Сможешь ли ты понять меня?

После появления Курапики в жизни Аки многое изменилось. Её новый “брат” почти не говорил с ней, лишь сидел в своей комнате, смотрел в окно, читал книги и изредка выходил поесть или по другим делам. Отец редко появлялся дома после того, как его повысили на работе. В выходной целый день его не было дома:ходил по разным местам с целью оформить документы и наконец стать с её дочерью официальными жителями страны. От того, что папы не было дома, Аки чувствовала себя ещё более одиноко, чем раньше. Нет, она понимала, что дома есть человек, с которым можно поболтать, но как бы она не пыталась, разговорить его невозможно. Ещё и Ясуши с его отцом уехали на ярмарку два дня назад, связаться было невозможно. В общем, Аки помирала со скуки. В очередной раз кинув мяч в стену и отбив его, девочка тяжело вздохнула. Давно ей не было так одиноко. Даже радио нормально не послушать, боялась помешать Курапике. — Не задавай лишних вопросов, он сам все расскажет, нэ-нэ-нэ, — шепотом передразнила папу Аки. — Да скорее Ясуши съест мою еду, чем Курапика начнет со мной нормально разговаривать. Цыкнув, девочка откинула мяч в угол комнаты. — Пойду погуляю хоть, а то какой день уже не выхожу. Загоревшись идеей пойти в лес, Аки начала быстро собираться на улицу. Перед тем, как уйти, она, естественно, предложила пойти Курапике с ней, но, как и ожидалось, он отказался. Впрочем, на что-то большее юная особа и не надеялась, поэтому, натянув кроссовки на ноги, она выбежала из дома, направившись в гущу деревьев. Лес был вторым домом для Аки. Они с Ясуши постоянно прибегали сюда играть. Узкая тропа вела в, как его называла Мико, младшая сестра Ясуши, “изумрудный город”. Роса еще не успела раствориться под палящими лучами солнца из-за густых зарослей. Кустарники, полные спеющих ягод неизвестного для Аки происхождения, так и манили к себе, предлагая вкусить запретный плод. Где-то вдалеке виднелось великое древо этого леса. По словам бабушки-соседки оно питало всю деревню богатой урожайностью и энергией, поэтому его никогда не пытались срубить, а Ясуши спорил с ней, говоря, что дерево просто вырубать не выгодно:многих туристов к себе манит. Аки даже не знала, что сказать, поэтому просто молчала. Сколько же приятных воспоминаний навевало это место. Пусть Аки и живёт в этой деревне не больше года, но сейчас она определённо может назвать её своим домом. Проходя по тропинкам вглубь леса, Аки рассматривала ветви деревьев, находя в них что-то особенное для себя. Каждый уголок словно был пропитан воспоминаниями:вон та сломанная ветка, на которой была тарзанка, что развалилась после первой же попытки прокатиться на ней; вон пенек, на котором отдыхала бабушка Мива, когда они с Аки собирали ягоды и грибы; а вон там озеро, в котором Ясуши парочку-другую раз чуть не утопил девочку. Все эти воспоминания так приятно радовали мысли, что, даже находясь в так сильно ненавистной девочкой тишине, она успокоилась, больше не чувствуя противного одиночества. — Аки! — послышалось из глуби леса. Девочка моментально посмотрела в сторону, откуда её звали, и увидела деревенских ребят. Ярко улыбнувшись, она помахала им. Только вот, не заметила чёрный клубочек внизу, из-за чего споткнулась об него и упала. Как только это случилось, клубочек моментально съежился, превращаясь в колючий шарик. — Ой, Ёжик! Прости, пожалуйста, — Аки натянула рукава лёгкой кофты на ладони, взяв колючий шарик в руки. — Аки, вот ты неуклюжая, — подошёл к ней один из знакомых детишек. — Я просто не заметила ежика, — отпуская из рук животное, ответила та. — А мне мама говорила, что встретить ежа — к счастью, — вмешалась девочка из толпы. — Да? — Аки задумчиво провожала взглядом ежика. — Ага. Она сказала, что ежик — хороший травяник и сам по себе умное животное, потому что живёт долго. — Круто! Кстати, а что вы тут делаете? — Грибы ищем. Думали, после дождя будет все усыпано грибами, а за час ходьбы только парочку лисичек, да белых грибов нашли. — Ого. Ну, после грозы сразу душно стало, может поэтому и нет почти, — задумчиво протянула девочка. — Хорошее вы место нашли, конечно, — вздохнула она. — Ищите в более темном месте, поглубже в лесу. Мне бабушка Мива говорила, что грибы любят тень и влажность. — Спасибо! Не хочешь пойти с нами? — Спасибо за предложение, но я, пожалуй, откажусь. У меня появились дела.

