My Love

RADIO TAPOK — My Demons (Starset cover)

      До этого момента он почему-то решил, что справляется. Наивный.       После очередной стычки с n-нной по счету пассией Чонгук почувствовал себя как никогда уставшим. Все его существо будто молило о пощаде, но есть один вопрос: с чего бы? Все же было до нервного смеха нормальным.       А начиналось так красиво… Каждые две недели он с хенами неизменно захаживал в пусть не самый хороший, но очень гостеприимный ночной клуб. Спустя минут сорок после начала «празднества» Намджун-хен начинал приставать к бармену, Сокджин-хен — пытаться того утихомирить, тогда как Юнги-хен неизменно сидел напротив и неторопливо попивал крепкий виски, откинувшись на спинку небольшого диванчика и изредка косясь на танцпол в поисках интересного объекта для наблюдения, потому как вечные склоки двух оставшихся у барной стойки друзей ему порядком надоели.       А Чон никогда не знал, что делал здесь. Все время, что проводил в компании любимых хенов, он был как будто не здесь. Но в то же время это не выражалось ни в чем. Да, он участвовал в этой жизни, но как будто вечно был не здесь, не с ними. И если он и мог оставить это на своей совести и раскапывать исключительно после похмелья, то Юнги-хен не мог. Из раза в раз его пытливый взгляд находил глаза Чонгука в самый разгар вечеринки и как бы намекал, что разговор не за горами. Но самого младшего это вряд ли трогало. До сего момента.

***

Kavabanga Depo Kolibri — Над пропастью (Но вполне можно оставить и прошлую; это для тех, кто устал от рока)

      Сейчас он находится в мужском туалете небезызвестного клуба. Картина маслом: впопыхах застегнутая ширинка, уйма красных отметин на шее, блестящий взор, сбитое дыхание и одежда в беспорядке. Да и весь он самый сплошной беспорядок. Очередной мальчик своими восторженными глазками и пухлыми губками не смог оставить его равнодушным, поэтому спустя положенные (прописанные в его личном кодексе, видимо) полчаса вдвоем они оказались в тесной кабинке. И все было прекрасно, пока в середине пикантного единства слюны, выделений и прочих радостей организма и в целом его половой системы он не ощутил отвращение. Нет, не к себе, не к мальчику, который так старался понравиться, не к ситуации в целом. Просто ко всему, наверное. К своему нахождению здесь и сейчас в этом мире.       После накатило не самое приятное ощущение мертвецкой усталости. И он бы подумал, что его опоили, но вот только нечто подобное присутствовало где-то на задворках жизни примерно всегда. И решило проявить себя именно сейчас.       Причина Чону прекрасно известна: недостаток любви. Хотя сама по себе любовь является понятием растяжимым. Тут скорее отсутствие партнера, возлюбленного, можно назвать это как угодно, суть одна — он несчастен. Как это связано с тем мальчиком? Да просто после очередного взгляда, полного обожания и поистине детской радости, Чонгук подумал, что тоже так хочет. Желает всем сердцем смотреть на кого-то так же, доверять, проводить время вместе и с открытым ртом ловить каждое слово, каждый судорожный вздох и взмах ресниц. Но ничего не получалось по разным причинам. То все не то, то мудаки сплошные, то просто никого не видит, как сейчас. И его бы так это не напрягало (ему всего двадцать три года, алло), если бы не понимание, что у окружающих это получается абсолютно естественно. У того же Джин-хена вон какие запросы и стандарты, но он же смог отыскать того самого человека. Намджун-хен постоянно ходит на свидания, не прилагая никаких усилий, чтобы понравиться, но заставляя возможных партнеров дрожать от восторга. Юнги-хен практически не выходит из дома, но тоже как-то умудряется строить здоровые отношения последние пять лет. Так что с ним не так? Неужели ему, человеку, которому так сильно хочется, не было создано пары? Да он даже не может припомнить, чтобы когда-либо влюблялся, так о какой любви может идти речь? Подобные мысли преследовали его давно. Самое главное то, что он чувствует, словно его время уже прошло, хотя это очевидно не так. Но почему так свербит в груди и отчаянно хочется хорошенько проораться в поле?..       И вот Чон Чонгук здесь. Стоит, тяжело облокотившись руками на раковину и неотрывно разглядывая себя в зеркало, пытаясь уловить что-то, что он не до конца понимает. Дыхание выровнялось, прическа поправлена, а состояние все такое же. Он настолько ушел в себя, что и не заметил приближения своего самого внимательного хена. Тот молча ополоснул руки, косясь на тонсена, после чего всем корпусом развернулся и едва похлопал Гука по плечу. Тот едва заметно вздрогнул, отгоняя странное наваждение, и уставился в глаза молчаливого собеседника. Тот сначала смотрел крайне серьезно, но спустя пару минут секунд черты его будто разгладились, а на лице застыло крайне странное, по мнению самого Чонгука, выражение. То олицетворяло собой что-то между затаенной нежностью и светлой грустью, что заставило младшего серьезно напрячься. Но вопреки его ожиданиям того самого разговора в тот вечер не состоялось, как и нормального диалога. — Что-то не так, хен? — голос к концу дал петуха, но Гук парень упорный, поэтому даже не подал вида. — Все в порядке, просто увидел, как тот мальчик вылетел из туалета, вот решил тебя проверить, — как ни в чем не бывало пожал он плечами и внимательно уставился на отражение Чона. — Почему? В смысле… Зачем? — Обычно после страстного уединения не вылетают с места встречи с обескураженным лицом. Несмотря ни на что, тот парень все равно оставил мне номер на случай, если ты передумаешь, — вкрадчиво проговорил Юнги, неотрывно наблюдая за реакцией тонсена. — А, хорошо…       После растерянного ответа на долгую минуту воцарилось молчание, пока старший не вздохнул и не продолжил: — Так… Что произошло? — Я не знаю, хен, все очень сложно. Сам разобраться не могу, — тяжело вздохнув, Чон наконец развернулся всем телом к «оппоненту», совершенно не желая говорить о произошедшем ранее. — Хорошо. Я всегда рядом, помнишь? — придвинувшись ближе и чуть наклонив голову, он с едва заметной ободряющей улыбкой положил обе руки на предплечья Чонгука, чуть сжимая и таким образом ненавязчиво поддерживая.       Сквозь усталось и бурю тяжелых, отрицательных эмоций младший почувствовал отголосок своей благодарности, но сейчас он никак бы не смог это адекватно выразить, поэтому лишь положил руки поверх прохладных чужих и вымученно улыбнулся, стараясь согнать выражение слепого отчаяния со своего лица. Что, впрочем, у него не получится, но Мин не подаст и виду, пока не проводит младшего до выхода и не дождется сообщения, в котором будет сказано, что тот успешно добрался до дома.

