Механический паучок. Ребут

      Cut the head off Grows back hard I am the Hydra

      — Так мило, что мы пойдём на репетицию вместе!       — Надеюсь, я об этом не пожалею, — делая глоток кофе, вздохнул Омига, читая какую-то газету. Точнее, периодически отвлекаясь на её отдельные строчки.       — Уже так скоро! Мне не терпится увидеть тех, кого я видел на обложках пластинок! И я услышу, как ты поёшь вживую, — мечтательно протянул Зигги. — Ещё 5 минут, и мы пойдём. Я так волнуюсь!       — Ага, — отстранённо издал фронтмен. — Твиг принесёт фотки. Он всегда делает это в один и тот же день из года в год.       — Вау, я увижу молодого тебя!       — Немного обидно, но, да, — улыбнулся Омига. Но через миг он обеспокоенно уткнулся в газету, делая вид, словно нашёл там что-то необычное.       — Давай, Оми, нужно идти, я больше не вынесу! — заканючил Стардаст.       — Ладно-ладно, пошли уже, — выдохнул пришелец. — Я не могу больше это слушать.       — Ура, наконец-то! — подскочил гитарист, взял свой инструмент и побежал к двери.

***

      — Здесь так просторно! Диванчик!       — Да-да, — устало произнёс Омига.       — Тим! — Зигги положил свою гитару и накинулся на Линтона, рассматривающего фотографии.       — Оу, Зиг, — приятно удивился Зим. — Не ожидал тебя здесь увидеть, особенно сегодня.       — А я очень даже знал, что ты тут будешь!       — Здоров, — Твигги крутил в руках ярко-жёлтую камеру.       — Сегодня у нас ежегодная фотосессия, — пояснил Тимоти. — Это традиция. Джорди снимает, а потом, спустя годы, дарит альбомы. У меня такого ещё нет, но мне рассказал Кен.       — Ух ты, — Стардаст взял фотоальбом. — А это чей?       — Мой, — отозвался Твигги, — там неудачные снимки.       Книга была достаточно толстой и тяжёлой. На обложке уже знакомый малярный скотч и годы: с 1994 по 1997. Внутри на каждой странице было по 4-5 снимка разного качества — где-то сильный засвет, где-то неудачный ракурс, где-то размазано.       — Не спрашивай. Я люблю старые фотики, где сразу видно результат. Нецелесообразно дорого, но мне плевать, — вздохнул Джорди. — Зато каждый снимок уникален.       — Ого, — ответил Зигги. Среди фотографий было много Омиги: с горящими предметами, на фоне телевизора, на сцене…       — Я отойду, — оповестил фронтмен, покидая студию.       — Тим, — обратился Зигги, — кто это?       — Это, — задумчиво протянул Линтон.       — Его бывшие. Он ужасно с ними поступал, — Твигги продолжал крутить камеру, будучи при это совершенно внимательным в разговоре.       — Ох, — грустно произнёс Звезда.       — Он задабривал их, дарил всякие дорогие и не очень вещи, приводил к себе, и… скажем так, больше мы их не видели. Он тот ещё псих. Избивал их, насиловал, в общем, всегда заставлял своим поведением бежать из Штата. У Миги получается делать самих девушек виновными, сам он всегда выходит сухим из воды, — пояснил Твигги.       — Это ужасно, — тихо сказал Зигги.       — Но могу сказать, с тобой он ведёт себя по-другому, — начал успокаивать Зим. — Вчера после репетиции он подошёл ко мне и долго расспрашивал про гитары, фирмы и всё прочее. Не мог понять, зачем ему это сдалось, в итоге через час моих объяснений и расспросов обо всех тонкостях Омига вздохнул и сказал, что хочет подарить гитару тебе. Поверь, — Тим сел ближе, — он никогда так не парился ни с одной своей пассией. В добавок, у него никогда не было мужчины, так что особо не переживай.       — О чём ты? — не понимал Стардаст.       — Ну, он же тебе нравится, разве нет? — уточнил Зам.       — Ч-что? — Зигги захлопнул альбом и отвернулся. — Нет, с чего ты взял?       — Оу, прости, полагаю.       — Всем привет, — за дверью показался Джинджер, — о, Зиг, ничего себе. Классная гитара! Надеюсь, тебе её не Мига подарил.       — Да вы издеваетесь?! — немного повысил голос Стардаст. Джорди посмеялся. Кен с непониманием посмотрел на Зима, который жестами показывал своё негодование.       — Всё, перекур окончен, — в студию зашёл Омига. — Все на запись, а то мы никогда не допишем альбом. Музыканты медленно направились в комнату с инструментами.       Зигги остался один в комнате. Он прокрутил в голове события, только что произошедшие, фыркнул, но потом тяжело вздохнул, посмотрев на свою гитару. Было глупо отрицать, что Омига был для Звезды особенным. Пусть фронтмен большую часть времени и спал, но Стардаст обожал даже такие моменты. Также, он обожал объятия, песни «Механических Животных» и приятный голос фронтмена. А ещё давать пришельцу невинные поцелуи. Зиг и сам не мог понять, почему ему так хотелось прикасаться губами к худому лицу Омиги. Слова Зима Зама молнией ударили по красноволосому гитаристу. Но как же это? Как же Суперстар? Хотя, с другой стороны, а любил ли он когда-нибудь Зигги? Вполне возможно, что нет. Так почему Стардасту стоит жить прошлым? Правильно говорил Омига, любить нужно в настоящем времени. Фронтмен и слова плохого не сказал парню, даже наоборот. Поддержка, комплименты игре на гитаре и сочинительству текстов. Никто не пристрелит Зигги, если тот просто попытается сблизиться с объектом любви. Пусть будет, как будет!       — Твигги, — Стардаст зашёл в комнату звукозаписи, где музыканты ещё разогревались. — Можно я пофотографирую вас?       Басист немного удивился предложению, но не отказался. Ему хотелось, чтобы в альбомах были совместные фотографии всей группы. Пока Джорди объяснял, как пользоваться камерой, в студию пришёл последний участник группы — клавишник Мадонна Уэйн Гейси.       «Механические Животные» отлично играли песни под громкий вокал Омиги, а Зигги с интересом следил за вокалистом, делая снимки из разных частей комнаты. Так прошло целых три с половиной часа. Было сделано много фотографий, сыграно много мелодий и спето много строк текста. Стардаст объяснял, как он слышал свою песню «Disassociative», фронтмен кивал, пытался исполнить нечто похожее. Получилось даже лучше, чем Зигги мог представить! Музыканты устали и начали собираться.       — Отличные снимки, — похвалил Твигги.       — Спасибо, — улыбнулся Звезда, собираясь играть на гитаре.       — Но не хватает только тебя, — Джорди направил камеру на Зигги. Тот удивился, но всё же был не против. — Угадай, в чей альбом пойдёт это фото?       — Даже не буду начинать, — посмеялся Стардаст.       — Действуй, — басист сделал знак «пис» и отошёл к выходу из студии. Сначала гитарист не понял, к чему это, но потом осознал, отчего покраснел.       — Чего играть задумал? — подошёл Омига. — Мы уже уходим, Зи.       — Да, хорошо, — Стардаст неожиданно для себя потормозил с объятиями, задумавшись. Но потом всё же прижался к другу. Не резко и сильно, а медленно, словно пытаясь прочувствовать каждый миг.       Мужчины молча добрались до дома. Было уже довольно поздно, но Омига, как обычно, не торопился идти спать.       - Оми, - выдохнув, решился Зигги, сидя на диване с гитарой.       - М? - отозвался пришелец, лежащий рядом.       Стардаст положил инструмент и молча приблизился к Звезде. Тот присел, с удивлением смотря на приятеля. Зигги, вздохнув, прижался губами к губам друга. Последний взялся за голову гитариста, не желая обрывать поцелуй, и Стардаст почувствовал горячий язык во рту. Этого музыкант не ожидал, но был совсем не против. Всё же, кислород не был бесконечным, и друзья отстранились друг от друга. Зигги сгорал от стыда и стеснения. Омига молча взял его за руку, после чего приблизил ко рту и поцеловал каждый палец.       - Спокойной ночи, Зи, - прошептал фронтмен. Стардаст кивнул, не смотря на него, и убежал в комнату на втором этаже.

Now you'll see your star

When you are suffering know that

I have betrayed you.