Пачка сигарет

Задумчивая душа склоняется к одиночеству. Омар Хайям Кажется, это начинает надоедать, нет, не кажется, а точно. Сегодня пятый день сожительства Чимина и Шанталя с Мин Юнги, а эта маленькая шавка уже сотый раз успела нагадить в обувь Юнги и ему точно не показалось, когда Чимин говорил, что собака приучена к лотку. Будь его воля, то он выставил бы за дверь уже на следующий же день, да и пожаловаться некому — приходится решать проблему своими методами, плевать ему, что он грубит, нервы-то не из железа выкалены. — Чимин, если ещё раз эта твоя Шанталь Мерье нагадит в мою обувь, то я начну принимать меры! — Цедит сквозь зубы мужчина. — И почему каждый раз, когда я собираюсь на работу?! — Юн зло выдохнул. Тишина. Ощущение, будто его тупо игнорят, ну это ни в какие рамки не лезет. Мало того, что он в очередной раз в дерьме — причем, в прямом смысле этого слова — так этот Пак ещё смеет его игнорировать. Почему он должен это терпеть? Почему кто-то так нагло нарушает его границы, вламывается в его одинокую, но тем и прекрасную жизнь? — Чимин!!! — Крикнул, взбешённый молчанием своего соседа, мужчина. Опять тишина. Вывести из себя Юнги трудно, так как обычно ему бывает на всё абсолютно плевать, но после появления этого блондина — всё стало иначе. Чимину и церемониться не нужно, Мину хватает одного присутствия Пака и того факта, что они вообще дышат одним воздухом. С ним вечно что-то случалось, например, когда один день парень готовил на кухне, он чуть не устроил пожар. Из-за своей невнимательности, он положил держатель для крышки на край плиты, а сам ушёл в ванную. Слава чуткому обонянию Юнги, благодаря которому смогли предотвратить будущий пожар, но держатель спасти не удалось. А в другой день он оставил окно в своей комнате открытым, из-за чего ветер унёс его логопедические карточки. После чего Чимин ворвался к Юнги и начал просить о помощи: собрать их, пока ветер не унёс окончательно. Да, Чимин учился на логопеда-дефектолога, и, усердно пытался окончить академию на красный диплом. И как ему можно доверить детей? Ему даже держатель нельзя доверить. Чимин будто в своих полных и больших чемоданах принёс проблемы и заботы, а не одежду, хотя на самом деле туда складывают одежду. Ну, тогда почему после его переезда дерьмо его находит на каждом шагу?! Либо это Чимин неудачливый какой-то, либо Юнги в прошлой жизни был Гитлером, раз уж жизнь решила ему так отомстить. Это тишина начинает выбивать из колеи. «Неужели оглох?» — думает мужчина и подходит к двери парня. Он подставляет ухо к двери, дабы убедиться в том, что Пак всё-таки в комнате, но в очередной раз только тишина. Он тянется ладонью к ручке и дёргает её, открывая дверь, просовывает голову и ищет глазами Чимина. — Чимин? — Уверенно и громко спрашивает мужчина, не сразу замечая блондина. — Ты что, извращенец? Выходи из моей комнаты немедленно, невежа! — Крикнул ему в ответ Пак, даже не поворачиваясь к Мину. «И почему сразу невежа, да ещё и извращенец?!» — мелькает в мыслях Юнги. Чимин сидел в углу за туалетным столиком и усердно мазал плечи, каким-то ароматным кремом, запах которого наполнил всю комнату. Видно было, что блондин только вышел из душа: он был завёрнут в полотенце до груди, но оно едва доходило до бедер, демонстрируя карамельные ножки, а волосы парня были закручены в бигуди, придавая какой-то уют. И как он его сразу не заметил?! Юнги быстро выходит из комнаты, закрывая за собой дверь. Он усиленно пытается выкинуть образ полуголого парня, стоящий перед глазами, но что-то плохо ему удается. Эти ноги, закинутые одна на другую, изящные руки, легко массирующие кончики пальцев, в бок наклонённую голову и умный взгляд — как-будто он не крем мажет, а ищет на карте несуществующий город. Это всё, что заметил Юнги, но и этого достаточно было, чтобы гомофобу