Halloween party

Эстер резко открыла глаза. Голова болела и кружилась. Очень хотелось пить. Она не сразу поняла, где находится. Небольшая комната, закрытая дверь... Она натянула одеяло повыше и тут поняла, что она без одежды. Аккуратно заглянув под одеяло, она с ужасом осознала, что на ней нет ничего, и это было не одеяло, а какой-то плед. Вчерашний вечер фрагментами проносился у нее в голове. Как они смеются, болтают, пьют огневиски, как Эдри кривляется, как Корри целует Флинта. Как Флинт целует ее. Она зажмурилась. Нет, она не могла этого сделать. Она ведь не сделала это. А воспоминания все возникали. Как он сдернул с нее блузку, почти разорвав, как она обнимала его, как целовала его, как стонала. Мерлин, она закрыла лицо руками. А затем, убрав ладони от лица, аккуратно повернула голову влево. Флинт спал, укрытый этим же пледом. Интересно, он тоже голый? Рубашки на нем точно не было. Она попыталась вспомнить, был ли он голый ночью. Да, он был. Эстер покраснела. «Мерлин, я переспала с Флинтом. Какой ужас. Какой ужас!» Надо было выбираться, пока он не проснулся. Как смотреть ему в глаза, она не знала, особенно после этой ночи. Она осторожно села. Одежда валялась по всей комнате. Эстер быстро подобрав юбку, сразу ее надела. Она не хотела оставаться совсем обнаженной. Надо было найти блузку, белье. Было темно, а зажигать свет палочкой она не хотела. «Мерлин, моя палочка!». Но палочка лежала на столике. Потом Эстер разглядела на полу рядом с диваном скомканную белую блузку. Осторожно вытащив ее, она поняла, что это рубашка Флинта. Положив ее обратно, она в отчаянии замерла. Ей нужно было дойти до своей гостиной. Можно конечно трансфигурировать одежду, но сейчас она точно не справится. Тут она заметила свою блузку на стуле, где сидел Эдри. На спинке еще повис ее бюстгальтер. Прекрасно. Она надела его и накинув блузку, обнаружила, что пуговиц на ней почти нет. Осталась только одна, нижняя, но и она болталась на длинной нитке. И все же это было лучше, чем ничего. Туфли валялись рядом с диваном. Она присела на краешек, надевая их, и увидела на диване свои кружевные трусики. Вздохнув с облегчением, она взяла их и поняла, что они разорваны: «Ладно, я могу дойти и так, а уже у себя в башне приведу себя в порядок». Трусики она запихнула в карман юбки. Почти на цыпочках подойдя к двери, она тихо открыла ее и, стараясь не дышать, спиной вышла в лабораторию и медленно закрыла дверь до упора. Повернувшись, Эстер чуть не вскрикнула. Посреди лаборатории в зеленом махровом халате стоял староста школы, который вчера целовал ей руки и поил огневиски. Он улыбался. — Не кричи. Сейчас только шесть утра, все спят. Я уж расстроился, что Марк проснулся и тренировке все-таки быть. Как он? Спит? — Спит, да, он спит, — Эстер хотела исчезнуть. — Как ты? Как ночь? Все хорошо? — Корри подошел поближе и рассматривал ее. Эстер отвернулась. Она не хотела обсуждать ночь. Она никогда так себя не вела, она не спала с малознакомыми парнями. У нее вообще до этого было всего три раза с ее парнем. Ей было так стыдно, а Корри, казалось, этого не замечал. — А что с блузкой? Пуговиц не хватает. Вот Марк умеет снимать блузки, не расстёгивая их. У меня сил не хватает. Давай починю, приведем тебя в порядок, — Корри достал палочку и начал шептать заклинания. Пуговицы появились. Они были зеленые с выгравированной буквой S. — Прости, — сказал Корри. — Я только такие умею. — Спасибо, мне только до своей спальни дойти. Думаю, сойдет, — она начала застегивать блузку. — Выпей-ка вот это. Не пугайся, это антипохмельное зелье. Станет гораздо лучше, — Эстер осторожно взяла флакон и выпила голубое зелье. С каждой секундой действительно становилось лучше. Потом Корри протянул ей другой флакон с зеленым зельем. На непонимающий взгляд Эстер он пояснил: — Ну это если ты не планируешь