happy birthday to our moony!
***
Римус был измотан. А ведь прошла только половина дня. Ему хотелось одного — поскорее бы прошла другая. После ухода за магическими существами, последнего занятия, Римус плелся в Большой зал на обед. Поесть и завалиться спать — вот были его цели на этот день. Может, вечером сходить в библиотеку, подготовиться к экзаменам или поработать со своей учебной группой. Крис как раз хотел обсудить с ним какой-то важный вопрос. Но этим планам не суждено было сбыться, потому что Римус знал — мародеры готовили вечеринку с громкой музыкой, танцами и выпивкой. Вообще, он бы сейчас не отказался от нескольких стаканов или даже бутылок огневиски. Ссора с Сириусом и их последующая молчанка просто выбила его из колеи. А все почему? Потому что Сириус — королева драмы и не умеет держать язык за зубами. Честно говоря, Римус тоже не умеет, особенно если его разозлить. В порыве гнева он мог высказать как обидчику, так и другу все, что было у него на уме. А на уме у него обычно было мало что приятного.***
После обеда Лили очень ненавязчиво попросила Римуса подняться в их мародерскую комнату. Он и так туда собирался — поспать, но видимо у рыжеволосой были другие планы. — Если не хочешь, мы не будем устраивать сегодня вечеринку, — сказала Лили, пока они вместе поднимались в гостиную Гриффиндора. — Я знаю, что ты не особый фанат подобных мероприятий. — Парни хотят повеселиться, так пусть сделают это. — Повеселятся на дне рождении Джеймса, — Лили остановилась и подняла голову, заглядывая Римусу в глаза. Его всегда забавляла их разница в росте. — Это твой праздник. — Да все в порядке, — парень махнул рукой. — В первые десять минут я бахну несколько бутылок огневиски и уйду в библиотеку. — Чтобы потом блевануть на книги? — Лили, — Римус серьезно на нее посмотрел. — Даже если это будет вопрос жизни и смерти, я никогда не блевану на книги. — Не давай поспешных обещаний, Люпин, — Лили хмыкнула и, взяв друга под руку, зашагала в сторону портрета Полной Дамы. Мародеры (кроме Сириуса, который демонстративно уселся на кровати и задернул шторы), Марлин и Мэри уже сидели в комнате и ждали прихода именинника. Посередине стояла тумбочка с небольшим тортом, на котором кремом было аккуратно выведено «Счастливого 17-летия, Римус». Перед входом Лили постучала в дверь два раза в качестве предупредительного сигнала. — Клянусь, Эванс, если вы устроили тут что-то с хлопушками и колпаками, я… — Римус не успел закончить, поскольку, как только они переступили порог, раздался громкий хлопок и комнату засыпало разноцветным серпантином. — Добавим в твою жизнь яркости! — Мэри спрыгнула с кровати и запорхала вокруг Люпина. — Ваше счастье, что здесь есть торт и вы не надели эти дурацкие колпаки. — Все только впереди, Лунатик, — Питер тоже встал и похлопал друга по плечу. — Только попробуйте, — пригрозил Римус. — Да не парься, Лунатик, никаких колпаков, честное мародерское, — Джеймс положил левую руку на грудную клетку, но быстро убрал ее. — По крайней мере пока. — Садись, это еще не главный сюрприз, — Марлин похлопала рукой по месту на кровати. Она загадочно улыбалась и, видно, была в восторге от приготовленного подарка. — Поверьте, мне для счастья нужен большой кусок торта и косячок, все, — Римус развел руками, но все же пошел к своей кровати, где сидела Марлин. По пути он бросил взгляд на занавешенные шторы Сириуса. Он не знал, слышал ли Блэк, что сейчас происходит в комнате или нет, и вообще был ли он там (конечно, был, черт возьми). Но это было неважно. По крайней мере, Римус пытался убедить себя в этом. — Только без длинных речей. — Не волнуйся, за пять лет мы уже выучили этот урок, — Джеймс кивнул Лили, и Люпин заметил, как она будто из ниоткуда вынула какую-то книжку. — С днем рождения, Лунатик! — С днем рождения, Лунатик! — подхватили