Жожо. Утопия из мира фантазий

Милену мучала совесть, ей было слишком страшно за, хоть и не по крови, но родного человека, ведь они провели з Диной практически всю жизнь вместе. Она искала любые способы помочь. Тем временем Эвелон и Ваня делали тоже самое для Сережи. Ребята пытались поддержать и вытащить из депрессии, но Жожо не реагировал, ему было плевать на все, кроме Дины. Он терзал себя и винил, он знал, что ей очень сильно плохо. Милена проснулась, собравшись посетила лекции и вернулась к себе домой. Девушка заварила ароматный кофе, с ее головы не уходили мысли о Дине. *Как глупо получилось. Поссориться из-за одной нелепой фразы. Но ладно, если она не хочет меня видеть, то нужно, чтобы ее посетил кто-то другой, потому что оставаться наедине в таком состоянии очень рискованно. Кто же это может быть?* - рассуждала Мила, создавая логическую цепочку. *Все чувства и эмоции прочь. Нужна стратегия* - понимала она. Спустя час этой головоломки на ум пришел только Дипинс, как самый добрый и ответственный человек с окружения Дины, она всегда доверяла ему и отзывалась положительно. Мила понимала, что он единственный, кто может помочь. Не затягивая девушка набрала его номер. — Привет, Вань! Помнишь меня? Это Мила — Да, привет, Милена. Дина нас знакомила вроде. К стати как она? — Я собственно поэтому и звоню. Мы поссорились, я очень переживаю за нее. Я понимаю тебя это не касается, но пойми ты единственный кому я могу обратиться. — Ты оставила ее в одиночестве? — Дина не хочет меня видеть. Я не вижу другого выхода, только чтобы ты приехал к ней и поговорил. Я не знаю больше никого, кто общается с ней лучше, чем ты. У Диноры маленький круг близких друзей. Хоть она мне не разрешила давать свой адрес, но я не могу сидеть, сложа руки. Я боюсь, что она рано или поздно сделает что-то с собой. Что ты думаешь об этой ситуации? Сможешь проверить все ли в порядке? — Конечно, я не оставлю её одну, попытаюсь поддержать. Можешь сбросить мне адрес, обязательно приеду сегодня вечером или завтра утром. Я примерно представляю, что с ней сейчас происходит, потому что у Сережи тоже нелегкое время.. — Прости меня, но я совершенно не хочу ничего слышать о нём. Я считаю, это всё случилось только из-за Жожо, поэтому его состояние не вызывает у меня никакой жалости. Я беспокоюсь исключительно за свою подругу, мне не плевать на нее. Я понимаю я не должна так говорить, но я знаю, что этот кошмар который сейчас с ней происходит, благодаря этому Сереже. Мы с ней поссорились из-за него, я обозвала его, не сдержавшись. — Ну это твое мнение и оно имеет право существовать, но как по мне Серёжа также страдает, как и Дина, ему тоже нужна помощь и не он один виноват в этой ситуации. Я люблю их обоих, я ценю их как близких людей, я желаю счастья им. Безусловно, он не должен был позволять все те действия, но он не был инициатором, поэтому.. получается, что получается. — В любом случае это их жизнь и это их решение. Он мог вообще не ходить в эту проклятую кофейню или же сразу все рассказать Дине, я не знаю, чем он руководился, но я сомневаюсь что ему так же плохо. — Ты не видела его, ведь так? Поэтому не стоит утверждать. — Ванечка, я не буду спорить с тобой. Я просто поделилась своей позицией и все. Прошу тебя, когда будешь уезжать от Дины, позвони мне. Я очень беспокоюсь за ее состояние. — Хорошо. Обязательно расскажу тебе все. — Спасибо! У парня получилось выкроить время вечером и он подъехал по указанному адресу. Дверь в квартиру была открыта. Дипинс зашел в комнату. — Дина.. В комнате было настолько пусто, что никогда не можно было бы сказать, что там кто-то живет. — Ванечкааа! - она подбежала к парню и обняла его. — Ты как лучик света в этой тьме. — Ты как, Диночка? Ее лицо расплывалось в довольной улыбке, но глаза кричали о невыносимой боли. — Расскажи мне что-нибудь. О чем-то совсем другом. Я не хочу... не хочу говорить о нем. Я знаю, ты пришел чтобы расспросить о нас, но не надо. Эти разговоры мне делают только хуже, я не могу забыться ни на секунду. — Тебе нужно выйти из этой квартиры, чтобы не зацикливаться, начать что-то делать... — Я пыталась, пока что не могу - она перебила — Он тебя очень сильно любит Дина рассмеялась на всю комнату, опрокинув голову назад. Ее смех вызывал ужас и дрожь — Любит??! ХАХАХАХА! Он любит только свою ебучую гайку!!!! - девушка продолжила хохотать. Дипинс подбежал к ней и схватил за плечи — Да ну что с тобой?! Разве ты не понимаешь? - он на минуту замолчал, задумался, а потом спросил, - Что ты принимала?? — Признаюсь тебе, Ванечка. Я курила, очень много, и это были совсем не сигареты - она улыбалась в состоянии наркотического опьянения, ожидая осуждающей реакции парня. Вопреки насмешке, с глаз капнуло пару слезинок. — Ты же себя убиваешь... Дипинс не раздумывая, крепко прижал девушку к себе. Она не ожидала, все отвернулись от ее проблем, и только он обнял в ответ. Дина положила горячие ладошки на его спину и пыталась изо всех сил сдержаться, но не получилось. Слёзы брызнули, она воткнулась в его плече, рыдала, кричала. От