Я стала младшей сестрой героя этти?

Вот не знаю как, но девочка согласилась. У моей акулы какой-то странный дар убеждения. Вот девчонка уже хочет сбежать… А вот мы уже на пляже по пояс в воде ищем прикольные камешки с ракушками. Намокли все, а не только та мелкая. Даже не соврала, внизу тоже мокро. Только у всех.  — Здесь нет ракушек, — сказала девочка, поглядывая вниз.  — Были, вчера мы их видели, — Айка вполне искренне возразила, хотя мы так-то особо и не залазили в воду за ракушками.  — Нет, здесь их нет, там, дальше были, — она указала пальцем в сторону. — Теперь их нет.  — Это ещё почему? Куда столько ракушек могло подеваться?  — Я их вчера все собрала, — между делом ответила та.  — За соучастие пойдешь, — сверкнула очками Айка, медленно приближаясь к девочке. Насколько это возможно, находясь по задницу в воде. На лице девочки возникли неподдельное волнение и паника. Она сделала несколько шагов назад, а моя акула только приняла устрашающий вид. Ну и кто тут животное? Однако, ракушки…  — Зачем тебе были нужны ракушки? — оттеснила Айку, а то складывается ощущение, что «no horny» на неё не действует. Придётся доставать биту ради священного «bonk»? А где мне сиба-ину взять ради этого? Хм… Попросить родителей купить на день рождения? Вариант… Но я отвлеклась. Нужно не дать кое-кому пое… вые… Кхм… Угрожать.  — Они красивые, я их постоянно собираю, а потом раскладываю, — взволнованная девочка ответила как на духу.  — То есть, ты вполне могла видеть, кто их собирал, кроме тебя.  — Никто не понимает их красоты, я единственная, кто может оценить по достоинству. Переглянулась с Айкой. Кажется, «bonk» откладывается.  — Айка, ты, кажется, что-то хотела с ней сделать?  — У неё милый купальник. Вот бы его… — конечно же… Конечно же она надвинулась на неё, словно дикий зверь атакует, подняла руки, скрючила пальцы, только рыка не хватает. А так…  — Хорошо! Хорошо! Я скажу всю правду! — прикрыв ладошками грудь, девочка пристально глянула на нас в панике… На мгновение её глаза сверкнули… В голове вдруг такая лёгкость, никакие заботы меня не волнуют, тлен вокруг, недостойный моего внимания… — Кья! И, скорчив моську, та падает. Э? Что это было? Её вообще никто не трогал, теперь вот подняла кучу брызг и всплыла… Блин, её бы вытащить, а то мало ли! Кое-как мы с Айкой её подхватили и потащили в тень, чтобы не напекло, да и кожа у неё такая нежная, беленькая, сгорит! Но… Что? Единственное, что могло быть… Могло… А что могло? Я, если честно, вообще не понимаю, что происходит! Как и Айка. Мы обе в непонятках, только эта ещё сверкает очками, как иномарка при обгоне.  — Нужно бы её разбудить, — я села рядом и убедилась, что та вполне нормально дышит.  — Я знаю один способ, — ухмыльнулась Айка.  — No horny, — повторяю прописные истины. Подруга только вздохнула. Только чем-нибудь традиционным и приличным, проблем потом не оберешься, даже не являясь совершеннолетним. Принялась хлопать по щекам. Вскоре девочка пришла в себя… Я и не замечала, что у неё желтые глаза. Она даже сжалась немного, как только нас увидала.  — Что это было?  — Я… Не хороша в атаке через взгляд, — пробормотала она, почему-то зыркая на Айку. — Даже обычные очки помешали, отразив атаку.  — А ну, подожди, ты о чём? И лучше не ври, моя подруга сейчас может войти в режим акулы и твой купальник падёт смертью храбрых.  — А… — открыла ротик, закрыла ротик. Дошла до кондиции. Надула щечки. — Ракушки и камушки я заменила. Я не переставала пялиться на эту девчонку. И как? И что? А те сверкающие огни? А зачем?  — Как ты это провернула? И что только что пыталась сделать? Она пыталась надуть щеки ещё сильнее. Ткнула пальцем в щечку. Мягонькая… Девочка вздрогнула и перестала казаться важной шишкой.  — Пыталась вас отогнать.  — Не темни, ты влезла в отель, что послужит причиной бросить тебя в каталажку, а там ракушек нет. Даже камушков… А такояки дают по праздникам, — Айка стала нагнетать, а девочка пришла в ужас. Такой подлянки она вряд ли ожидала.  — Ладно… Я великая бакэ-дануки Рин! — для большего эффекта она вскочила на ноги, подняла руки, вытягиваясь во весь рост… Но что-то больше и опасней она совсем не кажется.  — Слушай, а она в порядке? — поворачиваюсь к Айке.  — Наверно, солнце напекло голову.  — А глаза? Ты тоже видела огонёк?  — Линзы, — пожала плечами Айка, продолжая, как и я, пялиться на девчонку. Поняв, что произвести впечатление не получилось, она опечалилась. Сникла, опустила руки, шмыгнула носиком.  — Я великая бакэ-дануки… Ёкай… Я…  — Докажи, — мне стало её немного жалко. Хотя она влезла в номер и украла мои прикольные камушки! Но даже я могу прощать и сопереживать, а выглядит она жалко. В тот же момент у девочки из волос появились маленькие закругленные ушки, а сзади возник пушистый хвостик. Ого! А вот это и правда впечатляет.  — Ты это тоже видишь? — легонько ткнула локтем Айку, не отрываясь от созерцания пушистого хвостика.  — Ага… У нас массовая галлюцинация…  — Если это так, хочу потрогать хвостик, — протянула руку.  — Эй, осторожно! — но девочка отпрянула, мгновенно скрыв ушки и хвостик. — Нельзя трогать чужие хвостики!  — Я готова вступить в твою ракушечную религию, только покажи ещё раз хвостик. Тяну руку. Она смотрит с большим подозрением… Массовая галлюцинация или нет, валяюсь я в обмороке от солнечного удара, но такую прелесть я должна потрогать! Она как милое ласковое животное, только человек!  — И ушки, — добавила Айка. Акула-фетишистка, блин… Как и я.