Брак по безысходности

      В цветочном магазине царила уютная тишина, лишь изредка прерываемая журчанием небольшого декоративного водопада в углу. Мэй вздохнула с облегчением. День выдался прекрасным, поскольку ей удалось побыть в одиночестве. Никаких назойливых глупых клиентов, никакой тётушки Муры, пытающейся отвлекать её, никакого Том-Тома, за которым вечно приходится следить, чтобы он не уничтожал горшки с цветами. И даже никакой Тай Ли, действующей на нервы своей болтовнёй.       Только Мэй и разнообразные растения вокруг неё.       От столь унылой работы иногда хотелось лезть на стену, но всё же окружение безмолвных цветов было для Мэй куда приятнее общества матери с её бесконечными лекциями.       Кроме того, не так давно Мэй придумала брать с собой свитки, чтобы в свободное время погружаться в чтение рассказов и пьес.       Она дошла примерно до середины, где главный герой признавался своей возлюбленной в неугасающей любви самым слащавым и тошнотворным способом, от которого Мэй фыркала и морщила нос, когда шум снаружи заставил её прерваться. Подняв голову, она тут же пожалела об этом.       За окнами виднелась толпа, весёлая и громкая, а по улице двигался ярко-красный паланкин с символом их нации.       Мэй быстро отложила свиток, разгладила фартук и поставила на прилавок самую большую цветочную композицию.       Одна роза, две, три, пятнадцать, восемнадцать, подсчитывала она в уме, перебирая цветы и надеясь, что вскоре паланкин исчезнет из поля её зрения. В конце концов, это ведь может быть обычная прогулка?       Как выяснилось через несколько мгновений, Мэй ошиблась. Он появился у входа в магазин, весь из себя величественный и могущественный от макушки до пят, отчего ей немедленно захотелось закатить глаза. На мгновение их взгляды пересеклись. Сердце Мэй пропустило удар.       — Хозяин Огня Зуко, — она поприветствовала его поклоном, не удержавшись от колкости. — Какая честь!       — Мне нужна твоя помощь! — выпалил Зуко, бросаясь к ней. — Клянусь, я бы ни за что не побеспокоил тебя при других обстоятельствах, но, похоже, у меня нет выбора.       Мэй приподняла бровь, выжидающе наблюдая.       — Мы всё ещё друзья, верно? Ты мой друг, настоящий друг? Аанг и Катара улетели в Омашу, и я не хочу прерывать их романтическое путешествие…       — Зуко.       — Сокка дома с отцом, а Тоф занята своей школой.       — Зуко…       — И даже Суюки вместе с Тай Ли отправилась на остров Киоши, так что, похоже, в столице сейчас никого нет…       — Зуко! — Мэй повысила голос. — Достаточно.       Окружающая атмосфера будто наполнилась его нервозностью.       — Что случилось?       Зуко сглотнул, избегая встревоженного взгляда, и наконец признался обречённым голосом:       — Совет. Они… хотят, чтобы я женился.       — И? — Мэй пыталась сохранять равнодушие, хотя внутри неё всё скрутилось в узел от его слов.       — Помоги мне выбрать невесту — сбивчиво закончил Зуко, не решаясь смотреть ей в глаза.       Мэй отодвинула цветы и устало вздохнула. До сих пор ей с трудом верилось в то, что между ними происходил этот разговор.       — Зуко, даже чисто в теории, как кто-то может выбрать тебе невесту? Разве это не зависит от твоих… — Мэй замялась, пытаясь подобрать подходящее слово, — склонностей? Предпочтений?       — Я не знаю! — нервно воскликнул он. — Мне вручили список девушек из благородных семей и назначили даты, а я ни с кем их них не знаком и мне не к кому обратиться за помощью…       — Зуко! — в очередной раз прервала его Мэй, уже слишком раздражённая, но, пересилив себя, продолжила притворно-милым тоном. — Из всех людей ты с этим вопросом решил прийти ко мне?       — Я же говорил, — огрызнулся он, защищаясь, — все мои друзья сейчас не в столице. Осталась только ты.       — А мы с тобой, конечно, лучшие друзья, — с сарказмом произнесла она.       Зуко ответил ей обиженным взглядом.       — Когда-то были ими, — Мэй потребовалась вся сдержанность, чтобы проигнорировать нарастающую боль в груди. Вот именно, что были. И гораздо больше, чем друзья.       — Ладно. Я тебя поняла, — холодно отозвалась она. — Но от меня ты чего хочешь?       — Может быть, ты… подскажешь мне, что делать? Или просто поддержишь, — Зуко застенчиво улыбнулся, и Мэй испытала желание отвесить ему пощёчину.       — Если нужна поддержка, дождись Тай Ли, — она отвернулась, завершая разговор. — До свидания, Зуко.       — Подожди! — послышался сзади его умоляющий голос. — Ты сама говорила... Что бы ни случилось, ты будешь моей поддержкой. Ты знаешь меня лучше, чем кто-либо другой. Ты для меня как семья. Прошу, Мэй.       Она сжала кулаки. Будь он проклят со своей отличной памятью.       — А ещё ты говорила, что нам нужно двигаться дальше.       — И, по-твоему, это движение? — резко обернувшись, прошипела Мэй.       — Для меня — да, — Зуко пожал плечами и слегка скривился, поймав её рассерженный взгляд.       Несколько долгих мгновений Мэй пристально вглядывалась в его черты, взвешивая все риски.       — Я соглашусь, но с некоторыми условиями.       — Проси что хочешь, — с готовностью кивнул Зуко.       Мэй, закатив глаза, потянулась за чернилами и бумагой.       — Приходить будешь только в моё рабочее время, — пробормотала она, тщательно записывая цифры, — ты не будешь говорить со мной первым. Ни одна живая душа не должна узнать, что мы снова общаемся. И ещё, Зуко, — она протянула ему бумагу, — в следующий раз надень что-нибудь не столь кричащее о твоём статусе.       Счастливо просияв, Зуко забрал бумагу.       — По рукам.       Наблюдая за тем, как он скрывается в паланкине, Мэй пожалела о том, что согласилась. С другой стороны, ей точно не будет скучно.

