"Тебе он... просто поможет"

      POV Лея        С бешено колотящимся сердцем я сидела на краю кровати, свесив ноги на пол. Кровь стучала в висках так сильно, что я не слышала никаких окружающих звуков. Пять секунд назад я досматривала сон, в котором мы с Томом поцеловались. Весь сюжет моментально выветрился из головы, организм на ощущения среагировал молниеносно, я резко очнулась. Но всё, что я чувствовала во сне, уверенно воцарилось наяву. И вот я сижу, в плену мурашек, а сердце разрывает мне грудную клетку. Хотелось пить, жесточайше. Я, будто в подтверждение сигнала своего мозга, чуть сжала рукой собственное горло. Сползла с кровати, шлёпая босыми ногами, прошла в ванную. Пила жадно воду из-под крана, зачерпывая прямо руками. Когда кровь в висках перестала стучать и я снова смогла услышать собственное дыхание, я оперлась руками о раковину, вглядываясь в своё отражение в зеркале. Сон был слишком реалистичным, слишком настоящим, я провела пальцами по губам, подбородку, изучая себя. Было жутко от того, что я ощущаю. Казалось, что я чувствую даже след от его щетины на нежной коже. Всё это укрепило мою уверенность в верно принятом решении уехать раньше. Я знала, что теперь точно не смогу контролировать себя. Следующий сеанс или через неделю… не важно, я всё равно поддамся.        Переодевшись в хлопковые брюки и майку, я спустилась вниз, параллельно завязывая волосы в высокий пучок. В доме ещё было тихо, мама не проснулась, я выудила из кармана телефон и написала Сандре:

— Сандра, привет! Прости, я вчера поздно вернулась с сеанса. И ты была права…

Он мне сегодня приснился, мы целовались. Ничего хорошего, придётся мне уехать раньше.

Ответ пришёл очень быстро: — Я, честно сказать, хотела попросить тебя отвалить в девять утра, но твоя писанина, укомплектованная в ОДНО сообщение меня переубедила. Настолько перенервничала, подруга?

— Наверное, да. Папа прилетает сегодня,

надеюсь провести с ним несколько дней,

обсудить ситуацию.

И с тобой. Уже скучаю по тебе.

— Слушай, я безумно уважаю твоего отца, но ты решила рассказать ему…?

— Мне кажется, я уже достаточно

взрослая, чтобы не побояться

рассказать отцу о мальчике,

который мне нравится.

Пусть что-то посоветует. Хоть я уже и решила уехать.

— Окей, только не ври, что это «мальчик», Лея. Хотя, я думаю, ты и не планировала.

— Думаю, я бы справилась сама, не будь мальчику тридцать четыре… Кстати, помнишь тот мамин черничный пирог?

— Терапия идёт на пользу? Мне уже можно идти к вам на чай?

— Мама ещё спит,

но сегодня приготовим. Напишу, как будет готов.

И хочу угостить Тома. Как думаешь, плохая идея?

— Ахахахахх, решила напоследок приворожить его фирменной стряпней? Он не переживет такого удара по вкусовым рецепторам, побереги «мальчика».

— Значит, идея провальная?

— Идея хорошая. Ты что-то перестала действовать как обычно. Импульсивная Лея, аууу!

— Импульсивная Лея в наручниках, держу её из последних сил,

поэтому-то лучше уехать.

— Интересно наблюдать. Люблю тебя, но посплю ещё пару часиков.

— Давай, пусть тебе приснится

твой Гарик Стайлз.

— Он когда-нибудь услышит это ужасное обращение, Лея!

— Мне нравится твоя уверенность в себе! На вашей свадьбе вместе напишем песню про вас и какой-нибудь фрукт,

всё в лучших традициях Гарика:))

— Ты — самая любимая заноза в заднице, на которую трудно обидеться. Пока!

