Наслаждение порхающих бабочек

Треки (слушая их, вы погрузитесь в чтение, прочувствовав атмосферу): • для Драко: As the World Caves In—Matt Maltese (Bad Contestant) • для Гермионы: Dance For Me Wallis—Abel Korzeniowski (W.E. music from the motion picture)

***

Драко подымался по ступеням к своему начальнику. Сегодня в Министерстве много народу, каждый был чём-то занят, запираясь у себя в кабинете. Уже поднявшись на третий этаж, Малфой тяжело вздохнул, подумав о чашке горячего шоколада от Грейнджер, когда вернётся домой. Постучав в дверь и нахмурившись, когда долбанный избранный ничего не ответил, Драко зашёл в кабинет без приглашения. Здесь всегда было тепло и уютно, что отличалось от его рабочего места. Его друг сидел в кресле и тупым взглядом рассматривал стенку. Было ощущение, будто он ничего не видит, не слышит и вообще не дышит. —Поттер, я принёс то, что ты просил,—начал Драко, с отвращением бросая документы на стол из красного дерева, после чего заглядывая в глаза собеседнику, как делал всегда. Ответа не последовало. Малфой нахмурился и перевёл взгляд на сжатые пальцы мальчика-который-чуть-не-сдох-дважды и понял, что с ним что-то не так. —Поттер! Ты вообще тут?—полный ноль и подозрения, что бывший гриффиндорец решил выпить до его прихода. —Алло, избранный засранец!—и ответа на его издёвку не последовало, как и ожидалось,—Что с тобой?—после недолгого молчания уже обеспокоенным тоном спросил Малфой. —Я…—оклемавшись, Гарри посмотрел на друга, наконец-то отрываясь от стенки за его спиной,—Эээ…я…эээ…,—он захлопал глазами, пробуждая хоть какую-то активность в мозге. —Поттер, у тебя паралич?—с издёвкой в голосе произнёс Малфой, но начальник снова никак не отреагировал,—Что с тобой? Ты вообще трезвый? —Я…да, трезвый…,—разъяснил Гарри и добавил,—пока что. —Тогда что, чёрт возьми, с твоим ебалом?—неспешные поттеровские ответы начинали выводить его из себя. —Джинни беременна,—после недолгого пребывания в трансе заявил очкастый спаситель мира. Малфой был однозначно рад. Конечно. Он и сам хотел детей, а когда понял, что они будут от Грейнджер, начал желать их в ещё большей степени. Но дело было в том, что они не женаты. Пока что. На этой неделе Драко хотел сделать ей предложение, но боялся ответа. Слишком сильно переживал, часто откладывая это дело. В магическом мире неправильно заводить детей до свадьбы, это как-то неэтично… Но Драко Малфой мечтал стать отцом. И мечтал стать мужем Гермионы Грейнджер. Это были две мечты, которым свойственно сбыться, но перед этим ему стоит переступить через порог своих нервов. —Это…ну, это замечательно. Разве нет?—ослабив хватку тугого молчания, воцарившегося между ними за время своих раздумий, сказал Драко. —Да, это невероятно… Я так давно хотел, чтобы у нас был ребёнок,—Поттер нервничал, его лоб покрывала испарина. —Тогда какого хуя ты на работе? Почему не остался дома?—Драко понимал, если бы у него была подобная ситуация, он бы неделями лелеял свою жену, не выходя из менора. —Да, точно…—Гарри словно очнулся ото сна, поднялся с места и накинул пальто,—Чего я сегодня вообще припёрся?—он собирался уходить. —Именно. Дуй домой и благодари Уизли за такое счастье,—Поттер как обычно нахмурился, слыша как Малфой снова назвал Джинни старой фамилией,—Хотя мне кажется, ты не выглядишь до конца счастливым. В чём дело? Поттер замялся. Невооружённым глазом можно было заметить его нервозность. —Просто я…переживаю. Я боюсь, что сделаю что-то не так, или…,—он начал мять ткань изнутри, что не ускользнуло от проницательного взгляда Драко. —Угомонись, Поттер. Давай пиздуй к ней! Она нуждается в твоей поддержке. Разве не ты говорил мне минуту назад, что давно хотел ребёнка?—Драко перевёл взгляд на его очки, что затуманились изнутри от разгоряченного тела. —Да, я. —Ну так! Всё будет хорошо, ты главное будь с ней рядом,—его дальнейшие слова вылетели сами собой,—Я уверен, ты будешь хорошим отцом. —Спасибо, Малфой, ты тоже—Драко легонько ухмыльнулся, ведь не часто слышал слова благодарности в свой адрес, но после задумался, при чём здесь «ты тоже»,—Я пошёл,—уже открыв дверь, Гарри попросил,—замени меня сегодня, пожалуйста. Только ничего не трогай!