Признание друга

***

      Я перешла в новую школу в девятом классе, когда отца перевели по службе в другой город. По сути, в моей жизни ничего не изменилось, кроме нового круга знакомых. Однако, я не сказала бы, что смена большого города на маленький сильно обрадовала меня.       Довольно быстро сдружилась с компанией, состоящей из двух парней и девушки. Андрей, Кирилл и Катя знали друг друга с самого детства и были словно родные. У них уже были свои шутки, свои места, они знали реакцию друг друга практически на всё. Я даже не надеялась, когда зашла в первый раз в класс, что моими близкими друзьями станет давно сформировавшаяся компания.       С Катей у нас были похожи вкусы в одежде, хотя этот городок сильно отставал от тенденций моего в плане моды. Но нам всё равно нравилось бродить вместе по магазинам и примерять одежду. Кирилл был этаким отличником, который ежедневно учился, аргументируя тем, что скоро сдавать экзамены. Однако это вовсе не мешало ему быть при этом хорошим и весёлым товарищем. Нередко он помогал кому-то из нас понять ту или иную тему. И все же, ближе всех я познакомилась с Андреем. У него была среднестатистическая внешность, которая не особо цепляла взгляд, а тяжёлый характер лишь усугублял ситуацию. Такие люди всегда вызывали у меня страх в прежние времена. Никогда бы не подумала, что смогла бы подружиться с таким парнем. Андрей неплохо учился, хотя не сидел над учебниками целыми днями, в отличие от Кирилла. Ребята продолжали гулять в небольшом лесу возле городка, когда появилась я, поэтому мы часто зависали на природе. Если было тепло, мы устраивали пикник или купались на озере, а если холодно, просто гуляли или катались на лыжах или коньках всё там же.       С Катей у нас была ещё одна общая, чисто девичья черта — обсуждать парней. А так как ходили мы чаще компанией, чем вдвоём, то наши многочисленные симпатии были предметом шуток у Андрея и Кирилла. Зачастую мы, конечно, разговаривали про старшеклассников, но и некоторые одноклассники вызывали у нас симпатию. Катя чаще увлекалась брюнетами. В отличие от нее, у меня не было чёткого типажа. Мне нравились те, кому была симпатична я. Даже если это было не так, меня это не особо волновало, потому что я не собиралась с ними обсуждать их симпатию ко мне. А такие мысли — залог хорошей самооценки. Каждую нашу встречу я, сама того не замечая, описывала внешность нового парня, который мне приглянулся. Вскоре, надо мной смеялась уже и Катя. Стоило мне только заикнуться про какого-нибудь красавчика, так Катя и Кирилл еле удерживались на месте. Меня это тоже смешило, но я стала замечтать, что любое упоминание мужского пола сильно бесило Андрея. «Ты ведёшь себя как...Прости, Господи!», — один раз заявил он, а я с ним после этого не разговаривала целую неделю. Да, мне всегда нравились парни, неужели это плохо? Я же с ни с кем даже не целовалась ещё!       К концу девятого класса на меня стали обращать внимание двое одноклассников. Один был спортсмен-троечник, другой — милый отличник. Не сказала бы, что кто-либо вызывал у меня чувство влюблённости, но общалась я с обоими довольно охотно. С Катей я с радостью обсуждала их, а вот при Андрее старалась даже не упоминать имён. Но он всё равно бесился, когда на перемене я с кем-то из них выходила из кабинета. Эта реакция несколько льстила мне, я долго пыталась понять, что он испытывал. Но порой мне даже казалось, что ему нравилась Катя, так как они были довольно близки. Но эта злость выглядела, как чистой воды ревность. Один раз он даже силой меня увёл от одноклассников. Я пыталась с ним обговорить эту ситуацию, как-либо подводила к признанию, но толку было никакого. До одного случая.

***

      Был конец августа, а на улице уже становилось прохладно. Я стояла, плотно закутавшись в кофту, на детской площадке и зло глядела на Андрея, который облокотился на рукоход ещё советских времён и спокойно осматривался. Мы вдвоем ждали Катю. Вскоре ветер несколько стих, и я могла уже свободно встать и не выглядеть, словно скрючивавшаяся старушка с больной спиной. Андрей, как и прежде не смотрел на меня, а мой взгляд зацепился за этот самый рукоход. Сняв кофту, я поёжилась, но идею не отложила. Андрей, видно, заметил, что я как-то притихла и с интересом смотрел, что я буду делать. Я медленно поднялась до самой вершины и свесилась головой вниз. Андрей двумя шагами подошёл и приказал слезть, но я помотала головой. Он недовольно посмотрел на меня, а потом я попыталась влезть обратно и почувствовала, что начала падать. Так и не поняла, что случилось, как уже оказалось прижата к груди Андрея.       — Я же люблю тебя, что ты делаешь? — прошептал он мне в волосы, едва касаясь их носом.       — Что? — я удивлённо смотрела на него во все глаза, отстранив голову. Парень обескураженно посмотрел на меня и отодвинулся на приличное расстояние.       — Я спросил, что ты делаешь, тем более, что перед этим я тебя предупредил, что отсюда можно легко упасть, — спокойно произнёс он, но я прекрасно знала, что сказал он до этого абсолютно другое. И подтверждал это ещё не сошедший румянец.       — Нет, ты сказал другое! — выкрикнула я, но тут вышла Катя. И нам пришлось прервать этот разговор. Об этой ситуации я не сказала никому, даже подруге, стараясь переварить произошедшее. К тому же, с Андреем мы после этого не виделись где-то месяц: то я, то он были в отъезде.

