Пластиковые розы

Ледяной и влажный воздух заставил ее поежится. Стук шагов казался раскатами грома в гробовой тишине. Невысокая девушка в длинной мантии и насунутым на самые глаза капюшоном семенила за широкими шагами Луциуса Малфоя. Она приподняла полы платья и брезгливо скривила лицо, шагая изысканными башмачками по мокрому плесневелому полу Азкабана. Семейство Малфоев с присущим им безразличным видом проходили мило закрытых камер тюрьмы. Остановились. Вот она. Люциус быстро подошёл к кованной двери, что угнетала одним только своим видом, впрочем как и все это место. Он отодвинул тяжелый засов и заглянул внутрь камеры. Послышалась возня и шёпот, что растворился в сильном эхо коридора. — Хогвартс… Продлит род… Он уже скоро… мальчишка… пожалеет! — Долетали до ушей девушки обрывки яростных выкриков. Наконец старший Малфой повернулся к ней. Нарцисса поспешно взяла ее за руку и, шепнув что-то вроде «Не бойся моя девочка, она гордится тобой», подвела девушку к небольшой решетке. Она приложила все усилия, чтоб выглядеть максимально спокойной и уверенной в себе. Она нервно поправила несуразное в данных обстоятельствах платье, расправила плечи и повыше подняла голову. — Моя девочка… Сквозь прутья к ней пролезла рука и резким жестов схватила ее за подбородок и начала вращать во все стороны. — Ты всё-таки похожа на отца. Голос Беллатриссы сквозил обвинением и брезгливостью, но она привыкла. Сама Нелли считала себя копией матери. Мраморная кожа, тонкие черты лица, выпирающие ключицы, что кажется вот-вот проткнут тонкую кожу, и маленькие чёрные локоны. — Хогвартс — школа конченных идиотов которыми управляет выживший из ума кретин. Но там за тобой присмотрит Драко. Моей дочери тоже пора приступать к семейному делу, а все что ты можешь предложить— Она высокомерно осмотрела дочь,— это следить за отморозком Поттером и его грязнокровыми пособниками. — Лицо Беллетрисы исказилось сначала и гнева, а потом она скривилась так, словно только что съела что-то неприятное. — Ты поступаешь в Хогвартс, и только попробуй опозорить наш род. От этих слов по спине Нелли пробежал холодок. Все внутри неё, казалось, сжалось в один тугой комок, что застрял в горле. Она шумно вдохнула, но не подала виду. Выдержав такое же высокомерное выражение лица, она лишь чуть выше задрала подбородок. — Да, мама.

***

Столы в Большем зале ломились от всевозможных блюд и лакомств, а ученики школы волшебства и чародейства Хогвартс с наслаждением набивали себе рты. Первокурсники уже прошли распределение на факультеты и присев за свои столы бурно обсуждали предстоящий год. В этот раз директор оставил долгие лекции на время когда они наедятся и будут легче воспринимать информацию. За окнами тарабанил дождь, создавая атмосферу тепла и уюта внутри. Но вот, двери зала открылись, пропуская фигуру в чёрном плаще с ног до головы. Все удивленно притихли, устремив заинтересованные взгляды на гостя. В зал торопливым шагом вошла женщина в парадных одеждах и направилась прямо к привставшему за преподавательским седовласому мужчине. Профессор Макгонагалл, как кажется ее звали, начала что-то оживленно шептать ему на ухо изредка поглядывая в сторону вошедшей фигуры. А директор, это был он, с интересом оглядывал ее с ног до головы, иногда заинтересованно охая. Капюшон темной мантии был опущен на самое лицо, а подол одеяния не позволял разглядеть даже фигуру. - Ну что ж, мисс Энелина, мы будем рады приветствовать вас в рядах учеников школы Хогвартс. - Он тепло улыбнулся стоявшей поодаль вошедшей девушке, а затем обратился к остальным,- мы обычно не поступаем подобным образом, но ради этой юной леди, полагаю, можно заделать исключение и зачислить сразу на шестой курс, ведь на то есть свои причины. - Его глаза многозначительно сверкнули за стёклами очков, внимательно пробегая по ученикам, заглядывая, кажется, в самую душу каждому. За столами начались тихие перешептывания, ну конечно так эффектно появившееся персона не могла не вызвать чрезмерного интереса и оживления со стороны учащихся. Кто-то таращился на неё с неподдельным любопытством, кто-то просто устало разгадывал, а кто-то смотрел с откровенной неприязнью. Только сейчас девушка скинула капюшон своей мантии и по ее плечам рассыпались мелкие чёрные кудри. Она