Смирись - так будет легче

Таня бежала вниз по лестнице, стараясь не оглядываться. Она не хотела ни о чем думать, но мысли каждый раз возвращались к некромагу, который так жестоко обошелся с ней. Таня надеялась, что заклинание не сработало, так как особой разницы не ощутила, разве что чувство легкого любопытства заменилось злостью и недоумением. Выбежав на улицу, девушка остановилась и глубоко вздохнула. Было слегка прохладно, из-за чего она немного успокоилась. «Зачем он мне это показал? – думала Таня, вдыхая морской воздух. – Зачем?» Можно было вернуться и спросить у него, но девушка сразу отмела эту идею в сторону, так как это было, как минимум глупо и неправильно. Почему? Ответ очевиден. Таня постояла еще пару минут, беззвучно роняя слезы, а затем вернулась в номер. Надо было выспаться, хотя девушка знала, что сегодня глаз сомкнуть не сможет, продолжая бессмысленно терзать себя ненужными мыслями. Гробыня и Пипа, тихо посапывая, сладко спали, просматривая очередной любовный роман со счастливым концом и морем приданного. Они даже не проснулись, когда Таня случайно ударилась об угол тумбочки и громко ойкнула. Она, потирая ушибленное бедро, на котором через пару часов образуется огромный синяк, подошла к кровати и, укрывшись одеялом, легла. Закрыла глаза и тут же провалилась в глубокий сон. Утром Таня проснулась из-за чьего-то громкого крика: - Подъем! А затем девушку окатило холодной водой. Она резко вскочила на ноги и готова была уже обстрелять шутника искрами, как вдруг почувствовала головокружение и с тихим охом повалилась на мокрую кровать. - Что случилось, Танюха? – послышался взволнованный голос Ягуна. - Нет, ничего. Просто резко встала, - слабым голосом проговорила девушка, отрывая глаза. Первое, что она увидела, это встревоженное лицо друга, который явно не ожидал, что его шутка может выдать такой эффект. А затем взгляд сдвинулся немного в сторону и наткнулся на мокрых Пипу и Гробыню, которые лежали на своих кроватях, обездвиженные заклинанием. Таня удивленно посмотрела на друга, который только пожал плечами. - А что они драться полезли! – воскликнул он. Таня усмехнулась и сняла чары с девчонок, которые тут же налетели на Ягуна. Тот с наигранным ужасом от них отбивался, но глаза его смеялись. Таня покачала головой и встала с кровати. Надо было привести себя в порядок, просушиться. - Ого, - девушка посмотрела на часы. – Восемь утра. Ягун, зачем ты нас разбудил подобным экстремальным способом да еще в такую рань? Мальчик, на спине которого висела Гробыня и старалась задушить его, что-то промычал и выпустил зеленую искру, которая прилетела прямиком между глаз взбесившейся Склеповой. Девушка отскочила от парня и, споткнувшись о Пипу, которая мирно посапывала на полу, упала на пол, отбив пятую точку. - Так это наш Красавец всех на зарядку созывает. Зубодериха его поддержала, так что отвертеться не получится. Через полчаса на берегу собрались почти все ученики Тибидохса. Они зевали, громко переговариваясь друг с другом, возмущаясь, что их подняли в такую рань. Когда перед толпой появился Готфрид, никто даже не подумал замолчать. Но когда рядом с ним телепортировалась его жена, разговоры тут же смолки. В общем, порядок был установлен. Вяло дрыгая конечностями под громкий счет Красавца, Таня размышляла о прошлой ночи. Обида на Глеба осталась, казалось, навсегда. Но ничего другого не ощущалось. «Не сработало заклинание. Еще бы, это же было воспоминание. Ни искры, ничего другого», - думала девушка, выполняя очередное упражнение. Украдкой взглянув на Глеба, Таня почувствовала, что в сердце что-то екнуло. Но не более. Ничего не изменилось. После зарядки, когда до завтрака оставался еще час, девушка медленно прогуливалась по пляжу. Друзья