Rookie

Намджун продолжал проигрывать свой трек снова и снова, совершенно сбитый с толку. Песня почему-то показалась ему незавершенной, несмотря на то, что она была закончена. Для него это звучало очень скучно, хотя он добавил все, что мог, чтобы сделать ее интересной. Рэпер вздохнул, сбросил наушники с ушей и схватил пустую кружку с кофе. Ему отчаянно нужна была еще одна кружка до того, как потерять рассудок. Намджун оттолкнулся на своем кресле на колесиках от стола, заставив его откатиться. Он надел домашние тапочки и вышел из своей душной студии. Кофемашина была в общей комнате отдыха в здании. Это было чуть дальше от его офиса, поэтому он использовал это как способ подумать о том, что добавить к своей песне. В песне был сексуальный подтекст, поэтому он задумался, не добавить ли к ней немного стонов. Мысль о том, что он будет стонать в своей собственной песне, отвратила его. Намджун вошел в комнату отдыха и увидел знакомое лицо. Это был трейни, который был лучшим кандидатом для новой мужской группы, которая вот-вот должна была дебютировать. Он довольно много слышал о нем, например, насколько он искусен практически во всем. Но он не знал его имени. Мальчик подпрыгнул, когда Намджун вошел в комнату, встал и поклонился. Намджун был немного озадачен странной реакцией мальчика. — Привет, хён! Я-я ваш такой о-огромный фанат! — выплюнул мальчик. Его голос был немного приглушенным, так как его тело было наклонено. Намджун поднял бровь на его странное поведение. — Как тебя зовут, малыш? — спросил Намджун, подходя к кофемашине и ставя чашку на плиту. Мальчик все еще был согнут в поклоне. — Я-я Чон Чонгук! — представился новичок. Намджун насыпал пакетик сахара в свой кофе после того, как тот был наполнен. Он сделал глоток и тут же пожалел об этом, так как горячая жидкость обожгла ему язык. Намджуну пришла в голову идея, когда он посмотрел на согнутого новичка. — Ты говоришь, что ты мой фанат, да? — спросил Намджун, смотря на спину Чонгука. Чонгук кивнул головой, и его пушистые волосы подпрыгнули при этом. Намджун подошел и положил руку на плечо Чонгука. —Расслабься, малыш. Все в порядке, — успокоил Намджун встревоженного новичка. Чонгук нервно выпрямился. Он не мог смотреть своему кумиру в глаза. — Ты бы хотел сыграть маленькую эпизодическую роль в моей песне? Я слышал, как ты поешь, и у тебя очень красивый голос, — предложил Намджун. Большие оленьи глаза Чонгука загорелись. — Правда?! Я бы с удовольствием! — возбужденно воскликнул Чонгук. Он понял, насколько громким был, и прикрыл рот рукой. Чонгук издал фальшивый кашель. — Я имею в виду, что это было бы круто, — поправил он, пытаясь говорить тише. Намджун улыбнулся и вышел из комнаты отдыха. Трейни последовал за ним. Двери студии Намджуна автоматически закрывались каждый раз, когда он уходил, поэтому ему приходилось снова вводить код. Дверь запищала, и они вдвоем вошли в студию. Чонгук прибывал в восторге, осматривая студию. Сначала он встретился со своим кумиром, а теперь он был в его студии и собирался помочь с песней! Намджун плюхнулся на стул, чуть не пролив кофе, которого так жаждал. — Садись, — дал указание он пораженному мальчику. Чонгук споткнулся о ногу, но вовремя схватился за стул. Намджун отключил наушники, чтобы они могли вместе послушать песню через динамики. Намджун проиграл свою песню для Чонгука, и младший мальчик внимательно слушал. Он не мог услышать, что с ней не так. Для него это звучало абсолютно идеально. Когда песня закончилась, Намджун повернулся к Чонгуку. — Мысли? Чонгук потерял дар речи. Песня была для него безупречной. — Это здорово, Хён! — похвалил