***

      Зуко появился через три дня в неброской мантии с плащом и остановился в углу, притворяясь обычным покупателем. Дождавшись, пока Мэй рассчитается с другими посетителями, он приблизился к ней.       — Ну, как всё прошло? — спросила она с лёгким любопытством, берясь за следующий букет. Зуко раздражённо застонал в ответ.       Это было больше, чем просто плохое свидание, подумала Мэй, слушая его подробный рассказ. Это было ужасно.       — Без обид, но ты идиот, — заключила она, глядя на цветы перед собой.       — Люди всегда говорят «без обид», а потом оскорбляют, — надувшись, отозвался он.       — Зуко, — Мэй вздохнула, встречаясь с ним взглядом. — Она хотела, чтобы ты поцеловал её.       — Э-э… — он выглядел почти комично, когда до него дошло, и тут же прочистил горло. — Но я… не целуюсь на первом свидании.       — Ну, конечно, — небрежно ответила Мэй. — А как насчёт той девушки из Царства Земли?       — Джин? Она первая поцеловала меня.       — Ладно. А наше первое свидание?       Она не хотела смущать его и меньше всего ожидала, что он с самодовольной ухмылкой наклонится к ней, говоря:       — Из каждого правила есть исключение.       Мэй на секунду задумалась, прокручивая в голове воспоминания. Его покрасневшие щёки и мокрые пряди волос после неуклюжего падения в фонтан, их смешанное дыхание, когда он углубил поцелуй, его тёплая рука на её талии и близость объятий…       — Дурак, — сухо, но с ноткой нежности произнесла Мэй под искренний смех Зуко.