***

      В десятом классе мой взгляд упал на близкого друга. Я знала, что так сильно бесило его в девятом, и стала вести себя так же или может даже хуже. Я была практически со всеми мальчиками мила, смеялась над каждой их шуткой и постоянно смотрела на реакцию Андрея. Она у него была спокойнее, чем в прошлый год. При каждой встрече говорила только про парней, Кирилл и Катя поддерживали меня смехом, а Андрей лишь утыкался в телефон. Лишь иногда я понимала, что это не просто так: у парня сильно напрягалась челюсть, и руки сжимались в кулаки. Я понимала, что ещё несколько таких выходок, и Андрей просто перестанет обращать на меня внимание, и я решила действовать ва-банк.       Мы сидели у него на кухне, сделав проект по истории. В целом , мы могли это сделать и по отдельности, но я настояла на том, чтобы заниматься вместе. Я старалась проводить с ним как можно больше времени вместе, что не могло остаться незамеченным, но при этом от него не последовало никакой ответной реакции. Это меня очень расстроило, я гоняла в голове мысли о том, как можно вывести его на эмоции ещё больше. Но ничего не выходило, а все способы я давно уже испробовала.       — У тебя возле губ грязно, — вывел меня из размышлений его голос. Я удивленно посмотрела на него и протёрла их с одной стороны и с другой. Но он лишь покачал головой, придвинулся ко мне ближе и вытер сам. Решение пришло быстро.       — Спасибо, — протянула я и обаятельно улыбнулась. Захотела поцеловать его в щёку, постепенно начала приближать своё лицо к его. Он испуганно что-то пробормотал, мол, не надо, но я пропустила это мимо ушей. Но тут он закрыл мне рот ладонью. Я всё равно поцеловала его в щёку через ладонь, но чувствовала себя сконфуженно. Наверное, я зря это затеяла, может он и правда тогда мне не признавался? Почувствовала себя дурой. И тут раздался его голос.       — Ира, я буду с тобой честен, — начал он холодно, — Я не буду очередным парнем, которых потом ты обсуждаешь с Катей или ещё с кем-то. У тебя слишком много симпатий. Я не готов на короткие отношения. Даже с такой девушкой, как ты, — он допил чай и посмотрел в пустую кружку, и только потом перевёл взгляд на меня. Я первые секунды не находила слов, а потом меня понесло:       — Ты за кого меня принимаешь?! — вскрикнула я, встав из-за стола, — Я никогда ни к кому не клеилась до тебя и, уж тем более, не хотела с тобой никаких коротких отношений! У меня вообще никогда отношений не было, я даже не целовалась ни с кем! Ты мне нравишься, можно сказать, что я в тебя влюбилась. Я и по-всякому тебе об этом намекала. Я же не виновата, что ты проявлял хоть какие-то эмоции, только если я была с парнем? В девятом классе ты не давал мне свободно общаться с другими парнями, а когда занял мои мысли, то отшиваешь?! Прощай, — добавила я уже спокойнее, и вылетела в коридор. И тут меня схватили со спины и прижали к груди. Я вырывалась и брыкалась, сама того не заметила, как полились слёзы. Я даже сама не поняла, когда Андрей стал мне настолько близок. Парень подождал, пока я окончательно не успокоюсь, и повернул к себе. Он взял моё лицо в ладони и долго смотрел в глаза. Потом коснулся одной моей мокрой щеки, а затем другой. Я удивлённо смотрела на него, не понимая, к чему это вообще всё шло. Но Андрей, кажется, чётко представлял, что сейчас хочет сделать. Он поднял мой подбородок и прижался своими губами к моим. Это длилось несколько секунд, так что я ничего не успела понять.       — Тише-тише, не плачь, — прошептал он, прислонившись своим лбом к моему, — Я никогда никому тебя не отдам, поняла? Больше никак Вань, Вась, Петь, хорошо? — я кивнула, за что получила ещё один поцелуй, которым уже смогла чуть подольше насладиться, — Ты ещё не допила свой чай, а уже выскочила из-за стола, — по-доброму улыбнулся Андрей, чмокнув меня в нос.