-
28 января 2022 г., 17:32
Тома Риддла бесит Гарри Поттер.
Том Риддл завидует Гарри Поттеру.
Том Риддл возмущен тем, что Гарри Поттер предпочел факультет Гриффиндора.
Том Риддл злится на Гарри Поттера за то, что тот стал целой знаменитостью, едва начав обучение в Хогвартсе.
Том Риддл точно «ненавидит» Гарри Поттера.
То, что Гарри Поттер, возможно, единственный и настоящий близкий ему человек, Том Риддл всеми фибрами души пытался не вспоминать и не брать во внимание.
Но если не Том Риддл и двое друзей, то Золотой мальчик Гриффиндора мог бы уже давно умереть ещё на первом курсе. И в последующие шесть лет…
Том Риддл пытался не вспоминать, что именно Гарри победил тролля обычной «левиосой», желая спасти свою слишком умную для гриффиндурков подругу, а они прикрывали их, чтобы с них не сняли баллы, и остались в живых. Ни о том, что безумный темный волшебник, возжелавший похитить философский камень, был убит Гарри при помощи неправильной комбинации ингредиентов для зелий. Ни о том, что подземелья были почти уничтожены после этого, и слизеринцам пришлось на долгих три месяца учебы ютиться в чужих домах.
Том Риддл не хочет вспоминать о том, что на втором курсе было ещё хуже, когда Том, наследник Слизерина, не смог справиться с очень голодным василиском, и, желая спасти их обоих (заодно всех остальных студентов школы), Гарри пришлось убить его, вытащив из Распределяющей шляпы меч Годрика Гриффиндора. Гарри от смерти спас лишь Феникс декана Гриффиндора и Том, который судорожно попытался оказать первую помощь и привел обессиленного Поттера в Больничное крыло.
Том Риддл не хочет вспоминать о дементорах и сражении со сбежавшим поехавшим волшебником из Азкабана на третьем курсе, о нападении вампиров в Запретном лесу на четвертом, о битве со сбежавшими темными волшебниками из хлипких клеток Аврората при сдаче СОВ в Министерстве магии и противостоянии с очередным профессором ЗОТИ на пятом, об охоте на стаю акромантулов ради редких ингредиентов для зелий, попытками переговоров о прорицании с кентаврами, смертельном исследовании Черного озера и странных магических явлений в Хогвартсе на шестом курсе.
Мальчик был чертовым магнитом для неприятностей и был даже доволен этим!
Особенно теперь, когда в последний год учёбы ему бы сидеть на своей заднице ровно, готовиться к ЖАБА, дать всей школе вздохнуть спокойно и предаться мыслями о том, что этому гриффиндурку осталось проучиться всего год, но нет! Из-за возобновленного Турнира Трёх Волшебников Гарри Джеймс Поттер не мог просто спокойно доучиться до выпуска!
Преподаватели уже седьмой год сидят на успокоительных зельях, как и почти все в школе, молятся на то, чтобы Хогвартс пережил это зеленоглазое чудовище.
И не только Том Риддл ненавидел и хотел уже просто задушить Гарри Поттера, но и почти все студенты Хогвартса и некоторые преподаватели. Ни одного спокойного года! Ни одного! И теперь Кубок Огня выплюнул третьего участника смертельного турнира — Чемпиона Хогвартса — имя «Гарри Поттера».
Том со своего места за столом змей уничижительно смотрел на шальную улыбку и почти безумно-гордый блеск зеленых глаз этого парня. Столы взорвались аплодисментами и криками поддержки, даже за столом Слизерина Гарри Поттера поддерживали.
Риддл только негодовал, злился и пытался унять зуд беспокойства в груди.
Как Кубок Огня из всех желающих семикурсников мог выбрать Гарри Поттера?
Если Том хотел бы участвовать, то Кубок выбрал бы его — Том в этом не сомневался, но ему это было совершенно не нужно. И он настоятельно рекомендовал всему седьмому курсу на своих правах старосты школы не участвовать в Турнире, который ранее не зря запрещали до этого из-за смертей участников.
Том даже провел отдельную лекцию Гарри Поттеру.
Теперь же было видно, что его слова об беспокойстве смертельной опасности были выкинуты в мусорное ведро.