куда-то делись с целью устроить очередной сюрприз взрослым магам. - Таня! – девушку окликнули, но она не собиралась оглядываться, так как знала, кто это. – Таня! Глеб схватил ее за руку и развернул к себе. Девушка попыталась вырваться, но не смогла, так как хватка оказалась сильней. - Пусти меня, - прошипела Таня. – Мне больно. Парень разжал пальцы и на полшага отодвинулся назад. - Что тебе от меня надо? – медленно произнесла Гроттер, стараясь сдерживать слезы. Вот Бейбарсов пришел и напомнил о том, что было ночью. - Что вчера произошло? Он был выбит из колеи. Казалось, что с него спала «роковая» маска, оставляя вместо себя немного испуганную удивленную сущность. Не было на лице той раздражающей ухмылки и самоуверенности. - А ты не знаешь! – выплюнула Таня. Глеб не знал, почему она упала, почему ее вырвало, и что такого страшного она могла увидеть в его воспоминаниях. - Нет, не знаю, - честно признался парень. - Ты еще издеваешься! – крикнула Таня, окончательно разозлившись. «Да как он смеет такое говорить?!» – думала она. - Что с тобой?! – воскликнул Глеб. Он больше не мог сдерживаться, играть роль спокойного юношу. Он, в конце концов, некромаг, а не романтичный мальчик с букетиком ромашек. Да, ему нравилось, когда девушка злится, кричит, уверяет его, что ничего не чувствует, но в то же время хочет прижаться к нему… Но происходящее уже ни в какие ворота не лезло. Как она смеет обвинять его в чем-то, что он не совершал? Кто она такая? Рыжая девчонка с замашками супергероя! Но он хотел, чтобы она была с ним. Сначала было любопытно наблюдать за девчонкой, потом постепенно он стал зависимым от коротких кусочков ее жизни. А потом, когда старуха навязала ему Таню Гроттер, разрешила ее любить, девушка стала частью его жизни, стала его целью. Он, добираясь до Буяна вместе с девчонками и первокурсниками, в голове прокручивал план действий, хотя по жизни привык импровизировать. Но парень слишком хорошо знал Таню, так что действовать надо было обдуманно. А теперь творилось что-то непонятное. По его представлению, девушка не должна была так взорваться. Поворчала бы, позлилась, назвала бы больным. Но не более. - Покажи, что ты увидела, - догадался потребовать Глеб, беря себя в руки. Действовать надо было осторожно. - Вот еще. - Покажи, - резко произнес парень и схватил Таню за руки. С силой притянул ее ладошки к своим вискам и грубо вошел в недавние воспоминания. Перед глазами мелькали какие-то бессмысленные картинки. Кадры из жизни Тани быстро проскакивали от далекого прошлого до совсем недавних событий и обратно. Но, наконец, когда юноша уже не знал, где искать, он наткнулся на нужный кусочек. Ощущения были странными, чувствовалась нестабильность, будто вот-вот все рухнет, и какая-то посторонняя магия, что Глебу совсем не понравилось. Когда вдруг старуха заговорила про заклинание, Бейбарсов не знал что и думать. Самое странное было то, что он ощущал три сильных волны эмоций: мальчишки, которым он был совсем недавно, Тани и свои собственные. Голова шла кругом. Хотелось вырваться, так как парень понял план некроведьмы, но он не смог. Что-то держало его внутри головы девушки, какая-то неведомая магия, о которой юный некромаг ничего не знал. И он слушал это черное заклинание, о котором никогда не встречал упоминаний, а особенно из уст старухи. «Она стерла мне память», - догадался парень, когда некроведьма рассмеялась и развернулась, чтобы покинуть комнату. Но вдруг она резко остановилась, повернулась и внимательно посмотрела на парня. Эмоции Тани притупились, застыли на месте. «Второе стирание. Этот кусок Гроттер не видела. Он для меня, - догадался Глеб и ужаснулся своей догадки. - Здравствуй, ученик, - вдруг проговорила