Со вкусом бабл-гам

Дверцей босс грохнул от души. Дракон едва не подавился зубочисткой, машинка жалобно крякнула, забыв, что она — новехонький выходец японского автопрома за много денег, а не дышащий на ладан запорожец. — Вашество?.. — заикнулся было Дракон, но босс зашипел: — Езжай. Голос был ледяным, рука у Дракона сама потянулась отрегулировать кондей. Буквально пара градусов, да, вот так пойдет. Несколько минут было тихо, час-пик остался позади, машина шла гладко. Музыку Дракон не включал, слушал, как босс скрежещет зубами на заднем сиденье — еще чуть-чуть, и будет дантисту, этому говнюку зажравшемуся, внеочередной отпуск в теплом Барбадосе… Допустить такую несправедливость Дракон, конечно же, не мог. — Отчего невеселы? — попробовал он еще раз. — Отчего буйну голову повесили? Дерзкие холопы важную бумажку подписывать не изволят? Ясно было, что дело в чем-то другом. Нет, если бы кто-то там чего-то там не подписал, босс бы, конечно, не обрадовался. А будь бумажка особенно ценной, а холопы — чересчур дерзкими, пожалуй, мог бы и рассердиться. Но не до такой же степени, что в салоне дышать нечем от разлившейся в воздухе злобы и… Что это? Дракон раздул ноздри, высунул кончик языка, перекатив зубочистку в угол рта. Обида? Отчаяние? Да что там такое могло стрястись! Рядовая же встреча, цивильная и легальная до тошноты! — Заткнись, — буркнул босс. Дракон покосился в зеркало заднего вида, пытаясь поймать его взгляд. Взгляд не поймал, зато увидел, как мелко, чуть заметно подрагивает нижняя губа. Та-а-ак, приехали. Проигнорировав пару-тройку гудков от возмущенных резким маневром водил, Дракон вырулил на подходящую обочину и включил аварийку. Развернулся. Из полутьмы на него уставилась пара глаз — сейчас они казались черными, но в случайных огнях диковинно вспыхивали красными искрами. И хотя выражение этих глаз было настороженным, голос прозвучал с привычной презрительной вальяжностью. — Тебе на перекур не хватило? Я тороплюсь. Дракон — насколько позволяла неловкая поза — скрестил руки на груди, демонстрируя решительность и (совсем чуть-чуть) могучие бицепсы. — И с места не сдвинусь, — сообщил он, — пока не услышу, что случилось. Вы ранены? Больны? Ни кровью, ни болью не пахло, но чем черт не шутит. — Что-то с сестрой? Акции упали? Вы встретили подыхающую пипидистру и не смогли забрать? Неподвижные змеиные глаза моргнули. — Аспидистру. Дракон с клацаньем закрыл рот, готовящийся вывалить еще с полдесятка предположений разной степени придурковатости. — Э, правда, что ль? — Растение называется аспидистра, а не… как ты ее обозвал, — уточнил босс, как-то разом сдувшись. — И нет, я никого не встречал, не ранен, не болен, Юма в добром здравии, акции упали на полпроцента, но это прогнозированное… — Тогда в чем дело? — неучтиво перебил Дракон, не желая отвлекаться на лекции по экономике для чайников. Босс умолк. Градус отчаяния в воздухе снова подскочил, и Дракон уже начал прикидывать, не пора ли кое-кого нежно завалить и ласково пощупать на предмет скрытых повреждений. Авось, в тесноте сразу не отобьется. Но к его облегчению (или огорчению), до необходимости применения жестких мер не дошло. Медленно подняв руку, босс подцепил часть своей роскошной шевелюры и перебросил вперед, на плечо. — Вот. Никакая скорбь еврейского народа не могла сравниться с интонациями, прозвучавшими в этом коротком слове. Дракон пригляделся. Подавил желание протереть глаза. Прибавил света в салоне. Снова пригляделся. Открыл рот, закрыл рот и решительно наколол язык о кончик зубочистки. Ржать было нельзя. Ни в коем разе. Прически босс носил… примечательные. Заплетал массу тугих, как плети, кос да еще цеплял к ним какую-нибудь увесистую хрень, вполне способную выбить противнику глаз, если как следует мотнуть башкой. Но сейчас пряди на концах кос остались непокрытыми. И в одной такой прядке, трогательно беззащитной без привычного золотого накосника, виднелся неопрятный светло-розовый комочек. Это… Это же… — Жвачка, — тупо ляпнул Дракон. — Я в курсе, — с насквозь обманчивым спокойствием отозвался босс. Дракон на секунду завис: увиденное отказывалось укладываться в мозгах. Жвачка. Великому и ужасному Алтану Дагбаеву запулили в волосы чертову жвачку, как сопливой первокласснице с передней парты. Не ржать. Только не ржать. Если он заржет, босс прикажет выехать на трассу, дождется, пока машина разгонится, и выпихнет его под ближайшую фуру. И плевать, что Дракон за рулем. Нет, но жвачка… Во рту было солоно