Как это - делить баскетбол?

      «Мама, я сделала это» — крутилось у Алтынай в голове, когда ей вешали золотую медаль на шею. Голос у неё охрип от оров и радостных возгласов, а на ногу приказали не наступать. Счастливая была до невозможности. Тем же вечером тренер сказала благодарственную речь в раздевалке, пока они приводили себя в порядок перед празднованием. Говорила много не пить, но девчонки и слышать этого не желали. Тогда Тину отправили на рентген, чтобы убедиться, что перелома нет. Не хотелось уходить от команды, но пришлось. — До начала сезона всё равно восстановишься, если перелом будет, — успокоила её их док. — Не боись, Раиса Петровна, всё там в порядке, — смеялась та, сидя на инвалидном кресле. И всё так и было! Никакого перелома, простой ушиб. Правда, не совсем простой. Тяжелый, даже можно сказать, и растяжение связок. Больно было дичайше, а ступня ещё и опухла. Ей её забинтовали и дали костыли. Главное, чтобы до Москвы долетела. Там их врачи своё сделают. А сейчас её отпустили наконец в бар. Вместе с Яной вдвоем теперь двигались с деревяшками под руками, зато какие веселые! — Что будем пить? — спрашивала Дианка. — До полета ещё часов пять. Премиальные на руках уже были у всех, так что можно было ни в чем себе не отказывать. Да и бразильянки после игры пожали им всем руки и вручили пару бутылок шампанского, которое приберегли для своих празднований. Пробки вылетели, стаканы наполнились. Русская родная речь повсюду! Что может быть лучше? — Спасибо вам, девочки, — спустя пару часов кто-то начал свою пьяную речь. — Я вами всеми очень горжусь. Даже Алтынай, которой мозгов много не дали, видимо, — разнесся смех. — Смотри, лечись! А то как я без тебя в Чемпионате буду? Рита была её партнершей по Московскому «Спартаку», поэтому она была единственной, кто мог так говорить про неё. Да и знала Алту дольше всех. — Только не расплачься! — в ответ крикнула с другого конца стола та. Украинка хмыкнула, поднимая свой бокал: — За нас! И все её поддержали. Потом были снова песни и танцы. — «Расцветали яблони и груши», — запевала Дианка, а её кто-то просил: «Только не Катюшу», а то будут слёзы. Весело было, короче говоря. Наша Тина знала свою меру, а напиваться до беспамятства ей не хотелось. Лучше этим делом заняться в Москве, да на квартире своей. Там как раз снова должен был уже приехать Паша. Через пару часов все уставшие, но счастливые погрузились в самолет. Кто-то с собой пронес ещё шампанского, от которого отказаться она не могла. — Давай, за победу! — тихо говорили ей. Девочки чокались, обсуждали что-то и летели домой. Там их должны встретить по-достойному. Они ведь теперь Чемпионки Мира! Тринадцать часов полёта прошли незаметно. Кто-то успел отоспаться, кто-то перечитать все журналы, кто-то допить весь алкоголь, что у них был. — Как пахнет-то от вас, — смеялась в аэропорту Лидия Алексеевна, намекая на перегар. Кому-то, кстати, весь полет было плохо. Не стоило, наверное, так много пить. Но ничего. Их наконец-то забрал автобус, а летнее московское солнце ещё не так сильно пекло, поэтому Алтуша глядела в окно, соскучившись по городу. Остановились они прямо у входа в их Дворец Спорта, где рядом уже шастали журналисты с камерами. Им надо было сфоткать всех, чтобы напечатать в газете, представляете? Довольные, с медалями, девочки стояли в форме и с каким-то мячом, который успели достать где-то. Поздравили тысячу раз. А потом у входа наконец оказался Модя, который загреб её в объятия. Он был не удивлен забинтованной ноге, так как момент получения травмы видел своими глазами. — Дай посмотреть, — широко улыбался, указывая на её