Ключи от машины, брелок или твое бесстыдство?

С самого утра Хенджин ведет себя максимально странно. И объяснить это не может никто. Минхо отчаянно пытается вспомнить, что было с Хваном, когда тот засыпал, и не может, потому что засыпал он нормально. Помылся, упал, уснул. Сынмин тоже не помнит, потому что видел то же, что и Ли. Джисон с Феликсом пожимают плечами, Чан и Чанбин, как старшие, вместе с Минхо пытались поговорить с Хенджином, но бесполезно. Чонин же молча таскался хвостиком за хеном, не получая ничего, Хван только один раз быстро погладил его по макушке и забыл, снова уходя в себя. Крис знал, если бы у Хенджина был какой-то номер и он вел так себя от волнения. Но нет, у него такой же график, как и у всех. Началось все с утренней шутки, когда Хенджин встал по будильнику Минхо и ушел в душ, спокойно. Сынмин пошутил, что выпадет снег. Снег не выпал, только Хван из ванны, мертвенно-бледный и хмурый. Завтракать со всеми он не сел, но Минхо видел, что голодным он не ходил. Да и ходил Хенджин тоже странно, он выглядел дерганым, взвинченным, словно ходил босиком по стеклу. На вопросы о самочувствии не отвечал, пока они не собрались выезжать в компанию. В машине Хенджин выглядел так, словно доживает последние минуты, но на предложение Чана остаться в общаге он слишком часто мотал головой, отрицая все. Танцевал Джин тоже скованно, словно что-то держало его. Чанбин выдвинул версию, что перед сном Хенджин успел прочесть какой-то комментарий, напридумывал себе и начал новую жизнь. Такое уже было, хоть и осталось в прошлых попытках, так и нереализованных, может быть, и к счастью. Но ближе к концу дня положение конкретно перевернулось, отчего Минхо знатно офигел. Выпив воды, Хенджин будто расслабился. Он стал двигаться плавно, словно вытащил из себя все кости и оставил их в гардеробе. Выражение его лица изменилось, на щеках проскользнул легкий розовый румянец, а эмоции стали более живыми. Минхо уже не мог танцевать сам, он вообще не мог отвести глаз от младшего. Он помнит его плеер с «Play with fire», но как бы он там сексуально не выглядел, сейчас он был еще прекрасней. В общем счете за последние часы их работы Минхо убегал в душ около трех раз. Это не укрылось от лидера, который, все еще обеспокоенный переменой Хвана, начал беспокоиться и об остальных. – Не, все супер. Даже слишком. Это физиология, хен. Там слишком красивая стажерка, прости. Минхо совсем не стыдно. Было бы хуже, если бы он в открытую заявил лидеру, что у него встает на Хвана. Крис бы его понял, промолчал, но глаз бы с него не спускал до самого конца. – Я думаю, на сегодня можно закончить. Я останусь прорепетировать еще вместе с Джин-и-хеном, вдруг ему хуже станет, – Феликс улыбнулся лидеру, но его улыбка предназначалась явно не ему. С другого угла комнаты незаметно кивнул Джисон, и все начали выходить, оставляя только дэнс-рачу. – Я останусь с вами. Нужно еще кое-что прогнать. Хенджин скалился на младшего и почти рычал, когда Феликс помогал Минхо придумывать новые элементы хореографии, в которых Хенджин сейчас должен был больше выгибаться и перекатываться. Пот лил с парня словно Хван был под дождем, лицо уже не было маняще-розоватым, а полностью красным, захватывая даже уши. Ли старший сделал пару пометок и отправил младших в душ, решив, что сегодня нужно действительно закончить, иначе до общаги они Хвана не довезут. Приходить позже остальных было оптимальным вариантом для Минхо. Многие уже помылись и поели, рассосавшись по своим делам. В душевой был только Сынмин, Чонин с Джисоном играли в приставку, пока Чан и Чанбин ушли в студию, потому что старшего снова накрыло вдохновение. Феликс сразу занял очередь за Сынмином, чтобы скорее присоединиться к белке и макнэ, а Минхо отправился на кухню, чтобы приготовить на них еду. – Эй, Джин-и, ты хочешь чего-нибудь? – Нет, хен, спасибо. Я помоюсь и спать. – Ну нет. Принцесса, да что с тобой сегодня, м? Ты даже не подколол меня ни разу за день. Теперь еще и от еды отказываешься. – Прости, но я правда устал. Со мной ничего не случилось... но если ты так переживаешь, я расскажу тебе завтра, хорошо? – Договорились. Смотри, я ничего не забываю, – Минхо несильно хлопнул Хвана по заднице, однако успел заметить, как глаза его непривычно округлились, а зубы захватили в плен губу. Любопытство так же возрастало, как и огонь на плите. Феликс от еды не отказался. С набитым ртом он пытался хвалить готовку хена, хотя бы даже для того, чтобы в следующий раз готовил снова он, но и убежал он так же быстро, улетая на помощь проигрывающему Джисону. Минхо был голоден, но никуда не