осмотрела всех присутствующих холодным высокомерным взглядом и снисходительно улыбнулась директору. Профессор Макгонагалл уже стояла с распределительной шляпой в руках и казалось немного нервничала. Нелли последний раз пробежала взглядом присутствующих, а затем медленно и грациозно опустилась на старый табурет в идеальной тишине. Любой другой на ее месте несомненно смутился бы, но не Нелли, она вовсе не испытывала дискомфорта от происходящего, а одному парню, который уж очень сильно на неё засмотрелся, даже подмигнула, чем заставила его лицо покрыться густым румянцем. Об обряде распределения поступивших волшебников она знала с детства, поэтому смело позволила надеть себе на голову старую шляпу. Какое-то время ничего не происходило, что в голове девушки даже возникла мысль, что что-то пошло не так, но скоро в голове зазвучал хриплый голос - Хмм... Интересно, очень интересно... Как много амбициозности, силы, жажды власти,но, вместе с тем, не меньше храбрости, решительности и такое мешающее безрассудство. Так ведь?- Шёпот в зале становился все громче, но Нелли не обращала на него ровным счетом никакого внимания, полностью поглаженная монологом шляпы.- У меня есть все основания отправить вас на Слизерин... Точно так же как и на Гриффиндор... Хм- Она вовсе не нуждалась в ответе, словно просто рассуждая вслух, при этом говоря о определении дальнейшей судьбы девушки как о выборе ежедневного наряда.- Однако, Слизерин— слишком банально в такой ситуации, да и я уже отправил на этот факультет вашу мать. Верно? Да, думаю будет весьма забавно есть вы попадёте на - Гриффиндор!- Последнее слово, как она потом поняла, шляпа прокричала вслух и зал уже второй раз обомлел. Хладнокровный взгляд, высокомерное лицо— все это позволяло смело ожидать «Слизерин». Спустя пару секунд, когда директор заинтересованно привстал, а профессор Макгонагалл недоверчиво покосилась на распределительную шляпу, снимая ее с головы девушки, за бордово-золотым столом послышались первые неуверенные хлопки, но вскоре весь зал оглушили аплодисменты. Громче всего хлопали двое высоких рыжих парней. Они сразу бросились девушке в глаза и она довольно улыбнувшись прошла мимо них и села за свободное место. Несмотря на любопытные взгляды со всех сторон Нелли преспокойно наложила в тарелку салат и принялась неторопливо есть, кажется совсем абстрагировавшись от постороннего мира. Это оказалось далеко не последней новостью вечера и ученики вновь притихли, когда профессор Дамблдор постучал чайной ложечкой о чашку, призывая к тишине. Позже, когда все были достаточно сыты, директор уточнил некоторые правила безопасности и поведения. - Также для меня является неприятной обязанностью сообщить вам, что межфакультетского чемпионата по квиддичу в этом году не будет. — Что? — ахнул весь зал и беззвучно разинули рты, уставившись на Дамблдора, похоже, онемев от шока. — Это связано с событиями, которые должны начаться в октябре и продолжиться весь учебный год — они потребуют от преподавателей всего их времени и энергии, но уверен, что вам это доставит истинное наслаждение. С большим удовольствием объявляю, что в этом году в Хогвартсе… Но как раз в этот момент грянул оглушительный громовой раскат и двери Большого зала с грохотом распахнулись. На пороге стоял человек, опирающийся на длинный посох и закутанный в черный дорожный плащ. Все головы в зале повернулись к незнакомцу — неожиданно освещенный вспышкой молнии, он откинул капюшон, тряхнул гривой темных с проседью волос и пошел к преподавательскому столу. Глухое клацанье отдавалось по всему залу при каждом его шаге. Незнакомец приблизился к профессорскому подиуму и прохромал к Дамблдору. Еще одна молния озарила потолок. Девушка с каштановыми кудрями, что сидела недалеко от Нелли, охнула, и было от чего. Вспышка резко высветила черты лица пришельца. Оно словно было вырезано из изъеденного ветрами дерева скульптором, имевшим довольно смутное представление о том, как должно выглядеть человеческое лицо, и вдобавок скверно владевшего резцом. Каждый дюйм кожи был испещрен рубцами, рот выглядел просто как косой разрез, а изрядная часть носа отсутствовала. Но самая жуть была в глазах. Один был маленьким, темным и блестящим. Другой — большой, круглый как монета и ярко-голубой. Этот