Даже не думай

— И с чего это ты вдруг? — выигрывая время на размышления, поинтересовался Бэк. Марк пожал одним плечом — вторым он лежал где-то глубоко в диванных подушках — и пробормотал: — Мне надо услышать мнение человека, который реально обладает опытом, а не всех этих озабоченных засранцев из нашего зоопарка. Бэкхён невольно фыркнул. — А почему ты решил, что у меня этот опыт есть? — Ну все же знают, что вы с Чанёлем были в прошлом вместе… Я как-то спросил у Сиумин-хёна, правда ли это. Не знал, что думать. Мне-то сказали, что в Корее никто, никогда… запрещено… а тут такое. Есть, с чего обалдеть. А он тогда потрепал меня по голове и сказал, что это правда, но не вся. А объяснять не стал. Сказал, наблюдай, и сам все поймёшь, когда вырастешь. В общем, как-то так. Я наблюдал, я вырос… Но не могу сказать, что всё понял. — Мне, наверное, стоит выйти, — раздался вдруг голос Тэёна с другого дивана. — Да нет, не уходи, ТиВай, я тебе тоже доверяю, — отмахнулся Марк. Бэкхён и рад был бы так же отмахнуться, но знал, что нельзя. И вообще-то его напрягал не вопрос. А тот факт, что Марку и Тэёну он бы на него дал разные ответы. Каждый из которых присутствия другого не предполагал. С другой стороны, Тэён был тоже лидером для Марка и имел право знать, чем заморочена чужая талантливая голова. Особенно так как сам Марк не возражал. И добавлять напряжения в атмосферу просьбой для Тэёна всё-таки выйти не хотелось ужасно. Может, он найдет возможность выкрутиться? Проблем у Бэкхёна было две. Во-первых, как выдать Марку приемлемую правду о своих отношениях с Чанёлем, не вдаваясь в излишние подробности, которые не нужны Марку и наверняка ранят Тэёна. Вон он уже какой напряжённый и зажатый сидит, словно воробей нахохленный… Так бы и согрел в ладошках. Во-вторых, как не выдать себя лишней неосторожной фразой. Потому что уже сама формулировка вопроса была… спорной, и это стоило обязательно уточнить. Желательно, не выкладывая при этом всю свою подноготную сразу. — Ну для начала, — медленно начал отвечать Бэк, подбирая слова. — Мой опыт тебе не поможет, потому что мы с Чанёлем никогда не были друг в друга влюблены. У нас были… другие отношения. Это сложно описать, но, скажем так… Мы психанули и решили выразить таким образом свой протест. Послать всех на три весёлых буквы и делать то, что нам кажется правильным. Правда, быстро поняли, что это так не работает и вообще того не стоит, и дружески разошлись. Максимум удовольствия получили фанаты, все остальные… спорно. Не думаю, что подобный опыт окажется для тебя… ценным. И тут вдруг произошло нечто интересное. Тэён, который, по идее, должен был смутиться или обрадоваться, вскинул на него глаза, полные болезненного, недоверчивого изумления. Как будто он был абсолютно уверен… без сомнений ожидал другого, и сейчас ответ Бэкхёна, ни больше ни меньше, перевернул его мир… И спрашивается, какого овоща? Получается, Тэён думал, что Бэкхёна до сих пор волнует Чанёль? А почему он был в этом уверен? И что ему, Бэку, делать с этим потрясающим фактом? — То есть, вы вовсе не встречались? — голос Марка казался немного разочарованным. — Ну почему, встречались. Может быть, даже немножко нравились друг другу, — пожал плечами Бэк, подумав, что проще всего будет, наверно, не искать метафор, а сказать прямо. — Но ты спросил, как понять, что человек — «тот самый». Так вот, мои отношения с Чанёлем никак с этим вопросом не пересекаются. — И что, нет никого, кто бы тебе нравился по-настоящему, хён? — вдруг спросил Марк. Явно без всякой задней мысли, потому что их не водилось у этого ребёнка в принципе. А Тэён вздрогнул. Крупно и очень заметно. И внезапно Бэкхёна озарило, какой же он непередаваемый идиот. Оставалось только получить подтверждение, и это было, да, немного жестоко, но необходимо и явно проще, чем допытываться. — Ну почему же, — и уже даже произнеся это, Бэкхён видел по реакции сжавшегося в комочек Тэёна, что не ошибается. И всё же договорил, следя за ним краем глаза. — Почему же. Есть рэпер один. — И добавил, чтобы хоть немного сгладить собственную жесткость. — Но это не Чанёль. — Значит, ты все равно можешь дать мне совет, хён? — сонно и, кажется, пьяно поинтересовался Марк, но увы, в этот момент Бэкхёна волновал совсем не он. У него складывались в голове очень неожиданные кусочки паззла, и картинка по итогам выходила нелицеприятная для него. Потому что Тэён явно знал, о чем Бэкхён беседовал с Тэмином. Но тот не стал бы никому ничего разбалтывать, то есть, Тэён мог разве что случайно услышать. И он вряд ли стоял под дверью, ведь он был в игре… Игра. Да. А до того играл и сам Бэк. И из игры, кажется, толком не вышел, не желая заставлять Тэмина ждать. А теперь вопрос: какова вероятность, что Тэён услышал этот диалог? Стоп, нет, даже не диалог, а его часть, иначе бы реакция была, наверное, другая… По всему выходило, что Бэкхён совершил эпический промах, который ему самому теперь и расхлёбывать… До победного конца причем, потому что сам накосячил — сам убирай, да. А Тэён ничем не заслужил, чтобы с его чувствами играли. Заслужил он искренность и любовь, и чёрт возьми, если у Бэкхёна однажды хватило наглости бросить вызов просто так, из упрямства, неужели не хватит смелости сделать это снова, но из совсем иных соображений?.. Запоздалые озарения Бэкхёна вдруг оказались прерваны тем, что в этот момент — в самый разгар веселья, заметим, вот же чутье у некоторых! — в гостиную вернулся Тэмин. И даже раньше, чем он успел понять, что снова (на этот раз подсознательно) хочет выиграть время, Бэкхён попытался перевести разговор на него. — Как ты вовремя, слов нет! Будь хорошим хёном, дай совет молодежи! — заявил он. — Расскажи этим милым детям, как понять, что их краш — тот самый? Ты же у нас тут наиболее… опытный… Подтекст был настолько не туманным, что бедный Тэён, кажется, оказался на грани инфаркта от смущения. Похоже, из диалога Бэкхёна и Тэмина он услышал только то, в чём был лично заинтересован. Смешной, ну. Тэмин, конечно, удивился. Окинул взглядом расстановку сил, явно многое понял и улыбнулся, как мелкая зараза, коей и являлся. Бэкхён за пару секунд ДО резко осознал, насколько фиговая это была мысль. (Особенно если вспомнить, что он, теоретически, тут лидер, а это значит, должен не обострять ситуацию, а сглаживать ее, да? Так почему он решил переложить ответственность на чужие плечи, ещё и едва ли не подставляя человека в процессе? Со всех сторон так себе решение, но Бэкхён был в шоке, он не успел подумать, слова буквально сорвались с языка, минуя мозг. Давно с ним такого не было.) — ...Вот вам совет: если вы будете выступать вместе, то видеться будет проще, — ответил неожиданно серьезно Тэмин. И Бэкхён отчетливо понял, что значит — быть спасённым от позора. — Несложно договориться о том, чтобы один трек из альбома вместе записать. Я проверял.

