love grows where my reki goes

she ain't got no money,

her clothes are kinda funny,

her hair is kinda wild and free

oh, but love grows

where my rosemary goes

and nobody knows like me.

      ланга сидит в тёплой толстовке на вершине хафпайпа, пока рэки рассекает воздух в ветровке и шапке. под конец января на окинаве погода уже прохладная, хотя ланга, привыкший к канаде, чувствует себя комфортно. кян холод ненавидит, но скейтбординг любит намного больше, поэтому даже прохлада его не останавливает. ланга внимательно наблюдает за лучшим другом и в какой раз ругает себя за то, что упустил момент, когда влюбился в рэки. для него это вообще впервые, а тем более подобные чувства к лучшему другу — явно не в списке его планов на жизнь. он человек практичный, и твёрдо знает — влюблённость может испортить любые отношения. а если учесть, что рэки, говоря о романтике, вероятно, мечтает о девушке, то подкаты в его сторону лучше всего и не начинать даже.       он открывает заметки, нажимает на плюсик и в графе названия пишет «минусы рэки». правда, задача не из лёгких, но это последний вариант, который может ему помочь прекратить всё больше и больше влюбляться в рэки каждую секунду времени.       кян делает очередной трюк, заезжая на горку и переворачиваясь в воздухе, а его шапка почти слетает. непослушные рыжие волосы путаются и лохматятся, закрывают глаза и торчат во все стороны. это так мило, что ланга даже засматривается, потому что рэки — идеальный с головы до ног. такой прекрасный, замечательный, светлый и тёплый, добрый, искренний и…       ланга тут же себя одёргивает, мотает головой и пишет первый пункт:       1. у рэки торчащие и непослушные волосы       хотя какой это минус. ланга обожает эти рыжие жесткие пряди. он любит перебирать их между пальцами и натягивать рэки шапку поплотнее. потому что кян любит, когда шапка еле-еле на голове держится — так стильнее выглядит. а ланга все время хмурится и придавливает ее к голове, потому что рэки может простудиться за пару минут.       2. рэки и сам непослушный       ланга знает, что рэки вообще-то слушать его и не должен. но он слишком отчаялся в попытках найти минусы, поэтому и это сойдёт. канадец очень старается убедить себя в том, что это — огромный-преогромный минус. хотя ему нравится, что рэки упрямый и упертый. нет, подождите, не нравится. это определено минус.       а если между нами, то очень-очень нравится.       — эй, что делаешь? — рэки слетает с доски и стоит у подножия хафпайпа, радостно улыбаясь. — ты видел какой трюк я только что сделал? — он тяжело дышит и активно жестикулирует: — я вот так вот ехал, а потом на горку раз, — его рука взлетает вверх, а потом крутится в воздухе, — и я сделал на пол-оборота больше, чем до этого. представляешь? — рэки смеётся и натягивает шапку, убирая непослушные пряди за ухо. — ты слушаешь меня вообще?       не очень, честно говоря. ланга слишком сосредоточен на том, как в закатном солнце волосы рэки становятся золотистыми. смотрит, как стекает капелька пота у него со лба и как вздымается его грудь от учащённого дыхания.       — слушаю. ты был очень крут.       — смотри внимательно, понял? я сейчас для тебя повторю.       рэки громко смеётся и разгоняется на скейте. он выполняет трюк ещё раз и время ненадолго замирает, пока в голубых глазах отображается счастливая улыбка рэки и его растрёпанные волосы. его рука, которая крепко держит доску, а вторая витает в воздухе. его толстовка и ветровка поднимаются, на секунду оголяя смуглую кожу, а его восторженный взгляд пересекается со взглядом ланги. и холодное канадское сердце уже не выдерживает такой теплоты.       ланга стучит по экрану и пишет ещё один пункт в свои заметки, когда рэки спускается с горки и продолжает наматывать круги на скейте.       3. рэки очень эмоциональный       это единственный минус, который ланга более-менее считает подходящим, потому что изначально его такая эмоциональность немного пугала. но сейчас она ему так нравится, что слов нет.       нет-нет, не нравится.       ланга издаёт тихий стон и закрывает лицо руками. почему же это так сложно?       рэки катается и катается, пока в один момент не устаёт. он залазит к ланге на хафпайп и отпивает глоток колы из жестяной банки. капля стекает по подбородку, а рэки так же счастливо улыбается и вытирает ее рукавом.       4. рэки неопрятно и забавно одевается       странный минус, ланга согласен. дело не в неопрятности, а в том, что рэки любимые вещи стирает очень редко, потому что сегодня у него может быть настроение надеть желтую толстовку, а она в стирке. и тогда его день испорчен. а ещё у него странная привычка — всегда одну штанину подкатывать. и почему-то он не носит носки под кеды.       — ты почему не катаешься? — рэки поворачивается к другу и бьет его в плечо. — давай я сейчас отдохну и вместе трюки поделаем.       — я немного устал за сегодня, хочу посидеть. мне нравится смотреть как ты катаешься.       — нет, так не пойдёт, — кян хватает лангу за руку и поднимается на ноги. — идём.       — рэки, — ланга почти хнычет, смотря на лучшего друга. ему ведь невозможно отказать. — я правда не хочу.       — прости, но я не знаю таких слов «не хочу», — он смеётся и закусывает губу, подмигивает и стягивает шапку. — вставай давай.       рэки поднимает лангу на ноги и смахивает несуществующую пыль с его джинс, но ланга сосредоточен только на том, как горит его кожа под прикосновением рэки. они все ещё держатся за руку, и даже это уже способно перечеркнуть все минусы, что ланга так старательно писал.       — секунду.       ланга останавливается и открывает телефон, чтобы написать ещё один пункт в заметки.       5. рэки любит вторгаться в личное пространство       хотя для ланги это уже тоже не минус. ему нравится активность рэки, потому что у него что-то типа сдвг. а ланга может целый день дома просидеть и ничего не делать. и только кян способен вытащить его из скуки и уныния своей яркой улыбкой и взвизгами «давай, вперёд».       они слезают с хафпайпа и катаются вместе, по привычке давая друг другу пять, когда пересекаются на середине скейтплощадки. рэки взлетает в воздухе и падает, ударяясь попой об асфальт. ланга подлетает к нему, но рэки улыбается и машет перед собой руками.       — всё хорошо, не парься. просто очередное падение.       ланга готов уже почти плакать, потому что рэки такой идеальный и такой милый. такой искренний, такой сильный и позитивный. рэки — вечный оптимист. как в нем вообще можно найти минусы?       кян берет ладонь ланги, которую канадец протянул, чтобы помочь подняться. он отряхивается, подбирает доску и снова катается, а ланга так и застывает на месте. потому что сердце бьется невероятно сильно, сдавливая всю грудную клетку. и дело вовсе не в скейтбординге.       ланга снова поднимается на вершину хафпайпа и усаживается поудобнее. он отпивает колу и мысленно делает себе пометку о том, что это — самый настоящий непрямой поцелуй. а хочется прямой. желательно, с языком. ланга ведь жил в канаде и немного знает французский. французский язык ему нравится, так что французский поцелуй — тоже должен.       нет, блин, не должен. он же пишет минусы рэки, но снова влюбляется в него только сильнее. надо найти какой-то минус, который полностью отобьёт любое желание быть с рэки, держать его за руку, обнимать, вдыхать его запах, перебирать пряди его волос и целовать-целовать-целовать.       ланга жмурится и вытирает глаза, а звонкий смех рэки окутывает всю скейтплощадку. кян снова бежит к другу и что-то кричит по пути.       — я вспомнил одну историю! ее я тебе сто процентов ещё не рассказывал, — рэки забирается на вершину и садится прямо рядом.       их колени соприкасаются, а рэки тяжело дышит и укладывает голову ланге на плечо.       — в общем, когда я только учился кататься на скейте, то взбирался на какую-то горку и просто ехал вниз. я ещё даже тормозить не умел…       грудь рэки вздымается, а шапка опять почти сползла с головы. рыжие пряди спадают на глаза, и его рот не закрывается ни на секунду. ланга слушает, но не очень внимательно, потому что всё его внимание направлено на то, какой рэки красивый.       — …я как-то так вниз еду, а там никого. пробовал разогнаться посильнее…       он улыбается и почти светится. он на секунду поднимает взгляд и их губы слишком-слишком близко. ланга чувствует горячее дыхание рэки и видит, как дрожат его ресницы. его золотистые глаза такие тёплые и добрые, что хочется смотреть вечно.       — …однажды я так ехал и тут передо мной из ниоткуда появляется дедушка. я так испугался, а тормозить-то не умею. чуть не сбил его, но пролетел и сильно упал. прям в лужу! штаны были новые и я их порвал, мама ругалась потом.       он снова отворачивается, кладёт голову ланге на плечо и делает глубокий вдох. а у ланги сердце останавливается, потому что ну уже никак не может выносить эту нежность и влюблённость. канадец физически не способен вместить в себя столько любви, но пока что получается.       — вот как-то так.       ланга сидит с телефоном в руке и неотрывно смотрит на рэки. кян закусывает губу и грызёт ноготь на большом пальце.       6. рэки очень много разговаривает, почти без умолку       ещё один пункт в заметках ланги, хотя он уже давно привык к болтливости лучшего друга. ему нравится это так же, как нравится и весь рэки, способный оживить все, к чему прикасается. даже душу и сердце ланги.       