***

      Вскоре это стало привычным — он приходил в магазин два-три раза в неделю, занимал единственное сиденье у прилавка и жаловался на скучные и неудачные свидания. Мэй в ответ смеялась или в шутку называла его дураком. Она не могла вспомнить, когда в последний раз ей было настолько весело. Тем не менее, она со всей искренностью пыталась помочь Зуко.       — Ты уверена, что это сработает? — засомневался он, пристально наблюдая за ней, пока она поливала цветы.       — Уверена.       Иногда ему удавалось вытащить её после работы в ближайшую чайную. Мэй не хотелось лишний раз думать о встревоженном лице тёти Муры, когда она при ней уходила с незнакомцем в плаще.       — А потом она спросила меня, кого бы я предпочёл в качестве питомца — мартышкопуделя или кошкофилина, — ворчал Зуко, не обращая внимания на свой чай. — А когда я сказал, что предпочёл бы дракона, она посмотрела на меня как на сумасшедшего.       Мэй насмешливо фыркнула, пряча улыбку за чашкой.       — А что такого? — обиженно спросил Зуко. — Драконы вообще-то крутые.       — Да, — согласилась она, делая вид, будто не замечает его восхищённого взгляда.       Иногда по вечерам они просто прогуливались по улицам, почти как в старые добрые времена. За исключением того, что теперь Зуко говорил только о своих потенциальных пассиях, чьи имена Мэй даже не пыталась запоминать.       — А ещё она сказала, что очень любит ракушки.       — Значит, она глупее, чем я думала, — Мэй пожала плечами.       Они шли молча, наслаждаясь теплым вечерним ветром.       — Я соскучился по тебе, — внезапно выпалил Зуко, заставив Мэй замереть на месте, — не в том смысле, что… Ну, может и в том, но не совсем… Я скучал по тебе, как по другу, — быстро добавил он. — В детстве мы проводили много времени вместе. Это… было здорово. Ты знала, что была моим первым другом?       Мэй резко повернулась к нему, всматриваясь в красивые черты. Несмотря на длинные тёмные пряди, спадающие на глаза, чёткую линию подбородка и усталость во взгляде, несмотря на несколько дюймов, на которые он вырос, он всё ещё оставался Зуко. Тем самым Зуко, которого она любила. Для неё он тоже был первым настоящим другом.       — Я имел в виду, — серьёзным тоном добавил он, — Мэй, ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь. Всегда.       Она неуверенно кивнула, не зная, как ещё ответить. В конце концов, Зуко всегда оставался Зуко, который понимал её без слов.

***

      Когда он перестал приходить в течение нескольких дней, Мэй начала ловить себя на мысли, что скучает по его компании. Она то и дело посматривала на входную дверь, ожидая, что он войдёт и рассмешит её своей неловкостью и наивностью. Невероятно. Прошло уже столько времени, а её сердце до сих пор принадлежало ему.       Однажды днём Зуко наконец появился в цветочном магазине, подозрительно тихий и задумчивый. Мэй сразу почувствовала неладное.       — Её зовут Юмена, — с лёгким румянцем на щеках произнёс он. — И свидание с ней прошло на удивление неплохо.       Мэй попыталась вспомнить хотя бы одну девушку из благородной семьи с таким именем.       — Наверное, я никогда с ней не встречалась, — ответила она, пожав плечами.       — Она немного моложе меня, недавно её семья переехала к нам с Севера. Поэтому ты её не знаешь. Отец Юмены — один из моих генералов.       Пока Зуко рассказывал об этой хорошенькой девушке с прекрасной улыбкой и грацией, которая разделяет его интересы и знает наизусть десяток его любимых хайку, а ещё занимается танцами и вышиванием, у Мэй ком подступил к горлу.       Эта Юмена была совсем не похожа на саму Мэй. Никакой страсти к кинжалам и сражениям, никакого равнодушия к политике, никаких подавляемых эмоций и запутанных чувств, никаких членов семьи, заинтересованных во власти. Только симпатичная воспитанная девушка, идеальная пара для Хозяина Огня. Будет хранить семейный очаг, восхищаться мужем и уж точно никогда не назовёт его вспыльчивым идиотом с неуправляемым характером. Именно такая невеста угодит Совету.       Было больно, глубоко и сильно, больнее, чем она ожидала. Однако Мэй всегда умела сдерживать свои эмоции.       — Не знаю, получится ли произвести на неё впечатление этим, но ты можешь купить ей цветы, — предложила она, стараясь звучать как можно искреннее. — Я бы предложила огненные лилии, но ты знаешь, что они цветут только в…       — Нет! Никаких огненных лилий! — хриплым голосом перебил её Зуко. На мгновение их взгляды пересеклись, и по спине Мэй пробежала дрожь. Зуко вздохнул, смягчившись, и попытался вернуть самообладание. — Может быть, ты… предложишь мне что-то другое? Стоимость не имеет значения.       Мэй кивнула, закусив губу, и указала на букет розовых камелий.