чистой воды впасть в неосознанную потерянность. Спустя две минуты Чимин выходит одетый, Слава Господи. Юнги к этому времени пришёл в себя, откинул все «неправильные» мысли и грозным взглядом смотрел на парня. Всё-таки тему о чиминовской несносной собаке, которая бессовестно гадит ему в обувь, он не собирался оставить просто так. — Тебя что, стучаться не учили? Что ты так бесцеремонно врываешься в мою комнату? Понятия о «личных границах» тебе известны? Это к преступникам в камеру ты можешь врываться, а ко мне изволь стучаться. — Тон Чимина звучал так, будто это была его квартира, а Юнги был лишь соседом. — Я не врывался к тебе, а…— начал оправдываться Мин,а затем тут же осёкся. — Стоп, почему это я должен оправдываться перед тобой? Это МОЯ квартира. И это вообще-то твоя собака нагадила мне в обувь, а я на работу, кстати, опаздываю, — глянул на часы мужчина. Чимин наклоняет голову и смотрит на порог, где стояла обувь с собачьим дерьмом. «Серьёзно, Шанталь? Айщ, опять придётся краснеть перед этим грубияном» — думает парень, переводя взгляд с обуви на мужчину. — Так надень другую. В чём проблема? Смотри, сколько у тебя обуви на полке покоится, — отвечает Чимин, махнув рукой в сторону полки с обувью. — Покой сейчас нужен мне. Почему твоя шавка всё время обсирает мою обувь? — Не унимался Юнги. — Тебе правда интересно? Спроси у Шанталя, авось ответит. — издевательски усмехнулся Пак. — А ты ещё и язвишь, — зло шипит мужчина, подходя вплотную к парню. — И вообще, что это за фигня у тебя в волосах? – Мин пальцем указывает на непонятные ему штучки в волосах блондина. Чимин-то оделся, а вот бигуди не снял, да и не собирался вовсе, его абсолютно не смущал собственный вид. — Это бигуди, тупица, — закатив глаза, отвечает Чимин на вопрос. — Это женские штучки?! —Вопросительно вздёрнув бровь, спрашивает Юн с неким осуждением в голосе. — Так я и не совсем полноценно ощущаю себя мужчиной, — напомнил ему Пак. — Конечно, как я мог забыть. — Фыркнул Юнги в ответ, отходя от парня. Забыть-то он не сможет, тем более после сегодняшнего дня. Этот непонятный интерес к парню пугал очень сильно. В своей ориентации Юнги был уверен — ведь он не гей ни разу. Тогда почему он не может выкинуть из головы утренний образ парня? Да, Чимин безусловно необычный, к тому же с необычайной рассеянностью, неуклюжестью и непунктуальностью, но вот энергия из этого парня прямо-таки била ключом. Ну и как привыкнуть к такому? В течении пяти дней они успели несколько раз (много раз) поссориться. Чимина бесил запах табака и грубость мужчины, а Юнги долгое торчание блондина в ванной, этот его мерзкий шпиц, который вечно гавкал и срал, эти баночки по уходу за кожей, расставленные почти по всем полочкам в ванной комнате, что аж до щетки зубной не дотянешься, вечные звонки по телефону и просьбы, а ведь Юнги не помнит, чтобы предлагал свои услуги парню. Тогда почему он продолжал действовать на нервы мужчине своими просьбами? Ах, и, конечно, больше всего его вымораживала его наглость, а ещё бескрайняя уверенность в себе. Но признаться ему было по душе, когда после тяжёлого рабочего дня, заходя в квартиру, он почувствовал аромат домашней еды. Теплота так и накрыла его закалённую душу,а в квартире было наконец-то уютно и тепло, прямо как в душе мужчины в тот момент. Парень готовит очень вкусно, чему мужчина был сильно удивлён, ведь Чимин всегда ходит весь такой высокомерный, строя из себя недотрогу и принца, казалось бы, что этот парень вовсе незнаком с тряпкой и поварёшкой. Наблюдая со стороны, вам показалось бы, что они именно та самая супружеская пара, у которой скоро юбилей, но вслух такое говорить нельзя, иначе самый озлобленный гомофоб по имени Юнги разобьёт вам лицо и потребует немедленно «выйти из своих фантазий». *** Чимин был тем самым мальчиком из Тэгу, с