***

— Аки? — удивленно произнесла старушка, открывшая дверь. — Давненько ты не заходила. Что-то нужно? — Здравствуйте, бабушка Мива! Научите меня шить, пожалуйста! — Шить? — пропуская девочку внутрь, переспросила она. — Ты же умеешь шить, или хочешь сшить что-то конкретное? — Я хочу сшить маленьких ежиков! — Так, проходи в зал, сейчас мне все расскажешь. Домик у бабушки Мивы был совсем небольшой. Зал, кухня, да спальня. Кухня и зал были соединены вместе. Сколько Аки помнит, всегда, когда она приходила, дом был теплым и чистым, а на столе в корзинке лежали недавно испеченные плюшки и пирожки. Она не понимала, почему бабушку Миву так боятся деревенские дети, она была приятной старушкой, девочка странностей за ней не заметила. — Рассказывай. — Я сегодня была в лесу и увидела ежика, а мне Кайя сказала, что ежики счастье приносят. Я хочу сделать ежиков, чтобы подарить их Курапике и папе! — Курапике? — удивленно переспросила Мива. — Это твой новый друг? — Можно и так сказать. — Вот как, — старушка хитро прищурила глаза. — Расскажи мне о нём. — Да нечего рассказывать. Мы с ним даже не говорим почти, он сидит просто, молчит. Я пыталась с ним поболтать, а он игнорирует любые мои попытки это сделать. — Как же вы подружились тогда? — Его папа привёл где-то дня три назад, — мешая горячий чай, на выдохе проговорила девочка. — Странный он был, правда. — Папа? — Они оба. Курапика особенно. Он был весь в земле. Его руки вообще выглядели так, будто он ямы копал, — Аки нахмурилась. — А когда я пыталась с ним подружиться, он просто смотрел на меня и молчал. Я ему даже имбирные печенья дала! Сама пекла, по маминому рецепту, а он даже спасибо не сказал. — Вот как, — раскладывая по столу лоскутки разных тканей, пробормотала бабушка. — Ты злишься на него? — Конечно! Бабушка Мива слабо улыбнулась. Она хотела что-то сказать, но её тут же прервали. — Однако я хочу перед ним извиниться, — рассматривая собственное отражение в темной жидкости, пробормотала она. — Я ему в тот вечер сказала, что не принимаю его. Мне кажется, что из-за этого он расстроен. Я сказала это сгоряча, не хотела расстроить его. — Из-за чего ты так разозлилась? — удивленно спросила старушка. — Не знаю. Просто так обидно тогда стало... А слова папы о том, чтобы я не задавала лишних вопросов ввели меня в ступор. Повисла тишина. Бабушка Мива изредка поглядывала на Аки, щуря глаза и словно отмечая для себя что-то. Она всегда так делала. Изучала поведение, слова девочки, будто делала заметки для себя. Аки уже привыкла к этому, хоть и сначала было дискомфортно. — Так, хорошо, ты принесла что-нибудь с собой для шитья? — А, конечно! Аки начала рыться в сумке и вытащила из неё нитки, иголки, вату и немного лоскутков ткани. Старушка рассмотрела все и принесла немного своих инструментов для шитья. Девочка объяснила, что примерно хотела, и вместе они нарисовали эскиз. Оставалось сделать все самое сложное:сшить ежиков так, чтобы они не развалились через два дня. Дело шло быстро, бабушка Мива помогала в начале, а когда девочка уже шила почти без ошибок, хозяйка дома отлучилась на кухню по своим делам, изредка поглядывая за процессом. Аки, может не особо аккуратно, но очень старательно прошивала ткань, стараясь не пропускать ничего. Она словно вкладывала частичку себя в каждый стежок. Мива наблюдала за тем, как юная особа с особой внимательностью проверяла шов и, где нужно было, исправляла ошибки. Это не могло не заставить её улыбнуться. — Бабушка Мива, у вас там что-то горит, — вывела ее из мыслей Аки. — Ох! — тут же отреагировала старушка, переворачивая блинчики. — Совсем старая стала, даже запаха гари не почувствовала. — Да ладно вам, не старая вы, — возразила девочка. — Вы еще меня переживете. — Не говори так. Сплюнь и по дереву постучи три раза. — Зачем? — Духи плохие услышать могут, заберут тебя ещё раньше времени. Аки недоуменно посмотрела на бабушку Миву, но по деревянному столу постучала. — Как у тебя тут дела? — вытирая руки