этих болезненных стонов у парня дрожало все тело. Он никогда еще не встречал настолько сильных страданий воплощенных в человеческом теле. Она кричала, визжала на весь дом от этих эмоций, заглушая все звуки вокруг. Как странно. Моральная боль никогда не сравниться с физической. Казалось бы, твое тело в идеальном состоянии, но что-то изнутри выворачивает, выламывает костный мозг. Дина бы предпочла боль сломанных ребер, чем муки в душе, которые невозможно решить или вылечить. Девушка опустилась вместе с другом и легла на пол, крики превратились в плач — Не могу, не могу, не могу больше. Это как 1000-7, понимаешь? Ваня лег рядом — Ты сможешь! Ты сможешь это пережить, сможешь выдержать. Думай о родителях, о друзьях, о жизни вокруг. Представь, весенние полевые цветы на лужайке возле озера.. птицы поют. Ты бежишь с ромашками в руках, а теплый ветер нежно ласкает твои волосы. Солнце сияет, что аж сложно смотреть вперед. Дина закрыла глаза и представляла все, что медленно и, принося спокойствие, описывает Ваня. — Ты заходишь в дом бабушки, она испекла для тебя пирожки с малиновым джемом, а по старому телевизору идут твои любимые мультики. К тебе подходит котик, ложиться на грудь и начинает мурлыкать громко-громко. Дина слегка улыбнулась. — Этот летний день быстро пролетает, не замечаешь время за играми. И вот бабушка зовет ужинать. Вы садитесь за стол всей семьей, кто-то смеется. Как в Простоквашино. Ты не одна, есть люди, которые хотят и будут заботиться о тебе и сейчас они никуда не делись. Они есть. Подумай о них, как им будет трудно без тебя. — Я люблю Сережу, очень сильно, очень очень сильно и мне кажется я не смогу забыть это все и идти дальше. — Ему сейчас плохо точно также как и тебе. Он лежит и не встает с кровати, мне кажется он постепенно умирает. — Ему нужна твоя помощь. Поддержи его, я хочу, чтобы он был счастлив. Пускай все отпустит и начнет жить заново. — Жожо не сможет без тебя. А ты не сможешь без него. Это проста истина как 2+2. Дина сделала длинную паузу, но потом продолжала, — Ваня.. ты расскажешь мне еще? Что-то такое вайбовое, какую-то сказку — Конечно, Диночка, только пошли на диван ляжем. Хорошо? — Я не справляюсь, но это не значит, что ты должен меня спасать. — Тихо, тихо, не говори так. - Ваня перебил ее. Девушка умостилась на груди у Дипинса. Услышала как бьется его сердце и начала слушать его рассказ. Эти звуки влияли на нее, как медитация, как антидепрессант, как успокаивающий чай с мятой. Вскоре Ваня увидел, как девушка мило уснула, он практически не шевелился, потому что понимал, ей нужно хоть немножечко отдохнуть. Прошло минут 20 как Динора начала вздрагивать и постанывать. — Жожо.. - тихо повторяла она во сне. Дипинс понял, что даже в сновидениях она видит его, она видит его везде и во всем. Дина проснулась вся в слезах опять, опять она не могла спать, в очередной раз ее мучал однотипный кошмар, повторяющийся вновь и вновь. Она подошла к комоду, взяла зажигалку и начала поджигать бонг — Не надо! Прошу тебя, не делай этого! Не кури эту дрянь, - Ваня пытался забрать конструкцию у нее с рук, но все зря, он понял, что это бесполезно. Девушка пускала дым, аж пока комната не спряталась в тумане. Ваня с печалью наблюдал за происходящим. — Когда ты ела что-нибудь последний раз? — Я ела кекс вчера вечером. — Понятно, - он догадывался, что Дина практически ничего не ест. — Если я тебе сделаю что-то покушать, ты съешь? — Ванечка, не надо, я не голодна. Твой телефон разрывается, тебе надо ехать. Не нужно быть моей нянькой. Езжай. — Еще немного хочу поболтать с тобой. Можно? — Конечно можно, мне с тобой хорошо. Просто я не хочу отвлекать тебя из-за каких-то пустяков. — Дина, это вовсе не пустяк, это очень и очень серьезно. Ванечка заказал пиццу, спустя 20 минут заказ пришел. — Покушай немного, солнышко — Не могу.. — Почему? — Меня тошнит от еды. Я не знаю, может это уже организм отвергает пищу. — Давай попробуем, совсем немножко. Парень взял маленький кусочек пиццы и поднёс его ко рту девушки — Давай, открой — Фэ, не хочу.. - вредничала она — А за маму? — Ахах, чертов гений, - девушка впервые рассмеялась за долгое время. Дипинс накормил её и был вынужден ехать. — Я могу попросить тебя о чем-то? - печально спросила девушка, проводя его к двери. — Конечно можешь. — Этот адрес тебе Мила дала, ведь так? — Ты права. — Прошу тебя, не говори Сереже, где я нахожусь. Я еще совсем не готова ко встрече с ним. — Я постараюсь выполнить эту просьбу. Не беспокойся. — Спасибо, я доверяю тебе. — Я приеду на днях. Хорошо? — Да, - она выдавила из себя натянутую улыбку, с Ваней ей становилось хоть немножечко легче. Как и обещал парень сначала позвонил Милене и рассказал о состоянии, а потом проинформировал Вадима, который тоже беспокоился. — Я никогда в своей жизни не видел настолько умирающих морально людей. Она как.. живой мертвец, мучается.. — С ним не лучше. Господи, что же они натворили. Они совсем не понимают, что не могут жить друг без друга. - ответил Эвелон. — Вадь, надо что-то делать. Это серьезно…