***

      Прошло пару дней с того знаменательного выхода в свет. В жизни парней особо ничего не поменялось, а вот в Чоне будто что-то надломилось. Неясно ощущая нечто новое, он чувствовал раздражение, смятение и непонимание одновременно. Чонгук тот еще любитель контроля, поэтому немедленно принялся за решение этой загадки.       Основательная прогулка по любимым местам не дала никакого результата. Как и любимое хобби, еда, да даже банально поездка к родителям не смогла его растрясти.       Он прошел так много для того, чтобы застрять в одной точке? Неужели это стоило того? Да он даже согласился сходить вместе с Намджун-хеном в треклятый кружок книжных червей, с Джин-хеном на курсы маркетинга, но все просто б-е-с-п-о-л-е-з-н-о.       Говорят, что надежда умирает последней. Что ж, в таком случае у Чон Чонгука и вовсе ничего не осталось.

***

American Avenue — Ocean Eyes

      Не успел младший оглянуться, как наступил март. Свежий воздух с приятными нотками весны заставил его нутро чуть проснуться, но над этим нужно было еще работать и работать.       Ну и Гук понял это буквально, поэтому попросил Намджун-хена устроить его хотя бы на полставки в магазин с пластинками, куда старший устроился недавно. Видит бог, тонсен вообще ничего в них не смыслит, но это не показалось чем-то страшным. Научится, не впервой выкручиваться.       И вот в первый же поход туда он понял, увидел.       Магазинчик лично для Намджуна идеален. Он размещен на небольшом склоне в самом начале «горки», гораздо выше многих подобных заведений. И дальше. Но старший всегда любил прогулки, поэтому это стало первой причиной безусловной любви к этому месту. Второй, как ни странно, стали солнечные лучи. Какими только эпитетами он не описывал это, казалось бы, обычное явление.       Только зайдя внутрь, подойдя ближе к стойке, за которой находился хен в рабочей одежде, и посмотрев Киму в глаза, он понял.       Вроде обыкновенные карие глаза переливались всеми оттенками меда. На секунду младший даже почувствовал послевкусие вязкой сладости на кончике языка, что вызвало высокий уровень слюновыделения. Замерев и не видя ничего вокруг, он вслушивался в проникновенную сбивчивую речь Нама, во все глаза пялясь на гамму оттенков в чужих глазах и на очаровательные ямочки, возникающие при не менее прекрасной улыбке.       Пожалуй, именно в тот момент Чонгук влюбился. Нет, не в хена, и нет, не романтически. А просто в то, какими могут быть люди.       Его так сильно обескуражили необычный вид и чужая пылкость касаемо любимого дела, что еще долго нужно было приходить в себя. В сочетании с пробуждающейся от спячки природой и невероятным воздухом это стало контрольным выстрелом в голову.       От чужой красоты Чону стало почти физически больно, а на глазах даже выступили слезы. Не выдержав сего порыва, младший практически перелез через кассу, чтобы повиснуть у хена на шее. Тот замолчал на пару секунд, но через мгновение обнял в ответ, чувствуя, как на плече намокает рабочая рубашка. — Хен, я тебя так люблю, оказывается, — только и смог вымолвить Гук, еще больше заливаясь слезами. — Тш, я тебя тоже, Чон-и, — баюкая тонсена, словно ребенка, Намджун только и мог, что счастливо улыбаться прохожим.

