В летний зной

Только через мгновенье до Торда дошло, что же происходит, и он со всей силы оттолкнул Тома. Ещё пару секунд черноглазый чувствовал приятный привкус сигарет на своих губах. — Да ты чертовски пьян! Том, ты должен отлежаться, ты не даёшь отчёта своим действиям! — лицо Торда было полностью красным, а глаза с полным непониманием смотрели на парня. Как же Том любил эти прекрасные карие глаза... — Торд… пойми, пожалуйста, я просто… сам не понимаю, что со мной происходит… в тот момент, когда ты впервые поцеловал меня… я… я почувствовал, что испытываю к тебе нечто больш-… — но Тома резко прервали. — Я даже не хочу это слушать! — выкрикнул Торд и пулей вылетел из комнаты. Черноглазый ещё долго смотрел на дверной проем, даже не осознавая, что только что сморозил. — О боже… нет, нет, нет… я не должен был этого говорить… — прошептал Том, закрыв свой рот ладонью. Большое количество алкоголя давало о себе знать, ударяя в голову, поэтому Том достаточно быстро уснул, лёжа у себя на кровати. Торд выбежал на улицу — ему был просто необходим глоток свежего воздуха. После он судорожно вытащил сигарету с зажигалкой и принялся курить, ему обязательно стоило успокоиться и хоть как-то попытаться переварить эту ситуацию. Он просто не хотел принимать чужие чувства… он всегда был уверен, что ему суждено прожить жизнь одному. Ведь Торд никогда никого не любил и даже понятия не имеет, что значит "любить" кого-то в плане отношений… Но после общения с Томом, с этим действительно интересным и ценным ему человеком, Торд осознал, что испытывает к черноглазому то, что никогда не испытывал к другим людям (за исключением родственников). Он понял, как сильно привязан к парню, но как бы сильно он не хотел проводить с тем больше времени, как бы сильно не хотел обнять того, или поцеловать его прекрасные губы снова, он боялся… боялся того, что его в конце концов предадут. Точно так же, как и родители, которых он так сильно любил. Он не хотел, чтобы ему в итоге разбивали сердце, он не хотел ещё раз пережить эту страшную боль…он просто не может… довериться кому-то ещё раз. Так что он принял решение затолкать эти чёртовы чувства куда подальше, чтобы больше ни разу не испытать былой кошмар из-за них. Неожиданно коммунист почувствовал чужую руку на своём плече. Повернувшись, он понял что это Эдд. Он выглядел весьма обеспокоенным. — Торд, нужно поговорить. Может быть, я наконец-то добьюсь каких-то разумных объяснений? Просто мне уже надоело смотреть на то, как вы с Томом убегаете друг от друга. В чём, собственно, дело? — после слов парня в зелёной толстовке, Торд призадумался. Всё-таки, правду лучше утаить. — У нас всё хорошо… просто… небольшие дружеские разногласия, — усмехнулся Торд, пытаясь натянуть улыбку. Он надеялся, что его слова прозвучали хоть чуточку убедительно. В воздухе повисла неловкая тишина. Всё-таки, Торду ужасно нужен был совет от кого либо, ведь разобраться сам в своих чувствах он просто не мог. — Послушай… тут такое дело… мой друг попросил у меня совета, а я совсем не понимаю что делать и как ему помочь в этой ситуации… может ты мог бы помочь? — поинтересовался, будто бы невзначай, Торд. — Конечно! Просто расскажи что там у твоего друга случилось, а я попытаюсь дать совет. Потом просто передашь ему, — предложил Эдд. Торд на это только кратко кивнул. — Он полюбил одного парня, но в итоге не может разобраться со своими чувствами. С одной стороны, он не хочет никому доверять, а с другой… очень сильно хочет полюбить. Но он очень боится этой любви, боится, что его могут предать. Ему просто страшно вступать в отношения. Более того, он считает что это запретная любовь, ведь он парень и влюбился в... парня. Ну, разве не абсурд? — усмехнулся Торд, докуривая сигарету. Бросив окурок себе под ноги, он растоптал