и немного больно. Перестарался чуток, только это и спасало. — М-да, — выдавил Дракон, сообразив, что тишина опасно затянулась. — Беда, беда, катастрофа… Темные глаза сощурились, но Дракон старательно удерживал на лице маску искреннего сочувствия. А когда понял, что та рискует вот-вот треснуть, сел ровно и тронул машину с места. — К барберу? — предложил он, остановившись на светофоре. — Еще успеем. Сзади зашипели. — Да вы не беспокойтесь, Вашество, — широко ухмыльнулся Дракон, на секунду выкрутив шею. — Он свое дело сделает, потом я его пристрелю, и никто ничего не узнает. — У тебя зубы в крови, — равнодушно сказал босс. Дракон встретил нечитаемый взгляд в зеркале, сжал губы и промычал что-то невразумительное. Потом осторожно уточнил: — Домой? В зеркале кивнули. *** Когда босс впервые позвал Дракона в спальню, тот понял все правильно и думал целых три секунды. Мог бы и вовсе не думать: босс был юн и экзотически смазлив, а сам Дракон вскарабкался достаточно высоко по Кинси, чтобы это оценить — но ему нравилось считать, что он всегда принимает взвешенные решения. Три секунды — самое то. Еще и прибавку к зарплате можно будет вытребовать — за допуслуги. Потом оказалось, что он понял не совсем правильно. Или даже совсем неправильно. Решил, что останется без головы, но остался без премии: босс быстро просек, что бить Дракона по кошельку эффективнее, чем по морде. Обидно было, между прочим: ни бабок, ни удовольствия. — Ножницы принес? — Босс уже успел переодеться и сидел на кровати, заканчивая расплетать косички. В домашнем амплуа он был очарователен, как корзинка с котятами. — Принес! — Дракон энергично тряханул пакетом. — А еще вазелин, водку, арахисовое масло, майонез и зубную пасту. Босс медленно снял очки и моргнул. Большим пальцем одной ноги почесал щиколотку другой — из-под коротковатой свободной штанины сверкнула золотая вязь татуировки. Ногти на ногах были накрашены тем же черным лаком, что и на руках. — И что мы с этим будем делать? — спросил он. — Ну как же! — Дракон под шумок скользнул ближе, опустился на краешек кровати. — Потрахаемся, выпьем, закусим, почистим зубки и баиньки. Лицо босс удержал, но видно было, что далось ему это нелегко. Потом молча протянул руку. Дракон с полупоклоном отдал пакет и наблюдал, как на дорогом покрывале выстраиваются в рядок бутылка шотландского виски, полукилограммовая банка Pintola и дойпак самого жирного «Провансаля». — Я сейчас заставлю тебя все это выпить и сожрать, — почти нежно сказал босс, кивая на образовавшийся натюрморт. — А потом посмотрим, какое у тебя получится баиньки. Дракон фыркнул. Напугали ежа голой жо… — Не переживайте, Вашество, на службе и не такое жрать приходилось. Хотя был у нас один пацан, кулинар от бога, он, наверное, из песка и навоза мог бы сварганить приличный… Босс едва заметно поерзал, эмоциональный фон изменился — самую малость, но Дракон на всякий случай принял к сведению и без перехода продолжил: — …погуглил, как избавиться от жвачки, но не знал, какой способ вы предпочтете, поэтому взял на выбор. Кстати, жвачку еще можно заморозить, но холодильник в пакет не влез. — Мечтаешь засунуть мою отрезанную голову в морозилку? Босс свернул крышку с арахисовой пасты и задумчиво принюхался. Вид у него был слегка растерянный: кажется, раньше ему не приходило на ум, что жвачку из волос можно вытащить каким-то иным макаром, кроме как вместе с волосами. Будучи неплохим стратегом и в целом мозговитым парнем, в некоторых бытовых вопросах босс оставался изумительно, почти по-детски наивен. — Вообще-то, советуют прядь льдом обложить и подождать минут двадцать, — неохотно признался Дракон. — Если жвачка не у корней, конечно. Но ход ваших мыслей мне нравится. Босс зачерпнул из банки прямо пальцем и сунул коричневатый комок в рот. Вздохнул. — Значит, ножницы не нужны? Дракон осклабился. — Ну почему же. Раз уж вы заговорили про отрезанные головы… Острое лезвие замерло в сантиметре от кожи пониже кадыка, но босс даже не вздрогнул. Только глаза скосил с раздражением да пошевелил челюстью — видно, собирал липкую пасту с нёба и щек. — Всю ночь резать будешь? — поинтересовался он. — А что не пилочкой для ногтей? Дракон даже немного обиделся. Не всем же катаной махать, в конце концов. — За полчаса справлюсь, — заверил он, свободной рукой отодвигая банку, чтобы не опрокинулась. — С перерывом на перекур и поссать. Страшно? Страшно не было — Дракон бы почувствовал. Захотелось действительно взять пилочку и покуситься