полотенцем, подошла к девочке Мива. — Уже готово почти, только нитки кончились. Но дома еще есть! — Пойдёшь домой дошивать? — Да. Папа скоро придет ещё, нужно ужин успеть приготовить. — Ну хорошо. Убрав все со стола, Аки вышла в коридор и начала обуваться, как к ней подошла бабушка Мива. — Держи блинчики, угостишь отца и Курапику, — протягивая пакет с блинами, произнесла бабушка. — Что вы, не стоило! — возразила Аки, но под строгим взглядом бабушки все же взяла пакет. — Стоило. Как только Курапика оправится и вы сдружитесь, сразу приходите ко мне. Я хочу познакомиться с ним. — Оправится? Курапика не болеет вроде. — Болезни бывают разные. Сама поймешь скоро. Хотя все зависит от тебя. Будь рядом с Курапикой. — Хорошо, спасибо. Я обязательно навещу вас вскоре. — Буду ждать. Аки улыбнулась и поблагодарила бабушку Миву вновь, после чего побежала к своему дому. Придя домой, она отнесла блины на кухню, а после юркнула в свою комнату. Дома снова было тихо. Настолько, что можно было подумать, что никого нет. Однако Курапика был дома. Проходя мимо его комнаты Аки слышала бурчание и какое-то клацание. Это не её дело, конечно, но она уже начала побаиваться его. Поставив на стол сумку, она вытащила все содержимое и продолжила незавершённое. Рука уже набилась, поэтому шила Аки уже быстрее, чем до этого. Перевернув ткань на лицевую сторону, она пришила пуговки вместо глазок, запихнула внутрь вату и дошила шов. При помощи буфа* она сделала своеобразные иголки и пришила на спинки ежиков. В принципе, игрушки были готовы. Осталось придумать, как отдать одного из них Курапике. И тут до неё дошла абсурдность её идеи. Как она должна дарить ежиков? В чем смысл? Она должна подойти и сказать:“Курапика, я тебе сшила ежика, поэтому теперь ты должен перестать игнорировать меня и начать дружить со мной.”? Нет, это слишком по-идиотски даже для неё. — Была не была, — Аки вздохнула и вышла из комнаты. Она подошла к комнате Курапики, как тут поняла, что оттуда уже не доносится привычного бурчания и других странных звуков. Тут с кухни послышался шорох. Аки моментально среагировала и зашла туда, увидев Курапику. Тот сразу посмотрел на неё. Аки вздрогнула и прижала к груди игрушку. Вид у него был болезненным:синяки под глазами, бледная кожа, да и похудел он за эти пару дней. Он кушал вообще? — А... Привет! — поздоровалась с ним Аки. Курапика непонимающе посмотрел на неё. — Привет, — спустя пару секунд молчания ответил он. — А, я... Это, — Аки протянула ему плюшевую игрушку. — Ёжика тебе сшила. С каждой секундой неловкость и напряжение в воздухе нарастали. Теперь во взгляде мальчика читалось не только недоумение, но и немой вопрос “зачем?”. — А, ну, понимаешь, — Аки замялась. А ведь действительно, зачем она сшила ежика для него? На что надеялась? — Ежики счастье приносят! — вырвалось само по себе. — Я подумала, что было бы круто, если бы у каждого был карманный ежик, приносящий удачу! Вот я и сшила для тебя. Да и извиниться хотелось за мои слова в первую встречу.. — А что ты сказала? — прервал монолог собеседницы Курапика. — Я сказала, что не принимаю тебя, — полушепотом произнесла она. — Я уже и забыл об этом, — хмыкнул тот в ответ. — Да? Тогда просто возьми это, — Аки взяла ладонь Курапики и положила в нее ежика. — У меня есть выбор? — Не-а. — Тогда возьму. Спасибо. — Ага! — лучезарно улыбнулась Аки. — Пока? — Пока. Ещё шире улыбнувшись, Аки побежала в свою комнату. Курапика посмотрел на ежика, что все это время сжимал в руке. Виднелись небольшие прорехи по швам, из-за чего выглядывала ватка, а пуговички были пришиты не так крепко, как хотелось бы. Но, несмотря на это, мальчик не мог отвести взгляда от игрушки:что-то в ней его завораживало. Как будто от неё исходило приятное тепло, появившееся трудом и кропотливой работой. Курапика слабо улыбнулся и ушёл в свою комнату. Дом снова погрузился в тишину, но напряжение уже не висело в воздухе, лишь приятная атмосфера. Аки наконец могла чувствовать, что дома она не одна.