его. Эдд подумал несколько секунд, после чего наконец ответил. — Я, конечно, в этих делах не эксперт, но, как мне кажется, жизнь — это всегда риск. Не лучше ли рискнуть, и попробовать вступить в эти отношения, чем потом умереть, жалея о том, что ты этого так и не сделал? Ведь даже если в итоге его предадут, жизнь на этом не закончена. А то, что они оба парни, это совсем не страшно, у любви нет никаких границ и пола, — улыбнулся Эдд. Торд в изумлении, смешанным с восхищением, смотрел на парня, ведь это именно то, что он хотел услышать больше всего на свете. Этот совет словно предал Торду сил. Эдд, заметив этот взгляд Торда, усмехнулся, поняв в чём дело. — Не переживай, Торд, всё у вас с Томом будет хорошо, — хитро произнёс Эдд, похлопав товарища по спине, после чего зашёл обратно в дом. Торд ещё пару секунд стоял неподвижно, прокручивая слова Эдда у себя в голове. "Неужели Эдд догадался?... Хотя… это было очевидно" — лицо коммуниста было полностью красным, как помидор. Недолго думая, он зашёл в дом, быстро проскользнув в свою комнату. Не прошло и часу, как коммунист услышал стук в дверь. — Хей Торд, — весело начал Эдд. — Собирайся, мы сейчас все вместе планируем пойти и где-нибудь поесть, а то дома в холодильнике совсем пусто. Дохлую мышь я жарить не буду. — Спасибо, я останусь, я совсем не голоден, — кратко ответил Торд. — Ах да, забыл сказать, отказы не принимаются! — заливисто посмеялся Эдд. Ларссон ещё пару секунд подумал, но всё же согласился. Выйдя из комнаты, Торд прошёл в гостиную, там он и застал всю их скромную компанию. Том, заметив Торда, живо отвернулся, стараясь его не замечать. Глядя на Тома, Ларссону стало неловко и стыдно, ведь он буквально несколько часов назад отверг чувства Тома. Но, с другой стороны, вдруг черноглазый сказал это, только потому, что был пьян и сам не понимал, что говорит? После того разговора с Эддом, Торду стало немного легче, поэтому он всё же решил признаться Тому, только… в более подходящий момент, нежели этот. Конечно, его всё ещё терзал страх быть отвергнутым за такое глумление над чувствами Риджуэлла, но он решил пойти на этот риск. Живем один раз! На улице была невероятная жара и именно по этой причине парни выбрали самую ближайшую кафешку. Зайдя внутрь заведения, они заметили, что людей там практически не было. Атмосфера в кафе была очень приятная. Вокруг было много растений и цветов, да и цветовая палитра приятная. Усевшись за свободный столик, каждый принялся изучать меню. Заказав еду, Мэтт стал что-то бурно рассказывать всей компании. Так у них и завязалась беседа обо всяких мелочах. Том и Торд максимально избегали общения друг с другом, но к счастью, в основном говорил исключительно Мэтт, просто о всяких пустяках — о зеркалах, кремах и каких-то кексах. — Вот представляете, недавно разбилось моё самое любимое зеркало! Я просто не понимаю, почему они разбиваются так быстро? — жаловался на жизнь Мэтт. — Может, тебе стоит просто поаккуратнее с ними обходиться? — усмехнулся Том, на что Мэтт что-то недовольно пробубнил. — Да, Мэтт, это уже четвёртое зеркало за неделю, мы просто разоримся если будем покупать их каждый раз. Мы же не миллионеры! — возмутился Эдд. — Ну, я же не виноват, что они так легко разбиваются, — по лицу Мэтта можно было понять, что тот действительно не понимает, почему они так легко разбиваются. Но их беседу прервал официант, подавая на стол заказанные компанией ранее блюда. После того, как все поели и заплатили, компания вышла на улицу. — Ну что ж, я и Мэтт сейчас пойдём покупать ему новое зеркало, а это, как обычно, будет невероятно долгий процесс, — печально произнёс Эдд. — Удачи мне. Торд уже хотел было попроситься с ними, но парни быстро ушли в сторону магазина. Том и Торд остались одни. Это именно то, чего