шею. Вот он точно повидал в жизни побольше золота. Но пока они болтали, сзади она краем глаза заметила знакомые черные волосы и рубашечку. Белов просто прошел мимо них максимально далеко, насколько позволяло крыльцо. Паулаускас проследил за её взглядом, но никого там не увидел. У входа только стояла пара её сокомандниц, рассматривая что-то на стенде. — У вас, кажется, скоро тренировка начнется, — лицо приняло уже другое выражение. — Я специально пришел заранее, — отрицательно покачал головой тот. Вскинула брови. Он пришел специально, чтобы встретить её? Как мило. А что тогда так рано здесь забыл Сергей? Ответа на этот вопрос было не суждено найти, а в скором времени они разошлись. Девочки неподалеку давали интервью, рассказывая о том, как удалось победить. А тренер давно ушла, приказав «раненым» зайти к врачам. Только вот, Тина не подумала попросить помощи у литовца, так легко его отпустив. Додумалась она только о том, чтобы договориться об ужине завтра у них дома. Девочки ушли кто куда, так как всем дали пару дней отдыха, а она на костылях смотрела на лестницу, по которой ей нужно было забраться, чтобы дойти до медпункта. Неудачным решением было делать его на втором этаже. Еще и подниматься надо было, ну, довольно много. Вздохнув, она начала свой путь. Было тяжко, но у Алтынай почти получалось. — Вам помочь? — послышалось тут же. По бокам от неё возникли два молодых человека, которые, увидев форму и медаль, сначала поздравили её. — Если несложно, — нервно улыбнулась та. У обоих на шеях висели очки для плавания, да и волосы ещё оставались мокрыми. Они аккуратно обвили ее руки вокруг своих плеч с двух сторон и подняли, смеясь, как со стороны это выглядит. Тина не хотела доставлять кому-то незнакомому так много хлопот, но они настояли, что поднимут до конца всей этой огромной лестницы. Затем они познакомились, а она заразилась их веселым настроением. Такие простые, но комфортные! Где-то неподалеку кто-то, кого мы очень хорошо знаем, зло сжимал челюсть, не имея возможности помочь ей. Ярик и Слава пожелали ей удачи и скорейшего выздоровления, не забыв спросить, не надо ли ей спустя пять минут спускаться. Такие добрые! Но пять минут она там точно не пробудет. Отдала врачам свой рентген и села ждать. Их док тоже тут была. Она и выступала в роли главной по принятию каких-либо решений. Прописали ей какую-то мазь, дали бинтов на первое время, велели вообще не нагружать ногу и прикладывать холод. К тренировкам может вернуться сразу же, как заживет. Теперь у неё точно будет отпуск… Алёна была в шоке, увидев её под подъездом на костылях, но с радостью заобнимала. Медаль у неё тут же стырили, а вот подниматься до четвертого этажа было пыткой. Весь день они болтали, рассказывая друг другу о произошедшем за этот месяц. Паша, в итоге, был тут, но всего недельку, и должен был снова приехать уже завтра. Следующим вечером за столом собралась веселая компания из них четверых. Тогда из примечательного был только вопрос от Павла про Серого. Но он сразу понял, что это больная тема, так как все заткнулись и уводили взгляды. А Алтуша так и вовсе застыла, пока Алёна не спасла её. В остальном всё прошло классно. На стол они накрывали ещё с обеда, готовя всякие вкусности, а прикупленная бутылочка водки не осталась без внимания. Выходить после травмы из дома Тине было и сложно, и бессмысленно. Ей никуда не надо, а газеты с какими-то спортивными каталогами приносила Алёнка. К одиночеству за это время привыкла, хотя было как-то не так. Спустя неделю, когда ей сказали возвращаться к тренировкам через пару дней, она уже прыгала под кольцом во дворе. Время