никаких обещаний.

      — С каждым днём я становлюсь все сильнее, Люмин… — сквозь боль улыбается Чайлд, прикрыв глаза. ***       Тёплый ветер ласкал золотые локоны Люмин. Вечерело. На небе друг за другом стали появляться фонарики. В это время Ли Юэ приобретает новые краски, здесь хочется остаться навсегда и забыть обо всех проблемах будней путешественника. Что странно, даже болтливая Паймон молча летала рядом и завороженным взглядом смотрела на морские фонари. Люмин прикрыла глаза и вдохнула полную грудь воздуха. Суета рынков осталась за спиной. Волны тихо разбивались о берег, убаюкивая. Это спокойствие могло длиться вечно, если бы не одно «но».       — Люмин! — окликнули девушку сзади; конечно же, она знала кто это, этот голос сложно не узнать, — А мы искали тебя, — Путешественница обернулась и увидела двух рыжеволосых братьев, — Паймон, я и не заметил тебя, — Тарталья с неловкостью почесал затылок.       — Люмин, Паймон! — взвизгнул Тевкр и подбежал к путешественнице, заключая в объятия. Чайлд решил показать младшему брату праздник морских фонарей, для него это был сюрприз, но с Люмин он договорился заранее.       — Привет, Тевкр! — Паймон наконец оторвалась от неба, — И тебе Чайлд, — Она посмотрела на него с некой ухмылкой, Тарталья улыбнулся в ответ и присел ближе к Люмин. Она сразу же уловила приятные нотки пряного парфюма. Самый вкусный запах. Словно Сян Лин только достала из печи булочки с корицей.       — Здесь очень красиво, брат был прав! — с восторгом произнёс Тевкр, отлипнув от путешественницы, — Сестрёнка, пойдём скорее, запустим фонарик, — малыш потянул Люмин за руку в сторону рынка. В этот момент она заметила сияющие глаза Тевкра, в них словно горели звёзды. Это и отличало его от старшего. Девушка уже было хотела встать, как вдруг её остановил Чайлд.       — Постой, братик, не спеши. Возьми с собой Паймон и сходите купите чего-то вкусного, — рыжеволосый парень достал из кармана мешочек с морой и протянул младшему.       — Вау! Паймон действительно проголодалась, — от мысли о еде её живот заурчал. Она встрепенулась и подлетела к Тевкру. Мальчик выглядел грустно.       — Но ты обещал…       —Мы с Люмин присоединимся к вам попозже, закажите еды на четверых, — Чайлд тепло потрепал рыжие волосы брата.       — Уговорил, — малыш сложил руки за спиной, — только не задерживайтесь, а то Паймон все съест! — он хихикнул.       — Эй! — воскликнула Паймон, но Тевкр уже успел убежать. Она надула щечки и полетела за ним.       Как только они скрылись в толпе, Чайлд облегченно выдохнул и чуть ближе подсел к Люмин. Путешественница покраснела, но не отодвинулась. Парень зазевал, прикрыв одной рукой рот, а другой обнял девушку за талию, придвинув ещё ближе.       — Очень банальный приём, Чайлд, — улыбнувшись, Люмин закатила глаза и положила голову на плечо предвестнику. Он усмехнулся.       — Однако, ты уже у меня на плече, — самодовольно выпалил он, после чего сразу получил тычок в ребро, — Понял-понял!       — Я скучала… — произнесла девушка, закрутив побрякушку от костюма Чайлд на пальце.       — Прости, было очень много работы, но я обещаю, что сегодняшний день мы проведём вместе, — парень крепко обнял Люмин, у неё даже хрустнула спина.       — А ты с каждым днём все сильнее.       — Ты правда это заметила? — восторженно спросил Тарталья.       — Ага, — Люмин хихикнула в кулак.       