Маленькая сестра лучшего друга

— Альбус, Скорпиус, спускайтесь! Скорпиус вздрогнул, услышав, как его назвали по имени. Это было непривычно и приятно одновременно. Ал улыбнулся ему из-за очков-половинок, закрывая книгу и убирая её в сторону. Как бы не забыть её забрать с этого чердака, останется ведь лежать тут пока они следующим летом не залезут… Малфой впервые приехал в гости к другу, к своему единственному другу. И кто бы мог подумать, что этим другом окажется Поттер? Альбус Поттер, мальчик среднего роста с чёрными как смоль волосами, над которыми Скорпиус пошутил в первый же день. Они тогда чуть не подрались, лишь аристократичность Малфоя помогла спастись. А когда они оба распределились на Слизерин… Сколько было недовольных взглядов и шуток. Альбусу тогда пришлось нелегко, Поттер на Слизерине, это сенсация. И Скорпиус сам не заметил, как защитил его от очередной порции нападок. Тем самым зародив самую противоречивую, но искреннюю дружбу. Сколько они успели за первый курс… и погулять по ночному Хогвартсу, и побывать в выручай-комнате, и подшутить над учителями. Правда, потом родителей вызывали… И вот во что это вылилось. Лето, знойный июль, а Скорпиус приехал на неделю к Поттерам. Ко всей сумасшедшей семейке, включая шутника Джеймса и маленькую девочку. Лили, кажется. Только её он пока что не видел, но и не очень горел желанием. Ему было неловко встречаться с любым членом семьи Поттеров. Они спустились вниз, к накрытому столу и улыбающейся Джинни Уизли. Невероятно теплая женщина, улыбчивая и принимающая Скорпиуса как собственного сына. Её муж, Гарри Поттер, лишь приподнял голову из-за газеты и кивнул с легкой улыбкой. Весь день, что Малфой тут, мальчик пытался рассмотреть шрам на лбу героя. Пока его попытки успехом не увенчались. — Мальчики, садитесь, — женщина тепло улыбнулась, показывая на два места. И, не меняя интонацию, — Лили! Девочка примчалась по зову, залетая откуда-то с улицы и едва успевая отдышаться, плюхнулась на свое место. Скорпиус тут же вспомнил, что видел её на перроне перед посадкой на Хогвартс-Экспресс. Девчонка не изменилась. Все те же рыжие косички, тёмные карие глаза и россыпь веснушек. Уизли обыкновенная, но с фамилией Поттер. Отец погладил младшенькую по волосам, оставляя неловкий поцелуй в макушку. Лили податливо подставила свою голову и обняла папу. И только потом, кажется, заметила новое лицо за столом. Проскользив взглядом по Альбусу, а затем по Скорпиусу, она неосознанно прижалась ближе к отцу. Трусишка. Интересно, она когда в Хогвартс поступит, тоже будет так шататься от него? — Малфой! — она резко отпрыгнула от парня, резко поменявшего траекторию. Лили буквально вписалась в своих подружек, ойкнувших и чудом не свалившихся всей компанией, — Смотри, куда идешь! — Отвянь, Поттер, — он отмахнулся, останавливаясь перед девушками. Четырьмя Гриффиндорками. Розой Уизли, его старой подругой, Ровеной и Эйлис Лойд, сестрами с пятого и третьего курса, и Лили Поттер. Маленькой сестре его лучшего друга, с которой они пересекались даже летом и предпочитали друг друга не замечать. А еще, он безумно любил её подкалывать. — Чего встал? Нашел на кого ядом побрызгать? Нет, извини, у нас противоядное стоит. От Малфоев. Это что еще за фокусы? Брови Скорпиуса взлетели вверх. Это Лили Поттер, маленькая рыжая девочка с забавными косичками или колтуном на голове, ему сказала? Вон та самая, которая носится по двору или залазит к ним с Альбусом в комнату, чтобы предложить свою очередную идиотскую игру? Которая плакала от