продолжай пытаться

— Деку, это уже становится смешно, — заныла Урарака. Она оперлась головой о стол и застонала. — Просто иди туда и уже признавайся. Когда ты, наконец, выйдешь замуж, мне будет восемьдесят. — З-замуж! — Здесь жарко или это просто жар умерщвления Изуку? — Кто сказал хоть что-нибудь о свадьбе?! Улыбка, которой Урарака наделила его, была почти злой по своей природе — или такой же злой, как блестящий солнечный шар, которую могла собрать Урарака. — Я говорю! Потому что я собираюсь спланировать твою свадьбу. Изуку, хотя и был невероятно счастлив, что у него есть такой замечательный друг, как Урарака, хотел спрятаться под обеденными столами и никогда-никогда не выходить наружу. К вечному облегчению Изуку, Иида выбрал именно этот момент, чтобы, наконец, выбраться из очереди за обедом и устроиться рядом с Ураракой. — Что мы обсуждаем? — Единственную настоящую любовь Изуку, — поддразнила Урарака, слегка взмахнув ресницами. Лицо Изуку стало темно-красным. Иида растерянно сморщил нос. — Кого? Урарака вздохнула, прежде чем ее палец ткнул в сторону стола Яойорозу. — Кого еще, Иида-кун? Человека, на которого Деку пялился несколько месяцев подряд. — Я-я не пялился! Это не очень убедительное заявление, если судить по невозмутимым взглядом Урараки и Ииды, стреляющих в него. Изуку откинулся на спинку сиденья. — Пожалуйста, Деку, пожалуйста, пригласи его на свидание. — Урарака схватила его за плечи и легонько встряхнула. — Это длится уже несколько месяцев! И я люблю тебя, правда люблю, но я уже не могу слушать твои вздохи. Это разговор, который уже был раньше. Изуку нервно постучал пальцами по столешнице. — Я-я не могу просто пригласить его на свидание! Я имею в виду, он такой удивительный! У него должно быть так много людей, которые хотят быть с ним, и я просто... — Нет! — Урарака встряхнула его чуть сильнее. — Я собираюсь остановить тебя прямо сейчас. Выражение ее лица смягчилось, пока прежнее раздражение не сменилось теплотой и добротой. — Деку, ты замечательный человек! Ты один из самых впечатляющих учеников в нашем классе, и Тодороки-кун был бы просто счастлив встречаться с тобой. Так что, пожалуйста, ради любви ко всему святому, пригласи его на свидание. — Я даже не знал, что у тебя есть к нему чувства, — пробормотал Иида. Он выпрямился и резко указал на стол Яойорозу. — Но наверняка Тодороки захочет тебя выслушать. Я настоятельно рекомендую тебе сообщить ему о своих чувствах. Изуку вздохнул. — Нет. — Давай, Деку. Пожалуйста? — Урарака подняла голову, и ее карие глаза стали немного шире. Изуку дружил с Ураракой чуть больше года, и он все еще не был застрахован от щенячьего взгляда. Неохотно Изуку поднялся со своего места и осторожно прошел через столовую. Позади него он только слышит восторженный визг Урараки и более приглушенное одобрение Ииды. Затылок горит от смущения. Он остановился в конце стола Яойорозу, рядом с подносом Шото. Яойорозу и Джиро оценили его испытующим взглядом, прежде чем демонстративно вернуться к своему предыдущему разговору с удвоенной громкостью. Весь класс знает о смущающей любви Изуку? Честно говоря, он бы не удивился. — Эм, привет, Тодороки! Тодороки оторвался от своего обеда и склонил голову. — Мидория. Изуку обливался потом. Он оглядывается на Урараку и Ииду и видит их широкие и полные энтузиазма улыбки. Иида выглядит немного смущенным, но Изуку беспокоит маниакальное ликование в глазах Урараки. — Э-э, я просто хотел спросить... Голова Тодороки мило склонилась набок, словно щенок, пытающийся слушать. Мысли Изуку были перенесены с его не очень тщательно продуманной речи на блестящие несоответствующие глаза, с помощью которых Тодороки сосредоточил свое внимание на нем. Неа. Нетушки. Он не сделает этого. Вздохнув в поражении, Изуку опустил голову. — Могу ли я переписать твои заметки с урока Сущего Мика? Тодороки моргнул, явно удивленный, но кивнул с легкой полуулыбкой. — Конечно. Неловко Изуку повернулся, чтобы уйти. Он чувствовал острый взгляд Яойорозу и осуждающий взгляд Джиро, следивший за ним в ответ. Урарака вздохнула и покачала головой, когда Изуку мрачно направился обратно к их столику. — О, Деку. Это