Это был самый обычный день, такой же как и все остальные до этого.
К несчастью Эндрю сегодня понедельник, поэтому в данный момент ему приходится ловить мух в воротах и мечтать о том, чтобы перенестись на день назад и проснуться в объятиях своего парня.
Но к сожалению чудес не бывает.
Всё что остаётся — это состроив своё обычное кирпично-недовольное лицо отбивать мячи обратно этим идиотам и думать о том чтобы послать какое-нибудь фото Веснински. Через пол часа эти мучения закончились и их всех послали нафиг с поля под предлогом «Вы всё равно нихрена не делаете» от всеми любимого тренера Дэвида Ваймака.
Смыв с себя весь пот и тяжесть от тренировки, Миньярд поспешил одеться, но не успел он сделать и трёх шагов от своего шкафчика, как раздался звонок. Всё кто мог ему звонить находились в зоне его досягаемости. Все, кроме одного. И поэтому Эндрю поспешил взять трубку чтобы замереть услышав:
— Эндрю… — начал Натаниэль, — Прости. -тишина на другом проводе будто бы оглушила Миньярда. Ему хотелось бросить всё, лишь бы оказаться где-то там, рядом со своим возлюбленным и узнать что он черт возьми несёт. — Просто знай, ты — лучшее что произошло в этой жизни…
Всё.
Звонок окончен.
Ровно минута сорок семь секунд.
В груди Эндрю что-то оборвалось. Было такое ощущение, будто его окунули в ледяную воду, и под удивленно-заинтересованные взгляды сокомандников он вылетел из раздевалки судорожно набирая заученный наизусть номер.
Потеряв всякую надежду услышать в трубке родной голос, Миньярд набрал мистера-я-тут-самый-главный-Морияму.
С третьей попытки на том проводе ответили.
— Ичиро, скажи мне что с ним. — когда воцарившаяся тишина нарушается всхлипом, Эндрю сразу понимает что никогда больше не увидит его живым.
В тот момент он и сам будто умер. Всё что ему хотелось узнать, это лишь — Как?
— Натан Веснински добрался до Ната раньше чем…
Дальше Миньярд слушать не стал, итак ведь всё было понятно.
Сердце дало первую трещину.
В голове прокручивались воспоминания вчерашнего дня, когда Нил вёл себя немного не так как обычно. И только сейчас Эндрю понял что его парень прощался с ним. Когда Миньярд нащупал кольцо на цепочке, то его сердце дало вторую трещину.
Натаниэль Веснински с самого начала знал что умрёт сегодня, но всё равно сделал ему предложение.
От этого стало ещё больнее.
А в голове всё так же проносились воспоминания, связанные единственным человеком, который давал его жизни смысл, наполнял её счастьем и любовью. Но теперь
его нет.
Нил больше не скажет ему как сильно он его любит.
Нил больше не улыбнётся ему.
Никогда не поцелует его.
Никогда не обнимет.
Не заставит его играть в это дурацкое экси.
Не подарит ему такие нежные, успокаивающие прикосновения и слова во время кошмаров или панических атак.
Не будет ничего.
— Рене, купи самый крепкий алкоголь который только найдешь и оставь в комнате. Все остальные на тебе. — надломленным голосом сказал Эндрю, не в силах скрыть разрывающую изнутри боль.
— Эндрю? Что-то случилось? — Рене была удивлена, когда не увидела его в компании Кевина и братьев после тренировки и узнала что тот уехал, оставив их здесь без каких-либо объяснений. И вот, сейчас он звонит ей, явно сдерживая истерику и просит присмотреть за теми, кого поклялся защищать во что бы то ни было.
— Он умер.
— Этот человек был тебе дорог, да? — девушка не стала спрашивать о личности. Миньярд всё равно бы не ответил. Но в оцепенении замерла, когда услышала:
— Да. Дороже моей ебаной жизни.
На этом их разговор был окончен. Сгорая от желания увидеть Нила, в каком бы состоянии он ни был, Эндрю понёсся в сторону Балтимора нарушая при этом все возможные правила дорожного движения. Даже если бы он разбился сейчас, ни о чем было бы жалеть. Аарон и Ники смогли бы продолжать жить своими жизнями, возможно, изредка вспоминая о нём.
А Эндрю без Нила жить скорее всего не сможет уже никогда.
***
Стоя перед изуродованным телом любимого в балтиморском морге Эндрю был уже не в силах сдерживать эмоции.
Рука ощущала холод кожи под собой.
Глаза видели все травмы.
Мозг понимал, что человек мёртв.
А сердце дало последнюю трещину и окончательно разбилось.
***