большими амбициями, великими целями, рассадником справедливости, свободы воли и выбора. А повзрослев, став более уверенным, он решил не стесняться своей ориентации и бороться за своё место в обществе. Несмотря на своё маленькое телосложение, храбрость и решимость ему будто достались от Ахиллеса. В школе он часто лез защищать бедолаг –зубрил от задир, что оборачивалось школьным скандалом в кабинете директора и вызовом родителей. Но несмотря на всё это, он всё равно продолжал придерживаться своей позиции. Родители всегда любили и поддерживали своего сына, но какому родителю захочется видеть избитого сына? А это случалось, к сожалению, слишком часто. Никакие разговоры и попытки не смогли погасить ту решимость и дух, что развивал в себе маленький Чимин годами. С возрастом храбрость и оппозиция росли, только вот с ними росли и проблемы, но в первый же год своего обучения в академии он решил не скрывать свою личность. О своей нетрадиционной ориентации Чимин начал подозревать в старших классах. Родители естественно отреагировали скептически, мать со временем смогла принять, а вот отец хоть и делал вид, что всё в порядке, но иногда они забывали плотно закрыть дверь в спальне и через щель, проскальзывающий их разговор, обязательно доходил до Чимина. Конечно, не обходилось без трещин в панцире, куда мальчик прятал свои тревоги и прятался сам. Каждое слово отца, каждое молчание матери и избегание, по-своему сказывались на юноше. «Что мы скажем родным? Как объясним его незаинтересованность в браке и детях?» — раз трещина. «Единственный сын и то педик!» —вторая трещина. «Как я в глаза людям посмотрю?» —третья трещина. После поступления Чимин решил, что лучше всего будет не видеться с родителями. Встречи с ними ни к чему хорошему не приведут. А слышать, что родители стыдятся тебя и что твоё присутствие может унизить семью и род он слушать не намерен. И вот он живёт своей жизнью, занимается своим взрослением и саморазвитием. Жизнь, конечно же, преподносила ему сюрпризы и ошибки, но самой большой ошибкой стал тот день, когда жизнь его познакомила с Чон Богомом. Чон Богом был тот ещё дебошир, а Чимина он ненавидел больше всех, впрочем, как и всех гомосексуалов. Это было не просто задирание, а самая настоящая война. Вся академия была в курсе про их вражду, даже до ректора дошли сплетни об этой трёхлетней студенческой войне. После чего Чимину строго запретили одеваться, как ему вздумается. И вот сегодня он со своим лучшим другом Ким Тэхёном сидит напротив кабинета заведующей и ждёт пока их вызовут, поругают, используя выученные уже Чимином и Тэхёном шаблонные фразы, да после отпустят. Сегодня в столовой произошла очередная бойня между оппозиционером и дебоширом. А всё началось из-за скинни джинсов, которые, несмотря на требования заведующей, Чимин осмелился всё же надеть. Естественно, Богом свой шанс тоже не упустил, начал приставать и придираться, после чего Тэхён заявил, что они незаинтересованы в его члене, чем вызвал ярость главного, гомофобного скандалиста. Ким Тэхён — лучшее, что произошло с Чимином за эти годы, по-крайней мере, он так считает. Когда Тэхён в один прекрасный день открылся ему, Чимин без замедления предложил ему свою дружбу и ни разу ещё не пожалел об этом. Тэхён оказался тем ещё причудливым парнем, но с ним было интересно, он отличался оригинальностью и в то же время простотой. Ким умело выкручивал их обоих из всяких нелепых ситуации. На первый взгляд этот парень казался наивным тугодумом, но на самом деле, он уже рассматривал сотый вариант решения, просто не озвучивал. Это был идеальный дуэт Тимона и Пумбы. Один без другого, будто не имел значения. Дружбу которую они имели, была дорога им обоим, но не из-за личной выгоды, а просто потому, что каждый нашёл своего человека среди гущи чужих и отстранённых. Что