Чонгук после того, как песня закончилась. Намджун улыбнулся комплименту и его ямочки на щеках заставили Чонгука покраснеть. — Лично я думаю, что с некоторыми твоими импровизациями это звучало бы лучше. Намджун схватил запасной микрофон. Он подключил его к своему компьютеру и щелкнул на трек, чтобы отредактировать его. Чонгук встал, чтобы лучше дотянуться до микрофона. Он надеялся, что его голос будет достаточно хорош в глазах Намджуна. — Хорошо, я включу трек на заднем плане, а ты можешь просто повторять слова снова. Чонгук кивнул, надел наушники и подождал, пока трек заиграет. После того, как заиграла инструментальная часть, голос Намджуна заполнил его уши. Он почти забыл, что должен петь, потому что был так отвлечен, услышав голос своего кумира. Трейни быстро собрался и сделал, как ему сказали, подпевая рэпу Намджуна. Чонгук пел так, словно от этого зависела его жизнь, беря самые высокие ноты, чтобы контрастировать с глубоким голосом Намджуна. Намджуну до сих пор нравилось то, что он слышал. Закончив бэк-вокал, Чонгук снял наушники и нервно посмотрел на Намджуна, ожидая его реакции. — Это было идеально, ребенок, — одобрительно сказал Намджун. — Но есть еще кое-что, что ты можешь сделать, чтобы оживить ее. Можешь постонать в микрофон? — спросил Намджун. Щеки Чонгука вспыхнули ярким румянцем. — П-постонать? — выпалил Чонгук, как будто никогда раньше не слышал этого термина. Намджун утвердительно кивнул головой. — Ага, — сказал он, нажимая на букву «P», когда закончил. Чонгук тихонько пробормотал «Окей» и надел наушники обратно на голову. Песня снова заиграла, но на этот раз Чонгук слабо слышал, как он поет там, где ему велели. Во второй раз он нервничал больше, но не хотел говорить об этом Намджуну, потому что очень хотел быть в его песне. Он сглотнул и проглотил свою гордость. Он попытался стонать в микрофон, но вместо этого из его горла вырывался слабый хрип. Его лицо покраснело еще больше, но на этот раз от смущения. Намджун ободряюще улыбнулся ему. — Ничего страшного. Попробуй еще раз, — подбадривал он, как будто не просил стажера стонать для него. Чонгук попытался еще раз, но из его рта вырвался тот же жалкий звук, а не стон. Чонгук снял наушники с ушей. Музыка, играющая в них, была такой громкой в этой маленькой комнате. — П-прости, хён. Я не могу этого сделать, — пробормотал Чонгук, низко опустив голову от смущения. Намджун ободряюще погладил его по голове. — Эй, это было прекрасно, малыш. Я дам тебе небольшой толчок, чтобы помочь. Вернись к микрофону. Чонгук послушался и вернулся к микрофону. Песня снова заиграла в его наушниках, когда он снова их надел. Чонгук не был уверен, что имел в виду Намджун, когда сказал, что собирается дать ему «небольшой толчок», пока Намджун не подошел к нему сзади и не положил руку ему на задницу. Из-за этого Чонгук пискнул в микрофон. Действие застало его врасплох. — Х-хён? — заскулил он, когда Намджун начал его ласкать. Намджун прижался пухлыми губами к разгоряченной коже Чонгука. — Тсс, просто будь хорошим мальчиком и делай, как я тебе сказал, — проинструктировал Намджун своим низким голосом, щекочащим кожу Чонгука. Трейни почувствовал, что у него кружится голова. Все происходило так быстро, особенно когда Намджун расстегнул молнию на его штанах и сдернул их вниз, обнажая трусики. Чонгук промок до стыдливости быстро. На его трусиках было небольшое мокрое пятнышко от того, что они были так близко, и от того, как Намджун прикасался к нему. Намджун засунул руку ему под трусики, касаясь мокрой и возбужденной киски. — Х-хён, это м-моя… к-киска, — заскулил Чонгук, когда Намджун провел пальцем