забеременеть. Полынный отвар. А то смотри, забеременеешь, выйдешь за Марка замуж. Будешь просыпаться так каждое утро, — Эстер схватила флакон и выпила. Корри улыбнулся и сказал. — Умница. А теперь слушай меня. Придешь к себе, бери вещи, иди в душ. Включи самый горячий душ и отмокай там около часа. Потом приведешь себя в порядок, пойдешь на завтрак и хорошо поешь. И тогда этот день пройдет нормально. Но обязательно ешь и обязательно не спи. И не переживай об этой ночи. Всем же было хорошо?.. И прекрасно. Я тебя не осуждаю, никто тебя не осуждает. Я вообще люблю такие ночи, они позволяют чувствовать себя живым. Ты умница и красавица, а теперь беги. — А где Бетани и Эдри? — вдруг спросила Эстер. — Бетани вот, спит. Я не хочу ее пока будить. Она такая милая, — Эстер только сейчас заметила на диване спящую, завернутую в одеяло подругу и ее одежду рядом с диваном. — А Эдри ушел к себе, напоили вы мне мальчика. Эстер попыталась улыбнуться и прошептав: «Спасибо» выскользнула из лаборатории. Оказавшись в коридоре, она закрыла лицо руками и, простояв так пару минут, осторожно побежала в когтевранскую башню. Уже раздеваясь в душевой, девушка заметила, что в другом кармане юбки тоже что-то лежит. Вытащив она недоуменно смотрела на шахматную фигурку черного короля. Король растерянно озирался и не мог понять, где он. Эстер так и не смогла вспомнить откуда он у нее. * * * Эстер стояла под душем и говорила: «Мерлин, какая я дура, Мерлин какая я дура!» — Это ты из-за контрольной по нумерологии расстраиваешься? — голос Розамунд вернул Эстер в реальность. Выглянув из кабинки, она увидела завернутую в полотенце подругу, сидящую на круглой скамье. Розамунд обеспокоенно посмотрела на Эстер — Милая, на тебе лица нет, что случилось? Эстер вернулась в кабинку и зажмурилась. Она не представляла, как рассказать, что случилось. Розамунд сама заглянула к ней: — Эй, милая, ты чего? — Розамунд была обеспокоена. Она никогда не видела Эстер в таком состоянии. — Что-то серьезное? Кто тебя обидел? — Никто, я сама виновата, — Эстер покачала головой. — Блин, Розамунд, я такая дура. — Так, пойдем, присядем, и ты мне все расскажешь. А то я переживаю за тебя. Подруги мы или как? Заодно и решим, дура ты или нет — Дура, — вздохнула Эстер. Эстер завернулась в полотенце, уселась на скамейку рядом с Розамунд и, закрыв лицо руками, прошептала: — Я переспала с Флинтом. — Чего? — ошарашенно спросила Розамунд. — Того. Что слышала. — Я даже не знаю, какой вопрос задать. Ты где его нашла? — Это все Бетани. Моя подруга с предсказаний. Ей нравился Пьюси, и они на вечеринке там что-то обнимались, вроде даже целовались. А потом он позвал ее пить огневиски. А ей страшно было одной идти, и она меня утащила. А я не хотела, но типа мы подруги. В итоге мы пришли в какую-то лабораторию Снейпа, там сидели Флинт и Кэвендиш — Староста школы? — ахнула Розамунд. — Да, староста школы, — немного смущаясь пояснила Эстер. — Они, оказывается, друзья. В общем, у них было огневиски, и они сказали, чтобы мы типа с ними оставались. Сначала было даже забавно. Они друг над другом прикалываются, это необычно. Ну, со стороны они такие серьезные и пафосные. На деле нет. Хотя я там под конец только кусками помню. И не во всем уверена. — И? — Розамунд неотрывно смотрела на подругу. — И я напилась и переспала с Флинтом, — Эстер снова закрыла лицо руками. — Ты была пьяная, а он нет? — Розамунд настороженно посмотрела на девушку. — Это изнасилование. — Он тоже был пьяный, — Эстер покачала головой. В тот момент она этого хотела, отрицать было глупо. Воспоминания всплывали против воли. — Мы с ним оба были очень пьяные. — И как? — Розамунд слегка улыбнулась. — Что как? — не поняла Эстер. Розамунд выразительно посмотрела. Эстер вздохнула. — Говорю, я ж пьяная была. У меня какие-то фрагменты в памяти всплывают. — Как с Робертом? — с