Прямо как между двух огней

POV: Наруто. Пустота. Это то, что я давно не ощущал. В последнее время я чувствую только тревогу или боль. А сейчас пусто. Но по моим щекам продолжали бежать слёзы. Глаза щипало, а руки тряслись. А перед глазами его глаза, смотрят осуждающе. И от этого ещё хуже. Сейчас я признал, я люблю его. Люблю. Но он не мой. И от этого факта болело где-то в груди. Омега внутри кричала от бессилия, а я не знал, что делать. Резко картинка перед глазами сменилась. Теперь там был Саске, только на его руках была Хитоми, а по бокам стояли два парнишки, и все они улыбались. Что, блядь, за кинотеатр перед глазами?! Этих парней Наруто узнал сразу, это его сыновья. Глаза вдруг перестали болеть, а картинка стала будто реальной. Менма толкнул брата сзади, а тот в ответ повалил его на землю. Саске улыбнулся ещё шире и поцеловал Хитоми. А та начала что-то весело щебетать, при этом называя Саске "папа". Папа? Менма выбрался из-под брата и подбежал к отцу, громко крича: "папа спаси!". Визги и счастливый смех заполнили всё вокруг. Саске засмеялся, обнимая детей и прижимая к себе. Саске смеялся, это казалось чем-то нереальным и безумно прекрасным. Тут Наруто тронули за плечо, и он повернулся, перед ним стоял Гаара. — Привет, любимый. Я скучал. — улыбнулся Гаара. Я, не обращая внимания на то, как он ко мне обратился, крепко обнял. — Я тоже скучал, безумно! Гаара, прости меня, прости. — вновь из глаз побежали слёзы. — Лисёнок, я тебя давно простил. Да ты и не виноват. Мне жаль, что я не сказал тебе, что люблю. Когда мои люди сказали, что у тебя есть ребёнок, я был зол. В тот день, когда ты пропал, я хотел рассказать тебе о своих чувствах. Сейчас все мои люди твои. — мягко проговорил Гаара, обнимая меня за талию. — Зачем ты сделал меня опекуном Хитоми и владельцем своей компании? — вспомнил, что меня давно тревожило. — Потому что я хотел оставить тебе частичку себя, я, когда составлял завещание, не знал о твоём ребёнке. Прости, сбросил на тебя своего. — Не говори так! Я люблю Хитоми! Она для меня многое значит! — начал протестовать я. — Хорошо, хорошо, лисёнок. Не злись. Спасибо тебе за неё. У нас осталось мало времени. Вопрос, лисёнок, ты меня любишь? — я оглянулся себе за спину, где довольный Учиха бегал за детьми. Его улыбка заставляла моё сердце биться быстрее. — Значит другой вопрос. Ты любишь его? — я грустно посмотрел Гааре в глаза и тихонько кивнул. — Понятно. А я люблю тебя, Наруто. Поэтому я отпускаю тебя, будь счастлив, я мёртв – ты жив. Погоди, покажу тебе ещё кое-что. — Гаара повернулся вместе со мной, и моему взору открылась такая картина: Саске стоял и обнимал Сакуру, а у их сплетённых рук была маленькая девочка. Она широко улыбалась, а у ног Саске стояла ещё одна девочка, копия Сакуры, но глаза были Учихи. Она посмотрела на меня грозно. Я хотел уже отпрянуть, но крепкие руки держали, не давая отойти. Я посмотрел на Саске, на его лице не было улыбки, он был спокоен. Обернувшись за спину, я увидел счастливые огоньки в глазах любимого. — Гаара, а почему Саске тут не улыбается? — спросил я. — Потому что он не любит и он не любим, лисёнок. А там, рядом с тобой и вашими детьми, он счастлив. — ответил Гаара. — Ты хочешь, чтобы Саске и Менма были счастливы? — Конечно хочу. — я закивал. — Тогда доверься ему сейчас, ради вашего будущего. Ради вашего счастья. Если ты его любишь, поверь ему. — прошептал Гаара. Мы повернулись обратно, и я снова увидел своих самых близких. Вдруг мой сын, Саске, пошёл в нашу сторону и обнял меня. — Будьте счастливы, а мы будем рядом. — я обнял сына в ответ, но он отстранился. — Тебе пора. — подсказал Гаара. — Лисёнок. Я улыбнулся и пошёл навстречу Саске, а тот наконец увидел меня и притянул меня к себе за руки, чтобы обнять. Менма подошёл с Хитоми на руках и тоже обнял нас. Повернувшись, я увидел, как Гаара и маленький Саске улыбаются. Но Саске повернул меня за подбородок и поцеловал. Тут я поплыл. Наконец, любимые мягкие губы. Сейчас я знал, что делать. *** Я потер глаза после сна и повернул голову. Рядом сидел Саске. Он мягко улыбнулся. — Ты заснул. — Саске... Я... Я люблю тебя. Его глаза расширились, но после он притянул меня к себе, и наши лбы столкнулись. Я потянулся к его губам и поцеловал. Он перехватил инициативу и начал целовать меня по-своему, жадно, но нежно, показывая, как соскучился. Я отвечал неумело, но не менее нежно. Он схватил меня за бедра и усадил к себе на колени. Начал целовать щеки с засохшими дорожками слёз. Мы целовались долго, пока воздух не заканчивался, отстранялись и снова целовались. Руки Саске блуждали по моей спине, скрытой под футболкой, а когда его пальцы начали расстёгивать ширинку, я замычал в поцелуй и отстранился. — Что ты делаешь, ублюдок? — Что тебе непонятно, а добе? Я хочу сделать тебе приятно. — ухмыльнулся Саске. — Иди нахер, я против. — на это он сжал мои ягодицы, я не ожидал такого, застонав от наслаждения. — А тело считает иначе, правда? — издевательским тоном сказал Саске. — Отъебись. Он снова усмехнулся и поцеловал меня в носик. Я недовольно забурчал. — Продолжим позже, сейчас пошли. Я ещё не вручил главный подарок. И чтобы больше без слёз, лисёнок. — меня пробила дрожь "лисёнок", то самое любимое прозвище Гаары для меня. Я поднялся, а после поднялся и он. Мы вместе вернулись. Все так же спокойно кушали и расспрашивали о чём-то Менму, который сидел на руках Дейдары. — Ох, мальчики вы вернулись! — улыбнулась Микото, а Сакура зло посмотрела на меня. Сын, смотря на нас, широко улыбался. Я ответил ему тем же и сел на место, но Саске подошёл к Менме и сказал: — Я не отдал тебе твой главный подарок от меня, — Саске достал из кармана штанов коробочку и открыл её. Оттуда он вытащил серебряную цепочку. — Повернись ко мне, пожалуйста. Менма послушался, а Саске тем временем прикрепил что-то на цепочку и одел Менме. И все увидели кулон со знаком клана Учих. Саске прижался лбом ко лбу сына, так же как к моему пару минут назад. Я был в ступоре, Саске признал сына Учихой. Все снова были шокированы. — Теперь ты Учиха официально. В тебе течёт сильная кровь, малыш. — Саске позволил себе лёгкую улыбку. — Спасибо, папочка. — Менма крепко обнял отца за шею и прошептал. — Не оставляй нас больше, пожалуйста. Саске крепче сжал сына: — Больше не оставлю, обещаю.