You are my comfort, you are my home

***

За эти годы Друиг потерял много одежды. И множество предметов. Он не знал почему, но иногда он забывал, куда положил вещи, и просто отпускал их. Он предположил, что это просто плохая память, и в любом случае его не слишком заботили материальные вещи. Он был забывчив и постоянно терял одежду, кого это волновало? Только не его. Это не так уж много значило для него, поэтому он просто позволил этому затеряться у себя в голове. И он делал это на протяжении многих лет… А потом он потерял свою кожаную куртку. Это красивая черная кожаная куртка, которая идеально сидела на нем и заставляла его чувствовать себя самым крутым парнем в квартале. Даже если он никогда бы не признался, что носил ее из-за этого. Они жили в доме Аяк уже несколько дней, и куртка должна быть где-то там. Но это было не так. Он нигде не мог ее найти. Он спрашивал об этом каждого Вечного, он даже пошел спросить об этом Фастоса. Большинство из них не знали, о чем он говорит, но когда он рассказал об этом Тене, она рассмеялась, как будто знала что-то, чего не знал он. Это его взбесило, почему она смеялась, что она знала? На секунду он подумал о том, чтобы контролировать ее разум, чтобы понять, над чем она смеется. Но он воздержался. Лицо Маккари вспыхнуло в его памяти и попросило его оставаться сильным. Он также немного боялся того, что Тена может сделать с ним, если он это сделает. Но это было вторично, памяти Маккари было достаточно, чтобы заставить его переосмыслить свои действия. Он еще раз взглянул на Тену и ушел, думая о том, над чем она могла смеяться. Он осмотрел весь дом, дом Аяк был не таким уж большим. Она должна быть где-то в этом доме, но он не мог ее найти. В какой-то момент он перестал искать и купил себе новую. Это была точно такая же модель, и она выглядела так же хорошо, как и предыдущая, но он не мог отделаться от ощущения, что в исчезновении его куртки есть еще какая-то история. Но, как и все остальное, эта куртка тоже стерлась в памяти. До тех пор, пока они не стали жить на Домо и попытка освободить всех Вечных не стала их новой миссией. Тогда все изменилось. Тена и Эрос «тренировались», но это было больше похоже на то, что они пытались решить, кто окажется на вершине (не для всех зрителей). Все это стало очень неловко очень быстро, поэтому он убежал, прежде чем они попытались поцеловаться друг с другом или сделать что-то столь же странное, чтобы получить аудиторию. Какое-то время он шел без цели, но ноги привели его в единственное место, где он хотел быть: рядом с Маккари. Он всегда хотел быть ближе к ней. Он подошел к спальне Маккари, ее дверь была широко открыта. Она лежала на своей кровати и читала какую-то старую книгу, выглядя так же прекрасно, как и всегда занимаясь самыми обыденными делами. Но не это привлекло его внимание, а кожаная куртка, висевшая на одном из стульев у стены. —Что за херня? Он вошел в комнату прежде, чем дважды подумал об этом. Он уже собирался схватить куртку, когда Маккари пробежала мимо него быстрее, чем любой человек мог бы пробежать, и вырвала ее у него из рук, пытаясь спрятать в одном из своих шкафов. Он медленно подошел к ней, слишком поздно, чтобы не заметить все это. Маккари, зачем тебе все это? Он подписался для нее. Шкаф, о котором идет речь, был полон мужской одежды, его одежды. Она была похожа на оленя, застигнутого в свете фар, пытающегося любой ценой отвести взгляд. Ты украла мои вещи? Добавил он, еще более сбитый с толку. Это не мое. Она подписала в ответ, самая абсурдная ложь, заставив их обоих вздрогнуть от ее слов. Друиг бы возразил, но она выглядела такой испуганной, что он мог только рассмеяться. Ситуация была настолько странной и нетипичной для Маккари, что он не знал, как реагировать. Зачем ей вся его одежда? Там были даже какие-то туники из Вавилона, как это вообще возможно? Зачем тебе все это? Спросил он снова. Маккари отвела взгляд, уперев руки ему в грудь, слабо пытаясь оттолкнуть его от шкафа. Друиг нахмурился, когда она опустила руки, выглядя побежденной. Маккари выглядела так, будто собиралась что-то сказать, но обернулась, прежде чем что-то подписать. — Маккари, — прошептал он. Она обернулась, чтобы посмотреть на него, ее глаза были немного заплаканными. Сердце Друга сжалось в груди, что-то близкое к панике охватило его