Осколки-иглы

      В комнате лицедея было почти тихо: слышался только плачь. Но это были тихие всхлипы Тонито, а не самого виновника сие "трагедии". Ну а что, отважные рыцари порой тоже грустят... Младшему было очень жалко старшего. Самому кудрявому было тоже не очень-то и весело, но он не хотел ещё больше расстраивать любимого братика. Они сидели на полу в обнимку, а возле их ног свернулся леопард, который давно уже успел стать членом семьи.       Было уютно, по-домашнему, но в голову парня лезли всё новые и новые мысли, слишком часто сменяющие друг друга, на которые он так тщательно старался не обращать внимания.       Камило любил свою маму, очень любил, но злился на неё. Это было несправедливо, не по-взрослому.       «Родители даже не попытались разобраться в ситуации! Бесполезно что-то доказывать... Им нельзя доверять! Я же бездельник! Правда, мама? Я могу только оправдываться?!» — лицедей печально опустил голову на поджатые к груди колени.       Нельзя унывать! Обиды на взрослых Камило решил отложить на потом, ведь нужно было успокоить Антонио.       — Эй, дружище! — старший Мадригаль потрепал брата по голове. — Ну хватит киснуть. Ты же мужчина.       — Но, братик, ты же не виноват! — на сколько мог грозно сказал малыш. — Мама зря поругалась на тебя, — мальчик был весьма неглуп для своего возраста.       — Конечно, ты прав! Но понимаешь, Тонито, взрослые тоже ошибаются... Эй, а может, мы поиграем во что-то? — Мадригаль попытался выйти из ситуации, как любящий и ответственный брат.       — Хм-м-м, — младший призадумался, вспоминая, где он спрятал новенький мяч. — О, точно! У меня есть пара идей, никуда не уходи! — Антонио сразу же воодушевился и побежал в свою комнату за игрушками, снова оставляя брата наедине с мыслями.       Не прошло и пяти минут, как в дверь кто-то постучал. Камило неохотно приоткрыл один глаз, совершенно не желая вставать с нагретого местечка на холодном паркете. Он решил пойти более простым путём, проигнорировав прибывшего.       Через две минуты стук снова повторился, но теперь к нему прибавился голос, который спрашивал, всё ли у парня в порядке. Это был Бруно.       «Наверное пришёл читать мне лекции о том, как вести себя за столом, не грубя взрослым», — сделал выводы Камило и решил продолжить игнорировать попытки дяди прорваться в его "скромное убежище", объявляя взрослым бойкот.       — Sobrino, открой пожалуйста. Я пришёл поговорить с тобой, — но в комнате продолжала стоять тишина. Брунито ничего не осталось, как перестать надоедать племяннику, уйти обратно и закончить наконец свой поздний завтрак, попутно деля его с крысами.       Так прошли два дня, потом четыре, и незаметно грянула неделя. Камило с успехом вёл свою тактику "холодной войны" между поколениями, продолжая высказывать все переживания плюшевому Уно, который, по мнению кудрявого, был единственным его другом. Игрушка уж точно никогда не предаст.       На начало второй недели мальчишка немного разговорился, ведь так долго молчать ему никогда ещё не приходилось. Но он совершенно перестал отдыхать, беря разные задания от Альмы и нагружая себя работой до конца дня. «Пусть знают, что я не лентяй и притворщик!» — вот такая позиция была у него. Из-за плотного графика он приползал домой довольно поздно, иногда забывая поменять облик. Было весьма забавно наблюдать со стороны, как в дом Мадригалей заходили все подряд — от кузнеца до пекаря.       Благодаря сильным переработкам Камило стал плохо спать. Ему вечно мерещились всё новые и новые лица, а в душу лезли эмоции чужих людей. Но, выходя из комнаты, он по-прежнему надевал на себя ту самую беззаботную "маску". Лицедей не хотел, чтобы к нему лезли с допросами так же сильно, как и не хотел выдавать свою усталость другим. И у него это прекрасно получалось. (Не забываем, что он Актёр с большой буквы.)       Семья была довольно удивлена таким поведением их маленького "хамелеончика", но в приятном плане. Особенно была рада Альма, она верила что когда-нибудь нерадивый внук наконец-то возьмется за ум и начнёт работать усерднее. Так и случилось. Пеппа стала больше хвалить своего hijo, а Феликс всячески ставил его в пример для младшего сына, и Камило даже стало нравится такое отношение родителей к себе. Только три члена семьи беспокойно смотрели в сторону парня, понимая, что не всё так гладко, как кажется со стороны. Это были Долорес, Мирабель и, конечно же, Бруно. С каждым днём становилось всё невыносимей смотреть, как Камило изводит себя, еле приползая домой. И троица решила, что нужно заканчивать с этим, и как можно скорее.