голубой глаз непрестанно двигался, не моргая, вращаясь вверх, вниз, из стороны в сторону, совершенно независимо от первого, нормального глаза — а кроме того, он временами полностью разворачивался, заглядывая куда-то внутрь головы, так что снаружи были видны лишь белки. Незнакомец подошел к Дамблдору и протянул ему руку, так же, как и лицо, исполосованную шрамами. Директор пожал ее, негромко сказав при этом несколько слов, которые все остальные не расслышали. Похоже, он что-то спросил у вошедшего — тот неулыбчиво покачал головой и тоже вполголоса что-то ответил. Дамблдор кивнул и жестом пригласил его на свободное место по правую руку от себя. Незнакомец сел, отбросив с лица длинные сивые патлы, и пододвинул к себе тарелку с сосисками; поднял к тому что осталось от его носа и понюхал, после чего достал из кармана маленький нож, подцепил сосиску за конец и начал есть. Его нормальный глаз был устремлен на еду, но голубой без устали крутился в глазнице, озирая зал и студентов. — Позвольте представить вам нашего нового преподавателя защиты от темных искусств, — жизнерадостно объявил Дамблдор в наступившей тишине. — Профессор Грюм. По обычаю, новых преподавателей в Хогвартсе приветствовали аплодисментами, но в этот раз никто из профессоров или студентов не захлопал, если не считать самого Дамблдора и Хагрида. Их удары ладонью о ладонь уныло прозвучали при всеобщем молчании и скоро затихли. Всех остальных, видимо, настолько поразило необычайное появление Грюма, что они могли только смотреть на него. По Большому халу вновь пошёл настороженный шёпот, но Грозный Глаз остался совершенно равнодушен к такому более чем прохладному приему. Не обращая внимания на стоящую перед ним кружку тыквенного сока, он снова полез в плащ, вынул плоскую походную флягу и сделал из нее порядочный глоток. Пока он пил, задрав локоть, его мантия на пару дюймов приподнялась над полом и взгляду учеников открылась часть точеной деревянной ноги, заканчивающейся когтистой лапой. Дамблдор вновь прокашлялся. — Как я и говорил, — он улыбнулся множеству студенческих лиц, все взоры которых были обращены к Грозному Глазу Грюму, — в ближайшие месяцы мы будем иметь честь принимать у себя чрезвычайно волнующее мероприятие, какого еще не было в этом веке. С громадным удовольствием сообщаю вам, что в этом году в Хогвартсе состоится Турнир Трех Волшебников. — Вы ШУТИТЕ! — оторопело произнес один из тех самых рыжих мальчишек из-за стола Гриффиндора во весь голос, неожиданно разрядив то напряжение, которое охватило зал с самого появления Грозного Глаза. Все засмеялись, и даже Дамблдор понимающе хмыкнул. — Я вовсе не шучу, мистер Уизли, — сказал он. — Хотя, если уж вы заговорили на эту тему я этим летом слышал анекдот… словом, заходят однажды в бар тролль, ведьма и лепрекон… Профессор МакГонагалл многозначительно кашлянула. — Э-э-э… но, возможно, сейчас не время… н-да… — Дамблдор почесал кустистую бровь. — Так о чем бишь я? Ах да, Турнир Трех Волшебников. Я тоже, думаю, некоторые из вас не имеют представления о том, что это за Турнир, а те, кто знают, надеюсь, простят меня за разъяснения, и пока могут занять свое внимание чем-нибудь другим. Итак, Турнир Трех Волшебников был основан примерно семьсот лет назад как товарищеское соревнование между тремя крупнейшими европейскими школами волшебства — Хогвартсом, Шармбатоном и Дурмстрангом. Каждую школу представлял выбранный чемпион, и эти три чемпиона состязались в трех магических заданиях. Школы постановили проводить Турнир каждые пять лет, и было общепризнано, что это наилучший путь налаживания дружеских связей между колдовской молодежью разных национальностей — и так шло до тех пор, пока число жертв на этих соревнованиях не возросло настолько, что Турнир пришлось прекратить. — Жертв? — тихо переспросила кудрявая гриффиндорка , встревоженно осматриваясь, но большинство студентов в зале и не думали разделить ее беспокойство, многие шепотом переговаривались, и, кажется, их гораздо больше интересовали подробности Турнира, чем какие-то несчастные случаи, произошедшие сотни лет назад. — За минувшие века было предпринято несколько попыток возродить Турнир, — продолжал Дамблдор, — но ни одну из них нельзя назвать удачной. Тем не менее наши Департаменты магического