Привычки

      Всё, что он помнил, это их лица. Жуткие лица. Они смотрели на него, и он мог лишь с трепетом глядеть в ответ. Один из них снял маску, демонстрируя молодость и красоту. На мгновение в его глазах мелькнуло сочувствие, и Эрен подумал, может ли рассчитывать на освобождение, если попросит снять верёвку с запястий матери и отпустить их.       Но затем незнакомец усмехнулся и опустился перед ним на колени. Кончики его пальцев коснулись подбородка Эрена, и мужчина с улыбкой произнёс:       — У меня есть дочь примерно того же возраста, что и ты. Может быть, однажды вы встретитесь, — поднявшись, он повернулся к Эрену спиной. Дал знак подчинённым, и те, вцепившись в Эрена, потащили его куда-то. Он закричал, пытаясь привлечь внимание матери. Сказать ей немедленно убежать прочь, но она не могла.       Эрен зажмурился. Услышал крики матери, затем — издевательский смех мужчин. Он попытался вырваться, прилагал все силы, но вдруг что-то твёрдое и тяжёлое ударило его по голове. Картинка перед глазами начала темнеть, и Эрен отключился. Его мама перестала кричать.

***

      — Эрен!       Шаги. Торопливые шаги.       — Эрен! — позвал женский голос.       Его перебил другой, выкрикивающий приказы.       Взрыв! Ближайшее к Эрену дерево разлетелось в щепки, оцарапав щёку и заставив скривиться. Он медленно открыл глаза.       — Эй, Йегер, — этот голос звучал спокойно, его обладатель явно умел себя контролировать. Чужая рука схватила Эрена за шкирку и сильным рывком поставила на ноги. Наконец придя в себя, он увидел Леви. Тот хмыкнул и небрежным толчком заставил Эрена отшатнуться. — На нас напали. Этим ублюдкам каким-то образом удалось преодолеть стену. Есть мысли на этот счёт?       Эрен растерянно моргнул, и лишь спустя пару секунд до него дошло. Валегарды прорвались внутрь. Леви сунул ему в руку чёрный пистолет.       — Это MP5. Слишком продвинутый для такого сопляка, как ты, но других вариантов нет. Уноси свою задницу подальше отсюда, — не дожидаясь ответа, Леви двинулся вперёд с похожим оружием. Эрен сглотнул и уже собирался последовать за ним, как вдруг его отбросило взрывной волной. Ударившись головой о стену, он с трудом смог встать и поспешил прочь.       В ушах звенело, Эрен вытер кровь — которая вряд ли принадлежала ему — со щеки. Достиг тренировочной площадки, на которой царил настоящий хаос. Было трудно разобрать, кто есть кто. По пути то и дело встречались мёртвые или искалеченные тела, тянувшиеся к нему за помощью. Эрен забыл как дышать. Кто-то пронёсся мимо, случайно задевая его, другой и вовсе врезался, после чего получил пулю в голову.       Эрен не успел отреагировать, рухнув на землю вместе с убитым. Сбросил с себя тело и поднялся на ноги, чтобы продолжить поиски. Заняться хоть чем-нибудь: уничтожить врага, помочь товарищам. Минуту спустя он уже не просто шагал — а бежал, сам не понимая, куда и зачем. На них напали. Нужно действовать. Куда пропал Леви? Где находилась Микаса? Энни? Что стало с Армином?       И в этот момент он увидел его. Худощавого мужчину, полностью одетого в чёрное. На его плаще виднелись кровавые пятна, и Эрен наблюдал за тем, как незнакомец снова и снова наносит удар ножом по лицу одного из солдат. Закричав, Эрен бросился вперёд, прицелился и выстрелил. Не промахнулся. Валегард упал на землю, корчась в агонии.       — Микаса! — он увидел её, сопровождавшую пару солдат в лазарет. Она повернулась к нему и широко распахнула глаза.       — Ты в порядке! Я была вынуждена оставить тебя и Леви…       — Что тут, чёрт возьми, происходит? — спросил Эрен, чувствуя, как сильно колотится сердце у него в груди. Он вздрогнул и инстинктивно пригнулся, когда поблизости раздался очередной выстрел.       Микаса покачала головой.       — Понятия не имею. Сначала всё было тихо, а потом внезапно включилась сирена, по нашим открыли огонь… Эрен, пожалуйста, отведи этих людей в лазарет. Я должна помочь капитану.       — Что? А мне ты помочь не хочешь?       — Ты здесь и сам справишься.       Эрен хотел возразить, но времени на это уже не было. Раздражённо зарычав, он повёл солдат за собой, напоследок бросив взгляд на Микасу, которая поспешила в противоположном направлении. Наверняка это Леви приказал ей. Он тот ещё ублюдок. Впрочем… с какой стати ему злиться на капитана? Он точно не виноват в случившемся.       Передав раненых медсестре в лазарете, Эрен быстрым шагом вышел наружу и наткнулся на троих валегардов. Замер, когда его заметили, и во мгновение ока был атакован. Из раны на щеке сочилась кровь, и Эрен осознал, что, окажись хотя бы на дюйм правее, уже был бы мёртв. Валегард зарычал, понимая собственный промах. Эрен вспомнил о пистолете в руках и поспешно прицелился.       Внезапно горячее, острое ощущение пронзило его грудь. Эрен вскрикнул, роняя пистолет. Его руки ослабли, ноги подогнулись. Подняв растерянный взгляд, он увидел, как один из валегардов перезарядил ружьё, затем приблизился к нему.       А потом исчез из поля зрения.       Перед глазами Эрена мелькнуло зелёное пятно, которое словно пролетело по воздуху. Это был мужчина, солдат. На его поясе виднелся трос, прикреплённый к чему-то. Солдат отпустил тело валегарда, и тот рухнул на одну из крыш. Эрен медленно поднялся на ноги, прижав ладонь к окровавленной груди. Перед ним резко приземлилось то самое зелёное пятно.       — Тебе лучше уйти, пацан!       — Да, сэр… — пробормотал Эрен, поднимая с земли пистолет. Однако стоило ему сделать шаг, как боль напомнила о себе с новой силой. Он застонал, крепче прижимая ладонь к ране.       Вполне ожидаемо, что далеко он уйти не сможет. Прежде чем успел защититься, Эрен оказался сбитым на землю. Закашлял кровью. Кто-то устроился на нём сверху и нанёс удар по лицу, ломая нос. И снова. И снова. Эрену казалось, будто его лицо превращается в сплошное месиво, он не мог двигаться; враг явно намеревался избить его до смерти. И получал от этого удовольствие.       Почему эти ублюдки с такой лёгкостью решаются на убийство?       Нет… Я не могу так умереть. Эрен повернул голову и встретился взглядом с валегардом. Протянул руку и вцепился пальцами в его маску с такой яростью, что, возможно, задел даже плоть. Валегард закричал. Эрен дёрнул маску на себя, чувствуя, как вместе с искусственными материалами срывает с врага и его кожу. Он подумал о своей матери, об её тёплой, любящей улыбке.       И незаслуженно печальной участи.       «У меня есть дочь примерно того же возраста, что и ты…»       Валегард скатился с Эрена, пытаясь отыскать его пистолет. Но Эрен оказался быстрее. Он выстрелил.       Не стал ждать, когда тело упадёт. Привычный гнев заполнил его изнутри, притупляя боль. Он должен найти Армина и убедиться, что с ним всё в порядке. Потом добраться до Энни и Микасы. Кстати, первую он вообще сегодня не видел. Как она могла исчезнуть с такой лёгкостью? Если только… Нет, об этом он думать точно не хочет.       Эрен продвигался вперёд, стреляя в любого попавшегося на пути валегарда.       — Армин! — звал он, но безуспешно. — Микаса! — остановился, переводя дыхание. — Энни?       Зловоние смерти достигло его ноздрей. Взгляд метался между лицами убитых. Эрен слишком поздно увидел врага, оказавшегося рядом, а потому не успел выстрелить. В следующее мгновение он получил удар по голове, затем в живот. Подбежали ещё двое, связали его запястья, а рот заткнули кляпом. Подозрительно твёрдым и холодным.       — Надеюсь, граната придётся тебе по вкусу, малыш, — валегарды расхохотались и оставили Эрена, захватив с собой выдернутую чеку.