все, и Лили, улыбаясь, протянула подарок Римусу. Это была аккуратная книжечка в кожаном переплете, на обложке которой было высечено: «Нашему Лунатику». Римус недоуменно покрутил вещицу в руках, даже не открыв ее. — Милый блокнот, спасибо. — Это не блокнот, а книга, идиот. Сириус распахнул шторы и выполз из своего «убежища». Он даже не посмотрел на Римуса, просто встал и направился в ванную комнату, закрыв за собой дверь и защелкнув замок. После нескольких секунд неловкого молчания Лили произнесла: — Да, это книга, но она необычная. Открой ее. Римус еще недолго просверливал взглядом дверь ванной, потом моргнул и послушно открыл книгу. На корочке было аккуратно выведено пером: «Нашему Лунатику в память о всех сумасшествиях, которые он вытворял в компании каждого из нас. От Мародеров, Лили, Мэри и Марлин». Перевернув страницу, Римус увидел надпись: «Глава 1. Лунатик и Сохатый». Парень поднял голову и посмотрел на друга. — Мы собрали наши самые яркие воспоминания, связанные с тобой, и записали их, — объяснил Джеймс, радостно улыбаясь. — Но прикол в том, что текст главы можешь прочитать только ты и тот, кто ее написал, чтобы больше никто не знал о ваших секретах. — Иронично, что теперь я буду читать то, что не может большинство из вас, — усмехнулся Римус. Он был шокирован таким подарком. Он ожидал что угодно, даже, возможно, метлу для игры в квиддич, но точно не сборник воспоминаний о самых приятных моментах с лучшими друзьями, который он сможет перечитывать снова и снова, и возможно даже когда-нибудь поделиться историями из него со своими детьми. Римус никогда не умел словесно выражать все, что чувствует, и сейчас он не мог выразить, насколько он был благодарен. Казалось, простого «спасибо» было катастрофически мало. Он оглядел друзей, уголки его губ приподнялись в легкой улыбке. Взгляд остановился на Лили. Ну, конечно, она была самой умной в их компании. Наверняка, это была ее задумка. Римус уже было открыл рот, чтобы сказать пару слов, но девушка его перебила. — Это была идея Сириуса, — сказала она. — Он разработал заклинание. Римус закрыл рот. Но он не мог оставить друзей без благодарности, поэтому, набрав в легкие воздуха, произнес: — Спасибо каждому из вас. Вы все постарались, чтобы сделать мне приятно. И с уверенностью могу сказать, что у вас получилось. — Прочитай какую-нибудь историю вслух, Лунатик! Можешь одну из моих, — попросил Питер. — О, или одну из моих. Там есть парочка очень даже веселых, — подхватил Джеймс. — Только надеюсь, что все же большинство историй останутся между Римусом и написавшим, — сказала Мэри, и Люпин заметил, как ухмылка поддернула ее губы. Римус сразу понял, о каком событии шла речь, и он точно не собирался читать такое вслух. — Ладно, Хвост, давай твою, — парень начал листать страницы. — Вторая глава! — подсказал Питер. Римус открыл вторую главу — «Лунатик и Хвост». Первая история называлась «В гостях у эльфов». Что ж, довольно оригинально, подумал Люпин и, прищурившись, начал читать.«Лунатик, помнишь, как мы в первый раз нашли проход на кухню к эльфам? Это был один из самых крутых дней в том году, потому что у них было так много еды. Мы в тот день объелись так, что еле смогли вернуться в башню. А еще эльфы предложили нам взять немного еды с собой, и даже пришлось воспользоваться уменьшающими чарами, чтобы уместить все конфеты, пирожные и тому прочее в карманы мантии. Но тот день был правда здоровским. Я честное слово думал, что лопну, но ты так героически подбадривал меня. Мы даже соорудили шахматную доску и фигуры из продуктов, помнишь? Эх, вернуться бы в те деньки, когда для счастья нужно было просто объесться сладостями. Но сейчас ты тоже можешь это сделать, ведь мы специально для этого принесли торт. Ешь и не думай о заботах, прямо как мы с тобой тогда. С днем рождения, Лунатик!».