полное разочарование. ____________________________________________________________________ Изуку потребовалось некоторое время, чтобы собраться с духом, чтобы даже подумать о том, чтобы снова пригласить Тодороки на свидание. Единственная причина, по которой он вообще согласился, была из-за уговоров Урараки и прямолинейности Цую: — В конце концов, ты сделаешь это, Мидория-кун. Импровизированная тренировка оставила Изуку с несколькими царапинами от скольжения по гравию, а Тодороки стукнуло по голове падающими обломками. Оба были отправлены в кабинет Исцеляющей Девочки, где Изуку тут же притворился, что не смотрит на Тодороки в кровати напротив него. Он ничего не мог с собой поделать! Тодороки был так хорош в дневном свете, когда солнце превращало красно-белые волосы в огонь и солнечный свет соответственно. Тодороки, казалось, почти растекся, и Изуку не мог оторвать глаз. Возвращаться к общежитию было пыткой. Изуку старался не превратиться в лужицу от любви, когда Тодороки одарил его знакомой полуулыбкой. — В последнее время ты нервничаешь, — заметил Тодороки. — Все в порядке? — В-в порядке. Я в порядке. Все хорошо. А ты? Тодороки, казалось, позабавило его заикание. — Я тоже в порядке. — Его брови озабоченно хмурятся. — Ты уверен, что все в порядке? — Ага! В порядке! Все лучше... лучше, чем когда-либо. Тодороки многозначительно посмотрел на него. Изуку вздохнул. Сейчас или никогда. Ему надоели приставания друзей. Это так же, как срывать пластырь. Ему нужно было рассказать Тодороки о своих чувствах. — Эм, на самом деле? — Изуку остановился как вкопанный и повернулся лицом к Тодороки. — Мне нужно было тебе кое-что сказать. — Ага? — Я хотел...сказать тебе, что ммм... — Да? Изуку вздохнул. — Я просто нервничаю из-за теста, который, как сказал Айзава-сенсей, он собирался дать. На этот раз Тодороки широко улыбается, улыбка достаточно яркая, чтобы заставить Изуку забыть обо всем, кроме этого простого момента, застывшего на полуденном солнце. — Не нервничай. — Тодороки двинулся вперед, слишком быстро, чтобы Изуку мог среагировать, и нежно схватил Изуку за плечо. — Ты справишься, как всегда. — Ага... справлюсь. ____________________________________________________________________ Попытка номер три происходит с Изуку в середине просмотра одного из ужасных фильмов ужасов Ашидо. В общей комнате студенты столпились небольшими группами. Изуку заметил, как Урарака мило прижимается к Цую, рядом с диваном. Сам Изуку сидел на полу с миской попкорна на коленях и едва касался плечами Тодороки. Наблюдение за тем, как каких-то менее чем умных подростков жестоко убивают из-за их глупого выбора, каким-то образом успокоило мысли Изуку о его собственных чувствах к Тодороки. Даже если Тодороки прямо отвергнет его, это не будет концом света. Напряжение в плечах Изуку ослабло, и он обнаружил, что наслаждается фильмом гораздо больше. Если ему нечего терять, а можно только выиграть, ему следует просто продолжать пытаться. Если есть хоть малейший шанс, что Тодороки может любить его в ответ, что ж, Изуку надо воспользоваться им. — Эй, Тодороки? — спросил Изуку тихим шепотом. Он не сводил глаз с экрана телевизора, слишком напуганный, чтобы повернуться и увидеть лицо Тодороки. — Ты мне действительно нравишься. Э-это то, что я пытался сказать тебе за пределами лазарета, однажды и... и я знаю! Я знаю, что ты, возможно, не чувствуешь того же, но я... На плечи Изуку лег тяжелый груз. Вздрогнув, он посмотрел на голову с красно-белыми волосами, лежащую на нем. Судя по расслабленному выражению лица Тодороки и плотно закрытым глазам, он уже давно спал. — Да вы издеваетесь надо мной, — в ужасе прошептал Изуку. Конечно, когда он, наконец, набрался смелости признаться, Тодороки уже спал. Вздохнув, Изуку снова обратил внимание на фильм. Однако он должен был признать, что вид сонного Тодороки, почти вцепившегося в него, был лучше любого фильма, который он когда-либо видел. Почти бессознательно Изуку прижался к Тодороки, не обращая внимания на то, что холод от правого бока Тодороки был слегка колючим. ____________________________________________________________________ Признаться во время тренировки, возможно, было не лучшей идеей Изуку. Однако он впадал в отчаяние. С каждым днем ​​его сердце наполнялось сознанием того, что у него есть такой замечательный друг, как Тодороки. Его чувства росли и росли, и Изуку не знал, как долго он сможет выдерживать ожидание. Он был терпелив, но он больше не может ждать. Упражнение было простым: не попасть в засаду. Как и в упражнении «Герои против злодеев», студенты были разделены на команды героев и команды злодеев. Команды злодеев попытаются устроить засаду и остановить героев, пока герои будут искать выживших в руинах «разрушенного» города. Это было легко, просто, и Изуку почти казалось, что он может спокойно выдохнуть. Он мог слышать голоса Каминари и Джиро, ссорившихся в паре кварталов от того места, где они находились. Соскользнув в расщелину в стене рядом с Тодороки, они затаили дыхание и стали ждать. — Должны быть где-то здесь, — как ни в чем не бывало заявил Каминари. — Впереди еще одно большое здание. Мидория не сможет сопротивляться желанию спасти всех этих людей. — Ты можешь заткнуться? — прошипела Джиро. Раздался звук, как будто она только что ударила его по плечу. — Мы должны устроить им засаду. Нас могут услышать за милю. Их шаги хрустели по гравию, и в конце концов их голоса стихли. Изуку вздохнул с облегчением. Он сделал ошибку, оглянувшись на Тодороки. Тодороки был втиснут в стену еще глубже, его ноги были скрещены на груди в попытке стать как можно меньше. Карие и голубые глаза были почти скрыты в тени, и Изуку мог видеть только огненно-красный цвет левой части его волос. Тени в плохо освещенной щели, казалось, идеально подчеркивали Тодороки — идеальное лицо, идеальные волосы, идеальное все, на самом деле. Изуку поражен. — Э-э-э, Тодороки? Может быть, нам стоит попробовать выбраться? Тодороки улыбнулся при этом, той улыбкой, которую Изуку видел все чаще и чаще. — Веди нас. Изуку выбрался из дыры в стене и осторожно вышел на открытое пространство. Ни Каминари, ни Джиро не было видно, так что Изуку подал сигнал Тодороки. — Ты в порядке? — спросил Тодороки. — Я в порядке, — ответил Изуку. Тодороки покачал головой, будто не совсем в это верил, но вместо этого протянул руку и провел большим пальцем прямо под глазом Изуку. Изуку был так поражен, что чуть не уронил карту, которую Айзава-сенсей дал им в начале упражнения. — Ты весь в саже, — заметил Тодороки. Безмолвному, Изуку пришлось выдавить из себя слова. — Т-ты тоже. Тодороки блаженно улыбнулся при этом, такой же великолепный, как всегда, даже с пятнами грязи на лице и сажей, сделавшей белую половину его волос почти седой. Изуку собрал все свое мужество и улыбнулся. — Эй, Тодороки? Ты мне действительно очень нравиш- — НЕОЖИДАННАЯ АТАКА! — Каминари выскочил из ниоткуда и чуть не приземлился прямо на Изуку. Только использование Изуку «Один за всех» остановило его от удара кулаком по лицу. — Ха-ха! Спорим, вы подумали, что мы уже ушли, — маниакально ухмыльнулась Джиро. Она уже работала, чтобы загнать Тодороки в угол к стене. Раздраженный, Изуку стиснул зубы и сосредоточился на битве. Он расскажет Тодороки в другой раз. ____________________________________________________________________ Последняя попытка убедила Изуку, что вселенная ненавидит его, и он никогда, никогда не сможет признаться Тодороки Шото. Казалось, сами небеса сговорились против него. Изуку часто покидал общежитие по выходным, чтобы навестить свою мать, и Тодороки делал то же самое. Утром они вместе шли на вокзал, а днем ​​ждали друг друга, чтобы вернуться вместе. Это была рутина, которая очень нравилась Изуку, потому что он любил проводить время с Тодороки. В тот день было пасмурно, и Изуку почти чувствовал на коже надвигающийся дождь. Холод, казалось, пронзил куртку Изуку, и почти бессознательно он подошел немного ближе к левому боку Тодороки, пытаясь согреться. Их плечи соприкоснулись. — Ты уверен, что все в порядке? — наконец спросил Тодороки, нарушая молчание. — Я пытался спросить Урараку, не беспокоит ли тебя что-нибудь, но она только рассмеялась. Конечно, Урарака рассмеялась. Четыре раза Изуку пытался пригласить Тодороки на