позднее, а она только разыгралась. Рукой вытирала пот со лба, в голове выдумывая возможный исход ситуации. Сейчас на неё кинутся защитники, а баскетболистка уберет их обманным движением. Затем попытается закинуть, но промажет. Модя говорил в тот вечер, что спринт у неё классный и надо больше использовать его в игре. Много обдумывала это тогда. А соседей было жалко. Они, конечно, понимали, что это не ребенок играется, а чемпионка сборной, поэтому не кричали в окна, чтобы она перестала, но спать им мешала. А вот подростков и алкашей всегда прогоняли. Хотя последние обычно просто проходили сквозь двор. Как и тогда случилось. Толпа молодых и не очень людей «на веселе» громко шли рядом, а она старалась не отвлекаться. — Девушка! — крикнули уж точно ей. — Эй, девушка! Она не оборачивалась, продолжая стучать мячом по асфальту. — Так хорошо играете! — настойчиво продолжали. — Не хотите познакомиться? Тина надеялась, что они отстанут, потому что Алёны с Пашей дома не было. Некого позвать даже. — Не хочу, — буркнула, уже раздражаясь. — Ладно, чего ты, — поддержал другой. — Вот, Вася тоже умеет. Покажи! Мяч как назло стукнулся о щит и улетел на другой конец площадки. Прямо к ним. Двое парней подошли, немного шатаясь, а остальные остались на скамейках. Вроде одеты нормально. У кого-то даже были очки. Студенты, по всей видимости. Тот Вася взял в руки игровой снаряд, начав водиться. Когда-то точно играл, но очень давно. — Чего стоишь? Присоединяйся, — смеялся его дружок. Алта устало вздохнула, сделав ещё пару шагов назад. До подъезда ей идти надо прямо сквозь них. Убежать не удастся, да и без мяча не очень хотелось. В это время один из них подобрался к кольцу и прыгнул, пытаясь закинуть. В итоге промахнулся, да еще и свалился. Так смешно ей стало, что не сдержалась посмеявшись. — Весело тебе? — гневно вдруг спросил Василий. Почему сразу только ей? Товарищи его вообще ржали громче. А мяч как раз прикатился в её сторону. Вот шанс свалить отсюда. — Оборзели уже эти женщины, — ворчал вставая. — Еще и в спорт лезут. Ты сто процентов играешь где-то. Я твое лицо страшное видел. Тина удивлённо смотрела на него, понимая, что теперь у неё будут проблемы. — Я Чемпионат Мира со сборной нашей выиграла, — гордо отвечала, прикидывая, когда ей начать бежать. — А, вот как! — протянул тот и рассмеялся. — Да у нас тут чемпионка! Девушка медленно отходила в сторону, проклиная всех и себя, в том числе, раз решила выйти в пятницу ночью играть. — Куда пошла? — хмурился, подходя к ней. Не успела и глазом моргнуть, как к ней подошел и второй. Вспоминала, чему учил её бывший-милиционер. Ничему толковому. — Да вы даже ростом ниже, — хмыкнула вдруг. Не сдержалась! Бывает! Инстинкта самосохранения нет абсолютно. Услышала в свою сторону кучу отборных матов, прежде чем один из них схватил её за руку. — Попробуй пискнуть только, — прошипел. — Руку тебе сломаю. Ну, в это верилось. Он был пьян, да ещё и в хорошей физической форме. С каких пор гопота такая пошла? Если не руку, то пальцы уж точно повредит. А без них никуда, по правде. — Пусти, — сама уже тоже разозлилась. — Что? Теперь не так смешно? — довольно ухмылялся. Боже, да за что ей всё это… Вот бы сейчас появились Пашка с Алёной. — Будешь знать, как над мужиками смеяться, — сжал еще сильнее. А она делала вид, что не больно. Может, зря. Испугаться ещё не успела, видимо, хотя такое с ней происходит впервые. — Пусти её, — возник из ниоткуда грубый мужской голос. Спустя секунду руку Василия убрал Белов, возвышаясь над ними всеми и уводя её за свою спину. Тот сразу узнал его, с отвращением отходя. Быстро он сдался. — Ты