Неожиданно для путешественницы, предвестник фатуи наклонил голову и прильнул своими губами к её. От удивления она раскрыла глаза, но тут же блаженно сомкнула их. Расставания действительно болезненные, хочется проводить вдвоём все своё время, но их деятельность не позволяет им. Губы Чайлда мягкие и сладкие. А руки ловкие и проворные, нежно поглаживают талию от чего становится щекотно в животе. С неохотой они отрываются друг от друга.       — Я бы просидел тут вечность с тобой, глядя на красоты Ли Юэ, — внезапно произнёс Тарталья. От этих слов на губах появилось подобие улыбки, ведь этого никогда не будет.       — Может, отдохнёшь от работы? — обеспокоенно спросила Люмин, одним пальчиком поглаживая глаз Бога на его бедре.       — Ты же знаешь, что это невозможно, как бы мне не хотелось.       Путешественница грустно вдохнула. Этот вздох гулко раздался в сердце Чайлда, словно ножом полоснули.       — Все в твоих руках. Помнишь, ты обещал взять меня с собой в Снежную, чтобы познакомить с братьями и сёстрами? — глаза предвестника ещё больше потускнели.       — Хорошо! — Он поднял руки, признавая своё поражение. — Обещаю, что после праздника морских фонарей мы отвезём Тевкра в Снежную вместе.       — Ура! — победно воскликнула Люмин и обвила руками шею Чайлда, сильно прижимая к себе.       — Идём, а то нас уже скорее всего заждались, — парень поднялся, подав руку своей даме сердца. Они переплелись пальцами и пошагали в сторону, куда ранее направились Паймон и Тевкр.       С тех событий прошло около недели. Братик Чайлда всё ещё оставался в Ли Юэ, по его просьбе Люмин ночевала у них дома. Она никогда ещё не оставалась у Тартальи и не спала с ним в одной постели, но, как оказалось, зря. За всё то время, что путешественница знакома с предвестником, она и представить не могла, насколько он нежный и комфортный дома, в своих пижамных штанах в клеточку. Обычно Чайлд просыпался раньше и готовил завтрак для гостей сам, но после вчерашних игр в горах переутомился и теперь разбудить его будет сложно. Люмин расслабленно потянулась и повернулась к рыжеволосому парню. Он мирно сопел рядом. Одеяло сползло до бёдер и путешественница невольно засмотрелась на тело предвестника. Такое сильное, гладкое и блестящее в свете утреннего солнца. Хочется дотронуться, ощутить его тепло. И она это делает. Подушечками пальцев Люмин нежно касается кожи, точно взмах крыльев бабочки. Чайлд смешно морщит носик и кладёт руку на место прикосновения, накрывая ей руку девушки. Сквозь сон он улыбается и переворачивается на бок, поджимая под себя Люмин. Она уткнулась лицом в грудь предвестника и напряглась от смущения.       — Поймал с поличным, — пробурчал в подушку Чайлд. Девушка ещё больше раскраснелась, но выдавила из себя «угу», соглашаясь.       Дальнейшие попытки уснуть оказались тщетными и Тарталья полностью проснулся. Лениво потёр глаза. Вставать из тёплой постели совсем не хочется.       — Я тебя разбудила? — Спрашивает Люмин, подперев голову ладонью.       — Я был бы рад, если бы меня будили так каждый день, — парень последовал её примеру и так же подпёр голову ладонью, глядя прямо в глаза. Они… блестят? Люмин удивилась увиденному, но говорить об этом ничего не стала.       — Пойдём завтракать?       — М-м-м, — замычал Тарталья, утыкаясь лицом в подушку, — почему нельзя просто понежиться в кроватке?       Люмин хихикнула и осторожно легла на спину предвестнику.       — Да, утренний массаж не помешал бы мне, — он одним глазом хитро взглянул на Люмин.       — Так и быть, сделаю одолжение, — путешественница улыбнулась и села Чайлду на поясницу, нежно касаясь пальцами плеч, массируя и растирая. Его плечи… сильные и мощные. Они могут спрятать от любых невзгод. Люмин не заметила, как увлеклась массажем. От удовольствия Тарталья довольно застонал в подушку.       — Всё же, отдых от тренировок даёт о себе знать. Все мышцы ноют, — он сказал это так, словно скучает по ним.       — Ты что, и дня прожить не можешь без тренировок? — тут же спросила Люмин. Предвестник задумался прежде чем ответить.       — Моё тело уже не может без тренировок, Люмин, — в его голосе… грусть? — Я ведь должен становиться сильнее.       Путешественница наклонилась и нежно поцеловала спину Чайлда.       — Ты самый сильный в мире, по-моему ты уже всем это доказал, — она спустилась обратно на кровать.       — Нет, к сожалению, — Тарталья перевернулся на спину, а затем резко вскочил с места, — Спасибо за массаж, теперь можем идти завтракать.       Он лучезарно улыбнулся и протянул Люмин руку. Она, не задумываясь, вложила в неё свою и они, счастливые, побрели на кухню. Паймон и Тевкр всё ещё спали, поэтому пара наслаждалась тишиной. Они вместе приготовили завтрак и, съев свои порции, направились на рынок.       Чайлд выполнил обещание и сегодня вечером они все должны отправиться в Снежную, поэтому без сувениров никуда. Пара обошла весь рынок в поисках подарков для всех членов семьи Тартальи. Но времяпрепровождение с ним самое лучшее, что случалось с Люмин, после потери брата. От мыслей об Итере стало не по себе, и путешественница невольно сжала руку Чайлда. Он сразу заметил беспокойство в её глазах и, наклонившись, пошептал: «я с тобой, не волнуйся». От его слов действительно стало легче на душе. Он рядом. Всегда будет рядом, в самом сердце.       Внимание Люмин привлёк прилавок с игрушками. Она весело пошагала к нему, оставив позади Тарталью с пакетами. Путешественница заметила каменную фигурку Гео Архонта. Она присела на корточки и наклонила голову, чтобы лучше рассмотреть её.       — Смотри, Чайлд, мне кажется эта фигурка подойдёт для коллекции Тевкра…— девушка обернулась и увидела предвестника, который разговаривал с одним из Фатуи.       — Да, лучик, я сейчас, — его слова заставили покраснеть. «Лучик» — повторила в голове Люмин, каждый раз она умилялась этому прозвищу.       Когда Чайлд закончил разговор, передал Фатуи пакеты с покупками и подошёл к путешественнице.       — Эта фигурка действительно будет чудно смотреться на полке с другими. Можно, пожалуйста, фигурку Гео Архонта? — парень расплатился с продавцом и, чуть отойдя, повернулся к Люмин лицом, дотрагиваясь до щеки.       — Мне нужно разобраться с кое-какими делами и я вернусь. Тебя проводят до дома, — Тарталья указал на Фатуи, стоявшего позади, — Не скучай! — напоследок, он ласково чмокнул девушку в щеку и удалился.       Остаток дня Люмин провела с Тевкром и Паймон, играя в разные игры. Когда солнце уже начало садиться, а все готовились ко сну, в окно к путешественнице внезапно постучали. Она нахмурилась и тихонько подошла к шторе. Было немного страшно, но всё же она открыла и увидела перед собой… Чайлда. Измученный, он сидел на дереве, переводя дух. Было видно, что забраться на него ему стоило больших усилий. Предвестник глупо улыбнулся, а Люмин отошла от окна, чтобы дать ему войти. Из последних сил Тарталья рывком прыгнул в окно и свалился на пол, наделав шума.       — Опять использовал глаз порчи? — спросила девушка. Для них обоих было понятно, что этот вопрос риторический. Люмин присела рядом с парнем и коснулась его руки, — Постарайся больше этого не делать.       — Ха, — усмехнулся Чайлд, тут же хватаясь за бок, — Никаких обещаний.       