тело. Эй, все в порядке. Ты можешь сохранить это. Ты можешь сохранить все. Он быстро подписал, стараясь стереть всю печаль с ее лица. Он сделает все, чтобы она снова улыбнулась в этот момент (или в любой другой момент). Он не мог смотреть на нее, когда она выглядела такой страдающей, и он не знал, почему. Одинокая слеза скатилась из ее левого глаза. Друг мысленно выругал себя. Это была его вина, она страдала из-за него, а он не мог этого допустить. Он не стал бы. Он бы свернул океаны и горы ради женщины, стоящей перед ним, и в этот момент ему ничего не хотелось, кроме как раздавить себя за то, что причинил ей боль. Он был таким дураком, убегал каждый раз, когда подходил слишком близко, слишком боялся потерять то, что у них было. И вдобавок ко всему, он причинял ей боль сейчас. Он чувствовал себя хуже, чем мешок для мусора. Мне жаль.Она подписала в ответ. Мне не следовало этого делать. Почему ты это сделала?Он снова спросил, все еще пытаясь понять, почему она крадет его одежду. В течение стольких лет у нее было так много его одежды, что она держала гребаный шкаф только для них, черт возьми. Она пристально смотрела в пол, как будто это была самая интересная вещь, которую она когда-либо видела. Он нежно приподнял ее подбородок одним пальцем, пытаясь передать все свои эмоции одним единственным взглядом. Он не знал, удалось ли ему это, но она быстро ответила: Они пахли тобой. В его сознании произошло короткое замыкание. Этого не может быть. —Что? Ты всегда уходил. Каждый раз я надеялась, что ты останешься со мной, а ты всегда уходил. Но твоя одежда все еще пахла тобой после твоего ухода. Они меня утешили. Она призналась, и на её щеках появился красный румянец. Ему казалось, что он спит, он дал ей утешение? Его одежда успокаивала ее? Сердце Друига билось так сильно, что он не мог слышать собственных мыслей. Ее слова крутились и крутились у него в голове, вызывая головокружение. Это не означало того, что он думал, верно? Не может быть, чтобы его прекрасная Маккари была влюблена в него. Почему ты сохранила мою одежду? Спросил он снова, пытаясь заставить ее признаться в том, в чем он надеялся. Я же сказала тебе. Возразила она упрямо и вызывающе вздернула подбородок. Друигу так сильно хотелось улыбнуться ей и прижать ее к своему телу навсегда, что он почувствовал, что его сердце вот-вот вырвется из груди, чтобы приблизиться к ней. Настоящая причина.Друиг попытался скрыть улыбку, закусив губу, и дрожь пробежала по его телу, когда он увидел, что Маккари смотрит на его губы. Она посмотрела на него, нахмурившись. Она была зла, он чувствовал, как внутри нее растет гнев. Он мог справиться с гневом. Если он был прав, он мог справиться со всем, что она бросит в него. Но она удивила его. Она снова вывела его из равновесия своими словами. Потому что я тебя люблю. Сердито подписала она. Ее хмурый взгляд был таким глубоким, что пальцам Друига захотелось провести по нему и заставить его исчезнуть. И тут до его сознания дошло то, что она только что сказала. Ты любишь меня?Спросил он, не веря, что это правда. Она надулась, выглядя обиженной и такой милой одновременно, что ему захотелось расцеловать ее до бесчувствия. Конечно люблю. Она ответила. И вот они стояли посреди ее комнаты, глядя друг на друга так пристально, что вселенная, казалось, остановилась вокруг них. Друиг наклонился, прижавшись своим лбом к ее, как он делал много раз раньше. — Моя прекрасная, прекрасная Маккари… — прошептал он. Уголки ее губ дернулись, когда она узнала слова. Он говорил ей это так много раз, что был уверен, что она запомнила вибрации его голоса, когда он это говорил. —Я тоже тебя люблю. — добавил он у ее губ, так близко, что их дыхания слились в крошечную щель между ртами. И вот оно. Ее красивая улыбка снова вернулась в полную силу, забирая весь кислород из его легких, когда он терялся в ее глазах. Сердце Друига екнуло от любви, которую он там нашел. Он не мог поверить, что был настолько глуп. Таким глупым на протяжении стольких веков. Но он не успел обругать себя за это, две секунды спустя ее губы оказались на его губах, и вселенная отошла на задний план. Они отодвинулись друг от друга, и Друиг поклялся себе, что Маккари больше никогда не придется красть его одежду. Он отдал бы ее добровольно, если бы это означало, что она будет счастлива.