—его предупреждение вызвало у Малфоя тошноту. —Я понял,—выдавил он из себя,—Иди давай. Всё будет в порядке, уверяю вас, начальник,—Драко сделал шутливый поклон, а после уселся за рабочее место Поттера. —Хорошо, надеюсь. —Удачи,—сказал он негромко, когда тот уже вышел, размышляя, услышал ли его будущий папаша. Сидя за рабочим столом, Малфой начал просматривать документы до того момента, пока не понял, что читает одно и тоже предложение в пятый раз. Отложив их, он дал волю своим мыслям. Размышлял. Очень много. Он снова задумывался о свадьбе с Грейнджер. С его любимой Гермионой. Как она стоит в белоснежном платье, говорит «да» и целует его своими нежными абрикосовыми губами. После они приедут домой и выпьют их любимый горячий шоколад. Захочет ли она быть с бывшим Пожирателем Смерти? Захочет ли от него детей? Эмоции зашкаливали. Он не знал ответа. Драко доверял Гермионе, доверял её любви к нему, но почему-то колебался. Он боялся отказа. Около получаса он сидел в кожаном кресле, всматриваясь в жёлтое пятно на стенке напротив. Откуда-то слышался стук в дверь, но бывший слизеринец ничего не слышал, кроме грохота в своём сознании. —Гарри, можно войти?—снова стук, но ответа не последовало. —Гарри…всё хорошо? Можно мне войти?—тук-тук-тук. И снова никакого ответа. Ирония не так ли? —Гарри Поттер!—стучит,—Что с тобой? Это Гермиона,—как только Малфой услышал имя возлюбленной, мысли рассеялись и реальность вступила в свои права,—Ты же знаешь, мне нельзя переживать! Я вхожу!—недопонимание отразилось на его лице вместе с приходом Грейнджер в кабинет. Входя, девушка не заметила отсутствие друга, так как перегородка, что прикрывала рабочее место, мешала обзору. —Гарри, что с тобой?—она начала снимать пальто,—Мне кажется, я скоро сойду с ума! Я до сих пор не могу рассказать Драко,—стаканчик с кофе выпал у неё из рук,—ой, блин! Ну почему я настолько неуклюжая?—очистив пол, девушка начала подходить к рабочему столу. Малфой сидел молча. Его переживания только усилились. Что она хотела ему сказать? Что больше не хочет с ним быть? Почему Поттер ему ничего не сказал? Что происходит? Вопросы так и оставались без ответа. —Я не знаю как ему ска…,—заметив его, Гермиона растерялась. —Что сказать, Грейнджер?—Малфой нахмурился, встал из-за стола и подошёл к своей девушке. —Драко, что ты тут…?—однако, ей не дали договорить. —Ты хочешь расстаться? Больше не желаешь терпеть бывшего Пожирателя рядом? Ну так скажи, Грейнджер! Скажи мне прямо!—стоя в шаге от неё, он заметил, что её глаза начали наполняться слезами. —Что ты такое говоришь?—всхлип,—Конечно нет! Как ты вообще…,—ещё всхлип,—мог подумать об этом?—Гермиона смотрела на него с широко распахнутыми глазами, в которых читалась искренность. Драко понял, что он идиот. Довёл ту, что была смыслом его жизни до слёз без всякой причины. Подойдя к ней впритык, он обнял её с необычайной силой, целуя заплаканные щёки и шепча тихое «прости». —Тогда…что ты хотела мне сказать?—немного отстранившись, дабы заглянуть в глаза, спросил Драко. —Иди сюда,—Гермиона прислонилась своим лбом к его и прошептала,—запомни,—она приблизилась к его губам,—я буду любить тебя, пока от меня ничего не останется… Драко почувствовал, что снова может дышать. Он без усилий подхватил Гермиону на руки и понёс на рабочий стол Поттера. Усадив её, не разрывая поцелуй, он начал медленно снимать с неё блузку, а после и тёмные джинсы. Малфой наслаждался каждым сантиметром её тела. Её кожа на вкус была словно горячий шоколад. Она извивалась, когда он медленно покрывал её шею поцелуями. Ей было хорошо, как и ему. Тихо постанывая, Гермиона развязала его галстук и вытянула рубашку, что была заправлена в брюки. Расстёгивая пуговицы, она почувствовала, как его губы начали спускаться к её груди. Дрожащими пальцами он расстегнул её бюстгальтер, быстро облизнувшись, Малфой припал к её груди. Сняв с него верхнюю одежду, Гермиона стонала, ища руками застёжку на его брюках. Её соски твердели, пока Драко уделял внимание каждому полушарию. Почувствовав находку, девушка быстро расстегнула молнию. Не отрываясь от её тела, Малфой снял брюки и запотевшими ладонями подобрал её бельё. Медленно и влажно оно спустилось к её ногам. Возбуждение, что висело между ними можно было разрезать ножом. Сняв с себя боксеры, Драко уложил молочное тело на стол. Пройдясь рукой по всей длине, он приставил член и медленно вошёл в неё в сопровождении грейнджеровского стона. Гермиона обвила его талию ногами, когда его рука стала поглаживать её клитор, а сам он начал наращивать темп, вбиваясь в неё. Звуки шлепков соединения тел и громкие стоны друг друга. Обоих совсем не заботило, что сотрудники этого этажа могут их услышать. —Тебе хорошо?