Том пытался игнорировать то, что сердце в страхе сжалось, игнорировать желание схватить этого гриффиндурка в охапку и убежать прочь от Хогвартса, единственного дома, чтобы спрятать этого неугомонного парня от всех опасностей, игнорировать дрожь по всему телу от мысли, что этот главный гриффиндурк мог там запросто погибнуть и он не смог бы ничего сделать…
Том всеми силами игнорировал то, что росло в его груди все эти семь лет знакомства со студентом «вражеского» факультета. Но, видимо, ему придется подкорректировать свои планы насчёт игнорирования «того» чувства, перейдя в наступление.
Ведь нападение — это лучшая защита.
Поэтому после ужина, когда школа пыталась оправиться от эйфории об участниках Турнира, он выловил Поттера в коридорах, вблизи башни Гриффиндора. Они все торопились в свою гостиную, чтобы отпраздновать участие студента Гриффиндора в Турнире.
— Гарри Поттер, мне с тобой нужно поговорить. — Догнал староста тройку друзей, идущих к себе в гостиную. — И не смей, Гарри, мне говорить, что ты сейчас очень занят. Я знаю, что у тебя нет пока отработок.
Названный с поджатыми губами, Гермиона Грейнджер и Невилл Лонгботтом остановились. Двойка друзей лишь азартно переглянулась и спокойно улыбнулась старосте Слизерина, когда тот приблизился, и вытолкнула к нему навстречу возмутившегося Золотого мальчика.
— Надеюсь, хотя бы ты Тома послушаешь, Гарри, — с осуждением протянула староста Гриффиндора, откидывая кудрявые волосы через плечо. — Проведи с ним основательную лекцию, Том, чтоб он раз и навсегда прекратил волновать своих друзей и влипать в очередные «приключения».
— Обязательно, мисс Грейнджер, я прослежу, чтоб он выслушал меня, запомнил и пришёл в гостиную до отбоя, — вежливо и довольно ответил своей сопернице за место умнейшего ученика школы Риддл, цепко схватив руками за плечи местный магнит «приключений».
— Тогда оставим его тебе, — усмехаясь, решительно ответил Невилл и вместе с Грейнджер под руку ушёл дальше по темным коридорам, оставляя одного Гарри, отчаянно пытавшегося выбраться из крепких объятий «Ледяного принца» Хогвартса.
— Предатели, — забурчал Поттер, понимая, что он попал в какой-то сговор между своими друзьями, и прекращая тщетные попытки выбраться. Парень расслабился, понимая, что его тут же испепелять не собираются. Пока что. — Тебе не обязательно меня так держать, не сбегу.
— Правда? — холодного ответил Риддл, посмотрев на кудрявую макушку перед собой и отодвинулся, чтобы недовольно посмотреть в эти наглые глаза. — А мне казалось, что кое-кто старательно избегает старосту школы.
— Том, я знаю, что ты предупреждал, — осторожно начал Гарри, руками хватая запястья другого и пристально вглядываясь в темно-синие глаза, чтобы тот ему поверил. Обычно так всё и срабатывало, и в этот раз не должно. — Но я не мог упустить такой шанс! Если не Турнир, то какая-нибудь другая неприятность меня настигнет, мы уже опытным путем установили: если я сам не лезу в неприятности, они липнут сами!
Том зло и удрученно покачал головой и опустил руки, пыхтя от злости на ситуацию в целом, а Гарри продолжил держать того за ладони и виновато улыбался. Злиться полноценно, кидая проклятия, на этот магнит неприятностей едва ли удавалось.
Да, они проверяли эту гипотезу, которая сама нашла себе подтверждение через некоторое время. Гарри, даже если ничего не делал и выполнял все указания своих друзей, всё равно влипал в неприятности. Проверено шестью годами жизни в Хогвартсе. Так что уж лучше понимать, к чему готовиться, чем встречаться с чем-то неизвестным и более опасным.
С каждый годом «приключения» становились всё хуже и хуже. Что неровен день, когда всё может зайти слишком далеко. От подобных мыслей было не по себе обоим юношам.
Поэтому держались вместе.
— Отказаться, я полагаю, нельзя? — прощупывал почву Том, выискивая в своей голове информацию обо всех проведенных ранее Турнирах.
