Чаша победы

Это просторное помещение, где они устроились, состояло из множества дымчатых полупрозрачных стен, переходящих одни в другие, создающих несколько слоёв. И местное солнце, укатываясь за горизонт, играло тенями и светом, плавной палитрой холодных оттенков. Здесь они вдвоём были как будто в центре какого-то органического цветка со множеством лепестков, смыкающихся сверху куполом, и по губам Старскрима скользнула кривоватая улыбка: он оценил всю изысканность интерьера места, куда привёл его командир. Сикер откинулся на изогнутом ложементе — вспененный композит прогнулся под ним упруго, ровно в той степени, чтобы поддержать весь сложный рельеф трансформерского корпуса, и авиакомандующий цокнул, прищуривая оптику: как удобно. Тут, видно, дизайнеры тоже постарались — как и на всём этом планетоиде, маленьком спутнике небольшой звезды, который главнокомандующий десептиконской армии избрал местом для своего тайного отдыха. Мегатрон, сидящий напротив Старскрима, слегка улыбнулся на его реакцию, а потом плавным и властным движением подхватил сикера за ногу ниже колена. Он провёл большим пальцем по прямому острому прямому краю белой пластины, потёр слегка остальными и потянул к себе. Старскрим чуть изогнул оптогрань, но позволил практически вытянуть свою ногу над столом, отдавая её в чужую власть. Механоид напротив воспользовался этим, проводя пальцами уже по всей длине от коленного шарнира до чёрного сопла турбины, служащего сикеру каблуком. — Это одна из самых красивых твоих частей, Старскрим, — Мегатрон неторопливо скользнул взглядом по светлому металлу ноги, а потом слегка наклонил к себе синюю стопу, фиксируя её в таком изогнутом состоянии, и приказал: — Держи ровно. — Я сейчас обижусь за все остальные, — хмыкнул сикер, но послушно удержал на весу ногу с вытянутым носком. — Не стоит, — обманчиво мягко улыбнулся главнокомандующий, а затем наклонился куда-то в сторону и достал небольшой параллелепипед с простой маркировкой. — Остальным частям твоего корпуса тоже хватит внимания. Старскрим выдул потеплевший воздух из клапанов вентсистемы: обещание Мегатрона упало камнем, и — он знает — оно такое же надёжное, как и сам лидер. Старскрим усмехнулся своим мыслям: автоботы никогда бы не поверили. Их Мегатрон не удостаивал своей надёжности, им всегда достаётся только ложь. Они считали: это суть десептиконов и их лидера в особенности, но они ошибались. Они просто не заслуживали доверия ни в малейшей степени, потому что они — враги. В отличие от него, Старскрима, сколько бы переворотов власти — ну хорошо, попыток переворотов — он ни совершил. И им никогда не понять этой разницы. А потому — и не закончить войну. Старскрим смотрел, как Мегатрон открывает ёмкость и тягучее тёмно-розовое топливо явно со множеством присадок льётся ему на носок ступни, аккурат в прямоугольную выемку по центру. Оно растеклось по углублению, заполняя его доверху, но ни каплей больше. Как только командир закончил, Старскрим усмехнулся и слегка — совсем немножко, чтобы не пролить, — наклонил ступню, чувствуя, как жидкий энергон ползёт дальше, почти до самого края. Мегатрон перехватил его ногу за каблук, снова фиксируя, покачал неодобрительно головой: он не давал на это разрешения. Сикер мило улыбнулся в ответ, более не шевелясь, — он тысячу раз нарушал приказы, прямо как сейчас, но только тогда, когда было можно. Мегатрон смотрел на него секунду, и две, и три, заставляя сикера едва заметно подёрнуть плечами под этим пристальным давящим взглядом, а потом наклонился и провёл языком. По синей выемке. Изнутри. Зачёрпывая немного топлива, дегустируя его чуткими датчиками, предвкушая с затаённым чувством дальнейшее, большее. Его пальцы скользнули по стопе, лаская свод, трогая каблук-сопло, и Старскрим откинулся обратно на ложемент с лёгким тихим стоном. Ему было хорошо — уже, да, столь малыми средствами. Он тоже знал, что это только начало... И это было тонкое, изысканное, почти не извращённое удовольствие — от его обычно в интерфейсе и в жизни резкого и напористого партнёра, и оно ему нравилось. Мегатрон редко себе позволял так делать — потому что приберегал это действие под особые случаи. Он награждал себя им. Каждый раз, когда главнокомандующий ласкал ртом стопы Старскрима и наливал в них топливо, он пил из них как из чаши. Как из своей победоносной чаши. Наблюдая за Мегатроном, не дающим ни одной розовой капле испачкать что-то, кроме