на любимый боссов кактус с непроизносимым названием. Правда, тогда его точно расчленят и в бетон закатают… — Ты не куришь, — напомнил босс. — И ты этого не сделаешь. Дракон хмыкнул. — Почему? Думаете, пожалею? — Думаю, что меня тебе не заказали, — поправил босс. — А без денег ты и пальцем не двинешь. — Вдруг заказали, но вы не в курсе, — из чистой вредности проворчал Дракон, но против правды не попрешь, и ножницы пришлось убрать. Впрочем, недалеко. — Может, под полубокс? — с надеждой спросил он, мизинцем поглаживая освободившиеся из плена кос и тут же закудрявившиеся чернющие волосы. — Не надоело еще эдакую тяжесть на башке таскать? Босс и бровью не повел. — Отрежешь хоть миллиметр, и я урежу тебе зарплату. В два раза. Нет, в три. Дракона аж передернуло — но аккуратно, чтобы ни волосинки не задеть. — Да ну нафиг, — буркнул он, сдаваясь, и прицельно закинул ножницы обратно в пакет. Босс шевельнул углом рта в намеке на самодовольную улыбку. Затем потянулся за пастой, снова запустил в нее палец, а палец — в рот. Чуть ли не до костяшек засосал, гаденыш. Да еще уставился змеюкой, не моргая. Провоцирует ведь, с тоской подумал Дракон, издевается. И гордо отвернулся. — А все-таки, — сказал босс через долгую минуту, — как продуктовый набор будущего циррозника поможет вытащить эту гадость? Дракон закатил глаза. — От жиросодержащих продуктов резинка перестает быть липкой, а спиртосодержащие ее растворяют. Зубная паста заставит ее затвердеть. И вы прекрасно это знаете, потому что из нас двоих не я сдавал химию и поступал на биофак. Так чем вас намазать, Вашество? — Арахисовым маслом, — решил босс. — Оно хоть пахнет вкусно. *** Босс, растянувшись поверх покрывала, залипал в соцсеточки: свайпал, лайкал, иногда хмурился, изредка оставлял комменты, набирая текст с такой скоростью, что только черные ноготки мелькали. Ну разве не прелесть? Студентик студентиком… Дракон скучал, разглядывая то стены, то потолок, то — украдкой — босса. Со жвачкой было покончено, но Дракона никто не отпускал, о нем вообще словно забыли, и только и оставалось, что изучать до мелочей знакомую комнату. — Тот идиот хоть жив остался? — спросил он — частично из любопытства, но в основном, чтобы напомнить о своем существовании. — Какой? — невнимательно откликнулся босс. — Тот, со жвачкой. Который покусился на вашу прическу. В наличии «идиота» Дракон почти не сомневался. Случайно вляпаться в такой сюрприз задницей — тьфу, да сколько угодно, а вот чтобы волосами, да еще так качественно — это надо постараться. — А. Жив, конечно. Надеюсь, его выпороли. Дракон сперва не понял — что за страдающее Средневековье? Потом дошло. Видать, встреча была даже цивильнее и тошнотнее, чем он предполагал, раз кто-то додумался притащить туда малолетнего отпрыска. А Дракону уже успел представиться киллер с трубочкой из корпуса от шариковой ручки. Хотя нет, из таких лучше жеваной бумагой … — Но как он… — Иди к себе, — велел босс, не отрываясь от телефона. — И все, что притащил, забирай. Нет, масло оставь. Значит, без подробностей. А жаль. Хорошая вышла б хохма… Укладывая в пакет майонез и трофейный виски (когда там ближайший выходной?), Дракон ехидно заметил: — Ночной дожор и даже хлебушка не попросите? Ваш тренер будет недоволен. — А я ему не скажу, — не смутился босс. — И ты, — хорошенько выделил слово, — не скажешь. Поваляю тебя потом в зале лишний час, никто и не заметит. Это мы еще посмотрим, кто кого поваляет, мстительно подумал Дракон, но промолчал. Предпочел не проверять, так ли сильно босс хочет свое масло или пожертвует вкусняшкой в пользу импровизированного метательного снаряда. Последний раз оглядевшись — убедиться, что ничего не забыл — он закинул пакет на плечо и направился к выходу. — Сладких арахисовых снов, Вашество, — пожелал на прощание. — Только не переусердствуйте. Чего доброго, слипнется, примчитесь на помощь звать, а я еще подумаю, помогать ли… В ответ донеслось короткое «угу». Быстро, пока мозг босса, занятый видео с котиками, не осмыслил услышанное, Дракон захлопнул дверь и бодрой рысцой припустил по темному коридору. Волна ярости настигла его лишь в конце — самым краешком; долей секунды раньше что-то приглушенно грохнуло. По всему выходило, что ночной дожор отменялся, и Дракон, довольно растянув губы, посчитал это целиком и полностью своей заслугой. Ведь на что еще телохранитель, как не охранять тело, правильно? В том числе от лишних килограммов. Ну и немного — от прилипших жвачек, куда ж без этого.