— Спасибо, Хвост, — Римус улыбнулся, дочитав послание до конца, и посмотрел сначала на гордого Питера, а потом на манящий торт. — Кстати, о сладостях. — Когда это и как вы нашли проход на кухню к эльфам? — спросила Лили, смерив трех мародеров подозрительным взглядом. — Очень забавная история на самом деле. Она наверняка имеется в этой книжечке, но увы, Эванс, только Римус и написавший могут ее прочитать, — Джеймс вскинул брови и вовремя успел пригнуться: красная подушка пролетела мимо него. — Лунатик хочет съесть торт, значит, мы будем есть торт. — Нет, Поттер, значит, он будет есть торт. А ты как раз можешь пока прочитать какую-нибудь свою историю, ты же так порывался это сделать. Желательно, про кухню и эльфов. — Увы, любовь моя, это не наша с Лунатиком история. Но кое-что интересное для ваших ушей я припас. Лунатик, не возражаешь? — Валяй, — Римус кивнул и с благодарностью принял из рук Мэри тарелку с большим куском торта. Джеймс отлистал назад несколько страниц и вернулся к первой главе. «Звезда квиддича» — такое название было у первой истории. — Не-е-ет, — взмолился Римус с набитым ртом. — Поздно, ты уже дал свое согласие.«Приготовься, Лунатик, потому что сейчас ты вспомнишь, наверное, самый счастливый день в своей жизни. Да-да, тот самый день, когда ты лично попросил меня провести для тебя тренировку по квиддичу…»
— Ты что? — хмыкнула Марлин. — Все было не так, — отрицал Римус. — Так, это моя история, — Джеймс нахмурил брови. — Ты имел в виду наша…«Честно, я не знаю, что тебя в тот день так ужалило, но я был безумно рад разделить с тобой свое увлечение. Помню этот потрясный подъем в шесть утра… Зуб даю, тогда ты был готов проклясть весь мир, но, когда мы вышли на поле, я понял, что тебе это нравится. Утренняя прохлада, запах травы, роса, в общем сказка. Ты боялся летать, но когда я показал тебе правильную технику, казалось, ты вошел во вкус. У тебя стало неплохо получаться и ты даже ни разу не упал. В то время тебе нужно было взбодриться, и я видел по твоим глазам, улыбке, что, возможно, квиддич — это средство не навсегда, но тогда он тебе был необходим. И я рад, что смог дать тебе то, в чем ты так нуждался. Конечно, задницы мы тогда себе подморозили, и помню, ты чуть легкие не выкашлял от непривычки, но согласись, было круто. Если тебе нужно будет еще раз так «взбодриться» или просто понадобится друг-олень, ты знаешь, где меня найти. P.S. мы наденем дурацкие колпаки на вечеринку, не переживай».
Джеймс закончил читать свою историю и расплылся в довольной улыбке. — Должен признать, что тот опыт в квиддич мне действительно понравился, — кивнул Римус с задумчивым видом и проглотил последний кусок торта. — Хотя это квиддичем то назвать нельзя, потому что я даже мяч в руки не брал. — Это был начальный этап, — согласился Джеймс и прыснул, все подхватили его смех. — Спасибо вам, — еще раз сказал Римус. Он немного расслабился в компании друзей, злость потихоньку отступила, но он по-прежнему не был готов надевать праздничный колпак. А еще он думал о Сириусе, который так и не вышел из ванной комнаты. Ему очень хотелось прочитать, какие истории из их жизни решил написать Сириус, потому что между ними случалось много чего интересного, но он не мог этого сделать в присутствии всех. — Слушайте, кажется, я созрел для вечеринки. — Вот это по-нашему! — воскликнула Мэри. — Значит, мы не зря с Марлс тащили ящики с огневиски. — Нам бы пришлось выпить все самим, если бы ты вдруг решил не устраивать праздник, — кивнула Марлин. — Тоже неплохая перспектива. — Мы пойдем готовить общую комнату! — подхватила Лили. — Мы все. А Римус пока сам подготовится. Римусу на мгновение показалось, что Лили поняла причину резкой смены его настроения, но не сказала ничего по этому поводу. Она лишь подмигнула ему и чуть ли не насильно вытолкнула из комнаты Джеймса и Питера вслед за девочками. Римус остался в комнате один. Он не подскочил и не бросился к ванной, просто остался на кровати и начал листать книжечку. Он подумал, что Сириус сам выйдет, когда будет готов. Третья глава была посвящена их историям с Лили. Римус решил прочитать самую первую под названием «Пусть идут…». Они явно никогда раньше не озаглавливали тексты, подумал парень.