Гарри отпустил Риддла и отрицательно покачал головой, пятерней пройдясь по лохматым волосам. На свет факелов вылез шрам в виде молнии - Гарри получил при взрыве подземелий на первом курсе.
Том жадно проследил за движением руки к волосам и поджал губы. Игнорировать желания и некоторые «чувства» с каждый годом становилось труднее. Но он должен был вытерпеть ещё немного, чтобы найти подходящий момент и не дать гриффиндорцу убежать от него.
— Директор Диппет с Дамблдором, — лицо Тома скривилось от этих имен, и тот закатил глаза, — мне доступно пояснили все нюансы контракта с Кубком Огня и Турниром в целом. Отказать уже нельзя, когда Кубок выбрал тебя. Лучше давай взглянем на это с позитивной стороны. Одно уже участие в Турнире станет мне большим подспорьем в будущей карьере во всём волшебном мире, так что хотя бы ради этого, думаю, стоило попробовать.
— А с отрицательной стороны — всё то, что может быть в Турнире, может положить конец твоей жизни, — мрачно заметил Том и отступил на шаг в темноту пустого коридора, отворачиваясь от света факелов и не давая Поттеру видеть его бледность.
Но гриффиндорцу не обязательно было так внимательно смотреть, чтобы знать, как за него волнуется Том. И Гарри, испытывая волны благодарности и желания уменьшить тревоги лучшего друга, кинулся его обнимать. Уже было хорошо то, что на него не орали и не насыпали кучу проклятий, как Том мог это сделать, заставляя загреметь в Больничное крыло на целый месяц.
Прохладные руки Тома обняли Гарри, одной рукой прижимая к себе плотнее, а второй зарываясь пальцами непослушные кудри. Поттер, чувствуя себя, как нельзя лучше, повернул голову так, чтобы смотреть прямо в лицо Риддлу.
— Если ты мне тайком будешь помогать, то я могу выходить из всех испытаний сухим, — задорным шёпотом подвел итоги своих маленьких грандиозных планов. И Тому в некоторой степени польстило то, что Гарри, скорее всего, с самого начала хотел втянуть друга в эту шумиху.
Слишком не по-гриффиндорски обманывать прямо под носом у остальных.
— Тогда ты будешь беспрекословно меня слушаться и говорить мне обо всём, что будет в Турнире.
Весело сверкнувшие изумрудом глаза за толстыми линзами очков дали юноше положительный ответ. Том никогда не собирался сидеть, сложа руки и быть простым наблюдателем, пока самый близкий человек снова подвергался опасности. Под его контролем Гарри не только пройдет все испытания живым, но и выиграет этот чертов Кубок.
Если не Том участвовал в Турнире, это не значит, что он так просто позволит другим школам обыграть их родной дом. Да и Гарри был прав насчёт Турнира.
Сиротам нужно было хорошее подспорье в волшебном мире.
Но Тому Риддлу нужен был только Гарри Поттер. Остальное он желал завоевать своими силами.
