Разбитые судьбы? Расслабься. Кофе?

      Для Джордана, кажется, прошла вечность, для врачей, находящихся рядом и борющихся за жизнь пациента не менее вечности. Правда, они лишь думали, что боролись. Он справился без них. Резкий разряд пробудил мужчину, он открыл глаза, почувствовал своё тело и боль, которую оно ему причиняет, увидел довольные лица врачей, и всё что было несколько минут тому назад, не отпечаталось в его памяти.       Неизвестно сколько много побывало в такой ситуации: на грани между жизнью и смертью. По правде, всё было бы совершенно по-другому, если бы люди помнили события, оставившие им такой отпечаток в памяти. Кто знает, что бы с ними произошло в дальнейшем.       Сейчас Джо туманно воспринимал окружение. Какие-либо сложные темы и даже привычные для всех мысли или разговоры отдавали болью в голове из-за чего он пытался освободиться от всего, что мешало. Зашедшая в палату медсестра говорила о чём-то связанном с болью на что он только лишь кивнул. После укола стало легче воспринимать действительность, словно что-то дало легкость телу и вместе с тем дыханию. Обезболивающее выполнило свою работу.       Последующие дни, проведённые в больнице, мужчина наводил порядок в своей голове. Со стороны это, казалось, граничило с депрессивным состоянием у человека, который недавно пережил сильнейший шок. Так взаправду было только со стороны. События перед самой аварией он не помнил. Тем не менее мысли, зародившиеся на краю того обрыва, где он впервые задумался о конце жизни, давали повод для глубоких размышлений.       С последствиями аварии он разобрался в палате, когда более-менее пришёл в себя. Виноватыми оказались оба: он и девушка, что погибла за рулем мазды. Джо не соблюдал скорость, девушка не оценила дорожную обстановку, но в живых при этом остался только он. К нему никаких претензий кроме штрафа и негодования со стороны друзей и знакомых девушки, с которыми разобрался помощник Джо. Близких родственников со стороны погибшей не нашли, по крайней мере в самой стране, поэтому больше ничего не могло волновать мужчину кроме своего собственного состояния.       Джо с таким же рвением — и даже сильнее — жаждал справедливости и его не волновал способ её достижения. Когда общее состояние улучшилось, к нему пришли те мысли, что завладели им перед случившейся автокатастрофой. Ему было сложно переубедить себя самого сделать иначе, и что он не в праве решать за других их судьбу. Это желание можно называть, как угодно. Благородством — изменить мир к лучшему. Неадекватностью — лишить себя пути к искуплению. Не отомстить стало пыткой для разума. Излишне много смешалось внутри его существа, вроде как отрывая от реальности, но и в тоже время сильнейшим образом связывая его в пределах того маленького мира, который он захотел видеть сам.       Джордана терзало разочарование и постоянные неутихающие мысли о предательстве. Он привык побеждать, он привык добиваться того, чего хотел, и претерпевая неудачи, шёл дальше к цели. Но одна цель, которая уже была достигнута, решила сдать свои полномочия, что просто приводило его в бешенство ещё потому, что он любил её больше, чем всю свою жизнь.       «Убить, а не быть убитым, — злорадская ухмылка расплылась на его лице. — Растоптать в пыль, чтобы она почувствовала, убедилась каково это. Меня ничего не остановит, даже сама смерть», — он закрыл лицо руками и начал смеяться до того жутко, что сам себе удивился.       Руки упали на кровать, взгляд упирался в потолок, он притих, но всё так же дико улыбался, понимая, что не стоит привлекать внимание лишним шумом.       Каждый последующий день вселял решительность, вместе с тем притупляя заострённые переживания внутри. В теории всё казалось достаточно просто, только практика — это совершенно другое. Он предвкушал тот момент, когда сможет посмотреть ей в глаза, а она его не узнает. Сможет насладиться её безысходностью и застывшим от ужаса взглядом. Он видел это. Он хотел ей об это сообщить.       «Для начала нужно подойти издалека, чтобы не привлечь внимания к себе. Если попытаться что-то предпринять сейчас, это будет слишком очевидно, — а из крови хотелось выйти сухим. — Хорошо. Начать издалека правильный выбор, с чего-то более простого, менее эмоционального. Подготовится и в этой нити происшествий постепенно приближаться к любовнику жены… бывшей жены, — документы на развод уже в обработке, разумеется. — Как раньше уже никогда не будет… Рано или поздно случится то, что должно произойти, не от моих рук, так от чьих-то других. Да, от судьбы не уйти, не уйти от своих необдуманных решений. За всё нужно платить. Ведь миру от этого станет только легче, по крайней мере, ничуть не хуже».       Холодный, проницательный, ещё более завораживающий и принуждающий остановиться на своём обладателе взгляд, точно испепелял окружение. Именно в таком образе Джордан предстаёт перед «открытыми» для него новыми возможностями. Тёмно-синий костюм выгодно подчёркивает его фигуру, а ещё большие, чем ранее, гордость и уверенность сопутствуют ему теперь. Он вышел из больницы и вдохнул свежий воздух не так, словно давно не ощущал его в лёгких, но как толчок к действиям и полное принятие мира к справедливости грядущих событий.       «Раз мир желает и не противится этому, почему бы не осуществить это желание?» — теперь эти мысли кажутся как никогда уместными.       Мужчина сел на заднее сидение чёрной тонированной машины, которая уже ожидала его.       — В Рикон, — приказал он водителю и откинулся на мягкую спинку.       