𝐚𝐛𝐚𝐧𝐝𝐨𝐧𝐞𝐝 𝐛𝐮𝐢𝐥𝐝𝐢𝐧𝐠.•

камни разных размеров разлетаются в стороны от легких пинков тяжелых недешевых ботинок. недавно окрашенные в блонд волосы спадают на лицо, раздражая их обладателя. он старательно заправляет их за уши, но они то и дело возвращаются и пушатся от легкого ветра, что гуляет в заброшенном здании. почему хёнджин бродит в этом месте, он и сам не знает, просто надеется, что встретит его. он—милый парень, чем-то похожий на щенка. имени хван не знает. известно только то, что за одну встречу с ним, он сошел с ума. у того юноши волосы мягкие-мягкие, хочется их касаться и касаться, зарываться в них руками, массируя, и видеть удовольствие на чужом лице. кожа у него нежная-нежная, словно облачко. хёнджин, хоть и не знает, каковы на ощупь облака, уверен в этом на более, чем сто процентов. эти аккуратные ладошки хочется держать в своих вечно. целовать его всего, пока губы не онемеют. да даже если онемеют, все равно отрываться не хочется. в его карих глазах хочется захлебнуться, унестись в небытие. хван на все готов, лишь бы увидеть его еще раз. и он видит. слышит его медовый голос, когда надежда уже угасла, заставив усесться на бетон и незаинтересованно кидать камешки в стену напротив так сильно, как только может, выражая раздражение и отчаяние. «ты чего на холодном сидишь? простудишься, глупый.» разносится эхом по заброшенному помещению, устремляясь прямиком в сердце бедного хенджина, заставляя то заходиться в бешеном ритме. блондин поворачивает голову в сторону голоса и глаза распахивает широко-широко, замечая улыбку на чужом лице. такую нежную-нежную. хван в ответ улыбается и подскакивает с места, несясь в объятия парня, с котором всего-то день знаком. не думая ни о чём, он хватается за шанс, как за соломинку, будто вот-вот и он по-настоящему утонет в этих чудесных глазах. и он тонет. чувства утягивают его глубоко-глубоко на дно, с которого он не в силах выбраться. он задыхается от любви к тому, кого не знает. он млеет от объятий и рук, поглаживающих его спину. —ты так по мне скучал? —не поверишь насколько сильно я в тебе нуждался.. —поверю. ведь я в тебе тоже. они бегут, держась за руки и смеясь. бегут на крышу встречать алый закат. усаживаются на самый край, обнимая друг друга крепко-крепко. —меня, кстати, сынмин зовут. —хёнджин, рад знакомству. оба заходятся в тихом смехе, взгляд каждого уставлен на закат, но частые гляделки хвана на чужие губы не остаются незамеченными. —ты чего-то хочешь? —могу я..? —не спрашивай, ты можешь все. шатен улыбается, глядя на хвана с щемящей нежностью, что юношу уносит в бездну душащих чувств. он поддается вперед, медленно, будто сомневаясь. но все сомнения и тревоги сходят на «нет», когда он замечает, что ким тянется к нему навстречу. он хватает чужие руки, переплетая пальцы, и прикасается своими губами к чужим, умирая от их мягкости. кончики пальцев будто колет от мелких разрядов наслаждения. все нутро трепещет от этих прикосновений хочется еще, еще и еще. они целуются до припухших губ, пока не задохнутся. крепко держат руки друг друга, боясь отпускать, будто отпустив, они растворятся и больше не встретятся. они идут по темной улице домой к хёнджину, разговаривая обо всем. узнают друг друга, обмениваются номерами телефонов и целуются, целуются, целуются. квартира встречает уютной тишиной и темнотой. парни разуваются и проходят в комнату. интерьер младшего не особо интересует. ему хочется кое-чего другого. он медленно, как кошка идет к хвану, сидевшему на кровати, и усаживается на колени, пятерней зарываясь тому в волосы, притягивая к себе, впиваясь в чужие губы настойчиво, властно. хёнджин отвечает незамедлительно и киму это льстит. язык гуляет по просторам чужого рта и оба просто