Страх

- Пошевеливайся, ублюдок. Никто не собирается ждать, пока ты наплачешься. Грубо толкнув бледного юношу, надзиратель тихо ухмыльнулся, взглянув в залитое слезами лицо брюнета, с силой закусившего губу. Руки в наручниках дергают на себя, давая услышать тихий стон и, через миг, парня заводят в неприметную серую дверь, останавливая перед заваленным документами столом. Подняв напуганный взгляд, парень задерживает дыхание, ощущая, как мерзкая дрожь проходит по телу, как только он замечает собравшихся. За столом, одетый в белый халат, восседает врач. На лице застыло совершенно равнодушное выражение, пока он берет какую-то папку, утомленно вздыхая, начиная листать многочисленные страницы уголовного дела. - Учиха Саске. - Проговаривает он словно бы сам для себя и тут же, двое работников колонии, остановившихся позади стола медика, чуть распрямляются, уверенно приближаясь к испуганному юноше, попытавшемуся отступить назад. - Медицинское освидетельствование, а потом в камеру. - Удерживает его на месте надзиратель, который вел от самой машины, привезшей его из здания суда. - Раздевайся догола. - Звучит холодный голос и брюнет на миг жмурится. Все внутри сжимается от паники. Последние слова судьи и вынесенный приговор. Словно бы в одно мгновение вся жизнь пролетела перед глазами, заставляя бессильно упасть на холодную скамью в клетке. Слезы текут так сильно, что он почти не может разглядеть бледное лицо брата в зале, а потом его грубо хватают и толкают к выходу. Это его голос? Что он кричит? Тянется к протянутым рукам брата, но не может дотянуться. Он что-то говорит? Пытается успокоить? Уверить, что все будет хорошо? - Раздевайся. Что застыл? - Резкий голос вырывает из чудовищных воспоминаний и Саске в шоке поднимает лицо, замечая остановившегося, возле него, молодого охранника со светлыми волосами. Яркий взгляд голубых глаз направлен прямо на него, словно в самую душу, заставляя ощутить странный и такой сильный холод. - Не время смущаться. Дрожащие руки медленно тянутся к рубашке, начиная расстегивать пуговицы. В голове полный сумбур. Неужели это происходит с ним? Это реальность или жуткий кошмар? - Живее, никто тут стриптиз не заказывал. - Хохотнул охранник, так и оставшийся стоять в стороне, за спиной тюремного врача. - Как-будто дел больше нет, как с малолеткой возиться. - Закончил он, затем складывая руки на груди и переводя взгляд на поднявшегося медика, доставшего из кармана своего халата упаковку стерильных перчаток и тюбик смазки. - Держите его. - Спокойный голос и тут же, закончившего раздеваться парня, грубо хватает блондин, с силой нагибая, слыша, как тот испуганно охает, затем ударяя по голым ступням, заставляя расставить ноги шире. - Есть что-то запрещенное? Оружие? Наркотики? - Слышится за спиной и, скорее помотав головой, в следующее мгновение парень громко застонал, ощущая, как, без предупреждения, его ягодицы широко разводят, а внутрь тела вторгается рука медика, вызывая дикий стыд и мерзкую боль. На пол начинают капать слезы и Учиха сжимает зубы чуть ли не до хруста, стараясь выдержать унизительную процедуру. - Расслабился. - Звучит приказ и тут же из горла вырывается вскрик, как только пальцы тюремного врача проходят глубже, обдавая внутренности обжигающей болью. В волосы вплетаются пальцы охранника, сильно перехватывая и дергая вниз, заставляя нагнуться еще ниже. - Достаточно, Узумаки. - Бросает быстрый взгляд на блондина работник тюрьмы и затем все же отстраняется, тут же начиная стягивать с рук перчатки, покрытые кровянистыми разводами. - В душевую, выдать форму и пусть сегодня сидит в «одиночке». - Отходит мужчина, не обращая никакого внимания на тихие всхлипы новоиспеченного заключенного. - Да, господин Накамура. - Откликается надзиратель, бросая взгляд на своих подчиненных. - Узумаки, это на тебе. Отведешь в четыреста двадцать первую.