некроведьма, приблизившись. Глеб почувствовал легкий холодок, пробежавший по спине. А тот другой некромаг был удивлен, но молчал, внимательно слушая Учителя. - Как я понимаю, ты решил проверить, что такого ужасного увидела Гроттер у тебя в голове. Это было странно: слушать старуху из воспоминаний, которая обращалась лично к тебе. Невероятно. - Удивлен? Это понятно. Я воспользовалась древней ментальной магией, которая не каждому под силу. Так что дело не только в стирании памяти. Она будто читала мысли, но это было невозможно, хотя бы учитывая прошедшее время. - Если честно, это было рискованным делом, но я вас двоих достаточно хорошо изучила, чтобы почти на девяносто процентов быть уверенной, что все получится, - старуха усмехнулась. – И вот Гроттер услышала заклинание, затем ты – и магия начала действовать. «Если бы я не был так озабочен состоянием Тани и не стал бы лезть в ее голову, то ничего не произошло бы». Хотелось разбежаться и врезаться об стенку, разбив свою тупую башку. - Но ты не волнуйся, - беззаботно продолжала старуха. – Теперь все будет хорошо. Ни ты, ни девчонка не сможете сопротивляться этой древней магии. Вы станете одним целым, сильнейшим оружием против отступников. И тогда на свете появится первый ребенок-некромаг! Ее глаза безумно сверкали. Она была одержима идеей нового рода магов Смерти уже давно. И Глеб знал об этом. Проблема заключалась в том, что некромаг не может иметь детей. Он не может дать жизнь, он может ее только забрать и присоединить к себе. Но Глеб даже не догадывался, что может получиться, если вмешивается темная древняя магия, о которой, скорее всего, и сам Древнир мало что знал. - И не пытайся противостоять ей – это напрасная трата времени, поверь мне. Удачи тебе, мой ученик. Я надеюсь, что все получится и цель всей моей жизни будет достигнута! Старуха рассмеялась и покинула комнату. Буквально на секунду эмоции Тани вновь стали ощутимыми, а затем Глеб почувствовал, что его буквально вытолкнули из воспоминаний. Из носа тонкой струйкой текла кровь, а глаза слезились из-за острой боли. Парень, наконец, отпустил руки Тани и накрыл веки ладонями. Девушка не знала, что ей делать. Она была очень сильно испугана поведением некромага. Сперва он сжал крепко ее запястья, причем в тех местах могут появиться синяки, а затем проторчал у нее в голове около двадцати минут. Сначала девушка подумала, что он там выискивает что-то личное, попыталась выставить блок, который тут же разлетался на мелкие кусочки. Потом у него потекла кровь, что испугало Таню. Она знала, что никакие воспоминая не могут вызвать такую реакцию, а значит, было еще в чем-то дело. Но Гроттер даже не представляла, что случилось. А теперь Глеб лежал на песке и закрывал глаза руками, чтобы немного успокоить их и отдышаться. Дыхание тоже было сбито. - Что… - начала девушка, но замолчала, как только Глеб убрал ладони от лица. Его глаза были красными, продолжали слезиться. Парень поднялся на ноги и внимательно посмотрел на девушку. Она держала одну руку в другой и ждала, что будет дальше. Глеб подошел ближе. Сердце готово было вырваться из груди. Таня почувствовала, что хочет прижаться к Глебу, обнять его крепко-крепко и никогда не отпускать. Девушка не знала, что с ней происходит, но она не сопротивлялась. Разум будто отошел в сторону. - Иди ко мне… Глеб сглотнул и протянул руку. Он знал, что это магия, знал, что это козни мертвой старухи, но не сопротивлялся. Он хотел этого и надеялся, что Таня тоже не станет. Это нужно им двоим. Девушка остановилась в полушаге, одернула руку… Лицо скривилось в неопределенной гримасе. Ее ноги подкосились, но она смогла устоять. - Нет, - прошептала Таня. – Это какая-то магия… Она кое-как выдавливала из себя эти слова, сопротивляясь