Как это - делить баскетбол?

      Добрый Модестас лишил её «удовольствия» зайти в мужскую раздевалку за вещами Серёжи, передав ей всё в коридор. До этого пару раз уже приходилось либо заходить туда, закрывая глаза, либо долго стоять рядом в попытках достучаться, так как там всегда было очень шумно. Так себе удовольствие в обоих случаях. — Ты поедешь домой? — Спрашивала, вернувшись к той скамейке, где он лежал. — А что мне тут оставаться? — Прошептал устало, не убирая рук с лица. Девушка прикусила губу, понимая, что он явно чем-то недоволен. И не болями в колене или пропущенной тренировкой, а скорее её «поведением». — Если подождешь меня, можем вместе поехать, я тебе помогу, — аккуратно говорила, садясь рядом на корточки. — Тебя ждать ещё час или два, — хмурился тот. Тина не знала, что теперь делать. Даже если он попросит костыли, всё равно будет трудно самому. А устраивать сейчас серьёзный разговор насчет вчерашнего времени не было. Всё-таки у неё сейчас тренировка. — Сумка Розы у Алёны, да? — Спустя минуту молчания подал голос. — Да, — отвечала поднимаясь. — Я тогда по пути домой зайду за ней. Самым верным решением считала дать ему сделать так, как он хочет, и не мешаться. Ещё пара его фраз в таком тоне, и она тоже обидится. Да, как бы странно ни звучало! — Закажешь такси, нечего тяжести таскать, — возразил. — Я дам тебе деньги. Не мог даже сейчас не заботиться о ней. О многом говорит, не так ли? — Заберешь потом их у Севы, — понимая, что ей надо уже бежать, сказал, раз из кабинета в этот же момент вышел их док. Алтынай дёрнулась, чтобы его поцеловать, но он сразу же отвернулся, уставившись в стену. Стало неловко, ведь это произошло на глазах у Всеволода, что терпеливо ждал окончания их разговора. Повезло, что ему всегда было всё равно. Домой пришла часам к десяти, так как Лидия Алексеевна их задержала, а потом договаривалась с Алёной, чтобы та устроила её племянницу в тот же университет, где училась она. А что? Направленность у них примерно та же — физика да математика. Ректоров она всех знала. Одни плюсы! Вот утром и должны поехать. Да, у них там ремонт намечается активно, но это не то же самое, что Олимпиада, поэтому вошли в положение. Дверь открыла ей Роза, стоя в её фартуке. Поблагодарила за сумку с вещами и начала рассказывать, чем занималась. — Ты приготовила ужин? — Удивлялась та. На столе стояла запеканка с картошкой и какой-то салатик. Даже лимонад! Его наши спортсмены не пили в силу большого содержания сахара, естественно. Значит, купила это всё сама. Ну, родители, видимо, дали в дорогу много денег. — Правда, всё уже остыло, — погрустнела девочка. — Сергей есть отказался, а я думала, что ты придешь раньше. Тина отвечала, что с удовольствием сейчас поест, несмотря на то, что такое блюдо та готовила впервые, как оказалось. Но сначала надо было переговорить с кое-кем. — Серёжа? — Нашла его в спальне за закрытой дверью. Похоже, что комсорг был не в настроении. Он лежал на кровати в полной темноте и даже не переодевшись. — Ты спишь? — Не понимала. Он отрицательно покачал головой и она села рядом с ним. — Колено не перестало болеть, — объяснил, еле выговаривая слова. — Можешь… Не успел закончить, как она уже вышла, приговаривая, что сейчас принесет и лёд, и обезболивающее. Тревожно на него глядела, пока он пил таблетки, и приложила лед к ноге. Он хотел сам его держать, но Алтуша его остановила, мягко оттолкнув обратно на кровать. — Скажешь Розе, почему я не смог попробовать её ужин, — тихо говорил. — Чтобы она не обижалась. Та кивала, другой рукой поправляя волосы, что падали на его потный от боли лоб. — Я, наверное, лягу на диван, а вы тут вдвоем, — снова вполголоса. — Тебе нельзя тревожить колено, Серёж, — ответила, смахивая одинокую слезу на его щеке. Тот шумно выдохнул, понимая, что она права. — Если ты не хочешь спать вместе, я лягу с ней, — вот эти слова дались ей очень тяжело. Белов распахнул глаза, уставившись на Алту и не веря своим ушам. — Милая, как бы я ни злился, это не повод растягивать ссору и спать раздельно, — серьёзно, но с такой нежностью. — Прости, что не сдержала слово, Серёж, — наконец-то произнесла, встретившись с ним взглядами. Ресницы его были мокрые, так что взгляд казался выразительнее. Но он не ответил, продолжая смотреть на неё. И было что-то не то в его глазах. Комсорг сомневался в чем-то. — Грустно, что девушки вечно не придают этому большого значения, — размышлял. Его бывшая девушка, да и все знакомые женского пола страдали тем же. Для них почему-то