Так проходит

Я не смогу с тобой прожить целую жизнь, полную радости

"Он ведь никогда не видел смерти", – подумал Виктор. Ей было не место в Городе Прогресса. Здесь не разрисовывали стены, вспоминая мёртвых, а памятники не делили с живыми чистые, ярко освещенные улицы. Город был здоров, полон сил и бежал со всех ног в будущее, не задумываясь о том, что оставляет за спиной. Джейс тоже не думал об этом, и Виктор не мог его за это винить. Талису неоткуда было научиться состраданию – чужая боль не касалась его, она оставалась там, внизу, недоступная взгляду, как питающие Пилтовер коллекторы. Её будто не существовало вовсе. И Джейс оставался невинным, как ребёнок, ему даже не приходило в голову, что некоторые двери можно взломать. Он был большим щенком, временами неуклюжим, падким на ласку и мечтающим в глубине своего большого горячего сердца о добром хозяине. Или хозяйке. Горькая ирония: вместо того, чтобы объединить, мост только отталкивал города друг от друга. – Сколько мне осталось? – Виктор спросил об этом так спокойно, как мог. У него всё равно не вышло бы придать голосу эмоций – не хватало воздуха. Он вынес смрад Нижнего Города в своих лёгких. Джейс сидел, сгорбившись на стуле, и выглядел таким потерянным и несчастным, что захотелось его утешить. – Что мне теперь делать? – прошептал Талис, будто не услышав вопроса. А может, ему было слишком страшно отвечать. Но это было и не нужно. У Джейса было слишком выразительное лицо. Красивое. Мужественное. В самый раз для агитационных плакатов – в отличие от Виктора, ему совершенно не шло быть несчастным. Год? Нет, пожалуй, это было бы слишком хорошо. Несколько месяцев. Неплохо для того, у кого были все шансы умереть в младенчестве. – Я предложил бы жить дальше, – Виктор дёрнул плечом. В этом движении не было ничего от пренебрежения собственной жизнью. Учёный всего лишь хотел положить ладонь на плечо друга – но тот был слишком далеко. Он понимал, что просить об этом вот так нечестно – в таких просьбах не отказывают. Но у него совсем не оставалось времени, и, удивительное дело, сейчас он чувствовал себя более живым, чем все недели до этого. – Послушай, – Виктор вложил в слова всю искренность, на которую был способен. – Мне не страшно. Там, внизу, было гораздо страшнее. У меня никого не было. А благодаря тебе я сумел сделать всё это. Они одновременно посмотрели в окно. Город прогресса сиял голубыми огнями. Хекс-врата прошивали небеса новорождёнными звёздами. Это было гораздо больше, чем то, на что мог рассчитывать уроженец нижних уровней. Каждой звезде суждено сгореть. – Моего ухода даже не заметят, – жёстко произнёс Виктор. Он не строил иллюзий на свой счёт. – Но без тебя всё то, что мы успели создать, пропадёт зря. Он не заикнулся о личном. Это было неуместно и стыдно. Но Джейс, кажется, понял что-то, с тревогой заглядывая в полные тоски глаза. Джейс редко смотрел ему в глаза. Будто боялся увидеть в них отражения Сточных Ям. Мира, которого он предпочитал не замечать. И тогда Виктор улыбнулся. – Ты самое яркое, что было в моей жизни. – Не говори так, будто она уже подошла к концу! – горячась, перебил Джейс. – Мы придумаем, как тебя вылечить! Виктор не стал спорить. Ему бы так хотелось, чтобы Джейс сейчас пересел на край кровати и взял его руки в свои. Ладони у него большие и тёплые, немного шершавые от работы в кузне, а у Виктора – холодные, узкие, они бы утонули в них целиком и согрелись. А потом Джейс поцеловал бы его, и губы у него оказались тоже тёплые и мягкие, а на вкус как молоко и сладости. Дальше фантазия Виктора не заходила. И признаться в самом главном он хотел иначе. Он знал, что Джейс всё поймёт не так, но губы уже складывались в слова. – Я люблю тебя. Вот так. Ровным голосом, хотя сердце на мгновение сжалось от невыносимой надежды. А потом Джейс ответил. – Я тоже тебя люблю. Виктор не нашёл в себе сил улыбнуться. –...ты мне как брат. И я обязательно найду способ тебе помочь, слышишь? – Я дышать только не могу. Слышу прекрасно. Он знал, что рано или поздно Джейс всё забудет. И эту странную дружбу, и выстраданное, непонятое признание. Не со зла. Просто прогресс никогда не оглядывается на тех, кого оставляет за спиной. Это правильно. Каждый раз выбирать жизнь. И всё-таки в глубине души Виктор хотел, чтобы Джейс хоть раз выбрал его.