может быть важнее этого? Ведь легче разделить с кем-то одиночество, чем бережно хранить его в своей тёмной и отрешённой душе, кишащей демонами из самой преисподней собственных мыслей. Если быть красноречивее, то их дуэт ещё можно назвать дуэтом «Ахиллеса и Одиссея», Чимин — храбрец, который имел непоколебимый дух, он был подобен Ахиллесу, а Тэхён — стратег и главный мозг их нерушимого дуэта, прямо как Одиссей. А вот острым языком и самоотверженностью Господь не обделил ни того, ни другого. И вот в очередной будничный день, они сидят напротив хорошо запомнившегося им за эти годы кабинета, ожидая своего приговора от не менее им хорошо знакомой заведующей. Всё так же вместе, вдвоём, рука об руку, один переживает за другого, хотя это не первый случай на их практике. Вот они проходят в кабинет, заведующая проходит по всем своим шаблонным речам, чего и стоило ожидать, но при этом заостряет внимание на провокаторе. Скинни джинсы, которые стали инициатором скандала, Чимин обещает больше не надевать, но это не стопроцентное обещание, уж рядом стоящий Тэхён точно это знает. После «разбора полётов» с заведующей, они покидают ненавистный им уже кабинет. Вот они стоят около остановки с избитыми лицами и посмеиваются над всей ситуацией. Естественно, всё это навеки отпечатается в их памяти, ведь забыть такие приключения и моменты с другом — грех. — Тэхён-и, ты так и не рассказал мне, где ты пропадал эти два дня. Что случилось после расставания? — обеспокоенно поинтересовался Чим. Тэхён вздыхает, он не хочет вспоминать тот самый ужасный день, где он с разбитой душой и сердцем провёл в камере, а уж говорить об этом и подавно не желает. Но первое правило дружбы, которое не хотел нарушать Ким, не позволит ему скрыть всю правду от лучшего друга, ведь первое что они сделали — обещание, что будут делиться всеми душевными терзаниями, но при том не осуждая и не обижая. Тэхён прекрасно знает, что Чимин его только поддержит и поможет, поэтому никогда не откажется от его поддержки и не скроет своих переживаний. Чимин умел оказывать поддержку, а ещё обладал таким качеством, которое дано отнюдь не каждому — пониманием. — Может мы спокойно увидимся на выходных и поговорим об этом? Нам сейчас обоим не помешает отдых и спокойствие. — С лёгкой улыбкой отвечает Ким. Чимин всё понимает и не настаивает. Хотя, вряд ли он сможет быть спокойным, когда сосед по квартире тот ещё невоспитанный мудак. — Слушай, ты же ещё не видел мою квартиру. Давай на выходных поужинаем у меня? — Предлагает блондин, улыбаясь парню в ответ. — А твой сосед–гомофоб не отхватит инфаркт от присутствия двух геев? — Усмехнулся Тэ. Чимин смеётся, а после они отпускают ещё парочку шуточек в сторону Юнги и прощаются. И только дойдя до квартиры Чимин вспоминает, что оставил свои ключи в академии, а точнее внутри своего шкафчика вместе со сменкой, которую должен был постирать на выходных. Он рассматривает все варианты и приходит к решению, что лучше всего обратиться к Юнги, хоть решение ему не по душе. Он набирает номер ворчуна, следуют долгие гудки, которые начинают порядком раздражать, а ведь в квартире его ждёт Шанталь, совсем, наверное, заскучал и проголодался. — Чего тебе? — Наконец-то вместо противных гудков слышится голос мужчины, а его тон сейчас раздражает Чимина не меньше. — Слушай, тут такое дело…— мнётся сначала блондин. — Говори быстрее, мне работать нужно. — С раздражением подгоняет его Мин. — Тут, короче, такое дело, я ключи забыл в академии, ты бы не мог освободиться раньше? — Озвучил свою проблему парень, закрывая глаза в данной ситуации на очередные грубости мужчины. — Господи, Чимин, за эти дни, что только с тобой не случалось и каждый раз ты меня втягиваешь в это! — Юнги явно начинает выходить из себя. Мужчина не знает что делать, ведь сегодня ночной патруль