Я отомщу тебе!

Когда-то давно ему говорили, что волшебство существует. Если верить в чудо, оно обязательно сбудется. Главное - верить, не переставая, и никогда не сомневаться. С тех пор он изменился. Он поглощал крепкий алкоголь, бутылку за бутылкой. Курил по две-три пачки в день. Слушал музыку на максимальной громкости, переходя дорогу и мечтая сдохнуть. Если верить - обязательно исполниться. Но смерть так и не наступала. Его внешний вид нисколько не портился, только сердце изредка начинало барахлить, сбивая дыхание. Казалось, что в его доме, в самой дальней комнате, стоит искусно написанный портрет, еще лучше, чем у известного Дориана, который крадет всю его старость и нотки уродливости, принесенные вредными привычками. Он шел вперед и, как обычно, глубоко затягивался, пытаясь прогнать остатки алкоголя из своего организма или хотя бы разума. Предметы в глазах то расплывались, то наоборот становились слишком четкими, поэтому юноша шел вслепую, громко шаркая ногами по земле и тихо напевая какую-то песню. - Место мое здесь, - с печальной улыбкой шептал Лайт. - Пусто и холодно мне. Пение перебивало щелканье экрана, который отмечал приближение юноши к дому Эмили. Он то подходил, то отдалялся потому что шел какими-то неведомыми обычным людям путям. То проходя буквально сквозь дома, то теряясь на прямой улице. Он знал, что Майк очнется еще очень не скоро, поэтому у него появился шанс спасти его от кровавой расправы и самому заслужить расположение возлюбленной. Странные желания блуждали в его голове. Одно гласило, что иметь девушку вовсе не так плохо. Она будет заботиться о тебе, готовить ужин и помогать со школьными делами. Другая сторона отрицала всякие отношения. Мол, не привязывайся и не будет больно. Лайт склонялся ко второму варианту, но делал всё в точности, как советовал первый. Из окна, на третьем этаже, светил блеклый свет, приятно гармонируя с рассветом. Свернув за дом, Лайт нашел пожарную лестницу, пошатываясь, кое-как залез по ней и перешел на узкий парапет, держась за стену. Упав отсюда, насмерть не разобьешься, но пару месяцев в больнице точно гарантированы, поэтому парень действовал осторожно и старался думать над каждым своим шагом. Ледяной кирпич морозил руки и неприятно царапал кожу на них, отчего на ладонях появилось легкое жжение. - Дыши как можно дольше. Не сдавайся, - уже даже не пропел, а прошептал Лайт, продолжая идти вперед к своей цели и вбок по парапету. Нужное окно находилось на самом краю, но, к счастью, дом был ориентирован больше на высоту, а не на его протяженность, отчего идти оставалось не так много. Встречались редкие балконы, которые упрощали движение, и на них юноша устраивал короткие передышки. Наружные подоконники, за которые можно было ухватить и тоже перевести дыхание . "Я придурок. С чего я вообще взял, что это её квартира? Мало ли, как здесь расположены номера. А что, если она меня не пустит? Я не дойду обратно. Я идиот! Где моя рассудительность?" Но парень все равно приближался к окну, пока не услышал снизу настойчивый юношеский голос: - Лайт, идиот хренов, ты что делаешь? - Крис испуганно смотрел по сторонам в поисках того, что поможет ему снять друга с большой высоты. Лайт был недоволен. Всё волшебство предрассветного часа было разрушено появлением какого-то человечишки, вследствие которого и его "магическая" сила решительности ослабла, позволяя ему упасть вниз. Но парень чуть крепче вцепился в кирпич, немного выходящий из стены, и повернул голову назад. - Ты что здесь забыл? - Я успокоил Сайту, уложил её спать и шел к вам проверить, что вы там задумали. А то, что вы в баре я был просто уверен, пока не нашел тебя здесь. Какого черта!? Третий этаж, иди твою налево! Парень облегченно вздохнул, и сделал еще шаг. До окна оставалось несколько метров, пройти которые не составит труда. Крис что-то кричал и настойчиво просил его спуститься, пока мужчина из дома напротив не обматерил его, обещая скорое отправление в морг, если тот не заткнется. Крис стал менее настойчивым, но от своего не отступался. - Да заткнись ты уже! Я за тебя заступаться не буду, когда жители выйдут на тропу войны! Проваливай, я занят. У меня важные дела со стеной этого дома. Нам нужно поговорить наедине, - со злостью крикнул Лайт и довольно вежливо постучал в окно, из которого горел гостеприимно свет. За полу-прозрачной тканью тюли он заметил удивленный взгляд Эмили. Девушка приподняла голову, посмотрела в окно и в ужасе огляделась по сторонам, пытаясь убрать галлюцинации из своего воображения, но они не пропадали. Напротив, Лайт постучал еще раз, чувствуя, что стоять