Хроники Пучины

Это был солнечный день. Мы с ней вышли на пикник в наше любимое место на пустой поляне посреди зелёного пустого поля, где нет ничего кроме тишины. Мы любили его за одинокую натуру и самовозгораемый закат, озаряющий все живое багряной пеленой. И в ней, она уже раскладывает покрывало и одноразовую посуду, пока я ищу подходящий подарок, коем оказалась роза, похожая на те, из которых сплетено ее платье. Этот бутон может наконец закончить это творение, заделав единственное неприкрытое место на её груди слева от центра. Рука сорвала стебель и несмотря на впивающиеся под кожу шипы, я несу подарок любви той, что уже с улыбкой примеряет его. За этот взгляд можно отдать что угодно, а чёрные волосы продолжают блистать на ветру в напоминающей красноте воздуха. Всюду странные звуки, похожие на сверчков и птиц, но все они зовут из под земли поднимающимся шумом, пока в какой-то момент земля между нами не разрывается пополам, уничтожив то, что она успела поставить. Между нами пропасть, через которую мы тянется друг к другу. Она кричит от ужаса, а я прошу её прыгнуть мне в руки, пока не поздно. Яма стала каньоном и когда уже вот-вот и попытки станут бесполезны, она прыгает в момент пика подземного шума. Из развернувшейся земли появилась рука, схватив девушку на лету. Это не был великан или демон, ведь эта кисть целиком и полностью была сшита из голов младенцев и было их так много, что хватка полностью охватила ее тело. Каждая из этих голов вопила и плакала, но стоило мне подойти к краю, как странное творение тут же скрылось во тьме земных недр. Я вновь один и у меня никого нет. Нужно найти силы отойти от бездны, но вместо этого тяжесть утраты просит сделать шаг вперёд. У меня нет сил бороться, ведь этот зов сильнее моей воли, от чего ноги сгибаются сами и я падаю во тьму. Глаза резко открываются от шума телевизионных помех. Опять снилось надоевшее прошлое снаружи, но я по прежнему здесь, по-прежнему в этой комнате с цветочным горшком полным земли на коленях. Рука опускается в эту сырую почву, нащупывая пальцами мех, а после хватает и достаёт звездоносого крота, медленно поднося мордой к губам. Зубы зажимают звезду и рот делает вдох полной грудью, заполняя лёгкие кислотно-зелёным дымом, расслабляющим мышцы и душу. Теперь дорога должна продолжиться, а потому в быстром темпе собираю все нужные вещи, в рюкзак возле дивана. Среди этих вещей этот самый горшок, пульт от телевизора и курок без пистолета (к сожалению мертвый). Далее поворачиваю дверную ручку и выхожу в уже раздражающие коридоры, стены которых так высоки, что потолка просто не видно, а если попытается их коснуться, или по ним взобраться, начнут пульсировать и дёргаться. В таком месте можно только идти вперёд, периодически выбирая пути, ведь здесь миллионы поворотов, но при этом, ни одного тупика. По крайней мере они ни разу за 7 лет мне не попались. И ведь не могу сказать, что здесь пусто, ведь иногда на пути попадаются столы, стулья и картинные рамы без картин, а если очень повезет, то и какая-нибудь еда. Так, на днях, я нашёл книгу и теперь периодически ловлю в ней книжных жуков, пускай для этого и нужно ждать месяцами. Сейчас у меня нет ничего, кроме усталости, а голод не покидает вот уже неделю, нужно наконец поесть. Остановившись у первого встречного стула, я спрашиваю разрешения сесть рядом, а после, устроившись поудобней на полу, достаю из рюкзака пульт и начинаю его грызть. Пластик хрустит на зубах, а кислая жидкость внутри батареек разливается по моим зубам, но даже этому можно быть благодарным, ведь это что-то лучшее, чем ничего. Когда паек был съеден, я вытер руки о покрытую пятнами рубашку и уже было приготовился идти дальше, но тут я услышал голос. Это был настоящий голос, состоящий из человеческой речи, четко проговаривающий каждое слово. Это было настолько прекрасно, что глаза мои извергали слёзы, а ноги, не вставая с колен, поспешили на звук, стирая колени о ковровое покрытие до мяса, но боль уже давно не важна. Голос привел меня в небольшую комнату, похожую на кухню с двумя входами, один из которых был моим. На радостях я тут же кинулся к крану в эйфории поворачивая вентиля, но на язык упала лишь одна капля и то, она была твердая как стекло. -Твое разочарование говорит само за себя. Ты хотел чего-то большего, но жизнь вставила палки в колеса, опять.