***

Тэён, если честно, не очень любил американские горки, эмоциональные — тем более. Но другого описания для этого вечера он найти не мог. От отчаянного нежелания СЛЫШАТЬ и ЗНАТЬ, до пришедшего откуда не ждали облегчения. От недоумения до надежды и обратно в изумление. И наконец из сомнений — прямиком в неверие. Потому что большая часть переживаний оказалась ни на чём не основанной. Потому что Бэкхён не любит Чанёля. Бэкхён никогда не любил Чанёля. Бэкхён, видимо, говорил не про Чанёля, но ему кто-то нравится, и теперь Тэён даже не знает, кто это. Кстати, да, так а кто это? И хочет ли Тэён вообще это знать? Хватит ли у него смелости спросить? Нет, ни за что, ведь это будет нарушением чужих границ, Тэён не может… И именно этот момент Тэмин выбрал, чтобы вернуться. А, нет, даже не только Тэмин: Тэён заметил и Чонина в темном коридоре, который, однако, замер, услышав наглый вопрос Бэкхёна, намекающего… да на что вообще? Но на что бы Бэкхён ни намекал, Тэмин явно понял, почему этот вопрос прозвучал. Потому что он взглядом скользнул к напряжённому как струна Тэёну, вздохнул чуть заметно и выдал совсем не в том же шуточном тоне, а вполне серьезно, на правах искреннего совета: — ...Если вы будете выступать вместе, то видеться будет проще. Несложно договориться о том, чтобы один трек из альбома вместе записать. — И добавил с маленькой, но веской паузой. — Я проверял. Краем глаза Тэён зацепил фейспалм Чонина в коридоре, и, возможно, кое-какие вопросы получили очень простые (даже удивительно, как он был слеп!) ответы. Возможно, Тэён только в этот момент кое-что осознал про своего хёна… Ох, нет, по ходу, про двух своих хёнов. Ничего же себе…

