О середнячках и гениях

Роза была гордостью родителей. Отличница, умница, яркая личность. А Хьюго... Ну... «Тебя мы тоже очень любим, сынок!» Роза произносила речь, как самая лучшая ученица курса, Хьюго с трудом натягивал «удовлетворительно» по Трансфигурации и получал дополнительное летнее задание по Арифмантике. Роза отлично летала на метле и могла стать загонщицей в факультетской команде по квиддичу, если бы тренировки не занимали то время, которое она предпочитала отдавать учебе. Хьюго мог споткнуться о собственные ноги и получить синяк, не вписавшись в дверной проем. А в библиотеке его неудержимо тянуло в сон. Роза фонтанировала идеями и настойчиво доносила до окружающих свое мнение по волнующим ее вопросам, Хьюго же оставался «вещью в себе», часто просто пожимая плечами даже на прямой вопрос... В своей комнате Хьюго сидел над открытыми учебниками — всеми одновременно, — не обращая внимания на то, что половина из них была перевернута вверх ногами (из Хогвартса опять прислали письмо: ему было настойчиво рекомендовано подтянуть некоторые предметы), и развлекался тем, что подбрасывал в воздух слепленный из вычесанной шерсти камуфлори шарик, наблюдая за его очень медленным падением. — Привет! — Привычку сестры врываться без стука Хьюго хорошо знал и очень не любил. Но, несмотря на то, что перевоспитать Розу шансы были невелики, все же пытался: — В следующий раз стучись, пожалуйста. Иначе можешь застать не предназначенное для твоих глаз зрелище. — Ой, да что я там не видела? Девушку ты к себе точно не приведешь еще несколько лет. — Роза остановилась, внимательно оглядела брата и заключила: — А если не изменишь прическу, то и никогда! А все твои мальчишеские причиндалы я разглядела еще в детстве, когда мы с тобой за горшок дрались! — Мы не дрались, — спокойно поправил ее Хьюго и вновь подбросил шарик, наблюдая, как он зависает в воздухе. — Ты просто меня стукнула. Без каких-либо логических предпосылок... хотя какая логика у четырехлетнего ребенка? — Ты тогда сел на мой розовый горшок, — фыркнула Роза, и ее губы дрогнули от еле сдерживаемого смеха. — Я была в своем праве защиты собственности. — Технически говоря, горшок был нашим общим. Потому что купить второй у мамы руки так и не дошли, а когда она попросила папу, он недопонял ситуацию и принес кашпо для цветов. — Мы говорим о цветочных горшках, когда у меня такие замечательные новости?! — возмутилась Роза, подпрыгнула на месте, покружилась и, раскинув руки в стороны, завалилась на кровать Хьюго. — А я почти доделала модификацию зелья! Смогла затушить реакцию драконьей крови с иглами взрывохвоста! — Соком ледянки при пиковом повышении температуры? — Ну-у-у-у... так не честно. Как ты догадался? — Там не так много вариантов. Я вот сходу подумал о трех. А зная тебя и твои методы работы, было легко предположить, что начнешь ты с классических ингредиентов растительного происхождения и пересмотришь тепловые режимы. — Я становлюсь предсказуемой, как жаль. А чем потом кислоту уравновесить, знаешь? — Догадываюсь. — Хьюго дернул плечом. — Для уверенности требуются эксперименты и расчеты. Я этим заниматься не буду. — Ну и ладно. Только своими догадками не свети — я сама найду. Собственно, я зачем к тебе пришла… — Точно не из-за зелья: ты любишь делиться уже законченным результатом. Зато как предлог ворваться и завалиться на мою кровать, хотя я тебя уже много раз просил так не делать, подошло идеально. — Зануда. — Это понимать так, что больше у нас тем для разговора нет, и ты готова покинуть мою территорию? — Дельфи, — решительно проговорила Рози и, сев на кровати, уставилась на брата. — Что-то с ней не то. И мне не нравится, как она влияет на Альбуса со Скорпиусом! — Прямо на обоих? — уточнил Хьюго. — Насколько я понял, симпатию, отличную от дружеских чувств, ты питаешь только к одному из них. И, к счастью, это не Альбус. Конечно, прецеденты брака между кузенами были неоднократно, даже среди наших предков пример найдется, но лучше