—Малфой задыхался от переизбытка наслаждения. Она была такая узкая и податливая. Его. —Д-да, о-очень,—хриплым голосом ответила Грейнджер. —Скажи это снова,—властным тоном приказал Драко, растирая её клитор с большей скоростью. —Я л-люблю тебя,—её стон наполнил его сознание удовлетворением, но ему было недостаточно. —Ещё раз. —Я люблю тебя,—быстро лепетала Гермиона,—я твоя,—она задыхалась,—только твоя,—с этими словами Малфой довёл её до пика удовольствия. Её признание въелось ему в голову и он был уверен, что оно останется там навсегда. Когда её накрыл оргазм вместе с протяжным стоном, Малфой ускорил свои движения и уже через несколько секунд сам погрузился в пучину удовольствия. Он упал на неё, изо всех сил стараясь не сделать больно. —Ты моя, Грейнджер,—лёжа у неё на плече прошептал Драко, пока Грейнджер расчёсывала его волосы своими пальчиками,—навсегда. Они тяжело дышали. Немного придя в себя, Малфой поцеловал её в плечо, нависая над ней. Гермиона улыбалась. И эта улыбка дарила ему блаженство. —Я люблю тебя, Гермиона… Он поцеловал её влажные губы и снова заглянул в шоколадные глаза. Она что-то хотела сказать. Это было очевидно, но девушка томила. Он начал вспоминать, о чём говорила Грейнджер, заходя в кабинет. Сложив в голове все пазлы, Малфой начал догадываться, что она… —Драко, я беременна. Малфоя накрыло шоком в перемешку со счастьем. Он был вне себя от радости. Его широкая улыбка послужила Гермионе ответом. Наклонившись, Драко снова поцеловал возлюбленную, одной рукой спускаясь к животу. Поглаживая пузатого обитателя, он задал вопрос, который мучал его уже на протяжении многих недель. —Гермиона Грейнджер, ты…,—тихо начал он, замявшись, пока её глаза округлялись, искрясь неподдельным счастьем,—ты выйдешь за меня за… —Да! Да, Драко Малфой! Я выйду за тебя замуж!—в его животе будто начали порхать бабочки, когда его будущая невеста сама потянулась к нему за поцелуем, закрепляя свои слова. Она ласкала его языком и с лаской поглаживала его зубы. После он встал и подошёл к своему пальто, вынув из кармана бархатную коробочку, что всегда носил с собой. Вернувшись обратно, Малфой заметил Гермиону, что уже сидела на рабочем столе. Её широкая улыбка прогнала все сомнения. Вся Грейнджер светилась от счастья, словно тёплое солнце в летний день. Обоих не смущала нагота. Он присел на одно колено и надел на её тонкий пальчик кольцо с небольшим камнем её любимого цвета. Гермиона никогда не любила громоздкие украшения. Изумруд. Золото. Слёзы счастья. Выпрямившись, Драко поднял её на руки и крепко прижал к себе. Покружившись вокруг своей оси и слыша звонкий смех Грейнджер, он опустился на диван у входа, усадив Гермиону у себя на коленях. Так они просидели долгое время, улыбаясь и находясь в моменте общего наслаждения. Он рассказал, как переживал, думая, что она откажет, на что Грейнджер шутливо долбанула его по спине. Они обсуждали дату свадьбы, решив устроить её через неделю. Оба слишком долго ждали. Тем более Луна Лавгуд руководила агентством, занимающимся обустройством лучших празднований во всей Британии. Близкая подруга Гермионы устроит всё на высшем уровне, как и полагается чете Малфоев. Почесав её за ухом, Малфой предложил поехать домой и наконец-то спокойно выпить горячий шоколад. За сегодня он на месяц вперёд исчерпал весь запас своего адреналина. Если у его отца была зависимость от павлинов, то у Драко она была от горячего шоколада и Грейнджер. Самый лучший комплект для счастливой жизни. Уже одевшись, Гермиона задала вопрос, мучавший её с самого прихода: —А где Гарри?