Путешественница слегка отодвинула ткань пиджака с бока, за который отчаянно держался предвестник. Взору открылась гематома, от которой пульсировали ярко-фиолетовые вены. Захотелось погладить, успокоить, но как только девушка потянулась к ране, Тарталья злобно фыркнул.       — Ты же знаешь, её лучше не трогать, — неожиданно для Люмин, его взгляд стал озлобленным и она тут же отдернула руку.       — Извини, — Виновато прошептала та.       Предвестник оперся на руку, чтобы встать и путешественница тут же подхватила его за другую, закидывая себе на плечо. В таком положении они дошли до кровати и Чайлд рухнул лицом в подушку, жалобно скуля. Люмин присела на край и обеспокоено прошептала:       — Я переживаю за тебя. Каково было бы тебе, если бы я так износила себя?       Тут же Тарталья встрепенулся, позабыв о боли и почти закричал:       — Жить так, как я, не вздумай, даже не пробуй!       Девушку отшатнулась. Из глаз предательски брызнули слёзы, раньше он никогда на неё не прикрикивал, от этого стало неприятно. Люмин тут же протёрла глаза, чтобы скрыть слёзы.       — Ох, — Чайлд понял, что погорячился и махнул рукой в свою сторону, зазывая в объятия, — Ну, иди сюда.       Путешественница осторожно прилегла рядом, положив голову парню на плечо. Его объятия согревали, но на душе всё равно остался осадок от его слов. Предвестник мягко последовал Люмин в лоб. Она устремила взгляд в стену, боясь пошевелиться и задеть гематому. В комнате окончательно потемнело и Чайлд мирно засопел. «Уснул» — проскользнуло в мыслях. Девушка аккуратно накрыла их одеялом и тоже погрузилась в сон.

***

      Снежная. Она оправдывала своё название, здесь действительно настолько много снега, что добраться до дома Тартальи оказалось непосильным препятствием. Гостей встретили очень тепло, мама предвестника накрыла шикарный стол, даже любительница покушать Паймон не смогла столько съесть. Кстати, рыжий цвет волос у всей семьи пошёл именно от матери, заметила Люмин. По традиции всех мам, женщина сразу же достала альбом с детскими фотографиями и начала медленно листать, чтобы путешественница успела разглядеть каждую. Чайлд, в свою очередь, тихонько стоял в стороне и краснел, но не стал перечить матери. «Он такой милашка на этих фотографиях» — подумала Люмин и взглянула на предвестника влюблённым взглядом, — «Хотя, мало что поменялось», — она улыбнулась и он тут же подхватил её улыбку.       Когда с альбомом было покончено, а солнце было уже далеко за горизонтом, в дом вернулись отец со старшим братом, они были крайне удивлены приезду гостей. Суровый мужчина с огромной рыбиной в руках разулся, разделся и вошёл в кухню. Оставив там рыбу, он вернулся и грозным взглядом оглядел сына. Люмин даже стало неловко от этого и она делала все возможное, чтобы не попасться ему на глаза. Чего не скажешь о Чайлде, он стойко выдержал взор отца.       — Аякс, — прежде чем продолжить, мужчина улыбнулся, — Добро пожаловать домой!       Атмосфера сразу приобрела другие краски. Несмотря на стужу за стенами, в доме сразу стало намного теплее. Отец с сыном крепко обнялись и только после этого мужчина заметил за спиной Тартальи остальных гостей. И сам Тарталья словно позабыл о Люмин и Паймон.       — Ой, — сорвалось с его губ и он стыдливо потёр затылок, — Совсем забыл представить тебе наших гостей.       Но мужчина уже не замечал слов Чайлда. Он с довольной улыбкой протянул путешественнице огромную руку.       — Люмин! Рад личному знакомству, — девушка с улыбкой протянула руку в ответ и мужчина легонько чмокнул ее тыльную сторону, — И тебе Паймон, Аякс все уши прожужжал о вас.       — Ах… — от стыда Тарталья покраснел и тут же закрыл лицо ладонью от безысходности.       — Да-да, не скрывай этого! — отец легонько ткнул сына в бок локтем, чтобы хоть немного расслабить его.       После знакомства все разбрелись по своим делам. Антон, старший брат Чайлда, оказался неразговорчивыми, кротко поздоровался со всеми присутствующими и удалился. Тарталья попросил Люмин не обращать внимания на этого большого молчаливого добряка, объяснив это тем, что ему сложно даётся знакомство с новыми людьми.       Вся вечерняя суета сосредоточилась на кухне. Отец Чайлда разделывал рыбу огромным ножом, мать приправляла её, а Антон насаживал на шампура. Дети с Паймон бегали вокруг стола. Тарталья подтолкнул Люмин внутрь комнаты и усадил за стол, присаживаясь рядом.       — Может нужна помощь? — прошептала девушка на ухо предвестнику. Он отрицательно покачал головой.       — Думаю, ты будешь лишней, у них идеально получается.       Чайлд грустно улыбнулся, понимая, что даже для него не найдётся там места. Слишком много времени он не бывает дома и все успели привыкнуть справляться без него, как бы ему ни хотелось влиться в коллектив. В какой-то степени он даже завидует Антону, ведь брат выбрал семью, а не Царицу. Но был ли у Аякса выбор? В тот момент он думал только о том, как совладать с глазом Бога и стать сильнее, совсем позабыв о родных. Ну, а теперь приходится пожинать плоды своей безрассудности и эгоизма.       — Аякс, идите с Люмин на улицу, разведите костёр, — отец Чайлда провернулся к паре, — Только не забудь одеть девушку, на улице похолодало, — мужчина с заботой наклонил голову, глядя на Люмин, как на собственную дочь.       Тарталья встрепенулся, подпрыгнул с места как маленький, радуясь уделённому вниманию, и потянул путешественницу в коридор. Предвестник распахнул огромный шкаф и начал перебирать вещи.       — Как много тёплой одежды! — не смогла скрыть своего удивления Люмин.       — Хех, тут по-другому никак, — Чайлд закончил с поиском вещей и протянул целую стопку путешественнице, — Ты же не хочешь замерзнуть? — Парень наклонил голову, внимательно разглядывая лицо девушки, она отрицательно покачала головой, — Тогда бери и дуй переодеваться.       Предвестник сунул ей в руки одежду и развернул в сторону свой комнаты, но отпускать не спешил, легонько придерживая за талию, прошептал:       — Я бы помог тебе раздеться, но, боюсь, что тогда семья останется без ужина.       Люмин вздрогнула от его хриплого шепота. Мурашки мелкой россыпью пробежали по спине. В животе приятно защекотало. Захотелось оставить семью без ужина. Дыхание сбилось, а в глазах потемнело. Настолько сильно она хотела бы увидеть сейчас Чайлда без одежды.       — Ну, иди, не заставляй меня ждать, — слова предвестника вытащили Люмин из своего же омута в реальность. Парень подтолкнул путешественницу, тихо шлёпнув по попе.       На улице шёл снег и было бы действительно холодно в повседневной одежде. Финальным штрихом в новом скине Люмин была норковая шуба матери Тартальи, она оказалась ей в самый раз.       Пока Чайлд разводил костёр в мангале, девушка терпеливо стояла рядом и разглядывала виды Снежной. В кромешной тьме это было отличной идеей. Не самое лучшее впечатление. Вдали виднелись тусклые фонари, освещающие проходы к домам. А совсем вдалеке ярко светила звезда на шпиле замка. Чайлд рассказывал, что вблизи замок Царицы очень красивый: из хрусталя и льда, с красивыми узорами, словно сотворенные самой природой, а сама Царица холодная и бессердечная в своих решениях. «Вот бы заглянуть туда» — подумала путешественница, вглядываясь вдаль.       