Зелёные яблоки тоже бывают сладкими

***

Семь часов утра. Макаров лежит на старой раскладушке, стоящей в углу маленькой комнатки, называемой залом. Хоть квартира и считалась двухкомнатной, по факту это спальня Макарова и каморка, площадью плюс минус пять квадратных метров. Лёша пытался бесшумно перевернуться на другой бок, чтоб не разбудить Лизку, которая сладко спала в соседней комнате. Макаров потянулся к телефону, стоящему на зарядке. Раскладушка издала характерный скрип, а после вернулась в изначальное положение. Алексею так и не удалось поспать в ту ночь. Слишком много мыслей. И до жути пугающий вопрос: «А что делать дальше?» «В детский сад работает не круглосуточно, плюс болезни, ремонты и тд, значит с ней придётся сидеть, и тогда слечу со стипендий.» «Не вариант» «На няню денег нет. Родственники отсутствуют. В круглосуточный садик пристроить по среди года это что-то невозможное» «Может попросить Кирилла?» «Нет, гордость не позволит. Да и не удобно, он и так столько всего сделал.» «Стоп? С каких пор я вообще думаю про Кирилла в сложной жизненной ситуации? Да и с чего ему со мной общаться после всего того, что произошло? Он буквально признался мне в любви, а потом выгнал» Сумбурный поток мыслей прервал звук пришедшего уведомления. Леша открыл телеграмм, и зашёл в переписку с Кириллом, которая была источником вибраций телефона. Долбоёб: Мы можем поговорить?

Вы:

Прямо сейчас?

Долбоёб: Я в парке. Ты можешь придти ко мне? Пожалуйста.

Вы: Ты время видел?

Я выхожу

***

Кирилл достал сигарету. Шестую за это утро. Он, как и Леша, и глаза не сомкнул. Дым, который он старательно вдыхал, заполнял разум. Он пытался вытеснить все мысли из своей головы. Получалось отвратно, но он не отчаивался. Ещё одна сигарета. Последняя, в этой пачке. Он с трясущимися руками поднес её к зажигалке. Но не успел он затянуться, как к нему сзади кто-то подошёл «Лёша. Хоть бы это был Лёша.» К нему подошёл Макаров. Кирилл взглянул на него, увидел усталое, опухшее лицо, и тут же отвернулся, направив свой взгляд вглубь парка. Он всё никак не мог решиться нарушить тишину. Но сигареты кончились, и Гречкин присел на скамейку, и только тогда Лёша смог рассмотреть лицо Гречкина. Растрепанные волосы, которые до этого всегда были зализаны. Красные опухшие глаза. Он… Плакал? Кирилл похлопал по дощечке слева, как бы приглашая Макарова к себе. Алексей послушался его. И только заняв место рядом с Гречкиным, он заметил розовый след на его щеке. Он слегка коснулся подбородка кончиками пальцев, а после повернул его голову к себе, взглянув прямо в глаза спросил. — Это он тебя так? Кир ничего не ответил, а только молча кивнул. Но Лёше этого было достаточно. Он встал, взял Кирилла за руку и потянул к себе. Гречкин поддался, и уже через пару секунд оказался в крепких объятьях Алексея. Леша был ниже его и из-за этого уперся ему в грудь, а Кир опустил голову ему на плечо. Макаров со всей силы прижал его к себе. Леша почувствовал, как его плечо намокло от слёз Гречкина. Они простояли так больше минуты, а после Леша отстранился. Ресницы Кирилла намокли, а слеза предательски скатилась с его щеки. Макаров, большим пальцем, аккуратно стёр скопление влаги, а потом шёпотом произнёс. — Пошли, тебе нужно отдохнуть.

***

Гробовую тишину не удалось нарушить ни по дороге домой, ни в самой квартире. Лёша молча проводил Кирилла в комнатку, в которой провёл сегодняшнюю ночь, а сам отправился готовить завтрак, уже на трёх человек. Продуктов в холодильнике было не так много. Лёша достал три яйца и полупустую коробку молока. Взбив все продукты в миске и добавив щепотку соли, он вылил содержимое на слегка подогретую сковороду. Обожженная рука всё ещё болела и большая часть бытовых вещей давалась труднее обычного. Так как масло в доме обычно не водилось, а посуда для готовки была не самого лучшего качества, завтрак немного подгорел, но это не сильно портило общую картину. Он набрал воды в чайник и поставил на плиту. Спустя минут десять вода вскипела, а свист от чайника разбудил младшую, которая с тихим топотом уверенно шагала на кухню — Доброе утро, Лиз. — Доброе Ответила девочка, потирая глаза руками. Макаров достал из старого кухонного шкафа тарелку и начал выскребать кусочек омлета из сковородки, а Лизка в это время сидела на старом деревянном табурете, пытаясь окончательно прогнать дрёму. — Приятного аппетита, чай будешь? — Да. А как у Кири дела? Мелкая с интересом взглянула на брата, а тот улыбнулся уголком губ и произнёс. — Не знаю, как проснётся, спросишь у него. Леша здоровой рукой указал на комнату, в которой мирно посапывал Гречкин. Девочка слезла со стула, сбегала в указанном направлении, а после вернулась обратно на кухню. — Ты позвал его к себе в гости? — Ну можно и так сказать, мы же у него погостили, теперь он у нас. — Понятно. Лиза уселась за стол и начала уплетать поставленный перед ней омлет, а Лёша в это время поставил рядом с ней чашку чёрного разбавленного чая с сахаром. — А когда мы к маме вернёмся? Макаров аж поперхнулся от неожиданного вопроса. Нет, он понимал, что ему придется объяснить сестре, что сейчас происходит, но он не думал, что это произойдёт так скоро. — Солнышко, тут такое дело… Мы больше не вернёмся к маме. Мама уехала. — Одна? Без нас? Она нас больше не любит? — Нет, что ты. Она нас очень любит. Просто взрослые такие странные, уходят от того, кого любят. — Как папа? — Да. Именно как папа. — Мы поэтому вчера ушли от Кири? Леша своим видом дал понять, что сегодня расспросов хватит, а сам задумался над словами сестры. Нет, не о какой любви и речи не шло, он его почти не знает. Но всё же симпатия к этому человеку у Алексея потихонечку начала зарождаться. Об этом Макаров решил задуматься позже, а сейчас присоединился к трапезе.