упиваются возбуждением. руки тянутся к одежде, пальцы поддевают футболку и тянут вверх, призывая снять. старший намек ловит и помогает, оставаясь наполовину раздетым. взгляд мина скользит по телу, вязкая слюна скапливается во рту и он шумно сглатывает. хвана хочется до невозможного. хочется всего и сразу, всего до кончиков пальцев ног. ким жадно вцепляется в шею, оставляя нежности, и помечает всю шею своими метками. хёнджин дышит рвано, цепляется руками за футболку и хнычет от того, что младший еще не раздет. он дергает его за ткань и сам пытается снять злосчастную толстовку. с верхом покончено, теперь же блондин поедает взглядом открывшуюся взору грудь, плечи, предплечья, живот. он не сдерживается и ведет языком от кромки штанов до пупка, переходит на легкие поцелуи, те сменяются укусами, а после-засосами. он добирается до соска и почти невесомо лижет, улавливая тихий-тихий стон сверху. он целует один, потом второй пухлыми губами, обводит их языком, прикусывает. стоны становятся все громче и хенджин понимает, что делает все правильно. добравшись до ключиц, парень понимает, что обрел новый фетиш-ким сынмин. он лижет везде, а после его толкают на кровать и освобождают от оставшейся одежды. младший скатывается на пол, садясь на колени. сынмин облизывается при виде чужого члена и тягуче медленно ведет по нему языком, звонко чмокая головку. разносится мелодичный продолжительный стон и просьба. —минни, подожди.. —что такое? —нет, все хорошо.. просто.. он закусывает губу и поднимется, идет к тумбочке и выуживает смазку и презерватив. —чтобы.. чтобы потом не отвлекаться.. щеки краснеют, а сынмин улыбается. —ты такой милый. —прекрати! он возвращается к кровати и поднимает кима с пола, ставя на четвереньки. легонько шлепает по бедру и расстегивает его джинсы, тянет вместе с бельём, оголяя ягодицы, бедра, икры. откидывает одежду в глубь комнаты и устремляет взгляд на выгибающегося кима. сердце заходится в быстром ритме и старший не может не шлепнуть по этим округлым ягодицам. сынмин стонет, выгибается сильнее. хван оттягивает одну половинку и любуется нежно-розовым колечком мышц. мажет по нему языком, чуть толкаясь внутрь. младший сжимает плед и громко вскрикивает от неожиданно приятных ощущений. хёнджин насытиться не может, но понимает, что пора бы следовать дальше. он хватает смазку, выдавливая на указательный палец. недолго греет приставляет ко влажному входу. вторую руку кладет на поясницу, поглаживает, расслабляет. немного мажет пальцем и вставляет, целуя в ягодицу. сынмин задыхается. не сказать, что неприятно, скорее, непривычно, но он потерпит. палец проходит до второй фаланги и замирает, давая привыкнуть. ким бедрами подмахивает, показывая, что можно продолжать. хван кивает сам себе и двигать пальцем начинает, прокручивая иногда. он ищет заветную точку, а когда находит, чувствует, как мальчик под ним дрожит, сам двигается и просит еще. и хёнджин исполняет. все, что попросит его, с недавних пор, персональное счастье, он исполнит. медленно растягивая уже тремя пальцами, ким останавливает его и просит заменить пальцы членом. уверяет, что готов и жаждет его. и старший вновь повинуется. натягивает презерватив, смазывает, для надежности и аккуратно толкается, жмурясь от прекрасной узости. сынмина хорошо растянули, так что дискомфорта нет, он благодарен за это чуткому хёнджину. тот толкается глубоко и сразу в цель, до звездочек в глазах, до крови на губах, до сорванного голоса от разрывающих внутренности стонов. они кончают одновременно, старший выкидывает презерватив в мусорку. влюблённые забираются под одеяло, дарят друг другу ленивые поцелуи. сынмин клюёт его в нос и засыпает, а хёнджин еще долго любуется приобретённым чудом.