коммунист и боялся. Они молча стояли на месте пару минут, пока Том наконец-то не прервал затянувшуюся тишину. — Я домой, — бросил Том, отходя от Торда, но тот схватил товарища за край рукава. На это Том с удивлением и непониманием обернулся на коммуниста. — Может… немного пройдёмся? Чего дома-то сидеть? — предложил Торд, убирая руку и отпуская черноглазого. — В такую жару? — удивился Томас. Но, взглянув на Торда, всё-таки согласился. Они направились в приятный парк неподалёку. В парке было на удивление приятно гулять, ведь он был полностью окружён деревьями, которые не давали коварному солнцу обеспечить всех находящихся там людей солнечным ударом. За десять минут никто из парней так и не решился ничего сказать. Вся их прогулка проходила в полной тишине. Каждый словно думал о чём-то своём. — По парку так приятно гулять. Солнце не слепит, да и ветер приятный... прохладный. Действительно лучше чем сидеть дома, — вновь прервал тишину Том. — Ты прав, сегодня действительно хороший день, — улыбнулся Торд. Удивительно, но в первые за несколько недель Торд почувствовал себя настолько спокойно. То ли день такой хороший, то ли приятная компания в виде Тома. Торд и сам не понимал, ему просто было очень тепло на душе. Именно в этот момент ему невероятно хотелось рассказать Тому обо всех своих чувствах к нему, в особенности признаться в любви… только… он совсем не знал, как это сделать. Он ещё ни разу в жизни никому не говорил слов любви и совсем не понимал, как люди это делают. А вдруг он как-то не так признается? Вдруг ошибётся и станет посмешищем для Тома? Эти мысли заставили его напрячься, а былое спокойствие словно ветром снесло. Из глубоких мыслей Торда, его вытащил Том. — Всё в порядке? Просто ты выглядишь так, словно что-то не так. Если хочешь, мы можем пойти домой, — немного обеспокоено спросил Том, на что Торд помотал головой. — Нет, нет, всё хорошо, — улыбнулся он. Несмотря на все его страхи сказать что-то не то, Торд твердо решил для себя: живём один раз. Поэтому он задумал признаться в любви Тому так, как он умеет, точнее, как он себе это представляет. Торд немного обогнал Тома, вставая прямо перед ним. Черноглазый с недоумением посмотрел на товарища. — Том, я люблю тебя. Я люблю твой характер, твою внешность, твоё забавное поведение и твои милые действия. Ты просто невероятно нравишься мне. Да, ты можешь считать меня педиком, можешь издеваться надо мной, но я уже не мог держать все эти чувства в себе. Я люблю тебя! — на одном дыхании выговорил Торд. Да, это признание, возможно, было не самым красивым или идеальным, зато Торд сказал это от чистого сердца. Но в ту секунду в его голове мелькало невероятное множество разных мыслей. Он так боялся, что сейчас Том высмеет его или просто уйдёт. А вдруг он вообще зря это сказал? Торд чувствовал себя полным придурком. Между ними повисла пауза. Для Торда казалось, что это пауза длиться вечность. — Торд… — произнёс Том и замолк, после чего негромко посмеялся. — Ты просто чертовски привлекательный и милый, особенно, когда так сильно нервничаешь. Я люблю тебя. Люблю тебя так давно, что ты даже себе представить не можешь, и сейчас, я очень рад что смог сказать эти слова тебе, — солнечно улыбнулся Том, положив свою ладошку на ярко-красную щеку коммуниста, после чего поцеловал его в губы. В этот раз Торд даже не планировал отталкивать Тома, как в прошлый раз. Сейчас же он был полностью уверен в своих чувствах. Он чувствовал невероятное счастье от того, что Том ответил ему взаимностью. Том немного отстранился. Парни ещё пару секунд смотрели друг другу в глаза, полные радости и восхищения. — Как ты смотришь на то, чтобы прогуляться подольше по парку? — спросил Торд. — Я только за, — улыбнулся Том. Этот столь жаркий летний день они точно запомнят надолго.