имело смысл быть только обещаниям, а «давать слово» они могли направо и налево. Для всех парней, кого он знал, было в точности да наоборот. И что с этим делать? — Иди поешь, — мягко говорил, забирая лёд из её рук. Хотелось полежать в одиночестве со своей болью и всеми мыслями. Да, ни к чему не пришли! Девушка в моменте вообще перестала его понимать, не зная даже, что сказать. Ну, будь что будет… — Ты что даже телевизор не включала? — Осознав, что племянница весь вечер тупо слонялась по кухне, спросила. — Нет, сначала нужно же разрешение спросить, — хмыкнула та, будто её тётя вообще не мыслила в таких делах. Тина кивнула. Поблагодарим родителей за надлежащее воспитание? — А можно я позвоню маме? — Наконец попросила, когда та уселась за стол. — Боже! — Воскликнула Алтуша. — Прости, пожалуйста, я совсем забыла! Весь день суетилась. Из сумочки достала бумажку с новым номером, по которому её просили теперь звонить. Роза улыбалась, безусловно понимая родственницу. Она могла и сама набрать маму, но у неё не получилось, так как нужно было звонить межгород. — Если операторы ночью работают, — вспомнила, набирая «семерку». Спустя пару мгновений удалось заказать звонок на Юг Казахстана, который там сразу же взяли. Тетя Люба громко, как всегда, радовалась, услышав наконец голос своей дочери. А в это время наша баскетболистка начала есть, краем уха слушая их разговор. Такая она была милая эта ваша Розочка! Умная, красивая и воспитанная! Женихов придётся так и отгонять от неё. Лишь бы не баскетболисты, а кто-нибудь, кто не будет знать ни Белова, ни её… Кстати, о нем. Сёрежа после обезболивающего нашел силы только сходить в душ, затем снова закрывшись в комнате. А какое-то напряжение в их паре почувствовала и будущая студентка, которая немного волновалась перед завтрашним походом в университет. Но вставать надо было рано, поэтому они разошлись по комнатам. — Ты спишь? — Тихо спрашивала у комсорга, ложась рядом. Тот не ответил, молча обнимая её. Разлад перед самым важным событием в жизни каждого спортсмена им был не нужен. Получилось некрасиво и неприятно, но ничего не оставалось, кроме как простить и забыть. И уже вечером их ждала радостная новость: Розе разрешили сдать вступительные экзамены! На какие-то она успевала, а какие-то уже прошли, поэтому ей безумно повезло. Да и обращались не так строго, как она ожидала. Алёна со всеми договорилась, а её практически все знали. Как-никак, не много девчонок идут к ним на такие специальности. Праздничного ужина не было, да и ещё не время было. Девочка постоянно готовилась, а дни так и пролетели незаметно. И уже ко дню их отъезда в Германию Роза успела сдать два вступительных из четырех на твердую «пятёрку». Родители на родине ею очень гордились. — Попросишь Пашу, он тебе поможет с сумками, — давала наставления Тина, вручая племяннице ключи от квартиры, говоря о переезде в общежитие. Стояли они у автобуса возле Дворца Спорта. Вместе с ними летела мужская сборная и сборные по плаванию, так что, считай, «автопарк» сейчас был. — И если нужны будут деньги, не стесняйся, спрашивай, — улыбалась. — Что ещё?.. Ну, квартиру только не сожги, а так она полностью в твоем распоряжении. — А хозяйка не придет? — Нет, — хмыкала. — Это Серёжина, так что всё нормально. Вспомнив про него, девушка взглядом сразу же попыталась найти вышеупомянутого, но его нигде не было. — А мне точно можно там оставаться? — Нахмурилась та. — Конечно! Не думай даже об этом, — успокаивала. За это время с Беловым она особо не успевала поболтать нормально, как и с Алтушей, но её она хотя бы знала. Сейчас было как-то неловко принимать в свое распоряжение целую квартиру в центре Москвы от мужчины, которого толком даже не знает… Но мама говорила, что всё нормально, ведь он вскоре должен стать её дядей… Ну, судя по тому, что видела Розочка, на крепкую пару они не особо походили. Только с утра, когда ей краем глаза удавалось увидеть их обнимающимися у плиты. Вечером силы на поболтать с молодым дарованием находились только у Тины. Как-то невежливо? Ну, неудивительно, учитывая, что он по характеру необщительный, да и ему было не до этого со всеми сборами, если честно. — Серёжа! — Наконец заметила его, подзывая к ним. А он притащил с собой Модю, которого только сейчас познакомили с девочкой. — Сколько ей? — Улыбался он, за что получил кулаком в плечо от Алтынай. Роза глядела снизу вверх на них с большими глазами, полными непонимания, но Белов дал знак, чтобы она не забивала себе голову этим. — Ладно, давай