Страх

Устало войдя в свою камеру, слыша, как запирают за ним дверь, юноша уныло оглядел убогую обстановку, с трудом вздыхая и опускаясь на скрипнувшую под его весом кровать. Все тело ломило от тяжелой работы, а желудок неприятно сжимался, заставляя ощущать рвотные позывы. Стоит ли радоваться, что еще один день прошел? Есть ли вообще надежда на освобождение? Сколько еще он будет заточен в этом мрачном каземате, соседствуя с жестокостью и безумием работников и остальных заключенных? Тяжелые мысли начали бить в самое сердце, переполняя жутким чувством тревоги и Саске скорее замотал головой, прижимая ладони к лицу. Не надо делать себе еще хуже. Нельзя позволять унынию взять над ним верх, именно в тот момент, когда он и так стоит на самом краю. Опустившись на кровать, парень слабо поежился от повеявшего из коридора холода, укрываясь ветхим одеялом и сворачиваясь в клубочек, закусывая губу, ощущая, как наворачиваются на глаза злые слезы, тут же впитываясь в грубую материю робы. Тихий щелчок в двери и тут же Учиха осторожно выглядывает из своего укрытия, непонимающе вглядываясь в заскрипевшую металлическую дверь, через миг резко садясь, заметив вошедшего блондина. - Лицом к стене. - Спокойно откликается надзиратель и, растерянно поднявшись, Саске выполняет приказ, с силой жмурясь, как только руки Узумаки проходятся по его ребрам, затем останавливаясь на талии. - Я же сказал, что мы еще не закончили. - Слышится насмешливый тон и брюнет вздрагивает, как только ладонь охранника спускается к его ягодицам, сжимая напряженные мышцы. Сердце в груди разгоняется до предела, сбивая дыхание. - Что скажешь, Учиха? Теперь не будешь симулировать обморок? - Не надо... - Зажмурившись, чувствуя, как в горле встает слезный ком, Саске попытался оттолкнуться от стены, как только горячая рука скользнула под тюремную робу, проходясь по его груди. - Давай так, Учиха. Я все равно трахну тебя. Но ты можешь выбрать : по-хорошему или по-плохому. - Слышится шепот у уха и брюнет, не в силах сдержаться, тихо стонет, в миг ощутив, как его запястья с силой перехватывают, до боли сжимая. - Я ни в чем не виноват. Это ошибка... - Ползет слезный стон из горла и тут же его разворачивают, давая заметить холодный взгляд надзирателя, поднявшего в другой руке наручники, следя, как меняется лицо жертвы от их вида. - Не против поиграть? Вот увидишь, тебе понравится. - Легкая улыбка и, мгновение спустя, Наруто толкает застонавшего парня к кровати, различая бегущие по щекам слезы, затем ловко продевая цепочку через решетку изголовья и пристегивая заключенного, попавшегося в его ловушку. - Нет! Не надо! - Голос повышается чуть ли не до крика и тут же брюнет полностью стихает, тихо застонав, как только сильный удар приходится по животу, выталкивая весь воздух из легких. - Веди себя тише, если не хочешь, чтобы я засунул тебе в рот кляп. - Нависает над лежащим ничком парнем, охранник, рассматривая поверженного брюнета. Слезный стон в подушку, как только чужие руки грубо стаскивают с бедер штаны и тут же Саске ощущает навалившегося на него Узумаки, плавно заскользившего руками по его телу, наподобие ласки. - Не думаю, что ты когда-нибудь имел подобный опыт и хочешь грубости. - Горячий голос у уха и по телу проходит мерзкий озноб страха. - Так что, веди себя послушно и не смей орать. - Последние слова и тут же брюнет с силой вжимает лицо в подушку, глуша собственные всхлипы, как только рука охранника грубо тянет его назад, заставляя встать на колени, отчего прикованные запястья резко обдает режущей болью, натягивая скрепляющую их цепочку. Сунув руку в карман, Наруто достает оттуда небольшой тюбик и обильно выдавливает на руку, разогревая жидкий состав между пальцами. Бледная кожа брюнета так и притягивает взгляд, словно бы лишенная любых изъянов, а дрожь лишь разжигает нетерпение, заставляя сжать зубы сильнее, держа эмоции под контролем. Подавшись вперед, привставая на тюремной койке, Узумаки перехватывает бедро, тихо плачущего юноши, тут же разводя ягодицы и осматривая чистую промежность с силой сжатым анусом. Жар внизу живота усиливается и он протягивает руку вперед, касаясь скользкими пальцами бархатистых покровов. Руки жертвы сжимаются в кулаки и, через пару мгновений Учиха тяжело стонет, как только в его нутро начинают проталкиваться чужие пальцы, сгибаясь и растягивая напряженные мышцы. Дыхание спирает и Саске ощущает, как начинает кружится голова. Становится до невозможного дурно и страшно. Он загнал в угол и теперь нет ни малейшего шанса на спасение. Он полностью беззащитен и повержен. Он так слаб. Звук расстегиваемой молнии отдается в поплывшем сознании и тут же влажная рука перехватывает его за живот, крепко удерживая, а в раскрытую промежность упирается крепкий орган, давая ощутить обжигающий жар чужого тела. Вцепившись зубами в уголок подушки и задержав дыхание, Саске до боли сжал руки в кулаки, стараясь собраться с оставшимися силами. Захотелось отключиться. Просто лишиться чувств и не ощущать творящегося ужаса. Не находится здесь... Жесткий напор и резкая боль обжигает задний проход, как только блондин начинает входить в тело жертвы, слыша жалкие всхлипы, заглушенные подушкой. Толчок и он с трудом выдыхает, замирая на несколько мгновений. Яркие ощущения кружат голову, наполняя тело чувством приближающейся эйфории. Жарко и так тесно, что он и сам уже готов застонать, закусывая губы к попытке еще хоть как-то сдерживаться. *** Отстегнув руки Учихи, различив сильно заплаканное лицо, Узумаки убрал браслеты в карман, затем принимаясь поправлять свою форму. - Мое дело пересмотрят... тогда... - Словно бы стон и надзиратель приподнимает бровь, затем видя, как напрягаясь, приподнимается парень, с отвращением бросая на него взгляд. - Пересмотр отложен на неопределенный срок. А посещения приостановлены. - Холодный тон и в миг рот Учихи в шоке приоткрывается, а сам он замирает, не смея даже шелохнуться. - И насколько ты у нас здесь поселился? Лет на десять? С условием хорошего поведения, конечно. - Равнодушный вздох, и надзиратель достает ключи, открывая дверь камеры и делая шаг в коридор. - Как раз зашел сообщить эти новости. - Легкая улыбка и дверь со скрежетом захлопывается, наполняя помещение жуткой тишиной.