Наушники в уши, а всё остальное подождёт.

***

— Да, вы, чё гоните? — Серёжа нервно ударил головой об стену. — Мы, сука, в Монополию играть будем? В спортивном, блять, лагере! Я аплодирую стоя! — Матвиенко, чем тебя Монополия не устроила? Норм игра, — сказал Стас, которому уже надоело наблюдать за 15-ти минутным нытьём приятеля. — Чем меня МОНОПОЛИЯ не устроила? Да всем! Я приехал чтобы мяч с друзьями на солнышке погонять. А меня хотят заставить сидеть неподвижно в течение получаса, и покупать пластиковые дома за фальшивые деньги! — Ой, ну какая трагедия! Сейчас заплачу! — Да ничего ты не понимаешь. Вот посидишь в тюрьме кружочек, может и поймёшь. — Ещё посмотрим, кто за решётку сядет! — Спорим? — Серый протянул руку в ожидании. — Спорим! — Стас сжал его ладонь, но не отпускал. — На что? — На желание! — Хвостатый был настроен решительно. Он пожал ему руку и, отпуская, ущипнул Шеминова за запястье, после чего стремглав помчался из комнаты.

— А ну стой! — Сказав это, Стас взял подушку с первой попавшейся кровати и, побежав за Матвиенко, кинул её прямо ему в затылок. Серёжа, не ожидавший внезапного снаряда, упал на пол лицом вперёд, при этом хохоча и ударяя рукой об пол. Стас сел рядом с ним на пол, также смеясь. В этот момент из комнаты вышел зевающий Антон. После завтрака он решил доспать свои законные полчаса. — Пацаны, у меня будильник сработал, пора идти, — всё также зевая, пробормотал парень. — Ну сейчас и посмотрим, кто лох, а кто чемпион, — ехидно лыбясь и потирая руки, промолвил Серёжа, уже идущий в комнату вожатых. — Почему ты еле плетёшься, лохопед? — сказал Стас, обходя Матвиенко, при этом задевая его плечом. Он постучал и, дождавшись согласия на вторжение в вожатскую, приоткрыл дверь. Оксана пила чай, сидя на своей кровати, а Арсений спал, лёжа на своей. — Оксана, — начал шёпотом, — пора идти в Монополию играть. — Ах, да, — она положила кружку на стоящую рядом прикроватную тумбочку и слезла с кровати, — подождите 3 минуты, разбужу Арса и пойдём. Вы, пока остальных позовите, пожалуйста. Шеминов закрыл дверь и пошёл по комнатам, собирая ребят.

***

— Иииитак, кого первым обанкротить? — Потягиваясь, Арсений вошёл в комнату, где все уже заняли свои места вокруг стола и только его и ждали. — Тебя, — смеётся Оксана. — Понял, значит первая жертва найдена.

***

— Да ну нет. Ну нет. Неееееееееет! — Возмущается вожатая, отдавая свои последние гроши «Гадупадлеаещёлучшимдругомсебяназываеткозлина» — Да ну да, Оксюлька-банкротюлька, да ну да. — А ну иди сюда, — пока все смеются, девушка оббегает стол и начинает колотить Арсения, схваченной по пути подушкой, — ты чего, совсем офигел? Везде свои сараи понаставил, и я только на них и попадаю всегда! Стапелия-недоросль, а уже воняешь! — Кто? — Убегая, спрашивает голубоглазый. — Такая же бяка, как и ты! Ещё много проклятий могло посыпаться на голову вожатому, если бы не…. — Ойёёёёй! Падаю! — Запнувшись об лежащий посреди комнаты кроссовок, Арсений полетел прямо на сидевшего рядом Матвиенко. Оксана, не успев затормозить, тоже приняла участие в «царе горы». — Серёжик, Серёжик, Серёжик, Серёжик, Серёжик… — Затрещала вожатая, поднимаясь на ноги и оттаскивая коллегу. — Тебя не больно? Арс тебе ничего не раздавил? Хвостик цел? Нос не сломан? Что болит? Говори быстро! Чего не говоришь? Не можешь говорить? Прищемил язык?…. — Да замолчи ты! Ты ему и слова вымолвить не даёшь! — Встрял Попов. — Всё в порядке, я в норме, — спокойно произнёс хвостатый, — не переживайте, морально мне гораздо больней. — А что случилось? Кто тебя обидел? Арс разберётся! Он может! — Жизнь меня обидела, я уже третий круг в тюрьме сижу! — Три желания? — Шеминов, иди в сарай! У Арса их как раз много! Смех был слышен, даже за пределами лагеря. — Ой, ребят, тише, Антон кажется уснул! — Прошептал Стас и все потихоньку стихли. — Чё-то он слишком часто спит, вам не кажется? — Заметил Серёжа. — Ну не выспался человек, ты же знаешь, его кошмары всю ночь мучили, — сказал Стас, — и вообще, давайте в другой комнате дурачиться, а то разбудим ещё! — Погнали, спокойной ночи, Тоха! — Хлопнув кучеряшку по плечу сказал Матвиенко. — Серый, ты идиот? Пошли уже! — Да чё я то сразу? — Пошли! Дверь захлопнулась и толпа помчалась в вожатскую. Антон видел уже седьмой сон.