чего? — удивлённо таращился на него его друг. — Я сейчас вызову милицию! — крикнул кто-то с окна. — Пошли, не будем жизнь наших спортсменов портить. Конечно, в голове он успел прикинуть их шансы против баскетболистов. Да, они не борцы, но скорость, рост и сила играли свою роль. А если бы накинулись толпой, то милицию вызвали бы сразу. В итоге они ушли всей своей кучкой в другое место, а Сережа повернулся к ней, замечая ее цепкий взгляд. — С тобой всё нормально? — оглядывая с ног до головы спрашивал. — Да, — отвечала застыв. — Спасибо. Она готова была сойти с ума в тот момент. Его руки, которыми он отодвинул её назад. Спина, каждая мышца в которой была напряжена. Легкая рубашка не могла скрыть этого. И, главное, смелость… Он ведь знал, что эти парни здесь не одни, но всё равно заступился. Настоящий мужчина. — Пойдем, я тебя провожу, — затем сказал. Пару секунд они просто пялились друг на друга, пытаясь подметить что-то новое за прошедший месяц. Но она всё так же часто кусала губы, оставляя ранки, а он так же улыбался краем рта, при виде неё. Наконец неловко оторвались, направившись к её подъезду. Белов, если честно, хотел проводить её до квартиры, даже до кровати. Лечь вместе с ней, обнять и не отпускать больше никогда. Но он не мог. Алтынай не хотела думать о том, как он шел позади неё, точно смотря на её лохматую прическу или спадающие брюки. Он всегда всё замечал. И, не успела она обернуться, дойдя до подъезда, как услышала короткое: «Прощай». А после быстрые шаги. Хотела крикнуть, чтобы он остановился, остался и не уходил, но попросту не смогла. Слова не хотели срываться с её губ, а оцепенение охватило всё тело. Перед сном долго и мучительно думала об этом. С одной стороны, он бы не смог пройти мимо, даже если бы это была другая девушка, а с другой… Вряд ли он бы смотрел на неё так, как на Тину. Все выходные провела за столом, считая свои деньги и разбирая финансы. Они с Алёной давно хотели купить телевизор, даже откладывали деньги, но до сих пор не решились. Наша студентка не работала, а лишь получала стипендию, да от родителей немного денег. Хватало, безусловно, но свою долю Алтынай уже накопила. Зарабатывала она без премиальных рублей двести. Даже меньше. Это было больше, чем в среднем по стране, а телевизор стоил порядка тысячи. Да, они еще снимали квартиру эту, звали всё время гостей, так что на Алёнку она не злилась за медлительность. Да и не имела права. Решила, что дальше будет копить и купит его сама. Это будет сюрприз ей. А насчёт квартиры… Белов получил ее ещё год или два назад за выдающиеся успехи в спорте. Она тоже хотела так. Но, например, во время сборов им выделялось общежитие. Всё-таки, не все живут в Москве. Но проживать там — сущий ад. Приходилось следовать куче правил, поэтому кто мог, оставался жить у себя. Ну, если быть точнее, упрашивал тренера разрешить жить у себя. Им повезло, что Лидия Алексеевна была доброй. В общем, мысли свои глушила как могла. Но в понедельник, когда они случайно пересеклись возле медпункта, в глазах у девушки он увидел вдруг такое отчаяние и столько боли, что стало не по себе. Тина тут же убежала на тренировку, а он долго пытался внушить себе, что это пройдет. И что ему вправду не до этого всего, ведь они скоро уезжают на Чемпионат Европы. А ей было просто невыносимо видеть его. Проще было забыть Степана, с которым они встречались год, чем этого, которого она поцеловала лишь дважды. Абсолютно несправедливо! Но таков закон подлости, видимо. Или это как-то будет кем-то объяснено. Тине было неважно, особенно, когда она так сильно хотела просто прикоснуться к нему хоть на секунду.