торопился, поэтому когда на кухне он остался один, то начал смотреть в окно, пытаясь понять, что все-таки с Хенджином. И взгляд его сразу зацепился за маленький блестящий брелок на окне, который никто до этого, видимо, не замечал. Минхо от любопытства дернулся вперед, крутя находку в руках, но когда услышал шаги, то быстро спрятал ее в карман, словно пойманный воришка. – Хен... – Хван быстро заглянул на кухню, сильно прикусывая нижнюю губу. – Ты не видел... ключи от машины? – Эм, нет, а зачем они тебе? – Мой школьный друг попросил передержать машину на стоянке, а ключи мне отдал... сегодня он должен ее забрать, а я, кажется, потерял... – О, нет, прости. Хочешь, я помогу тебе найти их? – Нет, нет, не стоит! Я... я скажу ему, что слишком устал, отдам завтра, когда найду. Спасибо, хен. Ли проводил взглядом эту фурию, понимая, что что-то все-таки останется вечным. Помыв посуду, Минхо на время и забыл о потеряшке, только ночью вспоминая о найденном брелоке. Возможно, Ли что-то и перепутал. Этот найденный брелок и был ключом от машины, поэтому Минхо сел на кровати, смотря на комнату, которая почти полностью погрузилась во мрак. Сынмина не было, видимо, уснул вместе со всеми в общей гостиной. Хенджин свернулся в позу эмбриона на своей кровати и тихонько постанывал. Минхо подошел к нему, чуть присаживаясь рядом с кроватью, и поправил волосы младшего. Немного дыхания Джина попало на руку Ли, которую он тут же одернул. Слишком горячо. Старший провел рукой по лбу младшего, проверяя на температуру, но отметил, что горит он весь. Сейчас, в принципе, весь Хван напоминал самого Ли в конце дня, поэтому последний бесстыдно запустил руку под одеяло, чувствуя твердый стояк парня. Тихо прыснув, Минхо отошел от него, садясь на свою кровать. Хенджин не выглядел грязным, Ли даже подумал, что в сексе с парнем он был бы пассивом. Руки непроизвольно начали крутить те ключи, случайно зажимая какую-то кнопку. Минхо почувствовал это сразу, только не сразу услышал вой машины со стоянки. Точнее, не услышал его вообще. А вот стон Хенджина – да. – Хенджин-и, что это? Ключи от машины, брелок, или твое бесстыдство, – тихо прошептал Ли, снова подходя к младшему и стягивая с него одеяло. Ноги младшего дрожали, а ягодицы постоянно дергались. Пальцы снова начали бегать по зажатой кнопке, доводя ноги то до крупной дрожи, то до спокойного состояния. – Маленький извращенец. Это ты с этим ходил весь день? Это с этим ты так по-сучьи танцевал? Вот в чем причина твоего поведения, принцесса. И ты собирался рассказать мне завтра, когда вытащишь ее, да? – все так же шепчет Минхо, отходя к своей кровати и ложась в постель. Хенджин проснулся, сразу смотря на Ли. Старший не стал изображать спящего, сразу смотря в ответ. – Кошмар? – Угум. А где Сынмин?.. – Тройничка захотелось, Джин-и? – усмехнулся Ли, склоняя голову. – Что? – Хенджин присел на кровать, удивленно смотря на хена, который начал смотреть так же с удивлением. – Говорю, водички захотелось? Сынмин с остальными уснул, я не стал его трогать. Что с тобой, принцесса? Ты уверен, что не должен рассказать мне все сейчас? – А... да, уверен... – жадно сглотнув скудную слюну, Хван еле поднимается на ноги, которые с каждым днем напоминают спички, и поплелся на кухню, чтобы набрать воды. Вот только вернувшись, он замечает объект своих страданий в руках хена. Колени тут же подкашиваются, однако Минхо говорит, даже не поднимая взгляда. – Подойди ко мне и даже не думай, что у тебя есть шанс на побег, Хенджин, – голос Ли холоден и спокоен одновременно, отчего картинка перед глазами начинает плясать. – Там... там проснулся, кажется, кто-то... я пойду, проверю... – Не тот ли, кто просил тебя передержать машину? – Ли резко увеличивает скорость, заставляя младшего присесть и зажать рот, но стон все же успел вырваться. – Не глупи, принцесса, закрой дверь и иди сюда. Хенджин слушается, закрывая дверь, и только после этого Минхо сбавляет скорость, но теперь он поднимает темные глаза на младшего, что действует не хуже вибрации. Хван еле перебирает ногами, но идет к своей кровати, падая на нее сразу. Он утыкается лицом в подушку, но чувствует каждой клеточкой тела, как к нему подходит Ли, садясь сзади. Скорость начинает увеличиваться, пока хен скользит по постельному выше, рукой, словно змейкой, обвивая его шею. Хенджин переворачивается на спину и смотрит вверх на хена, который сам сейчас выглядит как один из семи грехов – похоть. Его пальцы все еще смыкаются вокруг его шеи, а от стимуляции внизу Хван чувствует, что скоро кончит, как вдруг все прекращается. – Я проспорил Джисону и Феликсу, что