***

…Возможно, Бэк понял, что это не самое худшее, что он мог услышать в ответ. Это, наверное, был даже самый лучший из вариантов. И даже реализуемый на практике. Да, возможно, Тэмин дал по-настоящему неплохой совет, с которым Бэкхён уже вполне понимал, как работать. — Спасибо, Тэмин-хён, — отозвался откуда-то из глубины диванных подушек тонущий в них и в желании уснуть на месте Марк. Бэк невольно фыркнул. Ну вот глядишь на него, мелкого такого, и даже удивительно, что этот разговор вообще произошел. Надо будет все-таки потом, на трезвую голову, допытаться у ребенка, что там у него с личной жизнью происходит. А то ведь разница канадского и корейского менталитета может действительно сыграть злую шутку. Но не сейчас. Сейчас Бэкхёну придется разбираться со своей собственной половинчатой личной жизнью Шрёдингера (вроде бы она и есть, но в то же время — где?), пока она не запуталась окончательно. Хотя было такое стрёмное ощущение, что по факту, она уже. В комнату вошёл Чонин, слегка краснеющий ушами — видимо, всё слышал… И ведь Тэмин, скорее всего, не успел с ним согласовать их маленький семейный выход из шкафа. Который состоялся отчасти из-за Бэкхёна, и есть неплохие шансы, что ему за это ещё прилетит, потому что — да, он запаниковал, что в его случае часто заканчивалось болтовнёй, которую он не успевал фильтровать… Но подставить Тэмина, а по ассоциации и Чонина — это все равно было не по-дружески. Даже мерзко от себя стало. Однако, прежде чем Бэкхён успел открыть рот, Тэён уже первым взвился с дивана. — Я… Эм… Умоюсь пойду… Всем спокойной ночи… — и спешно вылетел в дверь. Хлопнула дверь ванной. Бэкхён вздохнул и пересекся взглядом с Тэмином, который смотрел пусть без агрессии, но сурово и не моргая. — Извини, я знаю, что это был перебор, — повинился Бэк. — Да это-то, в общем и в целом, ерунда, — качнул головой Тэ. — Ещё от вас прятаться не хватало. Извиняться надо не передо мной. Что такого ты сказал этому мальчику, что у него были такие перепуганные глаза? — Я ничего не говорил, но, похоже, он слышал нашу с тобой беседу… Или её часть, — признался Бэкхён, потирая глаза пальцами. Промах был не просто досадным, а, если честно, позорным. — И что ты будешь делать? — спросил Тэмин все ещё достаточно жёстко. — Пойду объяснять, что я говорил не про Чанёля, — фыркнул Бэкхён без особого веселья. Зато оно наконец просочилось во взгляд Тэмина, а заодно и Чонина, который, кажется, понял суть обсуждения: — Он решил, что ты и Чанёль?.. — Ага. Безнадёжный ребёнок, — не улыбнуться было невозможно. — Ребёнок ли? — спросил Тэмин веско, и в этих двух словах было очень много всего. Как минимум, Бэкхён услышал совет поговорить с Тэёном, как с таким же взрослым человеком, способным мыслить и принимать решения… Ну и где, как говорится, Тэмин был неправ? Тэмин вообще раздражающе часто оказывался правым, но… — Как же хорошо, что тебя запихнули в наш межгрупповой компот, — искренне отозвался Бэк, наконец вызывая у Тэмина искреннюю улыбку. — Что бы мы без тебя делали? (Сарказма в этой фразе было не больше одного процента). Чонин фыркнул, пристраиваясь подбородком на плечо Тэмина. Тот на автомате почесал его макушку и отозвался тепло: — Я тебе больше скажу, Бэкхён. Я тоже рад, что мы с Чонином единогласно проголосовали за твою кандидатуру. Но если не хочешь нас разочаровать, иди и утешай нашу звёздочку, потому что сил уже нет смотреть на эти щенячьи глаза… хён. — Есть, сэр, — насмешливо отозвался Бэк, но послушно поднялся с дивана.