд. Мягкие трикотажные шорты на голое тело совсем не скрывали его состояние. Локи отложил планшет в сторону, шагая навстречу. В маленькой комнате им хватило этой пары шагов, чтобы оказаться вплотную. Полотенце успело упасть, и Локи стоял перед Стивом абсолютно нагой. Тот притянул его в объятия, медленно и чувственно целуя, скользя ладонями по гладкой коже. Некоторое время они наслаждались этим, потом легли на кровать, и Локи потянул шорты Стива вниз. Тот с энтузиазмом помогал ему, и очень скоро оба были полностью обнажены, крепко прижимаясь друг к другу и снова целуясь. Они гладили друг друга, сжимали, тёрлись, ловя губами горячее неровное дыхание, Стив обхватил ладонью оба прижатых друг к другу члена и с удовольствием услышал, как Локи сладко охнул, подаваясь навстречу его руке. Некоторое время Стив ласкал их обоих, потом перевернулся на спину, потянув Локи на себя и разводя колени. — Давай сегодня так. Локи кивнул и мягко поцеловал его в знак согласия. Он чаще предпочитал наоборот, но если Стив просил, никогда не отказывал и неизменно был нежен. И никогда не торопился. Сегодняшний раз не стал исключением. Локи долго гладил и целовал Стива, мучил сладкими ласками его чувствительные соски, отчего тот извивался на кровати, едва в силах сдерживать стоны. Пальцы, скользнувшие между ягодиц, ощущались и как избавление, и как новое удовольствие. Стив подался им навстречу, расслабляясь и раскрываясь. Ему хотелось большего и чем быстрее, тем лучше, но, кажется, Локи и сам уже не мог терпеть. Стив хорошо помнил, как долго тот готовил его в самый первый раз. Гладил пальцами изнутри, будто хрустального, говорил ласково и успокаивал, хотя Стив не то чтобы волновался, и шутил, что девственников нельзя пугать. Стив фыркал, мол, ну какой же он девственник, а Локи с нежной улыбкой спросил: — Но ведь здесь тебя никто прежде не трогал, правда? И погладил внутри так, что Стиву показалось, будто в животе зажглись и затанцевали звёзды. И сейчас Локи умело повторил тот трюк, заставив вскинуться навстречу и взмолиться: — Ну давай уже! — Сейчас дам — мало не покажется, — с самодовольной улыбкой пообещал Локи, нанося смазку на свой твёрдый, налитой член. Весьма солидных размеров, но Стиву это особенно нравилось, так что он с готовностью выдохнул: — А меньше и не надо! И, когда Локи опустился сверху, прижимая его к кровати, легко принял его в себя и подался навстречу, прижимаясь накрепко, стремясь слиться с ним воедино. Вот Локи мягко подался назад, снова толкнулся внутрь… Стив крепче сжал его бёдрами, обхватил руками за плечи. Локи так идеально заполнял его изнутри, а собственный твёрдый член тёрся между их животами, и всё это вместе было слишком, чтобы Стив всё ещё мог связно мыслить. Он просто двигался навстречу каждому толчку вглубь своего тела и, кажется, стонал всё громче — пока Локи не накрыл его рот поцелуем, жадно ловя эти стоны. Оба не знали, сколько длилось их удовольствие. Может, почти вечность, может, совсем чуть-чуть. Оно просто становилось всё сильнее и ярче, пока в какой-то момент не заставило обоих выплеснуться, вскрикивая и дрожа. А после они лежали, обнявшись, и Локи прижимался щекой к груди Стива — совсем как в их первый раз в этой комнате. Некоторое время они лежали, пытаясь отдышаться. Но вот Локи поднял голову и заглянул Стиву в глаза, спрашивая: — Ты ведь будешь моим навсегда? — Твоим кем? — уточнил тот. — Героем? Мужем? — Всем, Стив. На меньшее я не согласен. — Я бы сказал "буду", но я и так уже твой, — Стив поднял руку, демонстрируя кольцо. — Но ты ведь завёл тот разговор, хотя знаешь, что и я — твой, — Локи коснулся его руки своей — с таким же кольцом. — Навсегда, Стив? — повторил он с нажимом. — Да. Потому что на меньшее я сам не согласен. И, словно свидетельствуя их слова, снаружи пророкотал первый раскат грома. Начиналась гроза. Локи устроился рядом, обнимая Стива рукой и закинув на него ногу. Тот набросил на обоих одеяло и улыбнулся. Сейчас он особенно остро испытывал то особенное чувство, которое с некоторых пор ощущал всегда, где бы они ни находились — в квартире, трейлере или здесь, в маленькой комнатке мотеля. Стив был дома.