В голове крутились поэтапные действия совершения задуманного, как провернуть всё так, чтобы не напортачить и сымпровизировать в случае неожиданности. Сначала нужно найти жертву. По сути сценарий уже имелся, в нём не существовало ничего такого, чего бы не было в обычной ярости, породившей его, и именно это может сыграть с ним злую шутку, вспыли он где не требуется. Но только стоило мужчине зайти в компанию, как вся большая важность дела, засевшая в голове, растворилась в проблемах, которые успели настигнуть сотрудников за время отсутствия генерального директора. Многочисленные взгляды невзначай сопроводили его до кабинета, а после на стол посыпались бумаги, и секретарша уже составила график для желающих наведаться в его кабинет. Несомненно, заместитель директора справился со своей задачей на высоком уровне, к тому же он являлся лучшим другом Джо. Но какую-то долю всего свалившегося должен был решить именно он, что отвлекло его от метавшегося в мыслях плана на довольно долгий промежуток времени.       На улице похолодало, о чём предвещало заходящее солнце недосягаемое взгляду из-за высоких зданий и середина месяца октября, когда небо стало чаще закрывать тучами. К глубокому вечеру Джордан, наконец-то освободившись от навалившихся проблем, накинул пальто, взял кожаные перчатки и вышел на улицу, где его ожидал близкий друг Алекс Далтон, который и являлся заместителем директора, когда Джо «прохлаждался» в больнице. Они пожали друг другу руку и приобнялись.       — Ну что, ты согласен поехать развеяться? Тебе это просто необходимо, — друг похлопал Джо по плечу. — Снимем тёлочек.       Многозначительное подмигивание вызвало еле заметную улыбку на лице мужчины, только покинувшего высотное здание. Алекс всегда умел поддержать и невзначай пошутить над проблемами, которые, по его мнению, ни разу не стоили заостренного внимания.       — Тебе так уже давно пора, судя по тому, каким взглядом ты сегодня смотрел на мою секретаршу.       — Она не только твоя. Она «принадлежала» мне месяц, как ты провалялся в больнице.       — Давай так, одна вторая секретарши мне, одна вторая тебе. Только лично я буду использовать её ради целей, которые действительно выполняет соответствующее уполномоченное лицо, а ты…, — мужчина внезапно остолбенел, — как хочешь в общем.       Он бы закончил шутку чем-то пошлым как часто делает, но прервал мысль.       — Шутишь значит, это хорошо. Я, пожалуй, откажусь. «Если принимать, то вместе». Наш девиз относится ко всему дерьму происходящему в жизни, — Алекс достал телефон из кармана брюк. — Я вызываю такси.       Джо ничего не ответил, начав рассматривать ещё людную улицу большого города, пока его друг копошится в своём телефоне. Как быстро расходятся слухи. Понятное дело, что друг самым первым узнал об измене и разводе, но после него о личной жизни директора компании узнали ещё её сотрудники, хотя он просил не распространятся на этот счёт. Благо крупным новостным компаниям успели вовремя заплатить за молчание, но кто их знает, кто-то всё равно не оставит без внимания имеющуюся информацию. Как же это напрягает, особенно когда сейчас по максимуму нужно оставаться незаметным. Одному Джо было плевать на всю эту ситуацию с бывшей женой, хотя чего там, он так хотел думать, в то время каждую свою секунду жизни рассчитывал, как осуществить свой план, кого первого выбрать своей жертвой и как вообще выбирать.       Джордан любил ездить на такси, когда дело доходило до различных пабов, исключительно для привлечения меньшего внимания. Вообще это дело казалось ему совершенно не благородным занятием, в то время как Алекса это совершенно не смущало. Да и такие случаи происходили только несколько раз в год, в основном они ездили в бильярд или посещали рестораны, тем не менее сейчас ни одному, ни второму не с кем туда сходить, кроме как своей маленькой компанией.       Ничем не занятый Джо обратил внимание на стоящую недалеко о чём-то мило беседующую парочку. Он и раньше замечал других людей, но быстро терял к ним интерес, так как ему не было никакого дела до того, чем они занимаются и о чём могут говорить. Он достал сигарету и отчего-то нервно закурил, пока влюбленные говорили друг с другом, а Алекс ругался на сервис такси, у которых в коем-то веке не было свободных машин.       Мужчина незаметно наблюдал за девушкой отличавшейся хорошей фигуркой и красивым личиком, это меньшее, что ему сейчас хотелось видеть в девушках. Взгляд его был направлен на изучение происходящей ситуации, он только лишь думал, что она такая же, как бывшая жена, и сев в машину, стоящую подле, непременно поедет к своему любовнику, если тот, с кем она общается им не является. Ему было противно осознавать то, что кто-то, будь то мужчина или женщина, даже если не находятся в браке, а тем более состоящие в нём, могут так нагло лицемерить с теми, кого они выбрали, а тем более изменять им.       «Тогда незачем было выбирать, а после врать. Тошно от этого становится, — тут действует не только личная причина, скорее непонимание абсурдной ситуации и необдуманных поступков таких личностей. — Как же нужно не уважать себя».       В его голове промелькнула мысль, что нереально, если они окажутся в одном клубе, и он увидит эту девушку с каким-то другим парнем. Джо усмехнулся сложившемуся предположению. Тысяча к одному. Если увидит — никакая это будет не случайность, а самый однозначный путь к действию.       — Они уже едут, — окликнул его Алекс. — Ты вообще тут?