***

В вожатской не смолкали голоса, они говорили то о жизни вне лагеря, то перекидывались анекдотами, и всё это продолжалось уже около часа. Сначала Арсений активно участвовал в разговоре, но постепенно его мысли всё чаще стали возвращать его в одно и то же место. Дом. Бессонница Антона напомнила ему о папе. Он тоже страдает бессонницей. Ему тоже снятся кошмары. Разные люди — разные кошмары, но страдают от этого одинаково. Вожатый заметил вялость парня во время игры в Монополию, но не придал этому особого значения. Но сейчас он начал беспокоится за него. У его папы кошмары начались ещё три года назад, после развода с отцом. Сны каждый раз отличаются друг от друга, но суть одна: его бывший муж равнодушно смотрит, как он умирает, каждый раз в новом месте, каждый раз при разных обстоятельствах. Всегда, когда Арсений видит папу после очередной такой ночи, у него сердце не стоит на месте. Его родной, самый близкий в мире человек так страдает, а всему виной, некогда опора семьи, а сейчас изменник и ночной кошмар. Вожатый знает, как успокаивать папу, избавлять его от очередного ужастика. Он читает ему сказки на ночь. Да, звучит странно, но несколько глав «Маленького принца» и правда помогают. Брюнет делает это, даже находясь в лагере, не зря же телефоны придумали. И кажется он уже знает, кому ещё он начнёт читать перед сном.

***

— Ой, ребят, уже час дня, мы же на обед опоздаем! — Встрепенулась Оксана. — Обалдеть, два часа тут просидели! — Идите, я остальных соберу, и мы вас догоним, — сказал Арсений, выходя из комнаты. — Ну ладно, только не накосячь! — предупредила вожатая. Ребята вышли из корпуса и, напевая «Наггетсы, наггетсы, всего 69 рублей…», пошли в столовую. Арсений обошёл все комнаты, кроме одной и, зайдя в неё подошёл к кровати, на которой лежал единственный оставшийся человек. — Ээй, Вишенка, просыпайся, кушать пора, — прошептал брюнет ему на ухо и легонько потряс за плечо, — вставааай, а то обед пропустишь. — Ну маааам, ещё чуть-чуть. — Какая я тебе мама, Вишенка, смешной такой. Мозг Антона начал понемногу вникать, что что-то тут не так. Парень приоткрыл глаза и его резко осенило. Вишенка! Он столкнулся с весёлым взглядом голубых глаз, немного прищурился от яркого света, проморгался и начал вглядываться в лицо напротив, незаметно для себя улыбаясь. Нежная улыбка, складочки в уголках глаз и губ, нос-кнопка, ярко-голубые глаза… Прямо как у отца. И тут улыбка резко сошла с его лица. — Что? Не нравлюсь? — Усмехнулся Арсений. — На обед пора, возвращайся в наш мир и пойдём.

***

Уже сидя в столовой, Антон всё никак не мог взять в руки столовые приборы и начать есть. А ведь на обед подали его любимый борщ и гречку с курицей. Вот и зачем он вспомнил про отца? Теперь точно опять кошмары будут сниться. Один плюс, Антон понял почему так засматривался на вожатого. Ещё бы он не обратил внимание на такие знакомые черты, даже если их обладатель абсолютно другой человек. Хоть где-то он может посмотреть в эти глаза, раз уж отец не даёт ему такой возможности. — Антон, а ты чего не ешь? — Спросил Стас, вопросительно приподнимая одну бровь. — Просто не голоден, — пожимая плечами и уводя взгляд в сторону, произнёс зеленоглазый. — О, отдашь тогда мне? — Облизываясь спросил Матвиенко. — Серый, заткнись, тебе лишь бы поесть, итак толстый. — Да в каком месте я толстый? А вы все тут, можно подумать, модели и спортсмены. — Обиженно проворчал Серёжа, убийственным взглядом смотря в лицо Шеминову. — Ну по сравнению с тобой, вполне. — Так, девочки, не ссорьтесь! — Встрял в их перепалку Паша. — Когда я ем, я глух и нем. Вот и заткнитесь, нормальным людям мешаете! — Ты себя нормальным людем назвал? А, колышек от забора? — Огрызнулся Матвиенко. — Закройся, безграмотный обжористый пустозвон! — А вот это было лишнее! А ну иди сюда! — Хвостатый встал со стула, так что тот с грохотом упал, обошёл стол и направился прямиком к жителю Пензы. Паша, не уступая сопернику по уровню исходящей агрессии, с таким же грохотом, встал к нему вплотную. Оба сжали кулаки. Все, находящиеся в столовой, обернулись, и шёпот сплетен пронёсся вихрем по всему пространству. Антон поднялся со своего места и попытался протиснуться между ними, дабы остановить их молчаливый бой, пока он не перерос в драку. Внезапно, Антона за плечо уводят назад. Мимолётно посмотрев в глаза цвета зелёной летней лужайки, Арсений оборачивается на повздоривших ребят. Без особых усилий отодвигая их друг от друга, вожатый берёт со стола стаканы с компотом и выливает их прямо на объекты обсуждения. Ребята, отвлёкшись друг от друга, с непониманием и раздражённостью смотрят на брюнета. — Ну что, остыли? А сейчас марш в корпус, перед отбоем проведу с вами воспитательную беседу. Переглянувшись и с неприязнью отвернув головы, парочка пошагала в сторону корпуса. Арсений, не спуская взгляда с недодрачунов, промолвил: — Прошу прекратить бессмысленные разговоры и продолжить трапезу, иначе подавитесь. — Убедившись, что парни могут дойти сами без происшествий, он перевёл выразительный взгляд на рядом стоящего Антона. Тот, отойдя наконец от шока из-за неожиданного поступка вожатого, пару раз моргнул и, осознав смысл только что сказанных слов, неловко отвернулся от брюнета. Садясь за стол, щёки кудрявого омеги всё больше наливались румянцем. Через десять минут после происшествия отряд Антона покинул столовую, которая тут же наполнилась множеством голосов и новых сплетен. В том числе через уста сплетников пронеслось и имя вожатого. В глазах некоторых, в основном омег, он стал героем, а некоторые возмутились тем, что не увидели бои без правил вживую. Антон же просто мысленно поблагодарил за помощь, но намёк о его неуклюжести, сказанный при всей столовой, он запомнил. И только Оксана, которую давно волнует одиночество брюнета, подумала, что Арс неплохо сочетается с кудрявым омегой.