его подколов, а Джеймс её успокаивал с ненавидящим взглядом? Когда это она стала такой смелой, что смогла ему первая дерзить? А потом присмотрелся. Так это ведь уже не маленькая девчонка с рыжими косичками. Перед ним стояла настоящая огненная девушка. Только от этой огненности она не становится менее раздражающей сейчас. — Поттер, ты… — Мы заняты. Ты можешь оставить свои ответки на попозже? Она… невыносимая! Скорпиус тяжело вздыхает и разворачивается от нее. Пусть это будет её маленькой «победой». Если это можно так назвать. Поттер-младшая была невыносимой язвой. Но Скорпиус как-то раз увидел её одиноко сидящей в библиотеке. На нее падала только малая часть света из прикрытого окна, в руках была толстенная старинная книжица. Рыжие волосы завязаны в растрепанный пучок, сделанный явно прямо тут, в библиотеке, просто чтобы волосы не мешали читать. На носу круглые очки, совсем как у братьев. Оказывается, она тоже их носит. На лице ни грамма язвительности, она спрятала свой яд гадюки и читает с неподдельным интересом. Он стоял у затемненного стеллажа. Знал, что если издаст хоть звук и она обратит на него внимание, вся эта красота пропадет. Красота?! Он назвал маленькую Поттер, читающую книгу, красотой?! Господи, да, он был бы полным идиотом, если бы сказал, что она ему не нравится. Хотя бы не симпатична! Красоту не спрячешь за слезами. Так подумал Скорпиус, когда увидел плачущую маленькую сестру лучшего друга. Она сидела под деревом и утыкалась себе в ладони, периодически размазывая тушь по щекам. Нет, Малфой не образец благородства. На то он и Малфой! Но тогда он не смог удержаться. И то ли ради Альбуса, то ли по колкому уколу совести, он подошел к девушке и сел перед ней. Ей всего шестнадцать, а она уже умывается горькими слезами. И он даже знал почему. Банально и очень по-девчачьи. Парень, который ей нравился, ее отшил. Нагло, при всех и показательно. Скорпиус это видел, но тогда даже не подумал пойти за девочкой. Он не подушка для слез и не психолог. — Поттер, — он не удержался от легкого смешка, когда присаживался на корточки перед ней, — Ты правда думаешь, что реветь во дворе лучше, чем в комнате? Хотя бы в гостиной, ну право боже. Да уж, он точно не психолог… Каким взглядом на него тогда посмотрели… У-у-у… Он так и уйдет, не узнав, что она не может вернуться в гостиную из-за того, что над ней насмехаются. Потом случайно будет проходить мимо коридора, буквально «подворотни», и случайно услышит слезы девушки. Девушки, которая плотно засела в его сердце. Даже той самой, с забавными косичками, в неряшливой большой футболке отца. — Лили? — ее имя сорвалось с губ случайно. Он даже сам не понял, что сказал. Она подняла голову, посмотрев на него. Кажется, Поттер подумала, что ослышалась, — Лили. Он повторил вновь, как бы смакуя имя. — Что случилось? — Скорпиус в два шага оказался около девушки. Поднял ее голову за подбородок. — Ничего. Уходи. — Лили. — УХОДИ! ТЫ НИЧЕМ МНЕ НЕ СМОЖЕШЬ ПОМОЧЬ! — Почему ты так уверена? — скептическая фраза и бровь летит вверх. Ну что у этих Поттеров за поразительная самоуверенность в своих мыслях и догадках? Она молчит. Смотрит в его глаза и молча качает головой. Скорпиус ждет, пока она соизволит ответить на вопрос. Но слышит вместо ожидаемого другое: — Потому что ты мне нравишься… Почти неслышный шепот. Она говорит это не разжимая губ, надеясь, что он не услышит, а ей станет легче. — Что? Она не повторяет еще раз. Только смотрит в глаза. Они смотрят друг другу в глаза. И между ними словно плавится лед.