беги, Рауш, — обнимались. Баскетболистам пожелали удачи, и они поплелись в свои автобусы. Про кличку у неё потом спросят ещё. — По казахски «раушан» — это «роза», — заглядывая в веселые глаза Паулаускаса, отвечала. В аэропорту было безумно много народа, особенно много было в спортивной форме с надписью «СССР» на спине. А они сидели в зале ожидания, о чем-то разговаривая. Видимо, её племянница смотрела плохо, раз не видела то, насколько наша парочка была любящей. — Не волнуйся, — тихо просил Белов, сжимая её ляжку, так как нога нервно постукивала по полу. Другой рукой он держал девушку за талию, немного прижимая к себе. Всюду слышался смех таких же причастных к Олимпиаде, как они. — Я звонил Алёне, — пришел обратно литовец, — им срочно надо ехать сейчас в Одинцово, а до этого она так и не объяснила, где они были. Пара должна была тоже прийти ко Дворцу провожать друзей, но по непонятным причинам так и не появилась. А что у них там в том городе — тоже никто не в курсе. Ну, их дело. Никто не был в обиде, естественно. Больше было страшно за Розу, которая теперь по факту остается одна. — Они не сказали, когда вернутся? — Нервно заламывая пальцы, спрашивала Тина. Тот отрицательно помотал головой и уселся напротив. От шума болела голова, а она ещё и не выспалась… Игры начинались для неё не так, как того хотела она сама. Во время перелёта было более менее, так как её соседки всё время отсутствовали, дав ей возможность разлечься на все сидения и вздремнуть. А парни в это время рубились в карты, обсуждая что-то насущное. По прилету их ждали автобусы, разумеется. Ну, Европу они уже видели, ничего нового, если на чистоту. Германия, точнее ФРГ, была страной красивой, но она ни в какое сравнение с Италией даже не идет (по словам пары высоких молодых людей). — В Питере лучше, — хмыкала Яна, разглядывая здания за окном. Увы, экскурсию по олимпийской деревне им не провели, сразу довезя до их корпуса. Только если объяснили на словах. Значит, есть повод прогуляться! Жаль, желания ни у кого не было. Видать, все устали после такого путешествия. — Что ты, голова? — Смеялась Дианка, падая на свою кровать. Их поселили вместе, но не потому, что они лучшие подружки, а так заладилось ещё с каких-то там пор. Некоторым без разницы, с кем жить, а некоторых в списках первых пишут друг напротив друга. Например, эти двое или Белов с Модей. Последних вообще не представить раздельно. — Будешь бегать к своему теперь? — Продолжала, рассматривая их номер. А как иначе, когда номер Серёжи буквально через три двери? — Ладно-ладно, — увидев смущенную улыбку Тины, сдалась. — Только на моей кровати ничего не затевайте, да? — Диана! — В шоке ахнула обескураженно, а та залилась хохотом. — Что вы тут ржёте? — В дверном проёме внезапно появились две девушки из их команды. — Пошлите уже! — Куда? — Не поняла та. — Разве вы не говорили, что мы не собираемся никуда идти? — Это мы Лидии Алексеевне так сказали, — хитро ухмылялись, выводя за руки девушек. — Там сейчас тренировка у тяжелоатлетов, Алтуша! Они торопливо шли куда-то, пока Тина непонимающе оглядывалась по сторонам. — Вот и твоя остановка! — Снова смеялась их капитан, когда они пронеслись рядом с комнатой Белова, откуда он и вышел, с интересом глядя на них. Они ушли дальше, а наша баскетболистка встала напротив, тупо пялясь на него. Такой красивый он стоял, разрази её гром! — Краем уха услышал, что к какой-то сборной на тренировку бежите, — улыбался, заправляя прядку волос ей за ухо. — Да? — Включила «дурочку», улыбаясь в ответ. — Беги давай, малыш. К ночи увидимся, — и хотел уже поцеловать её, как с другого конца коридора подали голос её напарницы. — Алтуша! Пошли уже! — Хихикая. И она убежала. А в глазах — его застывшая на губах улыбка. Нет, если она его потеряет, с ним уйдет всё её желание жить. Он буквально мог сделать её день лучше только лишь парой фраз или шуткой. Даже одним касанием. — Такой у тебя взгляд, конечно! — Удивлялись девчонки. — Какой? — Испуганно. — Нежный до невозможности, — тихо в ответ. — До рвоты, я бы сказала, — влезла другая, пошутив. Девушки посмеялись, а кому-то прилетело по шапке, безусловно. Такой компанией они и пошли куда-то, куда даже дороги не знали. К ним еще присоединились несколько человек, так что куча была большая. И шумная… Привлекли они там внимания даже слишком много. Почему именно тяжелая атлетика? Ну, девушки у нас были немаленькие по размерам, так что мужей себе искали ещё больше, чтобы не смотреться на их фоне гигантшами. А нашей вот повезло…