***

      Шум, донесшийся сверху, оповестил меня о том, что мама проснулась. Я глянула на часы — было десять двадцать. Судя по всему, я действительно просидела с кружкой успевшего остыть чая в руках всё это время. Сползла с табурета, двигаясь к лестнице.       — Мааам! Доброе утро! Я съезжу в магазин на велике, что нужно купить? И для пирога тоже!       — Доброе! Подожди ты, я сейчас спущусь.       Мама недоверчиво глянула на меня, спустившись с лестницы.       — Лея, всё хорошо? Десять утра, а ты тут… — она не нашлась со словами.       — Всё отлично! — поспешила её заверить. — Я просто не хочу терять время, да и сегодня выходной, так ведь? Будет время поболтать. И пирога хочется, жуть как, — улыбка в конце получилась странной, я уверена.       — Ну, ладно, — она сонно потерла переносицу, зевая, — я сейчас скину тебе список сообщением. Хочешь — возьми мою машину. Прокатишься до Уэйтроуз?       — Да! Но я все-таки на велике, — ответила уже из прихожей, надевая бейсболку и беря в руки сумку.       Тут же пришлось вернуться за солнцезащитными очками и рубашкой. Снова солнце и ветер. Я вывела велосипед из-за дома, надела наушники, перекинула через голову поясную сумку и в спокойном темпе поехала по улице. В наушниках истошно надрывался Джаред Лето десятилетней давности. Я подпевала, скорее всего, даже не шепотом. Хорошо, что машин в районе практически не было, как и людей. Я спокойно ехала по обочине.       В магазине я попросила коробку для покупок, чтобы прицепить её к багажнику. Ехать стало в разы тяжелее, да и я попросту боялась потерять что-то, поэтому обратно ехала ещё медленнее.       — Ты меня удивила, я не думала, что ты вернешься так быстро, да ещё и со всеми покупками, — отозвалась мама, укладывая последнюю упаковку в холодильник.       — Мне очень любезно помогли в магазине, но я ехала довольно медленно.       — Ну, расскажи мне про твои сеансы. Как успехи?       — Всё двигается плавно, — размыто ответила я.       — Ну, это не ответ. Что обсуждаете? Не зря я плачу деньги?       — Не зря. Очень грамотный специалист, как ты и говорила, — я постаралась пропустить мимо ушей этот снисходительный тон.       — Не расскажешь, да?       — Не думаю, что это так работает. Мы обсуждаем мои психологические проблемы, это врачебная тайна, если моё поведение не представляет опасности. А оно не представляет, — победно улыбнулась я.       — Ладно, доставай деревянную миску побольше, скалку, муку и всё такое, — как-то быстро сдалась она.       Я достала посуду и продукты, выставляя всё на островке посередине кухни.       — Слушай, мам, я подумываю все-таки уехать раньше в колледж, как нам изначально предлагали. Ты ведь была за, так?       — Что, у тебя что-то не так на этих сеансах? С чего бы ты загорелась желанием уехать в колледж, который я выбрала? — она сделала акцент на последних словах.       — Давай не будем устраивать дебаты. Я взвесила всё и решила, что это неплохой вариант адаптироваться. Никаких проблем, никаких подвохов. Новая жизнь.       — Окей, надо решить, когда летим.       — Летим? Ты хочешь поехать со мной?       — Ну, разумеется. Кто тебе снимет квартиру и купит вещи?       — Стой-стой-стой, я же уже говорила тебе, что хочу жить в общежитии. Как всё нормальные студенты.       — Ты хотела сказать: «как все бедные студенты», Лея.       — Нет. Это не обсуждается, серьёзно. Я еду туда раньше, чтобы адаптироваться, чтобы с кем-то познакомиться. Меняется привычный уклад жизни, никто из моих друзей не поступает туда же. Так что… Да и у меня хватит накоплений на то, чтобы купить всё необходимое.       Мама поставила миску с тестом в холодильник, громко хлопнув дверцей и развернулась, скрещивая руки на груди.       — Даже не думай начинать большой разговор, и не вздумай лишать меня выбора, снимая квартиру заранее. Зря потратишь деньги.       — Так же зря, как я лишила тебя выбора с психологом? — парировала она.       — Если ты ждёшь благодарности, я тебе правда благодарна. Эти сеансы помогают мне, но он явно не лечит меня от «любви к мужчинам старше», мам.       — Окей. Билет можешь купить хоть сейчас. Только потом не звони мне оттуда.       — Совсем? — я уже готова была отразить удар, которого, как ни странно, не последовало.       Мама удивляла меня второй раз за утро. Она замолчала, попросив меня засыпать чернику в сотейник на плите. Следующие полчаса мы молча делали начинку для пирога.       — Я знаю, какого ты обо мне мнения, но я правда буду скучать, Лея, — вдруг тихо произнесла она.       Мой ступор длился несколько десятков секунд.       — Я тоже буду скучать, мам.       Был дикий порыв её обнять, но я снова подавила его. Слишком давно я это делала, слишком боязно мне было.

***

      Я быстро черкнула сообщение Сандре о том, что через два часа нужно встретиться в сквере около моего дома. Мне почему-то не захотелось звать её на чаепитие. Поставив таймер, я пришла к маме в гостиную, опускаясь рядом с ней на диван.       — Слушай, я возьму пару кусочков пирога?       Мама вопросительно вскинула брови вверх.       — Нет-нет, не для отца. Для Сандры, — я подняла руки в примирительном жесте и отчего-то засмеялась.       Тень улыбки тронула ее лицо, она кивнула и щёлкнула пультом, включая телевизор. Мы вместе слушали музыку из популярного чарта, мама листала новости на планшете. Мне не нравились эти звуки из телевизора, но я покорно сидела рядом, желая оставить в памяти этот момент. Кто знает, когда мы в следующий раз сможем так посидеть. Но, надеюсь, следующий раз пройдет более тепло. Благодаря Тому. А, может, с Томом?       Последнюю мысль я всеми силами пыталась отогнать, но не вышло. Воображение отчетливо рисовало мне картинку того, что я тайно уже успела возжелать. Я и Том. Вместе. Картинку того, от чего я планировала сбежать. Очень быстро и надолго. Кажется, моя совесть злорадно усмехнулась в этот момент. Я знала, что не выдержу, знала, что через четыре месяца у меня не останется аргументов. Но есть ли аргументы у Тома? Я тряхнула головой, надеясь вывести мысли в другое русло.       Меня привлекло открытое окно, там в итоге я простояла достаточно долго, стараясь сфокусироваться на песне в собственной голове, которую набрасывала в метро пару дней назад. Где-то очень глубоко в подсознании я уже призналась себе, что чувства, крепнувшие во мне изо дня в день, будут влиять на всё. И на мою музыку, и на отношения с мамой, и на вообще все действия. Было это плохо или хорошо — я не знала. Потому что и чувств, подобных этим, я раньше не испытывала.       В воздухе дома чувствовалась некая недосказанность, но мы с мамой так и не перебросились и словом до сигнала духовки. А потом так же молча пошли заваривать чай.       — Он всё такой же изумительный, как и в детстве, мам, — тихо сказала я, откусив пирог.       — Я рада, что тебе нравится, Лея — безмятежно ответила она, смотря куда-то вдаль.       Тут же я заметила слезинку, блеснувшую в ее глазу. Или мне просто хотелось это увидеть? Я не стала гадать.