-прозвучал опять этот голос, но никого, кроме меня самого, здесь не было. Глаза начали искать источник, пока он продолжал направлять меня своими мыслями, пока взгляд не упал на разделочную доску, а точнее на то, что из нее торчало. Это был блестящий кухонный нож с моргающим глазом на рукояти. -Поздравляю, ты меня нашёл, но что тебе это дало? Рука осторожно взяла предмет, пытаясь не касаться Ока, а после я постарался его осмотреть со всех сторон. Это совершенно обычный нож без рук, ног и прочих неестественных отростков. Подобное можно увидеть где угодно, но не каждый умеет говорить. Если это уникальный случай, то я рад, что с ним встретился именно я именно сейчас. -Меня зовут Нош. Пишется с большой "Н" через букву "о" и заканчивается шипящей "ш". А ты, я так понимаю, Человек? Или, как ты себя называешь "Я", верно? В знак согласия я качнул головой и направился с ним ко второму выходу, но перед тем, как открыть дверь, Нош вновь обратился ко мне: -Я не против идти с тобой, но знай, я больше всего на свете ненавижу 2 вещи: эгоизм и двери. "Что за бред он несёт?" Подумал тогда я, ведь каждый от природы по своему эгоист. Всех ненавидеть невозможно, поэтому даже и не стал обдумывать слова, а просто ушёл с кухни, что было ошибкой. Я выронил нож от резкой боли. Вся моя ладонь была покрыта кровоточащими глубокими ранами, через некоторые из которых даже виднелись кости. Я кричал, пока мой новый напарник отчитывал меня. -Лишь потому что мы мало знакомы, я тебя пощадил. Будь мы давними друзьями, я бы целился в шею. Не смей проносить меня через двери! Запомни это как заповеди, которые священники читают маленьким мальчикам, когда последние сидят у них на коленях! Ничего подходящего для перевязки повреждений не было, из за чего пришлось оторвать кусок обоев. Произошедшее казалось несправедливым настолько, что была готовность схватить лезвие и выкинуть его там, где уже никто не найдет, но пыл быстро угас, ведь он сразу предупредил. Теперь можно с этим только согласиться, ведь вкусив звук человеческой речи, я уже не выдержу одиночества впредь. Думаю, он тоже это понял от чего и предложил больше не ссориться. Теперь, если на пути попадались двери, мы искали обходные пути, даже если это занимало несколько дней или больше, зато он был доволен и каждый раз награждал меня словами, иногда даже предложениями. -Когда мы были в следующем коридоре, ты обещал покормить меня, но я не думаю, что мне нужна пища для жизни. Если найдешь что-то съестное, лучше ешь сам, тебе нужно себя беречь. Иногда я благодарен за его поддержку, ведь она помогает прожить ещё один день. Кто бы мог подумать, что для счастья в этом месте, мне всего-навсего нужен кто-то, кто будет со мной общаться? Поэтому, когда мы нашли консервную банку полную окурков и пепла, я был благодарен за его доброту, ведь он разрешил выпить его порцию, но всё равно, ему тоже оставил немного, что вызвало в его глазу счастливый блеск. Мой язык ещё долго от этого заплетался, видимо с этой банки я слегка опьянел, поэтому дойти до следующей точки отдыха не удалось. Мы уснули прямо под одним из столов. Помню, что в какой-то момент проснулся от того, что захотелось в туалет. Тогда заметил, что был накрыт ковриком. Видимо, Нош срезал часть напольного покрытия и накрыл им меня во сне. Видимо теперь это "начеловеческое покрытие". Сам же он лежал рядом с закрытым глазом. Рука аккуратно оттянула край ковра и накрыла острие. Надеюсь, так ему будет уютнее. Отдыхай, друг, а завтра мы отправимся дальше.