Дитя Криптона и Земли

L-Сorp. — Мисс Лютор?! — почти с визгом восклицает Джесс, едва Лена пересекает порог холла своей компании. Ассистентка буквально выныривает из-за стойки, едва не роняя планшет, и метается к ней с лицом, на котором читается паника мирового масштаба. — Вы... вы же сказали, что будете работать из дома! — возмущенно выдает она, пытаясь заслонить собой проход от лифта. — У вас срок! У вас ноги отекают! Вам бы дома лежать, а не по офисам ходить! Вас не должно быть здесь! Лена невозмутимо продолжает свой путь, лишь слегка изогнув бровь. — Доброе утро, Джесс. Как приятно, что ты так рада меня видеть. — Что вы здесь делаете?! Вы… посмотрите на себя! — взгляд Джесс скользит к животу, который кажется ещё больше на фоне строгого черного платья. — Я беременна, Джесс, а не беспомощна, — спокойно отрезает Лена — Пожалуйста, не устраивай сцен. — Это не сцена! Это экстренное вмешательство ассистента, не готового к родам на своем рабочем месте! — Я просто хочу проверить отчеты за второй квартал и сверить финансовые показатели с данными из R&D. Мне нужно час. Максимум два. — М-м-максимум до первых схваток, — бормочет себе под нос Джесс, двигаясь следом и явно опасаясь, что Лена вот-вот рухнет и устроит премьеру в жанре «родильная драма» прямо в офисе. На этаже царит идеальная корпоративная дисциплина. Люди спешат по коридорам, мониторы переливаются цифрами, где-то щелкают клавиши. Всё двигается в четком ритме рабочего утра, отлаженного, как механизм дорогих часов. Через несколько минут кабинет Лены наполняется светом, звуками кликов и шелестом бумаг. Девушка сидит за столом, проверяя цифровые графики, и, казалось, не замечает, как Джесс время от времени заглядывает в кабинет, делая «случайные» обходы каждые три минуты. — Мисс Лютор, вам нужна подушка под спину? Может, мяч для беременных? Или... массажёр? — Джесс. — не отрывая взгляда от экрана, произносит Лена. — Дыши. Я не рожаю. Пока. Хватит беспокоится. Наконец кабинет наполняется долгожданной тишиной. Ни звонков, ни сообщений, ни тревожных «мисс Лютор?». Джесс наконец-то перестает заглядывать в кабинет, будто поняв: бессмысленно спорить с упрямой глыбой в дорогом платье. Только шелест цифровых страниц и слабое, почти незаметное дыхание самой Лены. Она сидит, упрямо не обращая внимания на нарастающую боль в спине, легкое головокружение и волну усталости, которая медленно охватывает ее тело. И вдруг — тихий, но настойчивый стук разрезает устоявшуюся тишину. Без ожидания ответа дверь приоткрывается, и в проеме показывается Саманта Ариас. В ее руках коробка, а лицо слегка настороженное. — Ты всё же здесь, — почти спокойно, говорит она, переступая порог. — Честно, я думала, ты уже в роддоме с ноутбуком на животе. Ммм и я не уверена, что ты не подменила себя роботом. Нет, не подменила? Что ж тогда я принесла углеводы. И аргументы. — Сэм машет коробкой. Лена улыбается, поднимаясь навстречу. — Привет, Сэм. Ты же вроде проводила встречу с акционерами? Девушки тепло обнимаются. — Я проводила. До тех пор, пока Джесс не написала мне в слезах, что ты вновь пришла на работу и это на последнем сроке беременности. И отказываешься есть, лежать и вообще признавать, что ты человек. Лена делает вид, что не слышит, возвращаясь к своему столу. — Отчеты за второй квартал. У отдела перспективных технологий не сходится бюджет — отвечает она, открывая новую вкладку на ноутбуке. Сэм ставит коробку с пирожными на стол и складывает руки на груди. — Лен. Ты буквально на сроке «в любую минуту». У тебя даже походка стала такой… аккуратной. Ты уже не ходишь — ты передвигаешься по предварительной договорённости с каждым отделом тела. Лена приподнимает бровь, но не комментирует. — Ты знала, что мозг беременной женщины уменьшается на несколько процентов? — продолжает Сэм, присаживаясь. — Ты сейчас официально не в форме для руководства компании. — А ты знала, что у беременных обостряется аналитическое мышление и внимание к деталям? Так что, возможно, я впервые за последние месяцы идеальна для сверки цифр. Сэм закатывает глаза. — Ты споришь со мной, чтобы доказать, что можешь спорить. — И выигрываю. — Технически — да. Но по-человечески — ты просто упрямый гений, который не умеет останавливаться. Лена на секунду замирает, эти слова задевают ее сильнее, чем она может себе позволить. — Я не умею быть бесполезной, Сэм. Саманта становится серьёзнее. Она двигается ближе, опираясь локтями о край стола. — А кто сказал, что заботиться о себе — это быть бесполезной? Или что просить поддержки — это слабость? — Я… просто не хочу быть… жалкой. — Жалкой? — Ариас выпрямляется. — Лена, ты строишь работу компании, спасаешь жизни, ухитрилась сделать ребёнка одна, от богини с другой планеты, хоть и без буквального ее участия, и при этом не потеряла ни разума, ни высоких каблуков. Ты не жалкая. Ты чудо, которое просто забывает, что иногда и чудесам нужен выходной. Лена бросает на нее долгий, напряженный взгляд. Потом медленно выдыхает. — Мне правда нужно было сверить отчёты. — И ты сверила. А теперь ты съешь пирожное. И позволишь Джесс не упасть в обморок. И, желательно, вернёшься домой, пока кто-то из твоих акционеров не вызвал скорую. Пауза. Лена смотрит на коробку. — Они с кремом? — Нет, я тебя знаю. С клубничным джемом. Лена криво усмехается, закатывая глаза. — Проклятие. Придётся оставить отчёты. — Кстати, по поводу богини с другой планеты… — Сэм замирает, осторожно переходя к щекотливой теме. — Ты всё ещё не поговорила с Карой? Лена хмыкает. — Кара тоже не поговорила со мной. Так что... да. Как-то так. — Ну, мы обе понимаем, что у нее могут быть причины хранить свою тайну. В конце концов, это может быть сделано и ради твоей безопасности. — О, прошу тебя. Я же Лютор — моя безопасность по определению всегда под угрозой. Давай не будем об этом. Лена откусывает пирожное. — Ох... ммм... черт, эти пирожные действительно фантастические. Сэм довольно улыбается, встает и берет свою сумку. — Ладно, я приду вечером. Если ты будешь не дома, а все еще тут.. я вызову охрану и запрещу пропускать тебя. — Это в моей же компании?! — Я сейчас исполнительный директор, а ты в декретном отпуске. Они обе усмехаются. Сэм направляется к выходу, но останавливается у двери и оборачивается. — Лена. Ты не одна. Даже если тебе иногда так проще думать. Лютор не отвечает, но взгляд её становится мягче. Она остаётся в тишине. Может быть, Сэм и права. Все нуждаются в поддержке — и она не исключение. Но иногда действительно проще притвориться, что ты одна, чем признать, что тоже в ней нуждаешься.