***
Всякие узы познавались в час нужды или бед, и Гарри мог с легкостью сказать, кто его друг, а кто просто знакомый. И Том Риддл был не просто другом, который вместе с Гарри прошёл огонь, воду и хогвартские медные трубы василиска. Он был почти как семья. Для сирот, у которых ничего и никого нет, было важно завести хотя бы одного человека, которому можно было бы довериться или поговорить. Их узы проверялись годами препятствий и временем. Их связь была куда сильнее всяких незначительных ссор, межфакультетской вражды и личных конфликтующих мнений на волшебный мир. Гарри, не кривя душой, мог бы доверить Тому Риддлу жизнь. И пусть после таких сентиментальных слов или мыслей Том плевался бы ядом, вечно кривя губы и гневно сверкая глазами, Гарри бы не отступился. Гарри знал, что Том ответил бы ему тем же, по-своему, конечно, но однозначно тем же: верностью. С тех пор, как они познакомились у входа на платформу девять и три четверти, вместе пересекая грань миров, прошло много времени, но они всё ещё были вместе. Ни разные факультеты, ни различные опасности и секреты не смогли, то куда уж Турниру Трех Волшебников и грядущий выпуск из Хогвартса? И вряд ли бы нашлось что-то, что смогло бы разрушить эту связь, за которую они оба держались всеми конечностями. Поэтому, когда он одолел дракона, захватил яйцо и стал вторым после Виктора Крама из Дурмстранга, он был счастлив. Как и после головокружительной победы на втором испытании, спасая самого близкого человека — Тома Марволо Риддла, но и младшую сестру Флёр Делакур со дна Черного озера, счастливый Гарри не мог отойти от Тома. Как и тот от него. Когда они остались одни, то ушли в Выручай-комнату, пытаясь отогреться у камина на теплом ковре и, наконец-то, провести время вместе, чтобы обсудить наплывшие новости. Почему-то второе испытание перенесли с февраля на декабрь, проводили буквально перед рождественскими праздниками и Святочным балом, не оставляя почти никакого времени на разработку нормального плана действий участникам. — Спасибо, Том! Ты мне очень помог с отработкой тех заклинаний отвлечения, не знаю, чтобы я делал, если бы они не срабатывали каждый раз. Гарри мог просто продолжать восхвалять своего друга и благодарить до полуночи, прижавшись к юноше боком и грея руки о кружку с горячим чаем. Гарри Поттер обожал умного Тома Риддла, который всегда умел найти выход из самой сложной ситуации. Гарри Поттеру было абсолютно наплевать на то, что Том Риддл был со Слизерина, знаменитого тем, что выпускал пачками темных волшебников и интриганов. Гарри Поттер всегда держался рядом с Томом Риддлом, остерегая того от ненужных последствий и своих импульсивных поступков. Гарри Поттер… любил Тома Риддла, даже несмотря на его темные увлечения и его небольшой кружок чистокровных фанатиков. И не хотел говорить о любви, предпочитая действовать, чем объяснять все хитросплетения того, как ему было хорошо в обществе слизеринца. Поэтому, когда Гарри Поттер, оживив свою смелость и взглянув в знакомые темные глаза, спросил: — Том, ты пойдешь со мной на бал? В ответ он получил головокружительный поцелуй, отбивший у него любые опасения. И мысли в целом.***
Том Риддл не знал, что такое любовь и прочие синонимы этого слова. Том Риддл лишь знал то, что Гарри Поттер не давал ему скатываться в безумие тёмной магии, заставляя трезво и адекватно смотреть на мир. Не омрачать его сильнее, чем оно было. Не скатываться в одиночество и иррациональный страх смерти. Гарри Поттер был якорем Тома Риддла. Гарри Поттер был тем, кто отрезвлял и приземлял его. Держал в своих руках и помогал справиться с опьяняющей силой Темных искусств, не давая упасть и оступиться по этой скользкой дорожке. Гарри Поттер был поддержкой Тома Риддла, которая не давала уйти далеко от реальности. Реальности, которая теперь вызывала теплое гудение в груди и прилив сил каждый день, стоило Тому Риддлу открыть глаза и взглядом наткнуться на непослушные темные кудри. И Тому пришлось признать, что у него была привязанность к опасному лохматому магниту неприятностей. Сильная, крепкая настолько, что Том не мог отпустить Гарри. Не мог бы держать далеко. Том знал, что Гарри чувствовал и действовал точно так же. Его мысли не могли соврать. Как и отзывчивое тело, как и разум, потерявший контроль от удовольствия. Слова были таким пустым звуком между ними. Тому Риддлу всегда было тепло с Гарри Поттером. Гарри Поттер понимал и принимал Тома Риддла. Спокойная улыбка, сверкающие уверенностью глаза, крепкая хватка чужой руки, не отпускающая его даже во сне, светлая тонкая нить магии, окружающая их вместе защитным коконом. Гарри Поттер был с Томом Риддлом от начала до конца. Это было всё, что ему нужно. Его уж точно никто не остановит. Даже если освободят павшего Гриндевальда, если Дамблдор соберет лучших волшебников со всего мира. Потому что Гарри Поттер будет стоять рядом с ним и так же крепко держать за руку, защищать его и оберегать. Тот самый Избранный пророчества решил быть с Темным Лордом, а не против него. Остальная магическая Британия могла уже сейчас пасть ниц перед великим волшебником столетия, потому что единственное, что заботило Лорда Волдеморта, это его и Гарри благополучие.