по щели влагалища. — Твоя киска мокнет, детка. Непослушная малышка, — усмехнулся Намджун. — Разве ты не должен кое-что делать для хёна? — спросил Намджун. Чонгук был слишком сосредоточен на том факте, что Намджун прикасался к нему таким образом, что забыл, что должен был стонать для его песни. На этот раз было немного легче из-за того, что Намджун надавил на его маленький клитор. Его колени подогнулись, когда Намджун засунул палец внутрь его киски. Ощущение было странным, поскольку он никогда не прикасался к себе там внизу. —Давай, детка, у нас мало времени, — настаивал Намджун. Чонгук кивнул и снова попытался застонать. На этот раз это было естественно, а не звучало как жалкое хныканье. — Хороший мальчик, Чонгук. Давай еще немного, — уговаривал Намджун, массируя пальцем стеночки внутри Чонгука. Удовольствие заставляло голову Чонгука кружиться, когда из его рта в микрофон вырывались новые жалобные стоны и хныканье. Намджун чувствовал, как киска Чонгука нагревается под его рукой, становясь все более влажной вокруг его пальца. Чонгук раздвинул бедра, чтобы получить больше. Песня давно закончилась, но Чонгук этого не заметил из-за того, как хорошо он себя чувствовал. — Еще, хён, — взмолился Чонгук, — пожалуйста! Намджун не смог устоять и добавил еще один палец внутрь жадной маленькой киски Чонгука. К этому моменту его трусики промокли и испортились, и ему, честно говоря, было все равно, пока Намджун трогал его пизду. — Ты девственник, Чонгук? — спросил Намджун, водя пальцами по его киске. Чонгук почувствовал, как его лицо стало горячее от вопроса. — Д-да, хён, — униженно заскулил Чонгук. Его лицо вспыхнуло ярче. Член Намджуна начал твердеть в штанах еще больше. Симпатичный девственник, который сделает для него все. Он определенно собирался добиться своего с ним. Чонгук вцепился в края стола до побелевших костяшек пальцев. Намджун чувствовал, как влагалище Чонгука начинает сжиматься вокруг его пальцев. Он хотел испытать это вокруг своего члена. Хотел почувствовать, как девственная киска Чонгука сжимается и кончает вокруг его первого члена. — Х-хён, у меня такое странное ч-чувство. Чонгук заплакал, чувствуя, как его желудок начинает сжиматься и бурлить. Он никогда раньше не испытывал этого ощущения, потому что у него никогда не было оргазма. Так что он не знал, что происходит. Весь этот день казался ему таким чуждым и неизвестным. Пальцы Намджуна заработали быстрее, от чего у Чонгука закружилась голова от удовольствия. — Х-хён! Чонгук заплакал, когда его спина выгнулась дугой, а его киска сжалась вокруг пальцев Намджуна. Чонгук никогда не испытывал такого удовольствия за всю свою жизнь. Он чувствовал его до кончиков пальцев. Намджун застонал, и его член напрягся в штанах, когда он почувствовал, как киска Чонгука обхватила его пальцы. Ему нужно почувствовать это вокруг своего члена сейчас. Он нетерпеливо сорвал с Чонгука трусики. Тонкая ткань упала на пол. Намджун не удосужился полностью стянуть штаны, поэтому он стянул их чуть ниже яичек, чтобы освободиться от ограничений. Он вздохнул с облегчением, как только освободился, и сделал несколько движений рукой по своему ноющему члену. Чонгук все еще был в тумане от своего первого оргазма. Так что он даже не заметил, как Намджун засунул свой член в его киску. Его глаза снова открылись, когда что-то толстое протолкнулось внутрь его тела. — Х-хён! Чонгук задохнулся, когда почувствовал что-то большое, что вторглось в его дырочку. — Тсс, детка. Хён лишает тебя девственности, малыш. Шелковистый голос Намджуна должен был успокоить напряжённого трейни. Намджун старался не суваться сразу в