все же этого избежать... — Хьюго! — Я неправильно интерпретировал твой интерес к Малфою? — Ну что ты за человек, а? — Роза смущенно покраснела и в упор уставилась на брата. — Что, это так видно, да? — Нет, — отстраненно проговорил Хьюго. — Не переживай. Кроме тебя самой на всем свете о ситуации догадывается всего два человека. — Ты и Скорпи? — осторожно уточнила Роза. — Скорпиус? До него дойдет в следующем году, да и то после того, как ты психанешь и огреешь его учебником по голове. Наверное. А догадываемся я и Нарцисса Малфой. — В смысле — бабушка Скорпиуса? — Глаза Рози стали круглыми как сикли. — Нарцисса Малфой знает, что я влюблена в ее внука?! — Ну, или он — в тебя. Я не углублялся в мелкие подробности. — Моя жизнь для тебя — мелкая подробность?! Ну, ты и... Так, вдохнуть, — Роза привычно закрыла глаза, сделала глубокий вдох и медленно выдохнула воздух сквозь сжатые зубы. Подумала... и повторила процедуру. Хьюго с интересом наблюдал за сестрой, подбрасывая на ладони свой шерстяной шарик. — Ты гад, — уже спокойным тоном проговорила Роза и поерзала, поудобнее устраиваясь на его постели. Хью поморщился, глядя, как она безжалостно мнет покрывала и перетаскивает себе под спину подушки, но промолчал. — Откуда ты взял, что Нарцисса Малфой знает ну... про вот все это? — Она сделала полный расчет на тебя и Скорпиуса. Довольно-таки трудоемкая работа. Конечно, можно предположить, что она делает такой на всех потенциальных невест... Кстати, у вас с ним совместимость магии — семьдесят два с половиной процента. Поздравляю, высокий показатель. А учитывая дополняющие Дары, так вообще… — Семьдесят два? — почему-то шёпотом проговорила Роза. — Семьдесят два процента совместимости с совпадением Даров? Да уже после сорока процентов бегут договариваться о свадьбе… — Да. А выше шестидесяти считается даром Мерлина, — зевнул Хьюго и с тоской покосился на дверь. — Я же уже говорил, что поздравляю? — Нет, постой. Ты меня разыгрываешь! Откуда ты можешь все это знать? Ну, что семьдесят два процента и что Нарцисса делала на нас расчеты? — Видел их в Гринготтсе, Нарцисса убирала в папку свитки и тот, что с результатами, лежал сверху. — И ты, вот так проходя мимо, мало того что разглядел, но и успел все прочитать? — Нет конечно. Только кинуть взгляд. Так что пришлось извлекать воспоминание и разглядывать его. — У нас нет Омута Памяти! — У меня есть, только маме не говори. — Хьюго махнул рукой в сторону довольно-таки громоздкой конструкции на прикроватной тумбочке. К большой каменной чаше, в которой Роза с трудом узнала садовую поилку для птиц, в произвольном порядке были прикручены какие-то камни, куски кожи с вязью рун и странные конструкции из проволоки. — Ты вот так просто сделал на коленке Омут Памяти?! — Это было проще, чем доказать родителям необходимость покупки такой дорогой вещи. — Артефакт, секрет создания которого утрачен, так что приходится за огромные деньги перекупать те, что остались, если кто-то из волшебников попадает в настолько тяжелую ситуацию, что готов расстаться с таким сокровищем... А ты вот просто захотел и сделал? — Раньше такой был в каждой семье — и не по одной штуке. — Хьюго пожал плечами. — А уничтожают их редко. Да и подозреваю, у гоблинов немалый запас на продажу. Так что при всех завышенных ценах проблем с приобретением Омута нет. Не придумывай. Да и я сделал не артефакт, а так — одноразовую замену. К тому же пользоваться ей могу только я. Ты про расчеты слушать будешь? — Буду, — буркнула Роза и обняла подушку, прижимая ее к груди. Хьюго покопался в завалах на столе и достал исписанный листок. — Это то, что было у леди Малфой? Хью, тут даже имен нет, с чего ты взял, что это про нас со Скорпи? — Провел обратный расчет. Твои исходные данные я знаю, Скорпиуса — тоже. Если не брать во внимание небольшую погрешность, то все совпало. А учитывая, что в Англии не так уж много сильных ведьм подходящего возраста… — Ладно-ладно, я поняла. Семьдесят два процента… — Ты это уже