Позови меня с собой

Позови меня с собой...

– Ты же возьмёшь меня в столицу? - Никкаль с лисьей ухмылкой перевела взгляд на ректора, продолжая поливать чудный цветок. – Не знаю... - Ниалл тчательно осматривал листья папоротника, будто не замечая в одном шаге от себя рыжеволосую девушку. В груди у бестии что-то больно сжалось. Зачем она так рвётся в эту столицу? От осознания того, что желание провести больше времени с Ниаллом вдвоем взяло вверх над целью найти брата, стало противно. Янтарные глаза Никкаль будто потухли. Девушка поставила лейку на место и поспешила удалиться из оранжереи, чтобы ректор не увидел её печального лица. Почти скрывшись за бесконечно зелёными растениями, низкий голос мужчины остановил её. – Никкаль. - это было сказано как-то холодно, что у студентки снова сжалось сердце. – Да? - стараясь не выдать своего подавленного настроения, ответила девушка, разворачиваясь на носочках. – Что-то случилось? – Эм, нет? - Никкаль произнесла слова с нервным смешком. – Не ври мне, ты знаешь, я вижу тебя насквозь. - мужчина поставил пульверизатор на стол, поварачиваясь к рыжеволосой лицом. – Ничего ты не видишь, Ниалл. Ничего. - Никкаль опустила голову, сжав ладони в кулаки. Сердце бешено билось в груди, будто пытаясь вырваться наружу. Оно с каждым днём сгорало от безответной любви, медленно, оставляя после себя только серый пепел. Всеми возможными средствами Никкаль пыталась его потушуть, но все безуспешно. Щеки вспыхнули, к глазам начали подступать горькие слезы. – Ты ведь все понимаешь, да? Зачем издеваешься? Зачем испытываешь меня? – Что ты такое говоришь, Искорка? Что случилось? Что я пропустил?... - Ниалл подходил ближе к Никкаль, внимательно всматриваясь в её лицо. Похоже, он действительно не понимает. Мужчина оказался совсем близко, взявшись за маленькую руку огненной. - Я старался всегда быть рядом. В рассудке Никкаль внезапно начали вспыхивать одно воспоминание за другим. Девушка крепче сжала руку ректора.

Я приду сквозь злые ночи. Я отправлюсь за за тобой.

– Никки! - с безумием в глазах Ниалл искал взглядом среди густых деревьев рыжую голову девчонки. От рук мужчины горячими рывками исходил ветер, готовый вырвать с корнями все эти чёртовы деревья, лишь бы только найти Нику. На лбу у ректора от напряжения выступила венка. С распущенными взъерошенными волосами, в рубашке на выпуск, без всего этого величественного вида. Сейчас Ниалл выглядел совсем несвойственно себе. Сумасшедший взгляд скользил по тропинкам, с яростью ветки деревьев гнулись под сильной энергией мага, расчищая дорогу. Вот, кажется, что-то мелькнуло вдалеке. В светлую голову мужчины будто что-то ударило, мгновенно отрезвив рассудок. Это она. И ректор, будто собака сорвавшаяся с цепи, ринулся в сторону дерева, за которым виднелось голубенькое платье и кудрявые огненные волосы. Она не двигается. Малышка Никкаль, оперевшись на ствол дерева, застыла в сидячей позе. – Никки! - Ниалл встревоженно кинулся к девочке, тряся ее маленькое тельце за плечи. Она распахнула сонные янтарные глаза. – Дядя Ниалл? – Глупышка, что ты здесь делала, Искорка!? – Я всего лишь гуляла... И... Я так устала... И заснула... - зевая, ответила девчонка, потирая глаза. – Я чуть с ума не сошел! Никогда, слышишь, никогда так не делай. – Ниалл взял Никки на руки, крепко прижимая в себе. Он так сильно боялся ее потерять. Боялся даже представить, что с этой малышкой может что-то случиться. Ниалл чувствал огромную ответственность за жизнь девятилетней Никки и её друзей. Он всей душой хотел оберегать их от этого жёсткого мира. Он хотел стать для неё отцом.

Чтобы путь мой не пророчил, я приду туда, где ты...