«Никогда не забуду эту историю. Мне бы хотелось, чтобы ты тоже, поэтому я решила сохранить ее здесь, надеюсь, ты не против. А еще тут будут маты, но это так, просто предупреждаю тебя заранее, чтобы ты не удивлялся моей красноречивости (но, бесспорно, она хуже твоей). Помню день, когда я не справилась с заданием по зельеварению, и Слизнорт при всех отчитал меня. Плюс он добавил, что в последнее время я стала очень несобранной. Естественно, по классу сразу прошел шепот, мол “Ого, Лили Эванс провалилась. Никчемная грязнокровка”. Ты знаешь, что обычно на подобные слова я не обращаю внимание, но в тот раз они меня очень сильно задели. Я безумно расстроилась и помню, как выбежала из класса вся в слезах… но ты тогда пошел за мной. Ты догнал меня и сказал мне то, что я никогда не забуду. Как сейчас помню: «Лили, оценки и слова других людей aka конченых долбоебов не определяют тебя и твою жизнь. Они не стоят ни одной твоей слезинки, поэтому пусть идут на хуй. Не ненавидь себя из-за них, ты чудесна». Ты чудесен, Римус Люпин. И пусть все, кто сомневается в этом или, кто заставляет тебя думать обратное, идут на хуй. Спасибо миру за тебя».
Дочитав историю, Римус потер переносицу, после чего запрокинул голову назад и глубоко вздохнул. Спасибо этому миру за Лили Эванс черт возьми. — Еще заплакать сейчас не хватало, ага, — сказал Люпин сам себе и одним движением перелистнул несколько страниц. Следующая была глава Мэри. Римус решил проверить, верно ли сработала его интуиция, но никаких интригующих названий не нашел, поэтому решил остановиться так же на первой истории.«Хотел найти историю про ту ночь? Не думаю, Люпин, что ее нужно сохранять в письменном виде, чтобы помнить все детали, ха-ха! Есть куча других. На самом деле нет, нету. У нас очень мало совместных воспоминаний, Римус, и это плохо! Надо будет после школы бросить их всех и укатить в кругосветку, только ты да я»…
Римус хмыкнул. Ему всегда нравился энтузиазм Мэри.«Ну ладно, шутка удалась. На самом деле я приготовила несколько наших историй, но честное слово, их лучше читать, когда ты будешь пьяный в стельку. Потому что, собственно, это как они и создавались. К примеру, помнишь, как после очередной вечеринки мы пошли в библиотеку готовиться к экзаменам, но так перебрали, что наблевали на книги? Наверное, ты этого не помнишь, потому что тогда, друг мой, ты был, прости за выражение, в говно. Мадам Пинс еще запретила нам заниматься там целый месяц, а ты все не мог понять, почему. Ну, вот, возвращаю твои утерянные воспоминания, так сказать ха-ха».
После прочтения Римус передернулся от совершенного поступка и сделал себе мысленную заметку не ходить в библиотеку после сегодняшней вечеринки. Да и вообще никогда после употребления алкоголя. Парень мельком пробежался по остальным небольшим текстам, и уже хотел перейти к предпоследней главе с историями Марлин, как услышал звук щелкнувшего замка. Не нужно было поднимать глаза или обладать сверхчутьем, чтобы понять, что открылась дверь ванной комнаты. Сириус вернулся в комнату: волосы его были намочены, края футболки — неаккуратно заправлены в брюки. Если бы Римус в тот момент поднял голову, то увидел бы, что не только с каштановых кончиков стекает вода. Но он гордо уставился в книжку, читая историю о том, как они с Марлин однажды перепутали исцеляющее заклинание на практике у мадам Помфри, и вместо лечения перелома руки у студента Пуффендуя, по ошибке наделили его предплечье драконьей чешуей. Сириус уселся на своей кровати и стал перебирать пластинки, лежащие в коробке. — Спасибо за подарок, — наконец подал голос Римус. Он перевел взгляд с книги на Блэка. Тот демонстративно отвернулся и, выбрав пластинку, включил проигрыватель. На всю комнату заиграла «Eleanor Rigby»* The Beatles. Резкие звуки струнного квартета и тянущийся голос Пола Маккартни окутали пространство вокруг.Ah look at all the lonely people. Ах, посмотрите на всех одиноких людей.