становится все неудобней и совсем скоро но упадет назад. Надежда, что Крис его поймает не угасала, но все же. Наконец, Эмили бросилась вперед и открыла окно. Парень ввалился внутрь и остался лежать на столе, тяжело дыша. Кисти отказывались работать, находясь в состоянии перенапряжения, а сам он еле дышал от страха неминуемой смерти, будто бы все еще находился на улице, на уровне одиннадцатого или двенадцатого этажа. - Привет, Эмили, - как ни в чем не бывало мило поздоровался юноша, и слез со стола, рухнув на стоящую рядом широкую и мягкую кровать. Матрац под его весом прогнулся вдвое. - А я тут в гости зашел. Кстати, как насчет того, чтобы стать моей девушкой? Эмили села на стул, устало положив голову обратно на стол. - Вы что все с цепи посрывались? Отстаньте уже. Мне нужно побыть одной. И только я нашла это одиночество, как тут ты врываешься мое окно. Да, кстати говоря, нормальные люди пользуются дверью. Ну это так, на крайний случай, мало ли что. Могу даже показать как она работает. И даже несколько раз, чтобы ты лучше запомнил. Идиоты... и почему я должна встречаться с тем, кто дымит как паровоз, и пьет не меньше. Тебе всего восемнадцать, а здоровье уже посажено. Лайт закрыл глаза, мечтая отстраниться от всего этого замечательного монолога, и подумал, что все его действия были одной огромной ошибкой, которую не следовало совершать. С трудом приняв полугоризонтальное положение, юноша достал из кармана пачку сигарет и зажигалку, пафосно бросив их на стол перед девушкой, а затем лег обратно, складывая руки на груди, как покойники, которых хоронят по православным обычаям. - Затянись. Это хорошие сигареты. Дорогие и качественные. А самое главное - очень крепкие. Я их курю, когда совсем голову сносит. Вот и ты покури. Тебе сейчас полезно будет. Фраза, брошенная с глубочайшим презрением. Эмили одолела злость. Она решительно достала сигарету, кое-как её прикурила и неумело затянулась, сразу рухнув на пол в приступах дикого кашля. Лайт оказался рядом и заставил девушку распрямиться, чтобы выпустить весь табачный дым из её легких. Боль только усилилась, но затем, и вправду, стало легче. - Очнулась? - спросил парень, поднимая её голову за подбородок и заставляя взглянуть в свои глаза. - Я хочу поговорить с адекватным человеком. Дрожь, и девушка уже зарылась в его объятия, часто всхлипывая, и пытаясь скрыть лицо, чтобы Лайт не заметил её слез. Тот лишь усмехнулся и крепче прижал подругу к себе, докуривая сигарету. - Когда-то я тоже не мог адекватно принять курение, - начал он, - но теперь все изменилось. Наверное, трудно представить, что такое существо, как я, способно любить. Да, признаюсь честно, я и сам в это не верю. Еще год назад я был другим. У меня была прекрасная девушка, которую я любил больше, чем кого бы то ни было. Но затем её взаимность иссякла, а моя только возросла, и в итоге, - она ушла. Сейчас, я уже ничего к ней не чувствую, только изредка что-то на секунду пронзает мои легкие, а курение помогает забыться. Я затягиваюсь, и в голове все проясняется. С алкоголем так же. Знала бы ты, как мерзко получать от этого кайф. Вся моя сущность выжжена, но сейчас я снова начал что-то чувствовать. Пожалуйста, - Лайт замолчал, зарываясь носом в угольные волосы Эмили. - Пожалуйста, помоги мне вновь стать человеком. Сигарета выпала из рук, оставляя на светло-бежевом ковре пепельный отпечаток и незаметную дыру с обугленными краями. Холодный порыв ветра ворвался в окно. Тикнули часы. Где-то мяукнула кошка. Солнце окончательно взошло над горизонтом. - А еще, думаю тебе не стоит мстить Майку. Тогда вы были еще глупыми детьми. Он не понимал, что делает. Думаю, не стоит вспоминать старые тревоги. Я бы не стал ему мстить. - Добровольная амнезия? - сквозь слезы спросила Эмили, встречаясь с удивленным взглядом друга. - Я отомщу ему. Он этого заслуживает. Моя рука, мое зрение, мои игрушки. И, в конце концов, мой характер. Непростительно. Пусть он умрет. - Он - хороший человек. Если ты начнешь ему мстить, то непременно в него влюбишься, Эм. Поверь. - Глупости. Пусть он умрет. - Ты так этого хочешь? - Более чем. - Хорошо. Так что... с моим предложением? - Нет, Лайт. Нет. А теперь - уходи. Отстранив девушку от себя, парень встал, учтиво поклонился, пряча взгляд, и вылез в окно, ступая на парапет. Крис сидел внизу, облокотившись на фундамент противоположного дома. Окликнув его, Лайт прыгнул вниз, тяжело приземляясь на ноги, а затем, падая на асфальт. Повредив плечо, он поморщился от боли. Да, ему действительно была в кайф вся эта ситуация. - Пойдем в бар. Мне нужно выпить. Заодно, Майка в чувство приведем.