– Почему ты стала закрывать лицо волосами? – Эээ... Мне так красивее. - кинула Никкаль, все больше прикрывая лицо. В последнее время девушка все реже стала появляться в оранжереи ректора с улыбкой на лице. Все чаще, грустно перебирая ногами, она, опустив ясные глазки, будто призрак, мелькала между зеленеющими растениями. Что-то и изменилось в ней самой. Она ходила по академии вся жеманная, не расправляя плеч. – Нет, правда, сейчас просто такая мода... - пробормотала Никкаль, опуская голову. Зовом сердца ректор понял, что на глазах у девушки сейчас заблестят слезы. - Честно. - эта фраза была сказана рыжей с большим усилием, чтобы не выдать свой дрожащий от наступающих слез голос. Ниалл вдруг вспомнил Этана, который в последнее время часто говорил о том, что с сестрой происходит что-то не то, но клещами из неё ничего не вытащишь. Аккуратно подвинувшись к девушке ближе, Ниалл вырвал с земли длинную травинку. Поляна, на которой они сидели, была полностью покрыта высокой причудливой травой, таким образом виднелась только верхняя часть тела Никкаль. Вырванную травинку ректор быстро поместил в рот, что он делал крайне редко и только при «своих». Никкаль безумно нравилось ощущать себя «своей». – Никки? Могу я спросить? – Спрашивай?... - девушка проговорила это неуверенно, так что фраза стала больше походить на вопрос, а не утверждение. Руками она обняла себя и немного вжалась в землю. Нужно быть слепым, чтобы не понять, что ей было безумно некомфортно. – Э, быть может... Это ты что-то хочешь у меня спросить? - Ниалл выпалил это в шутку, настраиваясь на разговор, но Ника восприняла все всерьёз. Она замерла, смотря куда-то в густую траву. По щекам торопливо побежали слезы, одна за одной. В этот момент мужчина ожидал услышать что угодно, но только не то, что вскоре сказала девушка, продолжая смотреть в заросли. – Почему я такая некрасивая? Только что услышанное эхом повторилось в голове учителя, и на миг он впал в ступор. Ниалл предполагал вопрос по учебе, жалобы на злых учителей, рассказ про ссору с Су... Он не знал как реагировать. – Что, прости, я не ослышался? – Извини, мне пора идти. - замешкавшись, Никкаль вспрыгнула и уже было хотела уйти, но крепкая рука ректора ухватилась за ее запястье. – Кто тебе это сказал? Скажи имя, и сотру этого ублюдка, во имя Энки и Четверо Первых! - казалось, что в глазах мужчины загорелся бешенный огонь. Кто-то посмел тронуть его драгоценный цветок, что он так бережно растил последние девять лет. Кто-то посмел обидеть его хрупкую, нежную, чистую искорку, что он так бережно держал в самом безопасном месте в мире – у себя в сердце. – Нанна постоянно говорит, что я самая страшная "баба" в академии... - Никкаль закрыла лицо руками и громко всхлипнула. Слезы градом летели на белоснежную блузку, скатываясь с горячих щек. Она вдруг резко откинула голову назад и взглянула в чистое вечернее небо, не переставая горько плакать. Шумно вдохнув воздух, Ника аккуратно повернулась к ректору. Глядя на это детское непонимание и чувство несправедливости в глазах Никкаль, сердце Ниалла больно сжимается, на лице выступает смесь всевозможных эмоций. – Ты самая красивая девушка, что я только видел. - тихо, почти шепотом, так, что его едва можно было услышать в шуме пения сверчков, проговорил Ниалл. - Честно. Прекраснее тебя, милее тебя, добрее тебя, способнее тебя... Я никогда не встречал. Не смей даже думать о том, что ты недостаточно красивая или ещё какой-нибудь бред в этом роде. Никкаль, ты ведь уникальна тем, что являешься собой. А Нанна больше никогда в жизни не посмеет даже посмотреть не так в твою сторону, я гарантирую. – Я тебя люблю, Ниалл. - так же шепотом, продолжая смотреть в ядовито-зеленые глаза ректора, выпалила Никкаль. – И я тебя. - мужчина притянул девушку к себе, крепко обнимая, поглаживая рыжие и волнистые волосы. Он искренне не догадывался, что эти слова Никки были не про любовь между учителем и учеником, другом и подругой, нет. Это было самое настоящее признание. Признание в чем-то грязном и запретном, в чем-то совсем недостижимом и запрещённом, как думала сама Никкаль. Для неё привязанность к опекуну в лице ректора академии Ниалла было тяжёлым грузом, который девушка носила с собой в душе начиная с первой встречи с мужчиной. Он появился в том самом злополучном приюте будто ангел спаситель, давно потерянная надежда на спокойную и нормальную жизнь. В глазах маленькой Никкаль взрослый и статный ректор был воплощением чего-то чистого, душевно высокого. Она чувствовала, как от ректора веет безграничным теплом и ярким светом, который в миг озарил весь мир Никки. Разукрасил ее серую жизнь цветными красками. Впервые прижавшись к этому взрослому дяде, малышка почувствовала запах старых бумаг и утренней росы в цветочном саду. И уже тогда Никкаль поняла, что этот запах станет для неё всем. Даже в тот момент, когда Ниалл обнимал заплаканную Никки, она изо всех сил пыталась посильнее вдохнуть аромат мужчины, постараться запомнить его в мельчайших подробностях.