говорила, — кисло заметил Хьюго, снова покопался в завалах на столе, нашел небольшую деревянную шпажку, исписанную рунами, воткнул ее в свой шерстяной шарик и вновь подбросил в воздух. — А что ты делаешь? — Разбираюсь, как в шерсть камуфлори встроить чары левитации так, чтобы сохранить при этом невидимость. А ты меня отвлекаешь. — Ого! Если получится, дашь посмотреть? — На свадьбу тебе подарю. Что-нибудь еще? — Родителям пришло письмо от твоего декана. Теперь они хотят, чтобы я с тобой позанималась. — А... ну и как, будешь со мной заниматься? — с интересом спросил Хьюго, дописывая еще две руны на шпажку. Теперь шерсть почти исчезла и при подбрасывании зависала в воздухе. Вот только палочка была отчетливо видна. — Вот что ты за человек, а? Ты же умнее нас всех вместе взятых, включая учителей. А строишь из себя... нет, не буду. Могу потыкать тебе пальцем в учебник, чтобы потом честно сказать родителям, что я пыталась, но ты неисправим. Тебе же эти параграфы выучить — две минуты. Почему нет? — Скучно. — Хьюго скривился. Посмотрел на удивленное лицо сестры и со вздохом пояснил: — У отличников жизни нет. Надо соответствовать, помогать преподавателям, защищать честь школы на турнирах, подтягивать отстающих... не хочу. — А так дергают всю семью и тебя постоянно вызывают на душеспасительные беседы. Да еще и дополнительные занятия назначают. Давай ты «поумнеешь» до крепкого середнячка, а? И тебя в покое оставят, и наши нервы целее будут. А я, как староста, обещаю тебя не трогать с дополнительными обязанностями по факультету. Хьюго на секунду замер, обдумывая предложение, и резко кивнул. — Хорошо, договорились. — Слушай... А зачем ты все это мне говоришь? Хьюго замер, глядя куда-то пространство, мотнул головой, перевел взгляд на сестру и пожал плечами. — Потому что ты спрашиваешь? — Да я не об этом. — Роза отмахнулась. — Я в глобальном масштабе. Ты убедил всех, включая учителей и родителей, в своей ординарности. А со мной даже не пытаешься притворяться. — Ты внимательная. И умная, — как само собой разумеющееся проговорил Хьюго. — Спасибо. — Роза польщенно улыбнулась. — А еще любопытная не в меру, упертая и совершенно без чувства самосохранения, — продолжил Хьюго. — Мы слишком много времени проводим вместе в замкнутом пространстве. Ты бы почувствовала, что что-то неправильно, на уровне ощущений и, даже не имея фактов, стала бы копать невзирая ни на что. С тобой проще договориться. — Ну спасибо… — Пожалуйста. Все, тебе пора. — Нет, не пора! — Роза отшвырнула подушку. — Ты отлично перевел тему, но проблема от этого не решена! — Проблема? — Дельфи, — настойчиво напомнила Рози. — А что с ней? — Не знаю... мутная какая-то история. Семья Диггори… — Так она же и не Диггори. И примазалась к этой семье достаточно грубо, кстати. Даже удивительно, что никто кроме моей ревнивой сестры этого не заметил. — Да не ревную я! Постой, в каком смысле «не Диггори»?! — В том смысле, что, за исключением отдельно оговоренных случаев, ребенку дается фамилия родителей. Дельфи была рождена вне брака. Вот тут интересный вопрос — она будет Реддл, как папа, Блэк — как мама, или Лестрейндж, потому что мама на момент родов была замужем и официально относилась к этой семье? Нет, Лестрейнджи точно нет, там первая же проверка крови на алтаре даст такой выброс… — Хьюго!!! — Что? — Дельфи — дочь Беллы и Темного Лорда?! — Мне казалось, именно это я и сказал, — укоризненно проговорил Хьюго. — Ты такая невнимательная, Рози. — С этим же надо что-то делать! — С твоей невнимательностью? Увы… — Да с Дельфи же! — Нет. — Нет?! — Займись своей жизнью и не лезь в чужие. — Но она дочь Волдеморта, и никто не знает, что она затеяла! Не зря же к Альбусу и Скорпи лезет! — Оставь ее в покое, — жестко повторил Хьюго. — Ей надо время перебеситься и пережить свою боль. Я присмотрю, чтобы она не натворила непоправимых глупостей. А потом женюсь на ней. — Что?! — Женюсь на Дельфи. Все, выметайся из моей комнаты. Мне еще домашнее задание делать.