неведомой силе. - Это все ложь… Неправильно… Я люблю Ваньку… Девушка медленно отходила назад, а затем вдруг развернулась и побежала в сторону гостиницы. Глеб так и остался стоять с протянутой рукой. *** … Иди ко мне… Таня ворочалась во сне. … Не сопротивляйся мне… Она жмурилась, а лоб покрывал липкий пот. Волосы давно превратились в нечто напоминающее гнездо. Подушка слетела с кровати. … Подчиняйся мне… - Доброе утро, - услышала Таня, как только открыла глаза. – Похоже, тебе приснился кошмар. Девушка дернула головой, несколько раз моргнула, но только через некоторое время окончательно пришла в себя. - Воевала с врагами короля, - хриплым голосом ответила она, стараясь не смотреть на улыбающегося Ваньку. Он в руках держал поднос с кружкой чая и блинчиками со сгущенным молоком. - Ты проспала зарядку и завтрак, но я не позволил твоим соседкам и Ягуну будить тебя. А Зубодерихе сказал, что ты слегка приболела, так что все в порядке, - сказал парень, продолжая улыбаться. – А ты чай пей. Он тут очень вкусный, бодрящий. Таня улыбнулась в ответ. Ей нравилась его забота. А теплая улыбка заставляла откинуть в сторону все плохие мысли. … Ты не сможешь сопротивляться… Тане было больно смотреть в глаза Ваньке, ей было стыдно за свои предательские мысли и чувства. Она хотела бежать к другому, но не могла поддаться своим желаниям, так как это было неправильно. - Вкусно? – спросил парень, когда Таня отпила из кружки. Она кивнула. - Ладно, ты тут собирайся, а то опоздаешь. Говорят, что сегодня на пляже какой-то спортивный праздник будет. Соревнования, кажется. Он улыбнулся на прощание и выбежал из комнаты, направляясь, скорее всего, к очередному чуду животного мира. Таня смахнула с лица слезинку и глубоко вздохнула. «Милый Ванька… Как же мне тяжело», - подумала она, не представляя, что будет дальше. Вчера после разговора с Глебом девушка была сама не своя, но более или менее справлялась с запретными желаниями. А сегодня все было по-другому. Она разрывалась между двумя, но это было не как тогда, с магией Вуду. Было иначе, более правдоподобно, хотя Таня знала, что чувства к Глебу фальшивы, навязаны магией. - Я схожу с ума, - тихо проговорила девушка, поднимаясь на ноги. Спортивный праздник поднял Тане настроение, и она практически не думала о том, что происходит у нее в душе. Но позже все вернулось на круги своя. Хотелось вновь плюнуть на все и с головой окунуться в навязанную любовь. А никак иначе и не назовешь. - Танюха, какая-то ты в последнее время слишком задумчивая ходишь, - заметил Ягун, когда они в компании других тибидохсцев прогуливались по городу. – Неужели надо вновь спасать мир? Парень улыбался, щурясь от яркого солнца. - Нет, - Таня покачала головой, стараясь изобразить беззаботность. Похоже, это у нее не очень хорошо получалось, поэтому она еще добавила, что все в порядке. - Как знаешь, - Ягун пожал плечами. – А Ванька где? Видела сегодня? Таня кивнула. - Он мне завтрак принес, - девушка вспомнила это приятное чувство, улыбку мальчика. На душе потеплело. - О, - довольно протянул Ягун. – Все с вами ясно. После небольшой прогулки компания вернулась обратно. По дороге встретили Пня, которого на своем плече нес Гуня. Гломов был с подбитым глазом, рубашка была разорвана, а на широкой груди возле головы дракона виднелась чья-то кровь. Но он, весьма довольный собой, улыбался. - Где вы так… хм… развлеклись? – спросила Ритка, подозрительно косясь на парней. - Местные выигрыш не хотели отдавать. Пришлось вежливо возмутиться, - пояснил Дыр, приподняв голову. Но на плече Гуни было так удобно, что парень тут же притворился, что потерял сознание. Его лицо так же было подбито. - Надеюсь, что в новостях, в разделе уголовщины вас не покажут, - с