just love

Хлопья снега в эту ночь падали особенно прекрасно. Ночное небо усыпанное звёздами, в некоторых местах закрывали те самые тучи, с которых сыпались волшебные крошки, и оседали на подрагивающих ресницах японца, что заворожено за этим наблюдал. Он как дитя смотрел в небо, и мило улыбался, радуясь такой погоде. Он ловил своими холодными ладошками снежинки, и осматривал их, будто видя в первый раз. Узоры на снежинках были завораживающими, и каждая из них была разной, не похожей друг на друга, это её очарование, у каждой своё. Мороз уже покалывал ладони и щёки Ники, но он был так задумчив, что и не услышал, как его кто-то зовёт, чей-то знакомый и нежный голос, всё таки вывел его из мыслей —Ники, ты меня слышишь? Перед ним стоял немного рассерженный Сону, это делало его безумно милым. Снег на его шапке и ресницах, красные щёки из-за мороза, и суровый взгляд, не давал возможности смотреть на это чудо без улыбки —Ты ещё и улыбаешься? Ещё больше Сону надул свои немного посиневшие губы, и Ники не удержавшись, легонько чмокнул губы своего парня —А это что ещё за приёмчики? Сменив своё угрюмое лицо на удивлённо с лёгким смущением, Сону все ещё не забыл, что хотел сказать младшему —Почему ты без шапки? Где твои перчатки, Рики? Я конечно знаю, что тебе очень нравится, когда я тебя лечу, но ты же понимаешь, что нельзя так не бережно относится к своему здоровью?—нахмурено протараторил обеспокоенный старший —Ну Сону~я, ну мне не нравится, когда я так выгляжу Японец немного надулся, и сложил руки в локтях —Как человек осознающий какая погода на улице? —Как ребёнок какой-то —Ах, значит я как ребёнок? Не успел Ники что-то ответить, как его тут же повалили в сугроб снега, кусая за замерзшие щёки —Хватит, Сону, щекотно! Японец не мог успокоится, его смех было слышно даже на соседних улицах, и решивший больше его не мучать Сону, встал, притягивая за собой и младшего —Ну всё, пошли тогда отогреваться Рики радостно начал прыгать и хлопать в ладоши, ведь «отогреваться»—это одна из любимейших вещей в жизни Ники. Войдя в квартиру Сону, сразу же почувствовалось тепло и уют его дома. В воздухе витал любимейший запах Ники—запах Сону. Такой домашний и уютный, в него хочется укутаться и уснуть, слушая медовый голос его владельца. Но был запах ещё чего-то, такой аппетитный —Я испёк печенья перед выходом. Я их первый раз попробовал печь, поэтому не уверен, что вкусно получилось Сону немного смутившись почесал затылок, он всё ещё нервничает перед Ники, в которого так сильно влюблён, что когда-то приобнял его и сказал: «Всё что ты приготовишь, уже для меня вкусное», заставили бабочек в животе парня порхать с новой силой, напоминая, насколько стоящий парень рядом—прекрасный, и насколько сильно Сону в него влюблён. Старший справился с верхней одеждой и обувью первым, поэтому быстро прошёл на кухню, и поставил чайник, что бы поскорее выпить свой любимый малиновый чай, а Рики сделать ромашковый, который поможет возможной простуде не появиться —Безумно вкусно пахнет Услышал Сону прямо на ухо, ведь японец подошёл сзади, и нежно обнял Сону со спины, кладя свою голову прямо тому на плечо —Сейчас попробуешь С улыбкой ответил Сону, и провёл своей рукой по руке Ники, которая обвивала его талию —Но сначала нам нужно переодеться Уже разворачиваясь сказал Сону, заглядывая в любимые тёмные глаза младшего, наполненными такой же любовью —Я сам не справлюсь Сделав щенячий взгляд, и выпятив нижнюю губу, Ники стал упрашивать помочь ему переодеться, ну и кто такой Сону, что бы отказывать самому любимому мальчику на свете. В комнате Сону было темно, и только свет фонаря попадающего в комнату, немного давал разглядеть обстановку. Но парни не спешили включать свет, уж больно они знали свои переодевания. Вещи приготовленные для Ники, весели на стуле, дожидаясь своего хозяина, который как-то не спешил их надевать, его больше интересовали всё ещё холодные губы Сону, которые нежно сминали его собственные, со всей нежностью и любовью, трепетом и теплом, которое хранилось в них обоих, ещё с начала их знакомства. Руки Сону спустились к чёрному худи японца, и приподняли края, намекая, что пора снимать уличную одежду. Немного расстроившись, но с характерным чмоком, Ники выпустил губы своего парня с плена, и поднял руки, что бы снять худи. Конечно Сону не удержался от