одной стороны, напоминать про бывшего было нехорошо, с другой — узнать подробности было интересно. — Нет, знаешь, по-другому. Не знаю, как объяснить, — Эстер покачала головой. Роберт всегда ее спрашивал: «Можно я тебя поцелую», «Можно я до тебя дотронусь». Ее раздражали такие вопросы. Она чувствовала себя каким-то контролером, дающим разрешение. Ей всегда хотелось сказать «нет» и посмотреть, что он будет делать. А Флинт ничего не спрашивал, просто делал то, что считал нужным. Стыдно было признаться, но это ей понравилось куда больше. Но озвучивать эту мысль Эстер не хотела. — Так и что? Какие у вас теперь отношения? — это была самая интересная часть. — Что он с утра сказал? — Я не знаю, я сбежала от него, пока он спал, — Эстер снова зажмурилась, вспоминая сегодняшнее утро. — Мерлин, ну что я за идиотка. — А Бетани? — вдруг спросила Розамунд. — А Бетани переспала с Кэвендишем, — это было странно, и Эстер, конечно, еще узнает у подруги, что там произошло. Вообще, всю ситуацию хотелось обсудить с Бетани. Перед ней не так стыдно. — Я ее с утра у него обнаружила. Не знаю, как у нее так вышло. — Ох, девчонки, вы, конечно, даете, — Розамунд улыбнулась. Обсуждение этого вечера еще долго будет продолжаться. — Если бы я не пила, то ничего бы не произошло, — Эстер не знала, как посмотреть ему в глаза. Было так стыдно. Причем не только за ночь, но и за утренний побег. — Надеюсь, что до конца года я с ними не пересекусь. Флинт целыми днями на поле, у Кэвендиша должны быть какие-то дела старост. А потом они закончат Хогвартс, и мы точно не встретимся. Мне же не обязательно с ним встречаться? — Мне кажется, что правильнее спросить у него насчет ночи. Может, ты ему понравилась? — Розамунд улыбнулась. — Избегание — это не вариант. Представь, если бы он так с утра ушел. Ты, наверное, себя не очень потом чувствовала. Так что лучше поговорить. Не обязательно сегодня, но вообще. — Да, конечно, лучше. Но Мерлин! Как я ему в глаза посмотрю? — надо было поговорить, конечно, надо, но Эстер боялась услышать, что он ей ответит. — Я ж так себя не вела никогда. — Вот и скажи это ему. Тебе легче станет. * * * — Как колено? — Люциан как будто специально долго расшнуровывал перчатки, дожидаясь, пока все, кроме Марка, уйдут. — В смысле как? — непонимающе посмотрел на него Флинт. — Уже в норме, иначе я бы не летал сегодня. — Ну, ты же из-за него утренние тренировки отменяешь, — немного обиженно сказал Боул. — Мне мог бы и рассказать всю правду, как там зовут твоё колено, например. Маркус нахмурился, посмотрел, все ли ушли из раздевалки, потом раздраженно вздохнув, сказал: — Хорошо, я бухал, а потом полночи трахал телку и проспал тренировку. Ты доволен? — Да, — Люциан слегка улыбнулся. — Так лучше. — Откуда ты про колено знаешь? Ну, что это херь? — Маркус редко кому-то рассказывал о своих слабостях. — Эдри рассказал. Откуда он знает — я не в курсе, — Флинт нахмурился. Эдри тоже не должен был знать. Надо было еще разобраться в этой ситуации. — Мудозвон, — потом вспомнил, как Корри утром объяснял, что Пьюси свалил куда-то. Маркус правда слушал в пол-уха, пока одевался и приводил себя в порядок. — Куда он тогда пропал, кстати? Хотел телочку позажимать, а сам свалил. — Он в гостиную Слизерина такой бухой пришел вечером Хэллоуина, чтобы сообщить, что тренировки не будет, — Люциан покачал головой. — Я его не отпустил обратно. А то его точно бы спалили. И тогда бы мы все огребли. И еще его из команды могли числануть, а он очень хороший охотник. Я переживаю за команду, ну, и за Эдри. Он на меня обижался, но сейчас вроде отошел. — А чего это Эдри такой молодец решил, что тренировки не будет? Я тогда еще не отменял, — Маркус задумался. — Так ведь не было же, — пожал плечами Боул. — А что за девушка? Которая твоя? — Да она не моя, это так, на один раз. Ну, она такая