на нём, выходит, что вернуться пораньше тоже не получится, да и оставлять Чимина куковать под дверью ему не хочется, хотя тот вполне заслужил за свою рассеянность. — Приезжай ко мне на работу, сегодня я патрульный, поэтому раньше освободиться не получится. Я скину тебе локацию в чат. — Уже более спокойным тоном добавляет Юнги, а затем завершает звонок. Через полчаса Чимин стоит напротив здания,а уже при входе он расспрашивает сотрудников, где находится Мин Юнги, те помогают ему добраться. Работа Юнги оказалась недалеко от их дома, чему Чимин был несказанно рад, ведь после сегодняшнего инцидента дышать сил не осталось, а тут ещё пришлось таскаться к этому грубияну. Чимина не радовала ситуация, заставляющая прибегать к этому ворчуну. После каждого случая Юнги его называет растяпой и неудачником, а это немного задевало парня. Мужчина был ему симпатичен и блондин это не отрицает, а сам Чимин в его глазах казался каким-то рассеянным мальчиком–геем (стоит подчеркнуть последнее), а хорошее впечатление о себе как-никак всё же хочется, тем более от сексуального полицейского. А может, всё-таки попробовать? Может, гомофоб падёт перед его чарами, ведь Чимин был прекрасен, он это отлично знал сам. Многие парни говорили ему об этом, можно сказать, что им парни интересуются больше, чем девушками. «Нет. Перестань об этом думать. Во-первых, это не нужно тебе, а во-вторых, это уж точно не нужно ему.» — рассуждает про себя Чимин. А вот насчёт себя он сомневается, всё-таки. Вот Чимин проходит по главному офису к столу Юнги и усаживается напротив. Коллеги не сводили глаз с блондина и продолжали на него смотреть — такого изящного и привлекательного парня они видят впервые. Естественно, Юнги замечает, уставившиеся в сторону его стола взгляды и грубо требует заняться своей работой. — М-да, вижу, что ты и тут грубостями разбрасываешься. — Равнодушно произносит парень и получает в ответ убийственный взгляд Мина. Юнги замечает побои на лице Чима и разбитую губу, такое состояние вовсе не было парню к лицу. — Что с лицом? — Спрашивает мужчина с напускным безразличием. — Да так, ерунда, бывает. — Отмахнулся Пак. Мужчина вздыхает и немного качает головой, затем берет ключи и протягивает парню. — Вот ключи, можешь пойти домой к своему Шанталю Мерье. — Язвительно произносит последнюю фразу Мин. Чимин отмахивается снова и продолжает листать свою ленту в Instagram. — Зачем мне теперь твои ключи? Вот закончишь и мы вместе вернёмся в квартиру. — Не поднимая глаз, отвечает блондин. Ну уж нет, думает Юнги, я не вынесу присутствие этого наглёныша, он же невыносим. Ещё и коллеги таращатся, будто парня никогда не видели. Как же всё бесит!!! — Естественно, переубеждать тебя смысла нет. — Говорит своим холодным тоном Юн, хотя внутри всё просто кипит. — Именно так. — Саркастически улыбается парень и опускает глаза обратно к экрану телефона. Юнги усердно перебирает бумаги и пытается не думать о сидящем напротив парне. Его вид обеспокоил мужчину, ведь как такой маленький и щуплый парень мог ввязаться в драку? Он что, себя к бессмертным причислил? — Я думал, что после утреннего инцидента ты начнёшь меня избегать. — Начал разговор блондин, откладывая телефон. — С чего бы это? — Отвечает Юнги,не отрываясь от кипы бумаг. Ну, в принципе Юнги собирался, он и сам не понимает, почему он не может выкинуть из головы и забыть этот случай, да и в целом образ блондина. А мысль, что парень может быть ему симпатичен и близко не подпускает. Нет уж, увольте, завяжите в кулёк и выбросьте эту мысль в Марианскую впадину. А Чимин тихо глядит на мужчину, который озадаченно перебирает бумаги, пропускает лёгкую ухмылку и думает: Может, всё же стоит попробовать? «Однозначно стоит.» — отвечает про себя на свой же вопрос парень. *** Вернувшись в квартиру, после того как Чимин устроил