Римус закатил глаза и глубоко вздохнул. — Тебе всегда обязательно быть такой королевой драмы, а? — А тебе всегда обязательно быть таким уродом? — Признаю, я могу быть еще тем уродом, но не я вчера начал кидаться этим дерьмом. — Я просто блять задал тебе вопрос! — Так я тоже. — Ну классный вопрос ты выбрал, чтобы поддержать разговор, Лунатик, ничего не скажешь. — Ты вывел меня из себя. — Я просто спросил, собираешься ли ты искать Сивого после выпуска. — Тебе какое вообще дело до него? — Блять, Лунатик, меня порой поражает, каким тупым ты можешь быть. Это твоя безопасность. А я забочусь о тебе. По крайней мере пытаюсь. Это был спокойный, адекватный вопрос. — Ну уж нет, мы уже говорили об этом, и я тогда сказал, что не хочу вообще говорить о Сивом в пределах школы. Ты пообещал, что мы закроем эту тему. — А ты обещал, что мы закроем тему матерей! — выкрикнул Сириус, вскакивая с кровати. Он был зол, перевозбужден, ему хотелось что-нибудь выкинуть из окна, к примеру, кресло, а потом вдобавок к нему и Люпина. — Ты пообещал, Лунатик. А потом втоптал меня в грязь, сравнив с родной матерью. Римус смотрел прямо в глаза Сириуса, чувствовал его злость, чувствовал, как собственная грудная клетка быстро поднимается и опускается. Адреналин зашкаливал, сердце учащенно билось, сейчас ему бы не помог успокоиться даже один самый крепкий косяк. Да, он обещал. Но как мы помним, если разозлить Римуса Люпина, с его языка сорвется явно не лесть. Может, дело было связано с не так давно прошедшим полнолунием, а, может, он просто больше не мог придумать отговорок. — Глава шестая, история вторая, — сказал уже тише Сириус. Римус посмотрел на книжку, что лежала на простынях, и спустя несколько секунд раздумий взял ее в руки. Последняя глава «Лунатик и Бродяга», история вторая, в названии — прочерк.«Как я уже сказал ранее в первой истории, я не мастер на замысловатые заголовки, поэтому можешь придумать свой после прочтения. Желательно какой-нибудь сопливый, потому что эта история как раз из таких. В общем-то, не знаю, с чего вдруг решил отметить именно ее, просто это одно из самых ярких воспоминаний с тобой, которое у меня есть. Как и еще штук миллион? Но я написал только десять, Лили сказала, это лимит. Ха, моя идея, сколько хочу, столько и пишу для твоей ненаглядной души. Так, о чем это я? Ах, да. Не самое приятное, что можно было запихнуть в эту книжонку, но тем не менее. Второй курс. Помнишь день, когда мы пошли в раздевалку после квиддича? И тогда мы… Ну, стали ближе, что ли, ха. Ты показал мне свои шрамы после полнолуний, а я тебе после прекраснейшего времяпрепровождения с моей матерью. В тот день мы пообещали друг другу, что не затронем тему матерей больше никогда. И я так тебе благодарен за это черт возьми. В тот день я впервые чувствовал себя в безопасности, смотря на свои шрамы. Все благодаря тебе, мистер Лунатик. Надеюсь, ты тоже чувствуешь себя в безопасности будучи рядом со мной. Навсегда твой мистер Бродяга».