***

      Добравшись до Леви, она спросила, что делать дальше. У него было два УПМ, и один он, не говоря ни слова, бросил ей. Микаса окинула капитана недоверчивым взглядом. Он это серьёзно? Она почти не тренировалась. Чего он ждёт от неё?       — Не могу, сэр. Я не готова.       — На подготовку нет времени, если ты не заметила, Аккерман, — по коже Леви катились капельки пота, однако он сохранял спокойствие. Было ясно, что в прошлом ему доводилось переживать вещи и похуже нынешнего вторжения. — Надевай ремни и следуй за мной.       Микаса выполнила приказ, хоть дрожащие руки и вынуждали её действовать медленнее. Справившись с УПМ, она поспешила за Леви.       К счастью, по пути они не столкнулись с валегардами. Трос УПМ капитана зацепился за крышу одного из ближайших зданий. Приземлившись наверху, он посмотрел на Микасу.       — Попробуй. Вспомни, чему я тебя вчера учил. Это просто.       Если Леви доверился ей, значит, она способна это сделать. Микаса приготовилась к прыжку и выпустила трос. Тот зацепился за крышу, и спустя пару секунд она присоединилась к Леви. Он передал ей нож и пистолет. С этим она тоже должна справиться. Микаса смотрела на капитана, однако его лицо оставалось нечитаемым. Она хотела знать, о чём он думает. Было ли вторжение для него чем-то обыденным или же он по-настоящему боялся.       В конце концов, они действительно могут погибнуть здесь, если не будут осторожны.       — Ты знаешь, что делать. Убивай любого врага в поле зрения. Никакой пощады.       Микаса кивнула.       — Мне и в голову не пришло бы проявить к ним милосердие, сэр.       — Я знаю. Удачи, Аккерман, — Леви спрыгнул с крыши, используя УПМ, чтобы парить в воздухе. Это дало ему возможность застать нескольких валегардов врасплох. Микаса наблюдала за тем, как он схватил одного из них и, сильным ударом пронзив грудь, швырнул обратно на землю, после чего принялся искать следующую цель.       Он был подобен хищной птице. Величественному ястребу.       Подойдя к краю крыши, Микаса заметила валегарда, оставшегося открытым для нападения. Спрыгнув, она камнем полетела вниз, но быстро выпустила трос. От сильного рывка у Микасы перехватило дух. Она едва успела сориентироваться, когда враг оказался всего в нескольких дюймах от неё, и нанесла удар ножом.       Глаза валегарда закатились, а тело быстро обмякло.       Даже несмотря на то, что Микаса могла погибнуть в любой момент, она ощущала трепет, который никогда прежде не испытывала. Нацелившись на другую крышу, она взметнулась в воздух. Почувствовала, как ремни впиваются в кожу, наверняка оставляя следы, но эта боль была ничтожной.       Всего за пару минут ей удалось убить семерых валегардов без особых трудностей. Однако было необходимо сделать передышку. Микаса грациозно приземлилась на одну из крыш и попыталась перевести дыхание. Управлять УПМ оказалось гораздо более утомительным занятием, чем она предполагала. От резких изменений высоты ей сдавливало лёгкие, не позволяя нормально дышать.       Кто-то приземлился рядом, и Микаса вскинула нож, готовая к битве.       Леви успел перехватить её руку прежде, чем она атаковала.       — Всё кончено.       Микаса уставилась на него, поначалу не понимая, о чём он говорит. Поглощённая множеством новых ощущений, связанных с УПМ и убийством врагов, она не замечала ничего другого, а в ушах раздавался исключительно шум бесконечной борьбы. Но теперь она могла услышать иное…       Тишина. Такая сладкая и в то же время жуткая. Ни единого выстрела или вопля.       Поймав взгляд Леви, она ожидала, что он скажет что-то ещё, однако капитан просто отпустил её руку и направился к противоположному краю крыши.       — Это было легко. Даже слишком, — деловито опустив ладонь на бедро, он взглянул на неё через плечо. — Ты готова, Аккерман. К концу месяца будешь зачислена в мой отряд.       Микаса растерянно смотрела на него. Как он мог говорить об этом сразу после того, как погибло так много людей? Разве он не хотел провести расследование, чтобы выяснить, каким образом валегарды прорвались сквозь стену? Он как будто совсем ничего не чувствовал.       — Всё случилось так быстро… — пробормотала она.       — Не имеет значения. Пустяковый инцидент. К тому же, это были не валегарды.       — Что? — глаза Микасы изумлённо расширились.       — Мне доводилось биться с ними раньше, и те, что прорвались к нам, были… пешками, не более. Организатор вторжения либо поторопился, либо с самого начала не планировал быть его частью. Ты можешь спросить, почему для столь важной миссии он выбрал своих худших солдат? — Леви посмотрел вниз. Он видел выживших. Тех, кто искал оставшихся врагов или раненых товарищей. Видел мужчин и женщин, рыдающих над трупами. Жалкое зрелище. — Это была проверка.       Микаса молчала, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Она поняла, о чём говорит Леви.       Организатор вторжения был их союзником. И действовал он изнутри. Похоже, в их рядах завёлся предатель.       — Кто? — спросила она. — Кто способен на такое?       Леви повернулся к ней, на этот раз не выглядя скучающим или измученным. Уголки его губ дрогнули в лёгкой улыбке. Несмотря на окружающий кошмар, Леви был воодушевлён.       — А вот это нам и предстоит выяснить, Аккерман.

