Сердце Даэдра

Солнце медленно таяло в ледяной соленой воде у самого горизонта, его золото смешивалось с синевой глубин. Алисия стояла на вершине одной из башен двемерских руин и постукивала пальцами по подбородку. Эштон, которого она призвала минуту назад, не решался нарушить ее раздумья, но и отходить далеко не стал. Пользуясь возможностью, он смотрел, как блики заката играют на светлых волосах колдуньи, как в полумраке очерчивается изящный, как у эльфийки, но вместе с тем простой, как у обычной человеческой женщины, профиль. Дремора не знал, но скорее чувствовал, что близится конец их совместного приключения, и в глубине души об этом сожалел. После того, как Алисия подняла зомби, он чувствовал странное беспокойство. Хотелось обнять колдунью, сказать, что ей вовсе не нужно рисковать собой, что можно поступить как-нибудь иначе — но Эштон не имел понятия, как. Как вообще в таких ситуациях поступают люди? — Ты ведешь зомби, пауков, центурионов и все остальное по земле. Скорее всего, вас будет атаковать стража Винтерхолда — брось на них зомби, эти дуболомы не причинят тренированным воинам серьезного вреда, но сдержать сумеют. Никого не убивай, кроме магов коллегии, — уже в третий или четвертый раз проинструктировала Алисия. Эштон прекрасно помнил все ее указания, но все же кивнул, давая понять, что все услышал и принял к сведению. Дождавшись, когда последний краешек солнца скроется среди ледников и волн, она повернулась и подняла глаза на дремору. «Как вышло, что существу из Обливиона я доверяю больше, чем любому человеку или эльфу в этом мире?» — думала она, разглядывая нос с горбинкой, чуть вьющиеся волосы и спокойный взгляд. — «Эх, будь он человеком… А впрочем, глупости». — Выступаем, — скомандовала она и направилась вниз по широкой лестнице. Дремора, еще раз проверив, все ли камни душ на месте, направился к своим металлическим отрядам, Алисия же, выскользнув за каменные ворота, побежала по едва заметной в темноте, но хорошо протоптанной тропинке в сторону ледяной расщелины, где прятались главные ее козыри в предстоящей битве. Спустя примерно полчаса она стояла перед своими самыми грандиозными детищами. В полутьме ущелья, куда не проникал даже блеклый свет луны, виднелись только слабые отблески пластин, но Алисия прекрасно представляла, как выглядят два огромных механизма. Активировав камень душ, она направила их в сторону моря. Оба звероподобных центуриона — так мысленно прозвала их колдунья — послушно направились в нужную сторону, оповещая о своем движении то скрежетом, то лязгом. Когда они оказались на берегу, тучи расступились, луна залила холодным светом ледники и мокрый песок на берегу. И две грандиозные конструкции, двух змееподобных существ, собранных из пластин двемерского металла. Обе длиной почти пару десятков метров и со множеством цепких ног, которые позволят им подняться даже по отвесной скале. Или по стенам башни. Одна хранила в пасти арбалет с запасом взрывных стрел, вторая — потолще — не имела никакого оружия, но носила укрепленные пластины и содержала в своем чреве другие сюрпризы для обитателей коллегии. Опасаясь, как бы случайный путник не заметил ее изобретений, Алисия поспешила загнать обеих в воду. Они погружались быстро и тихо, всего за несколько минут темная гладь воды полностью скрыла их от любопытных глаз. Убедившись, что, перемещаясь под водой, ее металлические детища не создают ничего, кроме легкой ряби, она побежала вдоль берега, приглядываясь к очертаниям городских стен на горизонте. Повернув голову вправо, она заметила отблески и других машин, которые двигались довольно шумно. В авангарде шагали зомби, готовые принять на себя удар городской стражи. Эштон шел чуть левее и вглядывался в рваные очертания берега. Заметив стремительно несущуюся по песку фигуру, он дал своей маленькой армии команду ускорить ход и сам перешел на легкий бег. Его сердце билось очень часто, но вовсе не от нагрузки — бежать без остановки он мог хоть целые сутки — он впервые в жизни боялся неизвестности, но не своей, его тревожило неопределенное будущее Алисии и опасность затеянного ею дела.