Божественная реликвия

Люмин, Итэр и Чальд условились, что уже через 6 дней они смогут отправиться в Тейвате. Ведь вчера златовласка обещала брату прогуляться с ним по саду через неделю. Как раз за это время они проведут тщательные сборы. *** Луна почти не пробивалась сквозь густые облака. Воздух был тяжёлый, душный вечер предвещал скорый летний дождь. Вот уже первые капли упали на крышу дворца, на плитку в саду, на дорогу, ведущую от дворца в город. — Значит… — знакомый голос прервал раздумья девушки о предстоящем путешествии. — Он не был в курсе о нас? — Нет, я не говорила ему. Когда мы вернулись домой… Разговоры о Тейвате были ни к чему. Это было в прошлом, — Люмин вздохнула, почувствовав тепло руки, которая легла на ее плечо. Королева стояла у раскрытых дверей балкона, вдыхая свежий от дождя воздух. — Я тоже для тебя в прошлом? — Предвестник развернул правительницу Мэйрэй лицом к себе. — Тарталья, я не знаю… Какой ответ ты хочешь от меня услышать? — девушка посмотрела в глаза цвета глубоких морей. — Я хочу услышать правду. Всего лишь правду. Или я просто так пришёл? Уходить ни с чем я не собираюсь, — юноша приобнял Люмин за талию. — Тебе не кажется, что сейчас не время для таких диалогов? К тому же… Ты слышал условия Итэра. Мы не сможем… — Да плевать я хотел на его условия, я слишком долго тебя искал, — Тарталья начал отходить к постеле за его спиной, ведя Люмин следом. — Я давно поняла, что ты искал меня не только для возвращения в Тейват, — златовласка расположилась на коленях парня, севшего на кровать. — Меня всегда привлекала твоя способность видеть меня насквозь, — Предвестник улыбнулся, убирая выбившуюся прядь золотистых волос за ухо королевы. — Просто ты слишком предсказуем, — эта фраза вызвала искренний смех Тартальи. — Даже если так? — одним рывком он встал с постели, держа Люмин за бедра так, чтобы ногами она обняла его за талию и в два шага оказался у стены. — Перестань, стража опять начнёт переживать за меня, — девушка смеялась сквозь срывающиеся с ее губ стоны от лёгких поцелуев в шею. — Они переживают за то, что никогда не будут на моем месте? Тогда пусть переживают дальше, им то это не светит, — опустив девушку на пол, он отодвинул книги и лампу со стола дальше, а затем туда же посадил Люмин. — Дурачок, — просмеялась та, немного сдерживая его напор, упираясь руками в грудь. Но юношу это не останавливало. Одной рукой он уже снял корсет, другой гладил бедро через разрез на платье девушки. Люмин не отставала. Ее ловкий пальцы уже расстегнули все пуговицы на рубашке, ноготками она легко провела по его торсу. В этот момент девушка почувствовала, как спало платье с ее плеч и груди, оставляя ее лишь в нижнем белье. Тарталья уложил ее на стол и приподнял за бедра, чтобы стянуть платье до конца, вместе с лишним бельём. Зазвенела пряжка ремня. Сняв с себя штаны, юноша оголил уже налившийся кровью половой орган. Разобравшись с одеждой, Предвестник вернулся к девушке. Он притянул Люмин за бедра к себе так, чтобы ее ягодицы немного заходили за край стола. Одной рукой рыжевласый держал королеву за бедро, другой же уже ласкал ее половые губы. От этих манипуляций Люмин не могла сдержать стоны. Тарталья не сразу вошёл в уже ждавшую этого девушку. Сначала он подразнил её пальцами, а потом, взяв в руки член, провел им несколько раз по промежности не входя внутрь. Люмин это раздражало и заводил одновременно. — Когда ты перестанешь надо мной издеваться? — сорвался еле слышны шёпот с ее губ. — Когда ты сама попросишь, — наглая ухмылка не сползала с его лица. — Тогда войди уже… — Как прикажет моя королева, — Тарталья наклонился к губам девушки, ловя ее стон, когда он вошёл в неё. Позабыв о всех рамках приличия, Люмин царапала его спину, впивалась ногтями в накаченные руки и плечи. Предвестник не отставал: он с силой сжимал ее бедра, кусал и оставлял красные метки на шее и груди златовласой. Грубые и быстрые движения он прерывал, когда Люмин немного умиралась руками в его грудь — Тарталья совсем не хотел причинять ей боль. Уже через пару минут он вышел из влагалища девушки, поднимая её со стола и целуя. Их дыхание сбились, но это не мешало им продолжить. Подняв Люмин на руки, Предвестник отнёс ее на кровать, уложил на живот и приподнял за бедра, ставя на колени. Сжав ягодицы девушки, он вошёл грубым толчком. Девушка хотела застонать от удовольствия, но Тарталья не дал этого сделать, закрыв ей рот рукой. — Будешь вести себя тихо, я продолжу, а если нет, то мы сейчас же закончим, — он слегка прикусил кожу на ее шее, тут же проведя языком по месту укуса. Люмин ничего не ответила, лишь прикусила свою нижнюю губу и кивнула головой. — Вот и умница, — после этого девушка почувствовала прикосновения к груди и твёрдому соску. Предвестник продолжал одной рукой сжимать ягодицу королевы для больших ощущений. Пальцы второй руки по прежднему ласкали грудь, в то время как он продолжал жёстко насаживать златовласую на свой член. И вот спустя некоторое время Люмин почувствовала, как внутри разлилось тёплое семя юноши. — Ты снова за старое? — вздохнула она. — Прости, не мог устоять, — Тарталья вытащил член из девушки, наклоняясь и целуя ее. Развёрнув ее на спину, парень удобно расположился меж ее ног. После такого секса довести Люмин до окончания языком не составило большого труда. *** Девушка уже спала, когда Тарталья ушёл в ванную комнату. Тёплая вода стекала по его рыжим волосам, шее, плечам и ключицам. Среди всех этих прозрачных струй и капель не было видно слез, катящихся по его щекам. Но их можно было отличить на вкус: такие же солёные, как вода моря. Его голову занимала лишь одна мысль — мысль, которая сопровождала его во всех путешествиях по мирам в поисках Люмин. «Как после всего этого я смогу смотреть ей в глаза, когда она узнает правду?» Нет, не так… Как он сможет выполнить задание Царицы и одновременно спасти девушку, что разожгла в нем такой огонь, если она и являлась целью его задания на устранение…