должен проходить с этим 24 часа... время вышло, хен... вытащи... – Хенджин, а теперь серьезно. Ты же понимаешь, что я не уйду сейчас? – Минхо говорит низким не свойственным ему голосом, а собственный член дергается, встав на сторону Ли. – Что же... что же ты хочешь... Минхо едет глазами вниз по стройному телу младшего, а Хвану кажется, что он чувствует все. Каждая клеточка тела, которая попадает под взгляд темных глаз, начинает сжиматься, заставляя хозяина дышать чаще. Минхо разводит стройные ноги и стягивает трусы вниз. Хенджин позорно, но с великим облегчением издает стон, снова закрывая рот руками. Ли еще немного смотрит на буквально каменный стояк Хвана и белье, пропитавшееся потом и естественной смазкой, а потом тянет палец к анусу, извлекая виброяйцо. Длинные пальцы Хвана сжимают простынь, когда Минхо удовлетворенно смотрит на быстро сокращающиеся стенки мышц, подвергшихся такому испытанию в течение целых суток, а потом аккуратно поднимает парня, укладывая удобней в полусидящее положение. Первые несколько секунд Хенджин даже без стыда наблюдал за тем, как раздевается хен. Когда у них было несколько минут на душ, они принимали его вместе, Хенджин видел его без одежды, видимо дело в том, что тогда не было времени думать, как член друга войдет в него. А теперь есть. И от этого младший снова краснеет до нездорового оттенка, смотря, как Минхо уже вплотную двигается к нему между разведенных ног. – Сука, какой же ты нереальный, – старший чуть запрокидывает голову младшего назад, начиная покрывать поцелуями чужую шею, а Хенджин давится слюнями и собственным удовольствием. Бедром он отчетливо чувствует не менее напряженный член одногруппника, и вместе с этим встает вопрос, как давно знает об этом хен и рассказывал ли он кому-то? Хотя последнее точно исключено. Когда Минхо толкается внутрь, заполняя его полностью, Хван сначала чувствует удовлетворение, а потом приходит осознание, чем и с кем он сейчас занимается. Минхо обхватывает спинку кровати, прижав Хвана, толкается сначала плавно и размеренно, а Хенджина бьет микроразрядами. Возможно, хен и не шутил, что однажды Хенджин допрыгается и Минхо его точно зажарит. Пусть не в буквальном смысле... хотя, чем вам не буквальный смысл. Сам Минхо готов стонать еще громче Хвана. Пусть они не были слишком громкими, но пелена возбуждения не накрыла, как в сотнях фанфиках по ним, Ли знал, что оба сейчас делают это на трезвую голову, и судя по реакции Хвана – младший сейчас думает о том же. Не сказать, что Минхо всегда мечтал трахнуть Хенджина, это было лишь в редкие моменты, когда Хван отпускал смущение и пробовал экзотические танцы с шестом или другими снарядами. Хенджин был один в комнате, не считая пристального взгляда старшего. Хван слишком красив, чтобы не думать о нем в таком плане, как бы грубо это не звучало. Хенджин достоин настоящей любви и романтики, пока не начинает измерять терпение хена, которое нисколько не резиновое. Минхо начинает толкаться резче, чувствуя, что стенки Хвана почти забыли об игрушке и начали облеплять его член. Как бы хорошо не было внутри младшего, как бы не хотелось хвалить его, сейчас Минхо пришлось переключиться на себя и контролировать, чтобы не кончить прямо в младшего. И чем больше он думал об этом, тем слаще казалась эта идея, хотя сбыться ей, возможно, и не суждено. Хенджин тоже на время отключился, полностью отдаваясь ощущениям. Член дергается в который раз, Хван скоро будет плавать в своей сперме, но пока дьявольский хен двигается в своем темпе, возбуждая каждую нервную клетку в его теле, Хенджин готов был кончить хоть сто раз за ночь. Пальцы осторожно сжимают кожу на плечах и спине Ли, максимум до красных пятен, которые к утру уже уйдут. Большего они позволить себе и не могут. Хенджин медленно закатывает глаза, кончая одновременно с Минхо. И если второй контролировал себя до последнего, выходя и изливаясь Хвану на живот, то для Хенджина это был раз пятый или шестой. Хван дышит из последних сил, когда Ли понимает, что мальчик сегодня пережил слишком большой стресс. Вытерев его от спермы, Минхо перекладывает Хвана на свою кровать, унося его постельное в машинку, оставляя в голове напоминание постирать. И еще пару напоминаний, по типу: сказать Бан Чану, что Хенджину ночью стало плохо, поэтому завтра он не идет на тренировку, отругать Джисона и Феликса за слишком жесткое задание, 24 часа проходить возбужденным, но при этом не касаться себя – это насилие. А потом достает чистую одежду, переодевая Хенджина и ложится рядом, прижимая его к себе. – Лишь бы не влюбиться, пакость, ты же меня потом изведешь...