серьезным лицом прокомментировала какая-то девочка-третьекурсница. – А то вышлют нас всех, несмотря на дружбу с Сарданапалом. - Расслабься, - посоветовал Гломов. – Они не поняли, что мы русские. - Ага, как же, - девочка усмехнулась. – Не поняли они… Таня в пол-уха слушала разговоры, поражаясь, как много интересного прошло за эти несколько дней, и как много чего она успела пропустить. Но вдруг кто-то схватил ее за руку и утащил за угол дома, где было немного темно. - Что… - начала она, но увидела Глеба и замолчала. Он выглядел странно, не так, как обычно. На мгновение показалось, что это даже не Глеб, а кто-то другой, но очень похожий. Лицо бледное, с синим оттенком, будто парень долгое время пролежал в морге или в каком-то морозильнике. Белки глаз красные, с лопнувшими капиллярами. А руки тряслись, как у заядлого алкоголика. Девушке стало жутко. Она не представляла, что могло произойти за эти сутки, что он стал похожим на живого мертвеца. - Ты заболел? – это так глупо звучало, что Таня закусила губу, не зная, что еще спросить. Глеб молча смотрел на девушку широко открытыми глазами, тяжело дышал. - Что с тобой? – с неприкрытым беспокойством спросила Гроттер. Она не знала, что ей делать: звать на помощь или самой во всем разобраться. В голове вновь послышался противный голос мертвой старухи, а сердце бешено колотилось. Вновь это чувство, вновь эта жажда… - Таня, - кое-как выдавил из себя Глеб и рухнул на колени перед испуганной девушкой. Девушка лихорадочно соображала, что ей делать. Компания уже ушла, даже не заметив отсутствие Гроттер, местные тоже не наблюдались. А бросать Глеба не хотелось, так как мало ли что могло случиться. Таня опустилась на землю и взяла лицо Глеба в свои ладони. Кожа парня была обжигающе холодной. - Не волнуйся, - как можно спокойней проговорила девушка, сглотнув. – Я сейчас позову помощь. Жаль, что зудильника с собой не было. - Не надо… - еле как проговорил Глеб, обхватив запястье Тани. Для такого состояния хватка на удивление была очень сильной. - Не волнуйся, - девушка сказала это скорее себя. - Не… - Глеб сжал свободной рукой рот, дернулся, но все обошлось, поэтому договорил. – Не надо никого звать… - Но что мне сделать? Таня не понимала, что происходит. Мысли в голове путались, чувства как-то притупились, оставляя место беспокойству и легкой панике. Хотелось вскочить и бежать куда подальше, чтобы не видеть болезненное лицо Глеба, не слышать его слабый голос. - Это магия… - тихо сказал парень, продолжая держать запястье девушки, чьи ладони до сих пор обхватывали его лицо. – Прими меня… Его хватка ослабла, рука резко повалилась вниз. Глаза Глеба закатились, а затем Бейбарсов потерял сознание. - Эй, очнись, - девушка легонько ударила его по щеке, затем по второй – ноль реакции. Она не знала, что ей делать. «А вдруг он умрет?» - Таня старалась всячески отогнать от себя эту мысль, но та настойчиво вбилась в голову. Девушка еще раз ударила парня, но так ничего и не добилась, как вдруг раздался жесткий голос: - Отпусти его. Таня, вытирая слезы, посмотрела на пришедших. Две девушки-некроведьмы подошли ближе. - Отпусти его, - более настойчиво повторила Жанна. Девушка аккуратно отпустила парня и отошла на шаг назад. - Мы позаботимся о нем, - несколько мягко произнесла Лена, плавно взмахивая рукой. Тело Глеба поднялось над землей. - Что с ним? – тихо спросила Таня, не отрывая взгляда от некромага. - С ним будет все в порядке, - недовольно ответила Аббатикова. – Беги развлекаться к своему маечнику. Она говорила таким тоном, будто обвиняла Таню во всем происходящем, будто из-за нее Глеб сейчас висел в воздухе без сознания. «Но это не так!» - девушка попятилась назад, а затем развернулась и быстро побежала прочь.