После прочтения последнего предложения Римус еще какое-то время смотрел на пожелтевшую страницу, с головой погружаясь в смысл написанных строк. Потом он моргнул, резко втянул воздух и поднял голову. Сириус не смотрел на него, он перебирал свою коллекцию пластинок в коробке. Римус бы отдал что угодно, чтобы вернуться во вчерашний день и проглотить вместе с гордостью те гадкие слова, которым он позволил слететь с языка в порыве злости. Но прошлого не вернуть. В голове вертелись десятки, сотни слов, но все, что мог вымолвить Люпин, было: — Да, я помню этот день. Сириус даже глазом не повел, и Римус на секунду подумал, что тот пытается сдержать слезы. — Я… я боялся, что… что ты думаешь, я примкну к его стае после выпуска. Потому что все так думают. Все думают, что я такой же как он. Твоя семья тоже. И я… просто выплюнул то, что вертелось на языке. Самое обидное, что только могло быть. Но ты — не твоя семья, Бродяга. Прости меня. Сириус по-прежнему молчал, но все же развернулся к Римусу лицом. На его щеках не было застывших слез, а уголки его прекрасных губ не были опущены. На вид он был спокоен, но по уставшим, не видящим этой ночью сна глазам, становилось понятно, что в душе его бушевал океан эмоций. — Какой же ты все-таки идиот, Лунатик, — наконец произнес он. — Часто могу им быть, ведь у меня были лучшие учителя, — Римус хмыкнул, после чего добавил: — Еще раз прости меня за вчерашнее. — Да, ты меня тоже, — кивнул Блэк, поджимая губы. — И спасибо за подарок, — Римус потряс книжкой. — Здоровская идея, правда? Но это я им сказал, что главу могут прочитать только тот, кто ее написал, и ты. Из каждого правила должно быть исключение, — Сириус гордо подпрыгнул на кровати, ухмылка поддернула ноздри, его глаза вновь загорелись. Он стал привычным Сириусом. — И это исключение носит имя Бродяга, — улыбнулся Люпин, поднимаясь на ноги. — Точно. Блять! — Сириус вскочил на пол и побежал к полке около кровати Питера. — Так разозлился на тебя, что совсем забыл про нее. Он вытащил из коробки небольшую банку со странным на вид содержимым коричневого цвета и, подойдя к Римусу, вручил ее. Люпин недоверчиво принял вещицу и начал ее крутить. — В жизни не угадаешь, что это, — заулыбался Сириус, заметив недоумение на лице друга. — Это шоколадная паста черт возьми! Попросил Андромеду прислать, жутко популярная штука у маглов. Глаза Римуса в момент расширились. Он несколько секунд смотрел на банку, затем перевел взгляд на самодовольного Блэка. Этот подарок поверг его в больший шок, чем книга воспоминаний. Не тратя время на слова, Римус обхватил Сириуса свободной рукой и притянул к себе, заставляя их губы сомкнуться в красивом поцелуе. Спустя несколько секунд оба парня повалились на кровать, банка отлетела в сторону подушек, следом за ней — черная футболка Блэка с изображением группы KISS**, подарок любимой кузины, и белая рубашка Люпина. — Знал, что оценишь, — фирменная улыбка Сириуса. Он навис над Римусом, заглядывая в его карие глаза, а после припадая разгоряченными губами к ключицам. — Я тут подумал, — вдруг выпалил Люпин, наблюдая, как недовольный Блэк поднимает глаза. — Порой я так мечтаю, чтобы ты перестал думать. — Я тоже чувствую себя в безопасности рядом с тобой, — Римус говорил искренне. — Такой момент своей романтикой испортил, — хмыкнул Сириус, хмуря брови и укладываясь около парня. — Но спасибо… что сказал это. Римус перевернулся на правый бок и улыбнулся. Больше всего на свете ему сейчас хотелось провести оставшиеся часы этого дня здесь. С ним. Блэк мечтательно смотрел в потолок, но, заметив движение сбоку, повернул голову налево, встречаясь взглядом со своим Лунатиком. — Они готовят вечеринку внизу? — Ага. — Я и забыл совсем. Нажремся? — А как же. Только перед этим все книги надо спрятать. — Без вопросов, но сходил бы ты сначала в душ, а то от тебя гиппогрифом несет. Люпин рассмеялся, но все же встал, подбирая рубашку и банку шоколадной пасты. Он стянул штаны и ботинки, бросил все на свою койку и, захватив полотенце, пошел к двери, когда его окликнул Сириус: — Эй, Лунатик, — Римус повернулся, — с днем рождения тебя. Парень тепло улыбнулся, и в следующий момент дерзкая ухмылка заиграла на его губах. — Знаешь, там достаточно места для двоих, — он кивнул в сторону ванной комнаты. — Думал, ты и не попросишь, — Сириус соскочил с кровати, и оба парня скрылись в небольшой тускло освещенной комнатке, защелкнув за собой замок.