Люмин не заметила, как очутилась в объятиях Чайлда. Он крепко прижал ее к себе и поцеловал в побагровевшую щеку. Девушку смешно сощурила носик. Снежинки украсили её длинные ресницы, от того она стала ещё красивее. Тарталья повернул её к себе лицом и прильнул к губам. Путешественница расплылась в руках предвестника, ему даже пришлось придержать её, чтобы не упала. От губ он перешёл к лицу, нежно целуя каждый миллиметр её лица.       — Я так люблю тебя, Люмин, — закончив с поцелуями, он вдруг заглянул глубоко в её глаза, — И никогда не обижу тебя. Больше не обижу… Обещаю!       Неожиданно для Чайлда, взамен на своё откровение он получил смешок.       — Никаких обещаний, забыл?       — Ха, точно, — парень улыбнулся о чмокнул Люмин в носик.       Чуть позже к ним присоединились остальные домочадцы. Все они уселись вокруг костра, у каждого был в руках шампур с рыбным шашлыком, что они жарили на костре. Чайлд внимательно следил за тем, чтобы у путешественницы ничего не пригорело, пока та внимательно слушала истории главы семейства. Несмотря на свой суровый вид, он оказался очень добрым мужчиной, который готов помочь всегда и всем. Давно Люмин не чувствовала себя как дома, но именно здесь ей дали эту возможность. Тёплая семейная атмосфера греет душу и совсем не хочется уезжать.       Тарталья чуть подтолкнул руку путешественницы, сообщая о готовности рыбы и она принимается пробовать её. От восторга её глаза заискрились.       — Это самая вкусная рыба, которую я только пробовала!       Все члены семьи улыбнулись, даже молчаливый Антон, что заставило Люмин покраснеть.       — Наслаждайся, дорогая гостья! — Ответил отец Тартальи.       После вкусного ужина семья отправилась домой. Освободившись от оков бесконечной одежды, Люмин и Чайлд рухнули на кровать и, обнявшись, не заметили как уснули.       С самого утра светило яркое солнце, которое не могли скрыть даже плотные шторы в комнате Тартальи. Люмин поёжилась от утренней прохлады и посильнее прижалась к телу, лежащему рядом. Чайлд сквозь сон улыбнулся и прижал путешественницу к себе. Хотелось провести весь день в постели и не выходить на морозную улицу, но паре помешал Тевкр, резко вбежавший в комнату.       — Братик, там папа сказал снег почистить у дома.       Нехотя путешественница и предвестник потянулись, но решили выполнить просьбу главы семейства. Быстро собравшись, они вышли на улицу. Чайлд взял лопату и принялся к расчистке. Снег покрылся наледью и его уборка превратилась в насилие. Тарталья с трудом поднимал лопату от веса снега, сопя от усилий в плотный красный шарф. Ноги скользили и он едва мог устоять. Люмин топталась рядом, морально поддерживая. Несмотря на яркое солнце, было морозно и девушка уткнулась носом в ворот шубы. Минуты вязко тянулись. Очистить получилось только пару метров от крыльца. Чайлд устало оперся на лопату и приподнял со лба шапку. Не успел он опомниться, как ему в затылок прилетел снежок, засыпаясь за шиворот. Предвестник резко обернулся к путешественнице, которая уже держала в руках второй снежок. В глазах загорелся азартный огонёк. Чайлд бросил лопату и кинулся к сугробу, чтобы слепить снежок, но не успел. Холодный комочек прилетел в предплечье.       — Я тебя сейчас в снегу закопаю, — выпалил Тарталья. Преимущество было на стороне Люмин, она успела налепить себе целую обойму и уже готова была запустить их все в любимого. Рывком Чайлд прыгнул к путешественнице и откинул её в сугроб. Она ударилась о наледь, но решила скрыть боль и потянулась за новой порцией снега. Вдруг Предвестник всем телом навалился на неё, прижав руки к земле.       — Так нечестно! — каким-то детским голосом крикнула Люмин и выпустила из руки поток ветра, который всполошил снег прямо в лицо Чайлда и тот отпрянул. Воспользовавшись моментом, путешественница вылезла из-под него.       — Так значит? — В голосе предвестника все больше ощущался азарт и он с победной ухмылкой взглянул на убегающую прочь Люмин. Внезапно, прямо перед носом упали сосульки, перекрывая дальнейший путь и девушке пришлось остановиться. Она оглянулась и увидела безумные глаза Тартальи. Ох, только не этот взгляд. Скидывая с себя тёплую одежду предвестник мчался прямо на девушку. Она испугалась и взмахнув руками пустила элементальный вихрь прямо в него, но он увернулся. Глаз Бога на его бедре ярко сверкнул и в Люмин полетела новая партия острых сосулек. Одна из них скользнула прямо около лица, царапая нежную кожу. Путешественница поняла, что нужно бороться, иначе его не остановить. Из снега она вытащила ледяную глыбу и метнула в Чайлда, но промахнулась. Сердце бешено заколотилось, она корила себя за то, что начала эту глупую перестрелку снежками. По щекам полились слёзы. Из последних сил она разбивала летящий в нее лёд элементальными порывами ветра.       — Чайлд, хватит! — не успела девушка обернуться, как ей прямо в грудь вонзились три острые глыбы, протыкая насквозь. Ноги подкосились. От невыносимой боли Люмин рухнула на землю. Из ран сочилась алая кровь, капая с острия сосулек. Путешественница подняла руки, оглядывая своё тело, приоткрыв рот от шока. Сквозь пелену горьких слёз, она вновь посмотрела на Чайлда, который принял третью форму глаза порчи. Обессиленно она помотала головой из стороны в сторону и уже была готова упасть, как вдруг предвестник подхватил её, приняв свою обычную форму.       — Нет-нет-нет! — затараторил он, осознав что натворил. Чайлд обламывал концы сосулек, чтобы вытаскивать было не так болезненно. — Сейчас будет больно, потерпи.       — Аякс! — Люмин вцепилась в его руку, до боли вжимая ногти в кожу. Их взгляды пересеклись, — Поздно…— прохрипела девушка.       — Не умирай, прошу! — Из глаз предвестника хлынули слёзы. Он не хотел. Не смог удержать эту силу в себе. Не сдержал обещание.       — С каждым днём ты все сильнее, Аякс… — Люмин кашлянула, пачкая кровью ворот шубы, — сегодня я в этом убедилась.       Скрывая боль она улыбнулась краешком губ и обмякла. Глаза потухли, а на лице так и застыла полуулыбка. Тарталья истошно закричал, глядя куда-то в небо.       — Я спасу тебя… спасу! — с дрожью в коленях и пульсирующей болью в области бёдра он попытался подняться, у него даже это получилось, но через пару шагов он снова упал на колени, ударяясь о наледь. Чайлд не хотел верить в смерть Люмин. Не хотел верить, что это он её убил. Неся на руках тело бедной путешественницы, он всё ещё надеялся на её спасение, но напрасно. Сердце перестало биться. Одна из глыб попала точно в него. Смерть неминуема.       — Прости, — предвестник вновь упал на колени, оставив попытки донести Люмин до дома и оказать ей помощь.       Поднялась вьюга, но Чайлд продолжал сидеть на коленях, держа мёртвое тело любимой. Она будто бы смотрела на него и улыбалась, восхищалась его силой. От этого становилось ещё больше тошно. Слёзы замерзали, не успевая скатиться по щекам. А он всё продолжал смотреть в её застывший взгляд и причитать: «Я не хотел».       — Ая-якс! — послышалось вдали.       Предвестник встрепенулся. Нельзя, чтобы родные увидели это. Снова окликнули, но уже ближе. Тарталья замешкался. Нельзя. Тяжело вздохнув он снова обрёл третью форму и бросился прочь, держа в руках тело Люмин.