***

      Кровь обагрила связанные руки Эрена, пытавшегося бороться даже сквозь собственную боль. Граната всё ещё была зажата в его зубах, по лбу струйками стекал пот. Звуки выстрелов затихли, но до него никто ещё не добрался. Эрен хотел позвать на помощь, но боялся лишний раз пошевелить губами.       Как же он ненавидел этих ублюдков. Они смеялись над ним, едва не прикончили, а затем оставили в унизительном положении. Больше всего на свете Эрену хотелось сломать их чёртовы шеи. Как они посмели так поступить с ним? Причинить ещё большую боль после того, что уже совершили…       Что ж, Эрен охотно сделает с ними то же самое.       Если выживет.       Глядя на землю, он ждал. Не мог разорвать верёвку вокруг запястий, поскольку та была слишком тугой. Солнце безжалостно палило сверху, заставляя потеть. Ему нужно приоткрыть рот, хотя бы немного расслабить челюсти. И расслабиться самому. Его мышцы были перенапряжены, а гнев обжигал изнутри.       Теперь он понимал, почему Леви отказал ему в поединке.       И почему Энни критиковала его поведение.       «Что ты вообще знаешь о гневе?»       Эрен закрыл глаза, стискивая кулаки. Он помнил каждое слово, которое сказал ей накануне. Помнил, как кричал на неё. Он кричал и упрямился, потому что знал, что она права, но смириться с этим не мог. Не мог допустить того, что Энни знала его лучше, чем он сам себя.       И это при том, что они были едва знакомы.       «Гнев — это эмоция. А на эмоции ты, как я вижу, не способна»       Дурак. Какой же он дурак.       Прости меня, Энни.       И теперь он оказался здесь, с гранатой во рту, ожидающий собственной смерти, а также гибели всех вокруг себя. Потому что на самом деле он тот ещё слабак. Потому что он находился в плену гнева. Потому что он переоценил свои возможности, а врагов, наоборот, недооценил, отчего и попал в такую ситуацию.       Эрен вздрогнул, когда почувствовал чужую ладонь на своём плече. Наконец-то помощь! Но когда поднял глаза, то почувствовал, как сердце пропустило удар. Первым до него добрался валегард, а вовсе не союзник. Всё, что он мог видеть, это светло-голубые глаза. Как у того человека, которого он встретил много лет назад. Того, кто снял маску и улыбнулся ему. А затем, рассмеявшись, убил его мать.       И добрался до него.       Однако валегард бездействовал. Какое-то время молча изучал лицо Эрена, потом протянул руку в перчатке и аккуратно вытащил гранату. Эрен шумно выдохнул, освободившись, и недоверчиво посмотрел на валегарда, в глазах которого нельзя было прочесть ни единой эмоции.       Эрен молчал. Потому что сказать ему было нечего. Они оба сидели в тишине какое-то время, после чего валегард поспешно ушёл, растворяясь в облаке пыли. Спустя несколько мгновений Эрен поднялся на ноги.       Прежде не было ни одного случая, чтобы валегарды над кем-то сжалились. Они были жестоким зверьём, за что Эрен ненавидел каждого из них.       Решив, что никому не расскажет о случившемся, он принялся искать остальных выживших.