***

Когда все зашли в коттедж, вожатые объявили общий сбор. Все вздохнули, заранее догадываясь о чём будет идти речь, но всё же собрались в холле-коридоре. Первые 5 минут им и правда, как и положено, рассказывали о том что любой спор можно решить словами, что оскорбления в лагере неприемлемы в любом их проявлении и бла бла бла… Но когда беседа об этом закончилась… — Так. Ну я надеюсь все всё поняли. — Сказал Арсений, после чего все, без особого энтузиазма, слабо кивнули. — Тогда перейдём к приятному, сегодня в шесть часов вечера состоится дискотека в честь вашего приезда в лагерь. — После этой реплики все присутствующие резко воодушевились и заинтересованно взглянули на вожатого. — На ней будут все отряды и пройдёт она на стадионе. До её начала, а то есть, — он посмотрел на часы, — следующие 3 часа 45 минут все мы будем дружно и задорно убираться в корпусе! И не надо вздыхать, как только все уберутся в своих комнатах, а я проверю качество уборки, то будете наряжаться и готовиться к дискотеке. — Он с улыбкой переглянулся с, уже предвкушающей «мейкап-революцию», Оксаной. — А теперь… марш по комнатам! Не успел Арсений моргнуть, как всех и след простыл. Он усмехнулся, абсолютно не удивлённый такой реакцией, и под руку с Оксаной, они в припрыжку направились в вожатскую. Не только дети находятся в предвкушении весёлого времяпрепровождения.

***

Следующие полтора часа весь коттедж стоял на ушах. Все без исключения приводили свои берлоги в надлежащий вид. Однако не всё так хорошо, как может показаться. Сначала проблемой стала одна единственная на весь коттедж швабра, из-за которой чуть не началась ещё одна драка. Потом вожатым пришлось утихомирить двух, снова повздоривших из-за какого-то пустяка, Серёжу и Пашу. Затем, любимый Антоном, свистун-индивид на весь коттедж проорал, как он «любит» здешних уборщиц и как «прекрасно» они выполняют свои обязанности, за что получил подзатыльник и прозвище «убийца уборщиц» от Оксаны. Антону было не до этого, в себя он не ушёл, как можно было подумать, но зато неплохо разговорился со Стасом. Как выяснилось, у них довольно много общего: оба обожают группу "Нервы", ненавидят изюм, а ещё Стас учится в той же школе, в которой учился Антон, до того как отец перевёл его в другую, элитную по его словам. Странно, что они никак не пересекались, но вполне объяснимо. В той школе у каждого класса свой кабинет и ученики не выходят из него до конца занятий, только если в уборную или столовую. Уроки у классов заканчиваются в разное время, так что столкнуться они могли только в столовой или в туалете, в столовую Антон не ходил, да и в туалете был крайне редко, это он и сказал приятелю, когда они мыли подоконник и окна от грязи. - Ну тогда понятно. Честно говоря, мне даже обидно, что я тебя раньше не видел. Ты интересный собеседник, вроде как, неплохой человек и, к тому же, симпатяжка. - Сказав это, Стас заметил, как у омеги дрогнули ресницы и немного покраснели щёки, но взгляд он не отвёл. И по этому взгляду Шеминов понял, что раньше Антон не слышал подобных слов от посторонних людей, в нём было непонимание, воодушевление, доброта и удивление одновременно. Встряхнув головой, зеленоглазый первым остановил зрительный контакт и уже молча продолжил протирать подоконник. После этого Стас понял, что ему будет очень сложно выкинуть шатена из своей головы.

***