Пролог
28 января 2022 г., 21:01
Был только один недостаток в том, что в разные эпохи их провозглашали богами. От них ожидали, что они будут знать всё. Вопросы о самих себе Вечные могли с легкостью отложить. Но вопросы о человеческой философии? На них ответить сложнее. Обычно люди довольствовались собственными предположениями, и Вечные соглашались с любыми выдвинутыми надуманными теориями. Иной раз люди были слишком напуганы, чтобы осмелиться задать Вечным волнующие вопросы. Особенно такому, как например Икарис, который казался отчужденным, хотя и мудрым. Но на вопросы о загробной жизни ответить всегда было труднее всего. Потому что Вечные знали о том, что лежит в потустороннем мире, не больше, чем люди.
Они Вечные! Они живут вечно. Это означает, что даже если после смерти что-то и есть, они не могут этого знать. Но многие из людей не понимали этого. Их ничтожные умы ещё недостаточно развились, чтобы понять, что во вселенной есть существа гораздо более великие, чем Вечные. В свое время они узнают, что Земля далеко не единственная планета во Вселенной, на которой существует разумная жизнь. И что Вечные далеко не самый великий вид. Их знания ограничивались тем, что они видели на своей родной планете, и пока что люди знали только Вечных.
Было важно, чтобы люди считали их всезнающими. Поскольку, если бы люди перестали доверять своим защитникам, это могло серьезно помешать эволюции. Однако никто не признался бы в этом, особенно Кинго, но со временем для некоторых Вечных поддержание такого имиджа стало предметом гордости. Повышение самомнения было неправильным, они знали, но всё же было приятно помнить, что они являлись самым развитым видом на планете.
Большинство людей придумали свои собственные мифы о смерти и о том, что происходит, когда человек умирает. Но Спрайт всё равно не могла удержаться от того, чтобы вмешаться в их восприятие. Её собратья Вечные, как правило, сваливали на неё ответы на все эти вопросы. Она была рассказчицей. Поэтому ожидалось, что она будет той, кто своими историями отведет любые навязчивые вопросы, на которые Вечные не знают ответа. Одним из её любимых развлечений было дразнить людей, придавая смерти страшный лик, безжалостный и суровый. Мрачный жнец с косой родился из её рассказов. Как и другие различные сказки о божествах смерти на протяжении веков. Люди уже пугали себя смертью, потому что это была неизвестность. Спрайт нравилось жить на Земле. Но иногда ей становилось скучно, когда она снова и снова рассказывала грандиозные истории о подвигах своих товарищей. Она решила, что небольшая шалость не помешает. Аяк выглядела суровой всякий раз, когда заставала её за игрой с людьми, но ничего не говорила. Спрайт решила, что это лучшее разрешение, которое она могла получить.
Спрайт солгала бы, если бы сказала, что не черпала вдохновение для своих историй у одного конкретного Вечного. Она рассказывала множество историй о героях, основанных на Вечных на протяжении веков, но был один особенный, который так хорошо подходил под лик смерти. Он был язвительным говнюком, и из-за этого они со Спрайт часто ссорились. Было достаточно легко приукрасить его черты и его темный, унылый гардероб, чтобы в каждом новом месте, которое они посещали, он превращался в нечто устрашающее, жестокосердное и неумолимое. Чаще всего истории Спрайт воспринимались как Евангелие и передавались сквозь века, разрастаясь словно вечная виноградная лоза. Вечный, о котором идёт речь, знал, что именно он был вдохновителем этих историй, это было написано в страхе на лицах людей, когда они его видели. Но он ничего не говорил. Это не имело значения. Боялись они его или нет, это не влияло ни на его силу, ни на жизнь людей. Это помогало им держаться от него подальше, что было ему на руку, учитывая, насколько шумными были умы людей. А если бы люди возненавидели его из-за непонимания его способностей…ну, не то, чтобы он не винил и не ненавидел себя по тем же причинам, пока это чувство не усилилось со временем.
Но одна конкретная история. Одно конкретное и довольно милосердное изображение смерти, полностью ускользнуло из рук Спрайт, потому что люди сами взяли на себя рассказ этой истории. Они были свидетелями. И поэтому они передали то, что знали, следующим поколениям. И изображение, хотя и не было похоже на рассказы Спрайт, имело поразительное сходство, потому что вдохновитель обоих историй оставался одним и тем же.
Но Смерть никогда не бывает одинока. Это лишь одна сторона медали космического явления. Жизнь всегда сопровождает её. Таким образом, пустота, которую Спрайт не знала, как заполнить, не из-за недосмотра, а из-за собственного невежества в том, насколько глубоко эти двое были связаны, тоже была заполнена людьми.
И они соткали гобелен из крови, цветов и костей. Золотой нитью, украшенной драгоценными камнями и прошитой жасмином и гвоздикой. Они нарисовали картину самой красивой истории любви, и сквозь время передали её другим. Это повергло всех людей в благоговейный трепет, но Вечных ещё больше, потому что история о Жизни и Смерти, ставшая такой популярной, была ещё и такой прекрасной. История, которую люди так ясно видели в своих ограниченных жизнях, а сами Вечные были к ней слепы.
Людям известен миф об Аиде и Персефоне. Различия лишь в том, что они знают, и то, насколько это отличается от того, как всё было на самом деле. Но истина не так уж далека от того, что они видят. И любовь, которую описывают люди, любовь двух Вечных, сохраняет каждую частицу своей сущности, увековеченной в мифе как притча о самой настоящей любви.
Об Аиде, который всего лишь человек. О Персефоне, с ветром в волосах.