в патрульной машине дискотеку под треки J Balvin, Dualipa, The Wekeend и прочих известных музыкальных исполнителей, теперь Юнги уверен, что у плейлиста Чимина не было дна. Хосок не меньше блондина тусовал, единственный Юнги сохранял равнодушный и серьёзный вид. Мин проходит мимо комнаты Чимина и слышит недовольное шипение, поэтому он всё же заглянул к нему и увидел блондина, который пытался обработать разбитую губу, что весьма хреново у него получалось. «Айщ, всё этот парень делает неправильно.» — подумал Юнги и покачал головой. — Да кто так рану обрабатывает? — Не выдерживает мужчина и заходит в комнату. Затем садится напротив и достаёт пузырёк с перекисью, смачивает им ватный диск и осторожно обрабатывает ранку на губе, предупредив, что будет немного щипать. То же самое он проделывает с остальными ссадинами на красивом лице Пака. Чимин на это ухмыляется и периодически ойкает, тряся ногами, когда ватный диск с перекисью касался ссадин, хотя Юнги уверен, что щипало совсем чуть-чуть. — Я ведь предупреждал, что будет немного щипать. — Пожимая плечами, говорит мужчина. — Вас и такому обучают? — Интересуется Чимин, рассматривая сосредоточенное, но такое красивое лицо Мина. — И не только. — Отвечает Юнги, стараясь не смотреть в глаза, а ведь они настолько близко и настолько прекрасны, вот так бесстыдно смотрят на него. Всё в этом парне манящее и прекрасное. Прекрасны его пухлые губы, на которые он сейчас так заботливо наносит заживляющую мазь, выразительные глаза, в которых можно бесследно утонуть, главное не поддаться искушению и не смотреть,дурманящий запах, ровное дыхание. И вообще, если у каждого человека существует свой запах, то у Чимина именно аромат. Юнги так старался не смотреть в глаза, что уставились на него и так бесстыже его разглядывают, будто видят в первый раз, но они настолько близки, что это казалось почти невозможным и похоже на пытку. Но Юнги ненароком всё же заглядывает в эти карие омуты. «НЕТ, НЕТ, НЕТ.» — красной полосой проносится в его голове. «ДА, ДА, ДА.» — ликует в душе Чимин. «Только не это, только не так, не смотри, Юнги, отвернись» — не переставая, словно мантру повторяет про себя мужчина. Тишина, два парня уставились друг на друга: внутри всё кипит и бурлит от накрывшей обоих напряжённости, кажется, что вот-вот повалит дым. И точно жертва пал от заколдованных глаз Медузы Горгоны наш стойкий Юнги. Мин отводит взгляд первым, всё-таки красная полоса не только проносилась в голове, но и сиреной пищала, поэтому мужчина будто проснулся от тяжёлого сна. — Я пойду, а ты отдохни. — Говорит мужчина и собирается выйти, но видит, что парень встаёт. Он сразу смекнул, что он бежит кормить свою собачку. — Шавку твою я накормлю, а ты ложись и попытайся уснуть. — произносит Юн, и снова это напускное равнодушие в голосе. Чимин благодарит мужчину и не верит такой неожиданно проявленной лояльности и заботы, а это точно Мин Юнги? Чимин ложится, снизив громкость в наушниках, он попытался уснуть, но стоит ему закрыть глаза, как появляются те самые лисьи глаза со звёздным вкраплением в радужках. Чимин будто отправился в открытый космос, к этим самым звёздам и вернулся обратно, но только для того, чтобы набрать в лёгкие воздуха. Юнги кормит собачку и тут же абстрагируется в свою комнату, ищет пачку сигарет, она ему сейчас жизненно необходима. И с каждой глубокой затяжкой, он будто впускает в себя все эти чувства вместе с никотином, а с каждым выдохом отпускает их вместе с дымом, но чувств, казалось бы, внутри меньше не стало всё равно, ему всё так же плохо от хаоса воцарившегося внутри него, а ещё где-то в укромных уголках его потухшей души, где-то снова горит огонёк, который вызвал парень с прекрасными глазами и очаровательной улыбкой. А имя этому хаосу и одновременно огоньку надежды — Пак, мать его, Чимин.