рэки смотрит на закат, что догорает за горизонтом, а ланга смотрит в телефон, перечитывая все минусы. ни один из них не поможет ему справиться со своей влюблённостью — все эти пункты в рэки ему безумно нравятся. эта заметка была его последней надеждой, но он только сильнее погряз в своих чувствах.       7. у него есть тупой лучший друг, который влюблён в него, несмотря на все минусы       последнее, что пишет ланга перед тем, как оставить всякую надежду, пока рэки резко поворачивается и говорит на ухо:       — что ты там делаешь?       и ланга дёргается, закрывает глаза и роняет на колени телефон. этого нельзя было допустить. кян с интересом подхватывает его и вчитывается в строчки на экране, меняясь в лице.       — отдай, прошу, — ланга хнычет и тянется за телефоном, а рэки отводит руку в сторону.       — это что? — кян поднимает взгляд, держа руку на расстоянии, и смотрит на друга. — «минусы рэки»?       — не читай это.       — ну уж нет, я прочту, — рэки зло хмурится и отсаживается, пока ланга понемногу умирает внутри и ругает себя за то, что не додумался эти заметки писать на английском. — торчащие волосы? почему это вообще минус? — он смотрит в экран и облизывает губу. — рэки непослушный? я послушный, даже в шапке хожу. бред какой-то. слишком эмоциональный? — рэки почти кричит, задыхаясь от недовольства, но смиряется: — ладно, я правда эмоциональный. а с одеждой моей что не так?       — всё так, рэки. прости, ты не должен был этого видеть.       — если тебе не нравится, что я вторгаюсь в твоё личное пространство, то так и скажи, — рэки кривляет лангу и продолжает читать. — может, я и много разговариваю, но тебя это, вроде как, всегда устраивало.       — меня всё устраивает, это глупая шутка. не читай дальше, прошу тебя. пожалуйста, рэки.       кян уже почти сдаётся, готовый отдать ланге телефон, когда взгляд цепляется за последний пункт.       — что это значит? — он поворачивает телефон к ланге, и у того замирает сердце. ну и зачем он вообще написал этот тупой пункт?       — ничего не значит. просто забудь об этом.       ланга паникует, смотря как меняются эмоции на лице лучшего друга. самая важная и главная дружба в его жизни сейчас рассыпается и разбивается на сотни мелких осколков.       — «тупой лучший друг, который влюблён в него, несмотря на все минусы»? — кян несколько раз бегает глазами по экрану, обдумывая написанный текст. — это типа ты влюблён в меня?       ланга не знает, что ответить, потому что перевести всё в шутку никак не получится. тут уже или идти до конца, или прямо сейчас с хафпайпа броситься в надежде на быструю смерть.       — не спрашивай…       — отвечай!       — а если это правда, то какой в этом смысл? тебе нравятся девочки, рэки, — ланга берётся за голову и опускает взгляд, не в состоянии больше этого выдерживать. — я такой тупой, прости меня, прости…       — эй, всё хорошо.       рэки аккуратно берет ладонь ланги, высвобождая голубые волосы от крепкой хватки. он гладит тыльную сторону, перебирает пальцы и медленно наклоняется, пока ланга ещё не находит в себе силы поднять взгляд.       — хочешь… — рэки делает глубокий вдох, а сердце стучит все чаще. — хочешь меня поцеловать?       — что?       ланге не послышалось, да? рэки предложил поцеловать его? или это проверка? что, если ланга ответит «хочу», а рэки отвернётся и скажет, что тогда их дружба окончена?       — угу, — канадец почти хнычет, чувствуя ужасный стыд за то, что признался в этом, и шёпотом добавляет: — очень хочу.       — подними глаза, ланга. если хочешь, то бери и целуй.       рэки обхватывает пальцами подбородок лучшего друга и немного приподнимает, пытаясь столкнуться взглядом с голубыми глазами. ланга тут хотел его поцеловать, а рэки теперь его ещё и уговаривать должен.       ланга набирается смелости, перехватывает ладонь рэки и сплетает пальцы, кладя вторую ему на затылок. он на секунду задерживает взгляд на пухлых розовых губах. он ведь точно может поцеловать его, да? он кивает сам себе в тот момент, когда эти розовые губы накрывают его собственные. такие мягкие и сладкие от выпитой колы. поцелуй совсем детский и невинный, потому что первый для них двоих. тот самый первый и важный, который всю жизнь вспоминать будешь. тот самый, при котором сердце стучит где-то в висках, а бабочки бьются своими маленькими крылышками о внутренние органы и стенки живота. тот, из-за которого время ненадолго будто замирает и хочется этот момент запечатлеть в памяти и прокручивать в голове, пока с ума не сойдёшь.       рэки отстраняется, переводя дыхание, но ланга вновь прижимается к его тёплым губам, обнимает и перебирает рыжие волосы на затылке, держит за руку, вдыхает его сладкий запах и целует-целует-целует, пока на горизонте догорает закат.