собственных губ и языка, Старскрим провёл пальцами по изогнутой ручке ложемента. В последнее время было несколько мелких поражений — и много небольших побед. На линии фронта в различных квадрантах вселенной кипели бои, было чему радоваться, но — праздновать?.. Старскрим поднял вторую ногу, проводя кончиком носка по широкому серебристому грудному отсеку и ниже, по ребристым алым выступам, упираясь в чёрные тазовые сегменты. Мегатрон вздрогнул, тихо взрыкнув двигателем, послал своему заместителю короткий яркий взгляд, так и не оторвав губ от синей выемки, лаская её снова и снова. — Что я не знаю о наших достижениях? — Старскрим усмехнулся: от каждого движения языка становилось жарче в глубине корпуса и в паховой области, понемногу, ещё на несколько градусов, ещё больше децибелов шума выдала вентсистема. Он кончиком стопы с удивительной точностью провёл по краям чужих алых пластин, между ними. — Захвачены три города-полиса, два квадранта, выставлены новые границы по нейтральным зонам, проведена диверсия на Земле… Мегатрон кивнул со смешком и обвёл языком внешнюю линию свода стопы. — Тогда что?.. — Старскрим прикрыл оптику, выдыхая, но любопытство было посильнее возбуждения — пока что сильнее. — Не просто три города-полиса, мой сикер, — главнокомандующий оторвался от синего металла с трудом, жадно оглядел всю фигуру своего заместителя, заставив его вздрогнуть, расправляя крылья от удовольствия шире. А потом наклонился над его ногой снова. — Это Гелекс, — сикер почувствовал влажное касание на окружности сопла. — Это Полигекс, — в глубине между каблуком и синим сводом тоже стало влажнее. — И Тарн, — Мегатрон подхватил стопу и выпил последним глотком оставшийся энергон. Он перебрался выше — быстро, почти мгновенно, — и упёрся руками в композит по бокам авиакомандующего. — Айакон, Старскрим. Остался только Айакон, — от низкого, почти на границе с инфразвуком, тембра, от тяжёлого и горячего корпуса, нависшего над ним, сикеру стало ещё жарче, он выгнулся невольно навстречу, желая соприкосновения, контакта. — Мелкие сошки вроде нейтрального Тайреста не в счёт… Завтра ты будешь там, Старскрим. Ты возьмёшь всех, кто встаёт на крыло, и всех, кто собирается в гештальт. Ты поведёшь армаду — пока автоботы заваривают раны и не ждут второго удара — и захватишь эту шлакову столицу алозначных, сикер, — рука Мегатрона привычно, таким хозяйским жестом потёрла Старскриму кокпит, что у того засбоила вентиляция, уже совсем не справляясь с охлаждением перегруженных систем. — Сделай всё: сравняй её с землёй, преврати в новый кратер на поверхности Кибертрона — но уничтожь. Никакого захвата, только уничтожение. Главнокомандующий резко, рывком опустился, целуя и кусая шейные кабели, проводя дентопластинами по крепким тягам, стискивая обеими руками вентиляционные выступы на груди сикера. И Старскрим не выдержал, разводя ноги и давая команду убрать в пазы паховую пластину, подчиняясь приказу на завтра и своему желанию — сейчас. Мегатрон с довольной усмешкой отстранился, чтобы посмотреть на открывшуюся интерфейс-систему, горячую, со всей очевидностью жаждущую соединения. Заходящее солнце окрасило в розовый — в цвет энергона, жизни и смерти — выступившую смазку на тёмном ободе принимающего порта сикера. — Добудь мне победу, Старскрим. Добудь мне Кибертрон. Электрическая дуга между чёрными пальцами лидера была ярче затухающих лучей солнца. И Старскрим закричал в голос, когда его корпус через порт прошил первый разряд. Завтра автоботов не спасёт ничто, он знал. Потому что он следует процессором, корпусом и искрой за своим командиром, за его идеей, и их прошлые и будущие разногласия ничего не меняют в этой аксиоме. Потому что он всегда был и будет верен своему командиру в главном: в целях и средствах. В единой конечной цели — и в бесконечном выборе средств. ...Много лет спустя Мегатрон снова будет праздновать свою победу. Но на этот раз — в Дарк Маунте, в центре гуляющего напропалую Полигекса, в темноте покоев, под отсветы разноцветных праздничных залпов вокруг башни и по всему городу-штату, по всему Кибертрону. Мегатрон снова будет пить из своей «чаши» — вот только теперь ею будут служить уже не просто изящные синие стопы, а — внутренняя часть паха, в углублении которого располагается интерфейс-система сикера. Порт авиакомандующего Старскрима. Порт крылатого трансформера — главного из тех, что добыли императору Мегатрону Вселенную.