***

      После этого дня ощущение чего-то цветущего прочно поселилось в его солнечном сплетении и так и норовило выползти.       Теперь он всегда и везде смотрел окружающим в глаза, подмечая для себя разные эмоции и оттенки чувств. В итоге он стал такой размазней…       Чонгук реально плакал по любому поводу. Будь то красивая бабочка или чарующая мелодия, парень неизменно будто вбирал в себя составляющие и пускал слезы с улыбкой на лице, чувствуя болезненно приятное единение с миром, природой и вообще со всеми, испытывая огромнейшую благодарность и ощущая себя так, словно внутри него поднимается яркое-яркое теплое солнышко, которое согревает душу и радует самых близких невероятным блеском глаз его обладателя.

***

Три дня дождя — Красота

      И вот однажды он увидел свою недостающую половинку. Достаточно было просто с таким же чувством взглянуть в зеркало, в собственные, как оказалось, не менее прекрасные глаза.       В тот момент Чонгук подошел ближе к зеркалу, просто смотря на себя и впервые не ища изъянов. Это такая глупость по сравнению с тем, что творится в его зеркалах души. Чон никогда не думал, что что-то может быть настолько захватывающим. — Так вот кого мне не хватало, — нервно рассмеялся Гук, сползая спиной по стене напротив. Ноги совсем не держали.       Нервный смех перешел в рыдания и ощущение абсолютного счастья. Вот оно! Эврика!       И даже сейчас, с опухшим, но несомненно привлекательным лицом, с красными, но не менее прекрасными глазами и с невероятно яркой улыбкой, именно он был настоящим совершенством. — Как же долго я тебя ждал… Как сильно тебя не хватало… Как же… Как же…       Шепот его еще долго звучал в тишине квартиры, но теперь парень как никто другой знал, что бывает по-другому, по-особенному. Просто стоит обратить внимание на обыденные вещи, которые внезапно окажутся самым занимательным явлением в жизни.

***

— Ну и что ты здесь делаешь?       Этот вопрос был ожидаем, но Гук бессовестно спустил это на тормозах, продолжая вглядываться в вечернее небо, что растянулось над крышами одноликих высоток.       Бутылка соджу приятно «грела» руку, но гораздо больше все его существо плавилось от раскаленного оголенного сердца, что могло ослепить любого, кто бы смог его заметить. Для непонятливых Чон светил белозубой улыбкой 24/7, а на посторонних и вовсе было плевать. Впервые в жизни. — Не так я себе представлял нашу встречу, может, пройдешь в квартиру?       Наконец подняв голову на «собеседника», Чонгук не без удовольствия отметил, что парень готовился к его приходу. Нет, не просто парень. Чимин. Пак Чимин.       Кивнув головой на пустующее место рядом, Чон вытянул ноги вперед, едва заметно ударяя пяткой по бетонным ступеням лестницы, на верхней ступеньке которой он и разместил свою счастливую тушку.       Пусть пытающийся поговорить Чимин и рассчитывал на более приятное времяпровождение в горизонтальной плоскости, но от молчаливого приглашения отказываться не стал, в одном халате чуть ниже колен сев на указанное место и выхватив неоткрытую бутылку.       Они просидели чуть меньше пяти минут (да, Пак считал), прежде чем вновь он подал голос: — Так зачем ты пришел? — Просто так, — пожал плечами Чон, продолжая с восхищением в глазах всматриваться в огни далекого космического пространства. — Просто так ничего не бывает, — фыркнул тот в открытую бутылку, задумчиво покосившись на «страдальца». — Ты какой-то… другой. — И правда, все же люди иногда меняются…       Неуверенно помолчав некоторое время, паренек все же осмелился спросить: — Так у нас что-нибудь… будет? — Если ты про секс, то нет. Как минимум, не сегодня. Ты очень привлекателен, безусловно, но сегодня ты был нужен мне как… друг. Ну или просто приятный собеседник, которому все равно на мои заскоки, — достаточно весело бодро обронил Гук, сохраняя прежнюю невозмутимость. — Да уж, классная дружба, что началась с неудачного отсоса, — фыркнул Пак, со смешинками в глазах посмотрев на собеседника. — Колючка, — беззлобно бросил Чонгук, ответив на взгляд. — Как бы это не звучало, но дело во мне. Поверь, ты там вообще был не при чем, твои навыки действительно на высоте. — Ну спасибо, — едва заметно улыбнулся тот, опустив глаза в пол.       Никак Пак не рассчитывал на подобный диалог, но решил, что пусть будет так, как есть. Почему-то данное решение далось намного легче, чем в теории должно было. — Ну что, давай дружить? — неожиданно резко повернулся корпусом в его сторону парень, заставив Чимина едва ли не поперхнуться напитком. — Напугал, блин. Несмотря на интересное знакомство, я думаю, что… мы могли бы попробовать. Господи, звучит так, будто я тебе отношения предлагаю.       Посмотрев друг на друга, парни рассмеялись.       Вглядываясь в глаза персональной сирены, Чон увидел все еще незнакомые огоньки, тайну которых ему еще предстоит отгадать. Но сейчас он не против. Совсем нет.