мелкая, и у нее были две косы, — начал вспоминать Маркус. — Марк, блин! — Люциан удивленно посмотрел на Флинта, не понимая шутит тот или нет. — Как ее звали? — Хер знает, — Маркус пожал плечами. — Я не запомнил. Они когда пришли я уже бухой был. — Марк, ты просто лучший парень на свете, — закатил глаза Боул. — Это сарказм, если что. Как можно имя-то не запомнить? — Нормально можно не запомнить, — от огневиски память у Маркуса обычно отшибало начисто. Да, он помнил девчонку, но он даже не мог вспомнить, обращались ли к ней по имени. — Она тоже психанула, когда поняла, что я не помню, как ее зовут. — Утром? — Не. Утром она свалила по-тихому. Это кстати, ей в плюс. Пару дней назад подходила. Хотела обсудить наши отношения. Я ей сказал, чтобы она не парилась, что никаких отношений у нас нет, но если захочет повторить, то она может по вторникам после шести заходить в раздевалку по квиддичу. Я буду там. В итоге я не вспомнил, как ее зовут, она психанула и ушла. Думаю, ни хера не зайдет. — Мерлин! — Боул покачал головой. — Ты даже не понимаешь в чем проблема, да? Сколько ей лет-то хоть? Флинт задумался. Боул застонал: — Ты серьезно? Или ты считаешь это мелочами. Типа, имя, возраст... — Она не мелкая. Ее Пьюси притащил. Шестнадцать должно быть. Он бы не притащил ее иначе, и Корри бы ее не стал напаивать, — Маркусу самому это не нравилось. Конечно, надо было все узнать самому, а не доверять это Корри и Пьюси, но они не были тупыми, так что должно было все быть нормально. — Сам бы лучше пришел и спрашивал такие несущественные подробности. — И приду в следующий раз, буду вашим голосом разума, — Люциан недовольно вздохнул. — Мерлин! Несущественные подробности! С какого факультета она, спрашивать тоже бесполезно. — Или с Пуффендуя, или с Когтеврана. Мне кажется, что с Когтеврана. И она разбирается в шахматах. Это прям точно! — Надо же. То есть это ты запомнил. Хорошо хоть, не с нашего, — Люц покачал головой, только разборок в гостиной им не хватало. Потом улыбнулся и спросил: — А, правда, что ты целовался с Корри? — Чего? — вот поцелуй с Корри он помнил очень хорошо, но Люциана он в это посвящать не собирался. Он вообще хотел прибить Корри в первую секунду, но потом почувствовал вкус зелья, замер от удивления, а потом резко стал трезветь. Да, он хоть немного протрезвел, но блядь! Потом он высказал Корри о том, что больше нехер так делать. Корри посмеялся и пояснил, что это была его давняя мечта — поцеловать Марка, и он не смог себе отказать. Потому что, по его мнению, это смешно и интересно. Марк часто подозревал, что его проблемы с психикой, про которые все говорят, по сравнению с Корри не слишком значительны. — Эдри так сказал, — неуверенно ответил Боул. — Эдри бухой мудак, — Марк задумался, решив, что официально вся эта история просто пьяный бред Эдри. — Конечно нет. — Вот и я удивился. На Корри это еще может быть похоже, а на тебя нет. Короче, на следующую пьянку я иду с вами. Буду запоминать имена и спрашивать возраст, и смотреть целуетесь ли вы с Корри. А зачем тебе эти книги? — Люциан указал на стопку, стоящую рядом с вещами Марка. — Ты все-таки решил подготовиться к ЖАБА? — Нет, конечно. Сдам я эти экзамены, чо так все парятся? Ну, хотя бы на «У» я сдам, а мне этого за глаза хватит. Нет, это для Корри. Я ему обещал открыть свои шахматные секреты, а то он вечно проигрывает. А еще я его короля где-то проебланил. Не представляю, где. Он недоволен. Вот, — Марк указал рукой. — Эти три из школьной библиотеки, а эти две из домашней, попросил отца прислать. Нужно просто их выучить и тогда он сильно продвинется в шахматном мастерстве. — Ты же понимаешь, что он ждет зелье или заклятие? — неуверенно сказал Люциан. — Понимаю, я бы тоже хотел зелье или заклятие, но их нихера нет. Только это. Прям как в квиддиче, — Марк улыбнулся. — Пошли, побесим Корри.