парня, но его пизда сжимала его совершенно потрясающе. Вместо того, чтобы отстраниться, он покачал бедрами, чувствуя себя лучше. Чонгук не думал, что его киска может чувствовать себя лучше после пальцев Намджуна, но сейчас он был на седьмом небе от счастья. Намджун позволил Чонгуку немного привыкнуть. Было бы немного неразумно грубо трахать трейни, которому нужно было танцевать на следующий день. Намджун водил руками круговыми движениями по бедрам Чонгука, чтобы немного его успокоить. — Вот и все, малыш. Ты так хорошо справляешься, — похвалил Намджун. Чонгук устало улыбнулся от похвалы своего кумира. После того, как Намджун решил, что Чонгук достаточно приспособился, он попробовал толкнуться, выходя и медленно вталкиваясь. Рот Чонгука открывается, когда он чувствует, как член Намджуна движется внутри его тела. Он чувствовал себя таким полным. Это было намного лучше просто пальцев Намджуна. — Х-хёни, мне так хорошо! Пожалуйста, займись сексом со м-мной! — умолял самым милым образом Чонгук. И как Намджун может отказать в его просьбе? Намджун медленно вышел, а затем снова вошел в узкую киску Чонгука. Спина Чонгука выгнулась от удовольствия, когда Намджун начал проникать внутрь его киски. Слюна капала изо рта Чонгука, когда удовольствие усилилось. Намджун быстрее и сильнее входил в его киску и теперь мальчик приспособился к чужому члену. — Х-хёни, так хорошо внутри, — пробормотал Чонгук, медленно начав рушиться от того, насколько хорошо было его телу. Попытка стонать для песни Намджуна была далеко от Чонгука в этот момент. Намджун зарычал и крепче сжал бедра Чонгука. Чужие бедра покраснели от того, как сильно он вцепился в кожу. Чонгуку было все равно, потому что то, как его сильно трахали, перевешивало боль в бедрах. Странное чувство, которое он испытывал, когда Намджун входил в него пальцами, снова медленно начало нарастать. Его колени подогнулись и задрожали, когда его тело начало готовиться к новому оргазму. Чонгук мог сказать, что этот будет лучше, чем предыдущий. И он был прав, потому что через несколько мгновений его желудок скрутился в узел, а затем расслабился. Его спина выгнулась под грудью Намджуна, рот приоткрылся, а пальцы ног подогнулись от оргазма. Его тело рухнуло на стол, когда вся энергия покинула его тело в форме оргазма. Намджун застонал, почувствовав ту же напряженность вокруг пальцев, сжимающих уже его член. — Дерьмо, — прошипел он от удовольствия, вонзаясь в дырку Чонгука, преследуя собственный оргазм. Еще несколько небрежных толчков внутрь измученного тела Чонгука, и рэпер кончил в трейни. Горячая сперма залила внутренности Чонгука, заставляя его хныкать от перевозбуждения. Намджун потянул Чонгука назад, чтобы они оба сели в кресло, давая Чонгуку немного отдохнуть. — Ты отлично справился, Чонгуки. Моя песня будет звучать намного лучше с твоим красивым голосом, — хвалит его Намджун, поглаживая блестящие черные волосы Чонгука. Грудь Чонгука быстро вздымалась и опускалась, когда он пытался отдышаться. Он мог лишь слабо улыбнуться, засыпая в объятиях своего кумира. Через несколько дней после того, как весь альбом был выпущен, Чонгук снова был в офисе Намджуна. Он подпрыгивал на члене Намджуна, который проверял реакции и графики в твиттере. — Всем нравится песня, в которой ты был, детка. Это самая продаваемая песня в альбоме, — сказал Намджун мальчику, подпрыгивающему на нем. Чонгук уткнулся лицом в шею Намджуна, чтобы скрыть свое смущение, хотя и в данный момент он подпрыгивал на его члене. — Я бы хотел, чтобы ты поучаствовал в другой песне, детка, — поддразнил Намджун, целуя смущенного юношу в красную щеку.