***

      Зуко отсутствовал две недели, и Мэй отчаянно пыталась не свихнуться от скуки. Она тренировалась, продавала цветы, присматривала за младшим братом, игнорировала упрёки матери, читала пьесы и снова тренировалась. Получила длинное письмо от Тай Ли и написала ответ, после чего отправила послание и Суюки.       Был почти вечер. Мэй пыталась нарисовать бонсай, используя технику тонкой линии мастера Пиандао, о которой он писал в своей последней книге, когда дверь в магазин открылась.       — Привет, — застенчиво улыбнулся Зуко, и от его голоса сердце Мэй пропустило удар.       — Привет, — тихо ответила она, чувствуя, как по щекам ползёт предательский румянец.       Зуко помедлил у входа, затем подошёл ближе, мельком бросая взгляд на рисунок.       — Как дела?       — Не очень, — Мэй указала на незаконченный бонсай и покраснела сильнее. Впилась ногтями в деревянную поверхность прилавка. Как же ей сейчас хотелось отвесить себе пощёчину за такое поведение.       — Наверное, я беспокою тебя в последний раз, — произнёс Зуко, не глядя ей в глаза. — У меня с Юменой всё складывается хорошо, и я… Я подумал, что она мне подходит. Я хочу сделать ей предложение завтра.       Казалось, будто из лёгких Мэй выкачали весь воздух. Её будто пронзили боль и страх, раскалывая сердце на две половинки.       — Я рада за тебя, Зуко. Ты заслуживаешь счастья.       — Да, — улыбнулся он. — Я хотел поблагодарить тебя за всё. Ты настоящая подруга, Мэй.

***

      Ужин прошёл как в тумане. Мэй не отреагировала, даже когда Том-Том забрался к ней на колени и вывернул тарелку супа на её юбку; она услышала лишь хлопотный лепет матери, обращённый к её брату, когда бросилась в свою спальню. Непрошенные слёзы полились рекой ещё до того, как Мэй добралась до кровати — она скользнула под одеяло и свернулась калачиком, позволив отчаянию и разочарованию взять верх.       Успокоиться ей удалось только на рассвете. Слёзы высохли, и Мэй с горечью пообещала себе больше никогда не плакать из-за Зуко. Она плакала, когда они упали в фонтан, и она подумала, что он её возненавидел. Плакала, когда он бросил её из-за письма. Плакала, когда личные секреты были для него дороже их отношений.       Она не должна плакать из-за того, что он решил жениться. Зуко всего лишь в очередной раз разбил ей сердце. Давно пора привыкнуть.       Он женится на той милой девушке, она нарожает ему наследников, и они станут образцовой семьёй. Ничего удивительного.       Мэй как-нибудь переживёт это. В конце концов, у неё есть Том-Том, тётушка и Тай Ли. У неё есть деньги, честно заработанные в магазине, и на них она сможет отправиться в путешествие. Ещё она неплохо овладела навыком метания ножей. Какое ей дело до глупого брака своего глупого бывшего? Возможно, ей стоит обратиться к мастеру Пиандао и взять у него пару уроков. Или присоединиться к воинам Киоши, хотя их боевая раскраска всегда вызывала у неё неприязнь.       И всё же в течение нескольких дней Мэй ожидала услышать в разговорах посетителей новости об изменениях в жизни Хозяина Огня.       Погруженная в свои мысли, Мэй едва услышала голос тёти Муры. Та передала письмо:       — Это тебе, дорогая. Из дворца.       Вместо горько-сладкого облегчения Мэй охватила ярость. Если у Зуко хватило наглости пригласить её на свою идиотскую свадьбу, она прикончит его и с гордостью примет наказание.       Мэй разворачивала письмо дрожащими пальцами, наполовину ожидая увидеть приглашение, написанное аккуратным почерком: «Леди Мэй! Его Величество Хозяин Огня Зуко и Её Величество леди Юмена, дочь генерала N, просят вас оказать честь присутствовать на их свадьбе…»       Несмотря на все опасения, письмо содержало лишь короткую записку, написанную самим Зуко:       «Мэй,       Прошу, сделай мне ещё одно одолжение и загляни во дворец в любое удобное для тебя время — сегодня, завтра или в течение следующей недели. Жду с нетерпением.       Зуко»       Разорвав записку, Мэй вернулась к работе. Нет, больше в эту ловушку она не попадётся.       Совесть начала грызть её ближе к вечеру. Когда тётушка осторожно поинтересовалась о содержании письма, Мэй не выдержала.