***

      Отстегнув ремни, Микаса сделала медленный вдох, затем выдохнула. Прошла мимо множества тел, которым оказывали помощь доктора. Лишь заметив вражеский плащ чёрного цвета, обагрённый кровью, она остановилась. Нависла над валегардом и сорвала с него маску.       Она и сама не знала, чего ожидать от облика врага, но была потрясена, обнаружив, что валегард имел вполне человеческую внешность. Мужчина лет двадцати пяти. Довольно симпатичный, с зачёсанными назад светлыми волосами. От его губ к подбородку тянулся след запёкшейся крови. Мужчину застрелили. Выпрямившись, Микаса продолжила свой путь, когда рядом послышались всхлипы. Она обернулась и увидела сгорбленную фигуру, прижавшуюся к стене.       Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, кто это. Армин. Парень, с которым Эрен общался на днях на тренировочной площадке. Микаса приблизилась к нему, не зная, что сказать. Армин плакал. И у него была на то причина.       Но он не должен показывать слабость.       Будто почувствовав присутствие Микасы, Армин вскинул голову и быстро вытер слёзы.       — Не смотри… — пробормотал он. — Не смотри на меня!       Микаса отвела взгляд.       — Почему ты плачешь? — это был глупый вопрос; она прекрасно знала, почему, но как он мог плакать? Неужели Армин просто рухнул посреди поля битвы и разрыдался? Мысли об этом раздражали её.       — А что мне ещё остаётся? — его голос звучал увереннее. — Как они проникли сюда?       — Не знаю.       — Нужно выяснить, — настойчиво произнёс Армин, поднимаясь. Вытер несколько случайных слезинок. — Мы не можем допустить, чтобы подобное повторилось. Слишком много жертв.       — Микаса! Армин! — оба повернулись на голос Эрена.       Он бежал к ним, неуклюже прихрамывая. Микаса бросилась к нему и заключила в объятия. Глаза Эрена удивлённо расширились, но он всё равно улыбнулся.       — Я так рада, что ты в порядке, — произнесла Микаса, отпуская его и только сейчас замечая ранение. — Эрен!       Он и сам не ожидал, что забудет об этом, и теперь, когда Микаса напомнила, к нему вернулись боль и слабость от потери крови. Чувствуя головокружение и тошноту, Эрен мысленно выругался и едва не упал на колени, вовремя пойманный Армином с одной стороны и Микасой с другой. Вместе они помогли ему добраться до лазарета.       Их не удивила очередь у входа. С тихим вздохом Эрен вырвался из хватки друзей и опустился на землю. Он увидел, как Микаса порвала свою куртку, после чего обмотала его рану полоской ткани.       — Это остановит кровотечение на время. Пойдём, Эрен. Тебе нужна помощь.       — Я… — он взглянул на Армина, затем на Микасу, а потом снова на Армина. — Кто-нибудь из вас видел Энни?       — Леонхарт? — уточнил Армин, удивлённо подняв брови. Обменялся взглядами с Микасой. — Нет.       Эрен почувствовал, как внутри него всё сжалось, надеясь, что друзья этого не заметят. Однако от Микасы было трудно что-либо скрыть. Она ласково коснулась его плеча.       — Попробую найти её. Армин?       — Я останусь с Эреном. Давай, нам нужно занять очередь, — Армин помог ему подняться, и они медленно побрели в направлении скопления людей. Оглянувшись через плечо, Эрен наблюдал за тем, как Микаса уходит в поисках Энни.       Пожалуйста, пусть всё будет в порядке, думал он. Умоляю.