разглядываний уже давно изученного тела, и лишь шепотом сказал фразу —Такой красивый На это Рики лишь по доброму усмехнулся, и взяв Сону за щёки, снова прикоснулся к любимым губам. Доминантным в этот раз уже был Сону. Он положил свои холодные руки на талию парня, от чего тот немного вздрогнул, но тут же забылся в напористом поцелуе со старшим. Сону легко проводил своими изящными пальцами по выступавшим рёбрам парня, по слегка рельефному животу, и по легко накачанным мышцам спины. Нежная и бархатистая кожа, чувствовалась слишком идеально под прикосновениями Сону, и покрывалась мелкими мурашками, от сверх чувствительности младшего. Они бы могли ещё вечность так стоять и целоваться, но Ники явно уже холодно так стоять, поэтому старший неохотно отрывается, и тянется за висящем на стуле свитером с милыми оленями. Так в стиле Сону, и так как Рики может быть одет лишь при нём, не скрывая своего милого и весёлого характера, который показывает лишь близким. Тёплый свитер уже был одет, а джинсы Ники переодел сам, за то время как это сделал и Сону, но свитшот он так же помог переодеть старшему, как и он японцу. Без чувственных поцелуев тут тоже не обошлось, но Ники всё же не сдержавшись спустился к длиной шее старшего, и прикоснулся губами к нежной и белоснежной коже, оставляя там небольшие следы, за которые его вероятно отругает завтра старший, но его это сейчас не сильно волновало. Шея была слишком чувствительным местом на теле Сону, поэтому он томно вздохнул, и вцепился в плечи Нишимуры, он понимал что им стоит остановится, ведь сегодня они должны греться, а для этого у них ещё найдётся ночка —Рики, чайник сейчас остынет, пошли Японец нехотя отстранился, и взяв похожий свитер для Сону, натянул его на старшего, последний раз чмокая его пухлые губы. Сону тут же улыбнулся и взяв Ники за руку повёл на кухню. Чайник уже давно закипел, но на удивление всё ещё горячий, поэтому старший залил уже в заготовленные чашки с заваркой кипяток, и взял в руки тарелку с печеньем. Ники тут же встал, что бы помочь своему парню, и аккуратно поставить вкусности на стол. Сону включил гирлянду висящую на окне, и выключил яркий свет, сделав более тёплую и романтичную атмосферу. Кухню тут же заполнили разговоры и тёплый смех парней. Они разговаривали о том как провели день, и что планируют делать на Новый год, который всем сердцем любят и обожают, ведь именно в этот праздник они и познакомились, столкнувшись на льду, а потом мило общаясь за чашечкой кофе в ближайшем кафе. Ники тогда не мог оторвать взгляд от искрящихся радостью и добротой карих глаз старшего, а Сону от восхитительной улыбки Ники, и его прекрасных ямочек на щеках, которые появлялись во время неё. Удержаться и не тыкнуть в них казалось не возможным, и обоим парням в тот день показалось, что они не смогут прожить и дня без компании друг друга, так и стали общаться, очень часто списываясь и гуляя по живописным местечкам Сеула —Уже довольно поздно—мило зевая сказал Сону, поглядывая на настенные часы в кухне —Если хочешь спать, то пошли, но только ты же помнишь... —Что ты меня до смерти за обнимаешь, помню, помню—с «недовольным» лицом сказал Сону, а внутри радости не было придела, бабочки будто рвались наружу. Оставив гирлянду включённой, парни снова направились в комнату к Сону. Тот уже закрыл шторы, и включил уже висящую под потолком гирлянду, включая более щадящий для глаз и сна режим. В парную, новогоднюю пижаму они переоделись уже более быстро, состояние после чая сильно клонило в сон, а вкусные печенья которые уж сильно нахваливал Рики, оставляли приятное послевкусие во рту, и лёгкая сытость убаюкивала. Парни легли под одеяло, и как только старший развернулся лицом к японцу, тот заключил его в крепкие объятия и стал поглаживать по мягким волосам Сону —Я люблю тебя—внезапно сказал парень, не прекращая нежных действий, и с лёгкой улыбкой поцеловал старшего в макушку —Я тоже тебя очень люблю—тихо ответил Сону, ещё крепче прижимаясь к телу младшего, и поглаживая его спину. Так они и уснули, в тёплых объятиях друг друга. Зимняя ночь забирала все проблемы и грустные мысли парней с собой, оставляя лишь чистые и хорошие воспоминания, уступая ночь морозному утру, которое пробудит парней лёгким потрескиванием мороза на окнах, вырисовывавшего какие-то свои узоры, привнося красок в этот мир