***

      До дворца она добралась пешком, чувствуя себя так, будто наконец вернулась домой. Она нашла Зуко сидящим около водоёма рядом с уткочерепахами.       — Если ты хотел отдать приглашение на свадьбу, то мог бы отправить посыльного, а не заставлять меня тащиться во дворец, — сухо произнесла Мэй вместо приветствия.       Зуко вздрогнул, удивлённый, но затем усмехнулся.       — И тебе привет, Мэй.       Она вздохнула и села рядом с ним.       — Ну?       — Что «ну»? — с непониманием переспросил он.       — Где моё приглашение? — раздражённо отозвалась Мэй, скрестив руки на груди.       — А, ты об этом… В ближайшее время свадьбы не будет.       Плечи Мэй напряглись.       — Издеваешься? Ты же Хозяин Огня, она не могла отказаться от твоего предложения!       Зуко горько рассмеялся и бросил в пруд очередной кусочек хлеба.       — Я ей не предлагал.       — Что? — ошеломлённо спросила Мэй. — Но ты же говорил…       — Я не смог, ясно? — воскликнул Зуко, злясь даже больше на себя, чем на её реакцию. — Я приготовил речь, распорядился об ужине и… просто не смог.       — Но почему?       Посмотрев на Мэй, Зуко грустно улыбнулся.       — Думаю, ты сама знаешь причину, — его взгляд бы наполнен неподдельной нежностью.       Глаза Мэй сверкнули от гнева, а пальцы едва не схватились за нож. Чего он добивался? Чтобы она немедленно бросилась в его объятия и призналась в любви? Или пожалела? Бедняжке Зуко не хватило смелости сделать предложение, потому что он до сих пор сомневался в своих чувствах и продолжал морочить головы невинным девушкам. И ей самой, в том числе.       — Идиот! — зарычала она, ударив его по руке. Зуко слабо вскрикивал, уворачиваясь от её атак. — Ты. Полный. Идиот! Тебе хоть на мгновение приходило в голову, что я чувствую? Через что ты заставил меня пройти? Ты глупый, невыносимый, абсолютный…       — Мэй, — выдохнул он, и она застыла от внезапного осознания.       — Знаешь, что? Мне плевать. Я ухожу. Удачи с завоеванием благородных девиц.       — Подожди, Мэй, — Зуко схватил её за запястье и притянул к себе. — Мэй, — повторил он, продолжая широко улыбаться. — Так это значит…       — Ничего это не значит! А ну быстро отпусти меня!       — Мэй, — взмолился Зуко, с обожанием произнося её имя снова и снова. Провёл ладонью по её щеке. Счастливое выражение на его лице раздражало её. — Значит, ты меня до сих пор лю…       Не выдержав, Мэй втянула его в горячий поцелуй; на секунду Зуко растаял, после чего с нетерпением ответил, запуская пальцы в её волосы и прижимаясь ближе.       — Я вообще-то всё ещё злюсь, — тяжело вздохнула Мэй, отстранившись. — Но тебе повезло, что я тебя не ненавижу.       Зуко усмехнулся, понимая истинное значение её слов, и коротко поцеловал её в висок.       — Я тоже не ненавижу тебя.       Мэй скучала по этому чувству — не просто по объятиям или родному запаху, а по ощущению безопасности и комфорта в сильных руках Зуко. Она прислушалась к его ровному сердцебиению, наслаждаясь теплом, что разливалось в груди, проникая в каждую клеточку.       — Не могу поверить, что повелась на такого дурака как ты. Даже предложение не можешь сделать нормально, — беззлобно проворчала она, уткнувшись в его шею.       — Мэй, — послышалось сверху.       — Я, может быть, и не такая женственная, как Тай Ли, но всё-таки заслуживаю достойного предложения…       — Мэй! — воскликнул Зуко с нотками веселья.       Она подняла на него взгляд, молчаливо восхищаясь тем, как красиво сияют его глаза в лучах закатного солнца.       — Чего?       — Нормальное предложение будет. Просто… всему своё время. Обещаю.       — Как скажешь, — дрожащим голосом отозвалась Мэй, прикрывая глаза и позволяя Зуко увлечь её в поцелуй.

***

      — Знаешь, что? — радостным тоном спросил Зуко, положив подбородок ей на макушку. — Наш брак точно будет не по расчёту.       — Да уж, — согласилась Мэй, нежась в его крепких объятиях, — это скорее называется браком по безысходности.