***

      Микаса нигде не могла найти Энни. Несколько раз ей пришлось откладывать поиски, чтобы помочь медикам переместить раненых на носилки или доставить необходимые лекарства. Она потратила почти шесть часов и пришла к выводу, что Энни здесь попросту нет. Возможно, та была ранена и находилась в лазарете. Или сама отыскала Эрена.       И всё же Микаса не могла не поддаться подозрениям. Во время вторжения она ни разу не видела Энни. Конечно, доказательств у неё не было, а то, что она не встретилась с Леонхарт на поле боя, ещё ничего не значило. Она многих своих знакомых не видела — всё вокруг было как в тумане, а сражения происходили слишком быстро. В такой ситуации кого угодно можно не разглядеть.       Микаса нахмурилась. Может быть, в тот момент она и не заметила Энни, но почему та до сих пор не вернулась? Микаса скептически относилась к ней с самого начала. Энни приходила в их комнату неизвестно откуда поздно ночью (правда, говорила, что просто тренируется, и в это можно поверить), а уходила очень рано, на рассвете. Их последний разговор чуть не вылился в открытый конфликт, и Микаса решила, что с Энни необходимо взаимодействовать более осторожно.       Хоть ей и не хотелось признавать это, Энни была важным солдатом. В бою могла превзойти старших офицеров. Поэтому у Микасы были все основания спросить, где та пропадала во время вторжения. Напали на неё враги, или она сбежала, или её просто не было.       Просто. Не было.       Микаса хмыкнула, пряча ладони в карманах.       Она собиралась вернуться в лазарет, когда увидела Леви, у которого состоялась на первый взгляд не самая приятная беседа с вышестоящими офицерами. Микаса не могла понять, о чём они говорили, а когда Леви поймал её взгляд, торопливо отвернулась. Она сколько угодно может подозревать Энни, но уже скоро вместе с капитаном отправится за стену. И расследование прекратится. Обычно новобранцев обучали не меньше трёх лет, но в их случае времени было мало.       И вторжение лишь подтвердило это.       Микаса не получала удовольствия от происходящего. На самом деле, вообще редко испытывала это чувство, даже окружённая вниманием и заботой приёмных родителей. С тех пор, как умерли её настоящие, Микаса стала странной. И сама ощущала эту разницу. Желая чувствовать себя в безопасности, она старалась держаться подальше ото всех, даже от Эрена, если испытывала дискомфорт. Возможно, поэтому Леви относился к ней с пониманием. Казалось, он пережил не менее тяжёлое прошлое.       Или была другая причина, по которой они с капитаном так быстро нашли общий язык?       Вернувшись в лазарет, Микаса была рада обнаружить, что Эрен больше не стоит в очереди. Узнав у медсестры, в какой палате он находится, она отправилась на поиски нужной комнаты. Лазарет был переполнен, многие солдаты были вынуждены сидеть на стульях или даже на полу, поскольку кроватей на всех не хватало. В воздухе витала тошнотворная смесь из запахов пота, медикаментов и крови. Это было невыносимо.       Добравшись до палаты и миновав несколько кроватей, Микаса увидела спящего Эрена. Армин, который сидел рядом, поспешил ей навстречу.       — Пулю извлекли и сделали перевязку. Сейчас ему нужен отдых.       Микаса промолчала, поэтому он добавил:       — Ты нашла Энни?       — Нет.       Микаса понятия не имела, как сообщит Эрену о таинственном исчезновении Энни, но очень надеялась, что он воспримет эту новость не так тяжело, как она.