Нарисуешь в небе солнце,

Единственным человеком, которому Никкаль могла доверить тайну своей любви была Су. Возможно, если бы Этан не пропал, она рассказала бы и ему. После загадочного исчезновения брата психологическое здоровье Никкаль резко пошатнулось. Рассудок молодой девушки изнемогал от постоянного стресса, переживаний и от маленького секрета. – Никкаль? - громко спросила Су, проводя руками перед лицом бледной девушки. – Ты выглядишь так, будто тебя аннунаки потрепал. Может останешься всё-таки? - подруга искренне переживала за состояние рыжеволосой, потому что круги под её янтарными глазами и совсем фарфоровая кожа только больше и больше заставляли Су сомневаться в здоровьи Никки. - Хочешь, я тебе волосы уложу красиво? – Нет, не стоит, правда... - успела лишь тихо проговорить Никкаль, как Су уже схватилась за расчёску, приступая к рыжей копне. - Я так переживаю за Этана. Где он может быть? Зачем он ушел? Почему мне ничего не сказал? - девушка будто проговаривала мысли вслух. - Я места себе не нахожу... Может быть его плохо ищут?... – Говори, Никки, я выслушаю все. - тихонько проговорила Су, почти заканчивая плести косичку. Ловкими движениями рук она завязала резинку, поправляя пряди. – Что, это все? Мне кажется, ты что-то недоговариваешь. – Я люблю Ниалла. - громко, будто сама испугавшись своего тона, крикнула огненная. Она тут же поспешно прикрыла рот руками и защурила глаза. Кажется, что девушка на секунду потеряла контроль над своими эмоциями, переступая грань своего секрета. Смущенная, она пыталась не смотреть в лицо Су в этот момент. Девушка резким движением развернулась и зарылась пальцами в волосы, портя только что сделанную прическу. – Что?... Что ты такое говоришь? - беловолосая замерла в ступоре. Внутри что-то больно закололо от обиды и горького осознания. Она чувствовала, как к горлу подкатился ком, который не давал вымолвить ни слова. На что я вообще надеялась? Ей никогда не нравились девушки, не нравилась я... - Прости, Су, прости меня, я выпалила с горяча, прости. - рыжая ещё миллион раз просила прощения, закрывая лицо руками и тяжело сдерживая слезы. – Значит, любишь его. Прямо в эту минуту для Су рушился её внутренний мир. Все резко перестало существовать, ей казалось, что во всей Вселенной существует только эта комната, в которой лишь они. Ненависть, злоба, обида, непонимание, разочарование, тягучая боль смещались в голове светловолосой. – Да. – Насколько все серьезно? – Настолько, насколько может быть серьезно. И в комнате повисло молчание. Оно не было неловким, девушки думали каждая о своем, обрабатывая только что полученную информацию. – Я не пойду сегодня. - наконец вымолвила Никкаль. – Мне пора. - Су резко вскочила и поспешила удалиться из комнаты, наигранно громко хлопнув дверью. Огненная осталась одна наедине со своими мыслями. Должно было стать легче от признания, но похоже, нужно говорить не просто кому-то, а именно ему.

Где разбитые мечты

Обретают снова силу высоты.

– Я старался всегда быть рядом. - эхом повторилось где-то в голове. – Да. Постоянно. Было очевидно, что когда-то я слишком привяжусь к тебе. – Что это значит? - мужчина крепче сжимает ладонь девушки, чувствуя тепло, исходящее от бархатных рук. – Я люблю тебя, Ниалл. - тихо произносит себе под нос Никки. Сердце бешено бьётся. - Не так. Я люблю тебя, как любят будущего мужа, понимаешь? – Никкаль... - лицо ректора изобразило гримасу удивления. - Ты же знаешь. Ты для меня... Как младшая сестра или дочь. Я не могу себе вообразить, каково любить тебя по иному, Искорка. Прости меня заранее, но... Пожалуйста, прости меня. Ты самая неотразимая девушка на белом свете, на твоём пути встретится человек, достойный быть с тобой рядом. Я не могу им быть. Возможно, при других обстоятельствах, в другом месте, в другое время... У нас что-то бы и вышло. Я люблю тебя, Искорка, как Этан и Су с Шимуном. Никкаль резко разрывает их руки. Как и разрывает надежды, которые давно засели в ее душе. Покидая оранжерею, мысленно, она покидает Ниалла навсегда. Девушка обещала себе не плакать при отказе, потому что сердцем готовилась к невзаимности. Сколько я искала тебя сквозь года в толпе прохожих, Думала, - ты будешь со мной навсегда, Но ты уходишь, Ты теперь в толпе не узнаешь меня, Только, как прежде любя, я отпускаю тебя.