сотрудничества и магических игр и спорта пришли к выводу, что пришло время попробовать еще раз. Все лето мы упорно трудились над тем, чтобы в этот раз обеспечить условия, при которых ни один из чемпионов не подвергся бы смертельной опасности. Главы Шармбатона и Дурмстранга прибудут с окончательными списками претендентов в октябре, и выборы чемпионов будут проходить на День Всех Святых. Беспристрастный судья решит, кто из студентов наиболее достоин соревноваться за Кубок Трех Волшебников, честь своей школы и персональный приз в тысячу галлеонов. — Я хочу в этом участвовать! — прошрпшраогипел на весь стол уже известный мистер Уизли, чем заставил Нелли тихо рассмеяться, что-то ей подсказывало, что они точно подружатся — его лицо разгорелось энтузиазмом от перспективы такой славы и богатства. Он оказался далеко не единственным, кто, судя по всему, представил себя в роли хогвартского чемпиона. За столом каждого факультета Нелли видела людей, с не меньшим восхищением уставившихся на Дамблдора или что-то с жаром шепчущих соседям. Но тут директор заговорил вновь, и зал опять умолк. — Я знаю, что каждый из вас горит желанием завоевать для Хогвартса Кубок Трех Волшебников, однако Главы участвующих школ совместно с Министерством магии договорились о возрастном ограничении для претендентов этого года. Лишь студенты в возрасте — я подчеркиваю это — семнадцати лет и старше получат разрешение выдвинуть свои кадидатуры на обсуждение. Это, — Дамблдор слегка повысил голос, поскольку после таких слов поднялся возмущенный ропот — близнецы Уизли, например, сразу рассвирепели, — признано необходимой мерой, поскольку задания Турнира по-прежнему остаются трудными и опасными, какие бы предосторожности мы ни предпринимали, и весьма маловероятно, чтобы студенты младше шестого и седьмого курсов сумели справиться с ними. Я лично прослежу за тем, чтобы никто из студентов моложе положенного возраста при помощи какого-нибудь трюка не подсунул нашему независимому судье свою кандидатуру для выборов чемпиона. — Его лучистые голубые глаза вспыхнули, скользнув по непокорным физиономиям рыжих парней, кажется репутация у них тут не очень, — Поэтому настоятельно прошу — не тратьте понапрасну время на выдвижение самих себя, если вам еще нет семнадцати. Делегации из Шармбатона и Дурмстранга появятся здесь в октябре и пробудут с нами большую часть этого года. Не сомневаюсь, что вы будете исключительно любезны с нашими зарубежными гостями все то время, что они проведут у нас и что от души поддержите хогвартского чемпиона, когда он или она будет выбран. А теперь — уже поздно, и я понимаю, насколько для вас всех важно явиться на завтрашние уроки бодрыми и отдохнувшими. Пора спать! Не теряйте времени. — Они не могут так поступить! — сказал кто-то из близнецов, когда девушка встала из-за стола и подошла ближе к ним. Он не присоединился к людскому потоку в дверях, а остался стоять, с гневом глядя на Дамблдора. — Семнадцать нам исполняется в апреле, почему же нас лишают шанса? — Они не помешают мне участвовать, — упрямо сказал второй, тоже хмуро поглядывая на преподавательский стол. — Чемпионам позволено такое, о чем остальные и мечтать не смеют. И тысяча галлеонов награды! — Пойдемте-ка, — предложила девушка с каштановыми волосами, что подошла к ним вместе в ещё одним рыжим, похоже тоже Уизли, и темноволосым парнем. — Если вы не пошевелитесь, мы тут останемся в одиночестве. - Тут она заметила Нелли и дружелюбно улыбнулась,- Я Гермиона кстате, Гермиона Грейнджер. А это Гарри и Рон.- Девушка толкнула локтями им в бока и парни скромно улыбнулись в ответ. - Нелли, просто Нелли. - А эти два разгильдяя, - Она многозначительно посмотрела на близнецов, но те в ответ только наигранно сделали вид, что дико смущаются.- Фред и Джордж Уизли. - К вашим услугам мем.- Сказали они в один голос и картинно поклонились, словно она и правду была их госпожой. И девушка не смогла сдержать очередной улыбки, протягиваясь свою руку для шуточного поцелуя. - Ты должно быть не знаешь где гостиная Гриффиндора, показать?- Гермиона вновь взяла ситуацию в свои руки. - Было бы неплохо.- Пожала плечами Нелли и они всей компанией отправились к своим спальням, смеясь над шутками и стратегиями, как попасть на турнир братьев Уизли.