***

      La familia Madriagal собрались за ужином, и только Камило снова не было в их компании, как и последние две недели.       На ужин подавался прекрасный ахиако, приготовленный Джульеттой, и её фирменные бунуэлос, которые так полюбились её родным и не только. Всё было довольно спокойно, как и обычно, но чтобы хоть одно застолье в этой семье прошло без инцидента... Да ни в жизни!       — Слушай, Пеппа, — Бруно первым подал голос, реша, если что вдруг, взять удар миниатюрной молнией на себя,— тебе не кажется, что наш мальчик сильно уж перетруждается в последнее время?       Случилось именно так, как и ожидал любитель крыс: над его сестрой начали потихоньку сгущаться тучи.       — Пеппа, успокойся, — глава семьи твердо сказала свою самую популярную фразу, и сразу повернулась к сыну, грозно смотря в его сторону. — Мой внук трудится на благо нашей общины, Брунито. Если бы он уставал, он бы сказал мне или его родителям.       — А может быть, он боится рассказать... — тихо выдвинула предположение девушка в очках, неловко сминая в руке салфетку.       — Что ты имеешь ввиду, Мирабель? — рыжая привстала с места, опираясь руками о стол. — Хочешь сказать, что Камило что-то скрывает от нас?! — её движения оказали уж слишком резкими, и суп с грохотом полетел на пол, а гроза не заставила себя долго ждать, и по дому раздались раскаты грома.       — Не надо обвинять Мирабель, сестренка, — зеленоглазый просто не мог не заступиться за ту, кто, можно сказать, спасла его, вернув в эту суматошную семью.       — Брунито, не начинай! — вспыльчивый характер этой женщины давал о себе знать всё с новой и новой силой.       — Mi amor, помнишь, что должно быть солнечно? — Феликс немного улыбнулся в знак поддержки своей жены, но всё же рефлекторно закрылся тарелкой, поджидая бурю.       — Mama, остановись пожалуйста... — Долорес закрыла уши от этого шума.       — Я ещё не начинала, дочка, скажи спасибо своему дяде! Считаешь себя умнее всех, Бруно? Думаешь, знаешь моего сына лучше меня!?       — Я ничего не считаю, потому что это очевидно! — теперь со своего места вскочил и ясновидящий.       Все Мадригали с интересом наблюдали за "спектаклем". Казалось, что эти двое вот-вот вцепятся друг в друга как кошка с собакой, и только аbuela пыталась разнять своих отроков, пустыми фразами по типу «Бруно, отстань от сестры!», либо «Пеппа, угомонись уже!»       Погода в столовой сменилась бы уже сотый раз, но вот нагрянул виновник торжества.       — Я что-то пропустил? — Камило неловко улыбнулся, и устало сел на своё место.       Заботливая tia Джульетта тут же подвинула ему горячей еды.       — Смотрю, у вас тут грандиозное собрание, раз уж все так волнуются, — мальчишка начал уплетать пончики за обе щеки, не забывая запивать соком. Как же давно он нормально не ел. — Можно ли поинтересоваться, не из-за меня ли сыр-бор? — первым делом парень посмотрел на взъерошенного tio. Для него это было весьма нетипичное зрелище. «Что же тут происходит?»       — Ох нет, нет, всё нормально... Мы с твоей мамой просто повздорили немного, как в старые добрые. Да, Пеппа? Ну-у-у... Как твой день, Камило? — Бруно решил сменить тему и дать всем немного успокоиться.       — Да, Камилито, ты довольно поздно приходишь в последнее время, — подхватила повелительница погоды. Она правда начала беспокоиться о своём дитя, но фраза вышла как-то грозно из её уст.       Кудрявый встал с места, показательно нахмурил брови и, взяв тарелку с едой, направился в свою комнату.       — Камило, куда ты? — Долорес подбежала к брату, схватив его за рукав рубашки. Она очень боялась, что "хамелеончик" начнёт отдаляться от семьи. — Останься с нами.       — Всё в порядке, hijo, присядь на место, — тут уже начал беспокоиться и отец парня.       Камило сбросил руку Долорес со своего рукава и печально ответил:       — Спасибо, но предпочту отужинать у себя в комнате. Пока мама снова не начала меня отчитывать.       И вот снова раздался всем знакомый хлопок дверью на втором этаже.       — Подростки... У них гормоны шалят в этом возрасте, — только и смог выдавить Фелекс.       Бруно закрыл лицо руками. По мнению провидца, он снова всё испортил....