свидание, и четыре раза ему мешали собственные нервы или простое совпадение. Это начинает раздражать. — Все в порядке, — ответил Изуку, пытаясь придать своему голосу немного бодрости. — Кроме... Тодороки смотрел на него, ища что-то. Обычно стоическое и непроницаемое лицо Тодороки смягчилось. — Ты ведь знаешь, что можешь рассказать мне что угодно, верно? Это было правдой. Тодороки был одним из лучших друзей Изуку, и ничто не могло этого изменить. Пятый раз был очаровательным? — Тодороки... Я- Слова Изуку были внезапно прерваны его воплем удивления, когда облака разверзлись и обрушили свое недовольство на голову Изуку. Через несколько секунд и он, и Тодороки промокли до нитки. Все мысли о признании были выброшены из головы, Изуку схватил Тодороки за запястье и помчался по улице. Тодороки слегка спотыкается на первой ступеньке, но вскоре они уже бежали бок о бок под дождем. Это такое тупое совпадение, когда Изуку, наконец, собирался рассказать Тодороки о своих чувствах. Это такое ужасное совпадение, и действительно, Изуку на самом деле не нужно ничего говорить Тодороки. Он счастлив сейчас, в этот пропитанным дождем момент, просто будучи рядом с Тодороки. Изуку откинул голову назад и рассмеялся, чувствуя, как капли дождя скользят по его лицу и падают на горло. Он чуть не споткнулся, но Тодороки быстро притянул его к себе, удерживая. Он был согретым, прижатым к левому боку Тодороки. — Над чем ты смеешься? — спросил Тодороки, едва слышный за ливнем. Изуку не нужно было поворачивать голову, чтобы понять, что Тодороки смотрит на него с веселой улыбкой. — Просто так! — крикнул Изуку в ответ. Он чувствовал себя свободным, понимая, что отношения не важны. Он просто счастлив, что Тодороки рядом с ним. ____________________________________________________________________ На следующий день Тодороки подошел к его столу. Изуку даже не взглянул на него, слишком занят, пытаясь держать голову прямо и не умереть. Оказалось, что от бега под дождем можно заболеть. Особенно, если у вас нет способности регулировать температуру горячим и холодным воздухом. Изуку жалобно фыркнул. Он не променял бы этот единственный момент с Тодороки под дождем ни на что в мире, но он хотел бы выйти из этого опыта, не чувствуя себя, так будто бы смерть стоит перед ним. Урарака бросила термос, полный чая, коробку салфеток и пакетик леденцов от кашля на его стол, прежде чем уйти, чтобы поговорить с Цую. Урарака лучшая. Изуку потягивал чай из ее очаровательного термоса с рисунком в виде розовых котят, когда Тодороки остановился прямо на краю стола Изуку, просто глядя вниз. — Привет, Тодороки! — Голос Изуку был хриплым из-за его холода, и он звучал смешно. Морщась от смущения, Изуку тем не менее продолжил. — Тебе что-то нужно? — Да. — ответил Тодороки. — Ты пойдешь со мной на свидание? В эту субботу. Изуку чуть не выронил термос. Неловкими пальцами он положил его на стол правильной стороной вверх. — К-конечно! Я-я бы с удовольствием! — Хорошо, — ответил Тодороки. Для постороннего он, возможно, не показал бы никаких эмоций, но Изуку мог видеть облегченную улыбку в уголках его рта. — Это свидание. Тодороки прошел мимо без дальнейших фанфар, а Изуку остался сидеть там, совершенно ошеломленный. — Омойбог! Деку! У тебя наконец-то свидание! — Урарака закричала, метнувшись практически через всю комнату и сминая ребра Изуку в радостных объятиях. — Я...У меня свидание? — У тебя свидание! — Что? — Как это произошло? Как Изуку, после нескольких недель попыток пригласить на свидание Тодороки Шото, получил приглашение от самого Тодороки. Когда Урарака висела на нем, визжала уверяя, что суббота будет лучшим днем ​​в его жизни, Изуку обнаружил, что ему все равно. Незадолго до начала занятий он оглянулся на парту Тодороки и обнаружил, что Тодороки смотрит на него с тем же влюбленным выражением лица, которое Изуку носил все эти недели. Они оба были абсолютно влюблены друг в друга. Изуку повернулся на своем месте, его сердце почти разрывалось от радости. Суббота обещает быть идеальной, и предвкушение наверняка убьет Изуку до конца недели. Если только Изуку сможет вылечиться от этой дурацкой простуды.